Темнота

Ногти образовывают неприятные вмятины на коже, а глаза перекатываются с одной строчки текста на другую. Страницы книги, на которую прилипает тыквенный свет, помогают отвлечься Джисону от недавней ссоры с Минхо своим не интригующим сюжетом. Читает книгу он для того, чтобы просто не пересекаться с надоедливым вампиром. В стекло пуляются тяжёлые капли дождя, громко приземляясь на окна и стекая тонкими ручейками по ним. Гром и сверкнувшая ярая молния вперемешку смешались и отдались неприятно по ушам своей неожиданностью, из-за чего тело дрогнуло. На такую мелочь, как ливень, не хочется обращать внимание. Она сейчас не интересует Джисона, хоть и нервирует. Перед глазами потемнело. Нет, Джисону не стало плохо. Все свечи, горевшие в читательском зале, моментально потухли, будто в за́мок пробрался ветер и сдул их все своим невидимым прошепченным колдовством. Парень оглядывается, но видит перед собой чёрную пустоту. Закрытая только что читающаяся книга со страхом прижимается к груди, а сердечко начинает отбивать топотливый ритм. - Хэй, ау, — раздалось гулким и одиноким эхом по залу. — Блин. Хлынувший давний дождь и протарабанящий только что гром рисуют страшную картину. В комнате находится Джисон один, но из-за очертаний белоснежного проматывания в тоскливом небе молнии кажется, что это не так. Из уголков начинают выходить тени, пугающие своим видом. Ногти царапают толстую обложку зелёной книги с золотым покровом, перегоняя на неё собственную боязнь. Вдруг чувствуется, что кто-то находится рядом. Слышится томное дыхание рядом с левой стороны, будто кто-то, именно физически, сидит на деревянном стуле рядом с Ханом. Голова моментально оборачивается, и зажённый огонь воцарил светлый радиус вокруг себя. И Минхо, держащий подсвечник с этим же зажённым огоньком в правой ладони. Раздаётся неожиданный оглушающий крик, больше похожий на писк, прошедший по всему за́мку. Джисон кидает книгу на пол и зарывается руками в собственные смоляные волосы, скрючившись от такой неожиданной встречи. Всё тело задрожало, а мурашки окатили и так гусиную из-за прохлады кожу быстрыми шагами. - Это ты сделал, да? - Сделал что? - Погасил весь огонь в этом за́мке, — грустно простонал Джисон, отцепляясь от волос и смотря на вампира. — Я знаю, не обманывай, — бровки жалко сгинаются домиком, а губки обиженно дуются. Минхо ничего не отвечает, снова безэмоционально пожав плечами и поставив белоснежный подсвечник на тёмный дубовый стол. Джисон быстро встаёт с нагретого стула и молниеносно хватает маленький источник света в руку, демонстративно отворачиваясь и, до сих пор дрожа, уже начиная делать в сторону двери шаги, желанно покинуть читательский зал. - Стой, — откликает Минхо. — Остановись. Бледное лицо волнительно преобразилось, переминая одним клыком пухлую нижнюю губку. Человек замирает, как и сказал вампир. - Да, это я сделал. - Сделал что? — разворачивается Джисон. - Потушил свечи. - Зачем? - Нам надо поговорить, — рука дотягивается до другой, крепко сминая её в хватке. - Отстань, — пытается он отлипить от себя надоедливую вампирскую ладонь. - Сядь, — уже приказным тоном диктует Ли, притягивая к себе Джисона и опуская его на стул рядом с собой. Две пары глаз проморгали только что случившийся момент, запечатлив его в собственном воспоминании. Сидеть, нет, видеться с Ли Минхо не хочется на некоторое время, да и тем более то, что он сделал, зная фобию Хан Джисона, подогревает искрящую ненависть и обиженность на него. Вампир отбирает подсвечник и ставит тот на стол, покорно разворачивая человека на стуле, чтобы увидеть его милые напуганные глаза. Его другая тёплая бледная рука берёт и притягивает чужую на человеческие колени, обвивая их в бережный замочек. - Я... Я знаю, как поступил. - Поступил сейчас или тогда? - Хани, — цокает Минхо, — дай сказать. - Я слушаю. - Я знаю, как сильно ты боишься темноты, но я не знал, как можно ещё к тебе приблизиться, всё обсудить и обговорить. Прости, что навёл на тебя панику, — сожалеет он, смотря пристально в древесные глаза. - Зачем так делать? — в голосе проскользнула режущая тонкая обида, что заметил вампир. — Зачем, если ты знаешь? - Я же говорю: у меня другой идеи не было. Ты сильно испугался? — большой палец проводит по дрожащей руке, стараясь впитать в себя весь пережитый только что страх Джисона. - Да. Блеснула молния, а за ней подскочил гром. Джисон сжимается, отводя голову в бок, будто бушующая погода хочет на него напасть. - Не бойся, я здесь. - Ты всегда тут. - Естественно. И не нужно на меня обижаться из-за того случая. - Я хочу просто прогуляться, а ты мне не даёшь выйти подышать свежим воздухом! — язык жуётся зубами, глаза приподнимаются. - Не повышай на меня голос. Я с тобой говорю спокойно, а не ору на тебя, — мягко отвечает Минхо, не обращая внимание на вспыльчивость. Джисон замолкает, опустив голову вниз. Тот, сегодняшний случай за завтраком, не покидает вростившие в себя корни воспоминания.

***

По тарелке клацает вилка, проводя зубчиками по стеклянной поверхности. В рот кладётся мягкий нарезанный вампиром помидор из салата, аппетитно пережёвываясь. - Вкусно? — спрашивает он, сидя на против, тоже наслаждаясь собственной стряпней. - Очень. Еда, приготовленная твоими руками, просто божественна, — хвалит Джисон его, накалывая ещё один кусочек, наслаждаясь не только завтраком, но и приятной компанией. - Очень приятно, — улыбается Минхо. - Вообще, вы все вампиры не такие, как в книгах. И этому я очень поражаюсь. - Да, слухов про нас много распускали, распускают и будут распускать. - Ты меня только несколько раз укусил, но ты меня в вампира не обратил. - А ты хочешь? — сужает он игриво глаза, ухмыляясь. - А ты можешь? - Если бы и умел, то при первой же нашей встрече я тебя бы и обратил. - Мне и так с тобой хорошо, без каких-то там обращений. - Мне тоже, Хани, — сердечко загорелось от таких слов раскалённым жарким пламенем. Минхо готов вечно слушать о том, что Джисону с ним комфортно и приятно. - Кстати, можно вопрос? - Да. - Я могу выйти сегодня в лес? Вампир чуть ли не давится полоской капусты от такого вопроса. - Нет, — сразу разбивает он мечты, прикрыв рот, чтобы прокашляться несколько раз. - Почему? - Мы сразу же обсудили это и пришли к заключению, что ты никуда без моего ведома не уходишь. - Так я же тебе сейчас сказал про это. Я поинтересовался и спросил. Почему нельзя? — вилка, зубчиками вниз, кладётся со звоном на тарелку, прекращая делать дырки в еде. - Во-первых, скоро пойдёт дождь, ты тучи видел? Во-вторых, я не разрешаю. - Да почему? - Да потому. - Почему я не могу просто взять и прогуляться? — голос начинает повышаться. — Хотя бы во дворе? - Во дворе тебе делать нечего. - На птичек посмотреть можно, почему нет-то? Зачем мне сидеть постоянно в за́мке? - Ради твоей же защиты. - Я просто прогуляюсь, и всё. Не нужно за меня переживать, — тело приподнимается со стула. - Бестолочь что-ли? — прыскает Минхо, приподнимая возмущённо брови. — Как я могу не переживать? - Я бестолочь? Я бестолочь?! — кипение наростает комом в груди, его нужно выплеснуть. — Сам ты... Ты... - Я, я, я. Тебе напомнить как меня зовут, милый? — накалывает в огонь дрова он. Никакие слова не могут прийти в затуманенный разум, поэтому мигом задвигается стул и ноги сердито топают на третий этаж, пока пальцы сильно смялись в кулаках, а губы подверглись нападению собственных зубов. Минхо проводил Джисона угрюмым и беспокойным взглядом, переведя внимание на собственный кулинарный шедевр перед носом. И до него он больше не дотронулся.

***

- Прости меня. Минхо приближается к нему, пытаясь заглянуть в грустные глаза и немного их развеселить. - Это я виноват. Тебе не нужно извиняться, — недолгое молчание, — ты хотел как лучше, просто погулять, а... - Нет, это ты прости. Ты не должен просить прощения за мою злость, — Джисон приподнимает голову. — Я такой дурак, не тебе нужно извиняться, а мне. Я сделал нашу ссору. То, что ты извиняешься, лишь колотит моё сердце ещё сильнее и я понимаю, что поступил неправильно, хоть и помню твои слова. Минхо расплывается в удовлетворяющей улыбке. Палец приподнимает передние волосы Хана, поправляя их, чтобы увидеть его сожалеющий взгляд. - Тогда король разрешает его сводить прогуляться в лес, как дождь стихнет? - Никакой я не король, а принц, к счастью или к сожалению, — Джисон улыбается, хоть ему и не нравится, что он и правда принц, но признаться честно, с уста Минхо это сладко слышать. Зато он находится вместе с вампиром. Любимым и любящим вампиром. - Но всё-таки не против? - Нет, мой любимый вампир. Минхо приближается ближе, надувая пухлые губы и под тыквенным светом начинает ждать взаимного ответа принца Хан Джисона, чтобы тот тоже сложил свои покусанные губы в трубочку. Тень падает на правую сторону лица, делая человека обворожительно красивей в этот волнующий момент. Да, Минхо дожидается этого. Губы соприкасаются, вызывая внутреннюю ветреную бурю в бешенно стучащих сердцах. Джисон отрывает свои руки, прикрепляя их на затылок Минхо, немного толкая его к себе. Вампир начинает игриво посасывать нижнюю обветренную губу, проходя языком по маленьким шрамикам. Елейно вырывается приглушённый стон, играющий со звуком уже заканчивающегося большого дождя. Пальцы проходят по коже головы, оставляя приятные полоски ногтями. Воздух не долгий, поэтому два лица отмагничиваются от друг друга, на губах дугообразно прилипилась тонкая длинная слюна, разорвавшаяся острым ногтем Минхо. - Точно обещаешь? - Обещаю, Хани, — влюбленный взгляд изучает и наблюдает за тем, как пытается отдышаться Джисон. - Эм... Можно опять съесть то, что ты приготовишь? — неуверенно спрашивает он. - Для тебя я буду вечность всё готовить, только попроси. Сильно проголодался? - Не то, чтобы сильно, но с момента, когда мы завтракали, прошло много времени, — желудок, только что заурчащий, подтверждает слова. Приподнявшись, Минхо берёт подсвечник и подаёт руку, за которую немедля хватается Джисон. - Не бойся, я с тобой. В темноте тебя никто не тронет и не посмеет этого сделать, пока ты находишься со мной. - А ты больше не будешь меня пугать? - Нет, Хани. Тебе и так страшно, куда больше? - Как хорошо, что у меня есть ты, — трепетно улыбнулся он, обвив шею вампира в объятиях.