Тише.

Тихий всхлип раздался по комнате, разрезая давящую на голову словно пресс тишину. В ночной тьме двоих влюблённых, но запрещённых освещал лишь тусклый лунный диск в небе. На всхлип белокурый отозвался неодобряющим вздохом. — Изуна, будь тише, — шепотом произнес Тобирама, сжимая в руках бедра горячо любимого соперника. — очень сложно вести себя тихо, когда кое-кто дразнит меня и не входит, — в ответ рыкнул обладатель Шарингана, повернув голову и взглянув на Тобираму через плечо. Запястья Изуны были прижаты одной сильной рукой Тобирамы, лицо утыкалось в подушки, а зад бесстыдно вздёрнут к верху. Тобирама любит эту позицию, так легче всего, но иногда ему так хочется посмотреть на белоснежное лицо, исказившееся в преддверии оргазма. — будешь выпендриваться - оставлю так. Так что лучше будь хорошим мальчиком и закрой свой рот, пока не проснулся Хаширама. Спешу напомнить, что он в соседней комнате, — произнёс Тобирама на ухо Учихи томным, бархатистым голосом, от которого по всему телу пробежались мурашки. Изуна готов был кончить от одного только голоса Сенджу, от его ласковых рук. Перевитый венками член сейчас прижимался к промежности брюнета, то и дело дразня, задевая гордость последнего и заставляя его тихо поскуливать и всхлипывать. Точно непристойная, иногда замирающая, а иногда усиливающаяся рулада. Но входить внутрь он не спешил, от чего помимо пошлых звуков от Изуны можно было услышать несдержанный ропот. Слишком Тобираме нравился этот вид: извивающийся от возбуждения Изуна, его красное лицо, а так же тщетные попытки сохранять самообладание, которое рушится после первого же сжатия ягодиц или легкого толчка. — Тобирама, пожалуйста, — очередной раз всхлипнул Изуна, взмахнув бедрами. — расскажи я кому-нибудь из клана Учиха о том, как ты извиваешься подо мной ночами - в жизни бы не поверили, — тактично прервал Сенджу, алым взором проходясь по вспотевшей спине своей пассии, по её искусанным плечам и чуть взмокшим волосам. Послышось лишь недовольное цоканье языком. — не зазнавайся, — Изуна уткнулся лицом в подушку и более менее расслабился. Это послужило небольшим сигналом для Торы, который сжал бедра возлюбленного до синяков и резко вошел в него. Рука, что ранее удерживала запястья Учихи, мигом переместилась на его затылок и посильнее уткнула в подушку, не позволив застонать на весь дом. А Изуна был близок. Но даже не смотря на то, что его так беспардонно уткнули в подушку, стон все равно получился достаточно громким. Младший Сенджу шикнул, сжав черные, словно смоль, пряди волос. — тише! — вторая рука, что была на бедре, медленно соскользнула к груди. — с каждым стоном - я буду ускоряться, понял меня? — это был риторический вопрос, ведь Тобирама, не дождавшись ответа, начал беспорядочное движение внутри любовника. Изуне не нужно было повторять по два раза, он все равно не послушает. Но не в этот раз. Он понимал, что если они разбудят старшего Сенджу, то явно ничего хорошего не получится. Тогда дойдет все до Мадары и... Не будем о плохом. Толчки были не грубыми, но и не нежными. Учихе такое не понравилось. — Тора, — но он не успел договорить. Вновь его грубо уткнули лицом в подушку. Темп ускорился. Пальцы обладателя Шарингана сцепились на простыне, из уст послышался тихий рык. Иногда подбешивает то, что Тобирама слишком многое себе позволяет, но в то же время Изуна ловит с этого дикий кайф. Он никогда не считал себя уязвимым или слабым, но наслаждаться подчинением любимому человеку — шикарно! Зрачки непроизвольно закатились к верху. Изуна сам принялся подмахивать бедрами в сторону Тобирамы. На лице последнего появилась ухмылка, он прошелся языком по плечу Изуны и вцепился в него зубами, оставляя налившийся кровью укус. Из уст пассии послышался всхлип и полу-стон, на что он получил приглушенный шлепок по заду. И вновь ускорился. Было уже не выносимо сдерживаться. Член болезненно ныл, так и прося внимания. Изуна протянул руку и стал надрачивать себе, размазывая предэякулят по длине. Было тяжело, но Изу смог. Достигнув оргазма вместе с возлюбленным, брюнет рухнул на футон, чувствуя, как белесая жидкость медленно стекает по ногам. Тобирама рухнул рядом, а затем подтянул любимого к себе ближе и обвил его талию руками, но Учиха умело вывернулся из объятий и сполз вниз. Удивительно откуда у этого парнишки так много энергии. Губы Изуны кротко коснулись головки члена, оставляя скромный поцелуй. Он уверенно прошелся языком по всей длине члена, обводя каждую венку, а после взяв в рот наполовину для начала. За этим прозвучал довольный стон альбиноса и тихое, такое же довольное мычание. почему-то именно в этот момент Изуна захотел, чтобы его грубо взяли за волосы, но вслух эту мысль озвучивать не осмелится. Учихн хотелось доставить Сенджу как можно удовольствия. Член до сих пор был наполовину во рту смущенного своими же мыслями Изуны. Более менее привыкнув к длине, он насадился ртом до основания. На глазах появились еле заметные крупинки слез от подобного напора. Справившись с рвотным позывом, темноглазый вновь медленно начал движения головой, прикрыв глаза. Юноша вскоре отстраняется, хватает налившийся кровью орган у самого основания и делает несколько резких движений вверх-вниз, вызывая у партнёра лишь сжатый стон, звучание которого ему так понравился. Тобирама схватил тёмные пряди и насадил рот парня обратно на член, начиная уже самостоятельно двигаться внутри него. — чёрт, Изуна, — простонал мужчина, откинув голову назад и сильнее сжав волосы, на что обладатель Шарингана лишь недовольно промычал. Мычание отдалось приятной вибрацией по члену, заставив альбиноса открыть рот в немом стоне. Спустя пару таких движений, Тобирама вновь получил оргазм. Изуна быстро отстранился и зажмурил глаза, чувствуя, как вязкая консистенция разлилась по языку. С трудом сглотнув, темный взор поднялся на Тобираму, что с легкой улыбкой смотрел на парнишку, которого притянул к себе и прижал.