После свадьбы с Богом Тьмы

      Ци Байча хотел применить технику извлечения души к лежащей на кровати девушке, чтобы после извлечения её сознания, либо расспросить, либо напрямую найти в её памяти и выяснить, что именно с ней стряслось.              Однако, как только кончики его пальцев озарились сиянием, кто-то неожиданно распахнул дверь в палату. Ци Байча незамедлительно скрыл свои силы, одновременно с этим становясь невидимым.              Лю Яньсинь ранее ушла, но вернулась обратно, а вместе с ней вошла девушка, очень похожая на Фан Яэр.              Никто из них не ощутил невидимого Ци Байчу, который стоял рядом, они лишь пристально смотрели на девушку на больничной койке.              Фан Яэр растерянно уставилась на спящую девушку и недоверчиво произнесла:              — ...Мы с Чэнь Шимяо поменялись телами.              Этот случай отличался от обычного переселения душ. Вполне очевидно, что она всё ещё жива, однако она всё же поменялась телом с другим человеком, и более десяти лет тяжёлых усилий пошли насмарку.              Разве она смогла бы такое вытерпеть?              — Я хочу встретиться с ней лицом к лицу и выяснить всё лично, — бросила Фан Яэр с намерением подойти и разбудить ту.              Лю Яньсинь поторопилась остановить её:              — Яэр, не будь импульсивной, не спугни её раньше времени. Давай поговорим снаружи.       Они вышли из палаты в коридор, и Фан Яэр закрыла лицо руками, у неё покраснели глаза:              — Синь-цзе, почему ты не позволяешь мне разбудить её? Это потому, что ты мне не веришь?              — Конечно, я тебе верю, — успокоила её Лю Яньсинь. — Я давно уже чувствовала нечто странное, я же ещё тогда говорила тебе, что у этой девушки грязное сердце, но ты не послушалась моего совета, теперь-то ты видишь последствия? Вы поменялись местами не без причины, она всегда хотела заменить тебя, и я не имею никакого понятия, к какой магии она прибегла, но сейчас нам с ней не справиться. В случае, если её необдуманно спугнуть, она может снова что-то с тобой сделать, и как тогда быть?              Фан Яэр вытерла слёзы:              — Тогда как нам поступить?              Лю Яньсинь задумалась над этим:              — Я отведу тебя к мастеру.              — Какому мастеру?              — Твоя Синь-цзе столько лет отработала в индустрии, что меньшее, чего ей не хватает — это связей, я могу получить информацию самого разного толка. Недавно появился мастер, и несмотря на то, что сейчас он не очень известен, он может исполнять любые желания, он обладает великолепными способностями. Давай найдём его и попросим о помощи, и независимо от того, какого демона или духа вызвала Чэнь Шимяо, могу поручиться, что он сможет избавиться от него.              — Почему это звучит так, будто он какой-то шарлатан…              — Несколько знаменитостей, утративших былую популярность, посетили его и сразу вернулись в строй. Кроме того, ранее Ян Ша и Юй Литин боролись за роль главной героини в фильме, Ян Ша тогда в частном порядке отправилась к мастеру, и несколько дней спустя Юй Литин попала в аварию и вынуждена была лечиться, роль естественным образом перешла в руки Ян Ша.              — Такое впечатление, что он и другим плохо делает, и для себя выгоды не имеет, этот мастер не очень-то порядочный…              — Ни у кого нет намерения вредить другим, но каждый должен следить, чтобы не навредили ему. Мы же не просим его вредить кому-то, это тебе сейчас навредили, поэтому независимо от того, какой метод применится, сначала нужно поменяться телами обратно. На данный момент мы можем только пойти ва-банк.       — ...В таком случае, давай попробуем.              После того, как Лю Яньсинь и Фан Яэр всё обсудили, они спустились вниз, собираясь отправиться к мастеру.              После их ухода, в коридоре проявился хмурый Ци Байча.              «Он может исполнять любые желания, он обладает великолепными способностями».              ...Это же не мог быть Бог Тьмы, спустившийся на землю, верно?              Господин Бог Тьмы, добросовестно выполнявший официальные обязанности в офисе президента, внезапно чихнул.       

———

      В мире номер 108.              На небесах красивый, светловолосый и голубоглазый бог нервно схватился за волосы:              — Неужели все боги 999-го мира спят? Почему никто из них не ответил?!              В его мире свет и тьма переплетены, рай и преисподняя противостояли друг другу, ангелы и демоны не могли сосуществовать мирно. Небесный Бог Герман был высшим богом своего мира, если он стоял на страже, демоны преисподней не выбирались из-под земли, чтобы сеять хаос, и даже Повелитель Демонов Паскаль мог властвовать только в преисподней.              Паскаль был созданием, уступающим только богу, и его могущество было бесконечно близко к божественному. Герман потратил много усилий, чтобы подавить Паскаля, и посчитал, что равновесие будет поддерживаться таким образом в течение следующих десятков миллионов лет...              Но некоторое время назад, по неизвестной причине, преисподняя внезапно обрушилась, там образовалась огромная дыра, и Паскаль воспользовался этим разломом, чтобы сбежать в другой мир.              Это же был Повелитель Демонов, который пошёл бы на любое злодеяние, только ещё не хватало, чтобы он сбежал в другие миры и устраивал там беспорядки!              Герман выяснил, что разлом в преисподней привёл к миру номер 999, который недавно зародился. По сравнению с его миром, история которого насчитывала сотни миллионов лет, жизнь в этом мире существовала какие-то десятитысячелетия.              Молодые, только появившиеся боги, едва ли смогли бы победить Повелителя Демонов Паскаля, который был ему ровесником.              Дисплей интерфейса для связи с богами показал, что в этом мире только два бога были на связи: один из них — Снежный Бог, а другой — Бог Тьмы, остальные либо уснули, либо пали.              Этого маленького мира было недостаточно, чтобы Паскаль мог по нему метаться! Такими темпами мир мог разрушиться в любой момент.              Герман сразу решил воспользоваться языком богов, чтобы передать уведомление богам другого мира, но, как назло, так случилось, что он связался с Богом Тьмы.              Замкнутый, социофобичный и уставший от жизни Его Превосходительство Бог Тьмы тысячелетия назад поставил в режим игнорирования входящие сообщения, поэтому при их получении никакого оповещения не было. К тому же, ему всегда было лень их проверять.              Герман долго не получал ответ, поэтому ему оставалось только бессильно оборвать с ним попытки связи и отправить сообщение другому — Снежному Богу.       

———

      Лю Яньсинь и Фан Яэр сели в машину и были уже в пути, направляясь на поиски мастера.              Ци Байча планировал последовать за ними и присмотреть.              Он не мог проигнорировать событие, вроде исполнения любых желаний. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, и в нынешнее время, за исключением Бога Тьмы, который по законам мог слышать молитвы, все остальные якобы исполняющие желания личности заставляли Ци Байчу невольно задуматься о пакостях тёмных сил.              Даже если бы это был Бог Тьмы, и если бы он исполнил какие-то крайне злобные желания, Ци Байча всё равно в глубине души не одобрил бы этого. Его божественность несла в себе справедливость и порядок, а Бог Тьмы был полной противоположностью, весьма трудно одобрить другую сторону.              Но таков Бог Тьмы, и слушать тёмные помыслы — его обязанность. Ци Байча ничего открыто не комментировал и понимал, что тот выполнял свой долг, самое большее — он втайне чувствовал, что это не очень правильно.              Лю Яньсинь ехала впереди, а Ци Байча следовал за ней позади.              Девушка ехала всё дальше и дальше, а Фан Яэр, сидевшая на пассажирском сиденье, с нерешительностью наблюдала за пустынным пейзажем за окном:              — Синь-цзе, ты уверена, что нам сюда?              — Не имею понятия, я тоже никогда раньше здесь не бывала. Но адрес, который я слыхала, находится здесь, — Лю Яньсинь держала руль, глядя вперёд. — Мастерá не от мира сего всегда любили жить в отдалённых районах. О, впереди какой-то дом, мы на месте!              Она припарковалась на обочине, вышла из машины вместе с Фан Яэр и устремила взгляд на особняк перед ними.              Лю Яньсинь какое-то время всматривалась в него:              — Почему-то мне кажется, что этот дом выглядит немного знакомым...              Фан Яэр удивилась ещё больше:              — Разве это не то место, куда ходила Чэнь Шимяо несколько дней назад? В тот раз СМИ даже выложили фотографии, я их в интернете видела.              Она обращала внимание на действия своего тела с тех пор, как её душа сменила обитель.              С её нынешней личностью у неё больше не было возможности близко контактировать со знаменитостями, поэтому она могла узнавать обо всём только из новостей. На днях масс-медиа разразились новостями, что «Фан Яэр» появился в особняке глубокой ночью, были подозрения, что это было тайное свидание со спонсором, и одна из фотографий была сделана здесь.              — Неудивительно, что она ничего мне не рассказывала, как бы я её ни спрашивала, я бы никогда не поверила, что ты добровольно опустилась до такого, ты десять лет до этого играла роли из массовки, но так и не воспользовалась негласными правилами, так с чего бы тебе тайно встречаться с каким-то папиком посреди ночи?.. Оказывается, эта чёртова девчонка давно встретилась с мастером! — выплюнула Лю Яньсинь. — Мне кажется, ты стала такой, скорее всего, именно из-за того, что Чэнь Шимяо просила его! Завладеть твоим телом и разрушить твою репутацию, тц, я просто в бешенстве!              Фан Яэр была немного напугана:              — Но если так, то человек внутри, вероятно, и есть виновник, который поменял нас с Чэнь Шимяо телами. В таком… в таком случае нам всё равно нужно идти искать его?              Разве они, словно ягнята, не идут в пасть тигру, загоняя себя прямо в ловушку?       — Пойдём, почему бы нам не пойти? Кто кашу заварил, тому и расхлёбывать, сейчас ты точно будешь спасена, — сказала Лю Яньсинь, не допуская возражений и потянув её внутрь. — Что могла дать ему Чэнь Шимяо? Неужели мы не сможем предоставить того же?       В таком большом особняке не было даже сторожа. Дверь была не заперта, и её получилось открыть лёгким толчком.              Хотя Лю Яньсинь и Фан Яэр привыкли видеть усыпанный драгоценностями мир индустрии развлечений, они всё равно были поражены роскошным внутренним убранством. В дороге они представляли себе, что подобные выдающиеся и неординарные личности в основном живут в уединении в горах, в простых бамбуковых хижинах, и выглядят как седовласые старцы с весьма незаурядным поведением и обликом.       Теперь же казалось, что этот виртуозный мастер действительно знал, как получать удовольствие от жизни.              Снаружи особняк был отстроен в западном стиле, внутреннее убранство очень напоминало средневековый европейский замок, и, хотя было жаркое лето, а в камине горел огонь, не ощущалось никакого тепла. На полу был расстелен длинный красный ковёр, в конце которого стоял трон, усыпанный драгоценными камнями, на спинке которого был выгравирован череп — это было великолепно, экстравагантно, ни с чем не сравнимо, но выглядело несколько мрачновато.              Фан Яэр потёрла руки, покрывшиеся мурашками от ощущения охватывающего её тело холода.              — Синь-цзе, может нам всё-таки вернуться...              Этот дом вызывал у людей очень странные ощущения.              — Ты больше не хочешь вернуть своё тело? — Лю Яньсинь раздосадовано взглянула на неё, и громко спросила: — Здесь кто-нибудь есть?       — «Здесь кто-нибудь есть?» — разнеслось эхо по пустой комнате, отдаваясь в её барабанных перепонках.              — Ищете меня? — раздался обворожительный, манящий голос со слегка повышенной к концу вопроса интонацией.              Он оказался ещё притягательнее, чем у лиса-искусителя Цзян Яня.              Девушки мгновенно обернулись и увидели, что на троне появился ещё один человек.              У него были мягкие чёрные волосы, глаза, сверкающие подобно рубинам, и на нём была одежда европейского аристократа. Черты его лица были полностью западными, красивыми и чёткими, словно у скульптуры божества.              Фан Яэр и Лю Яньсинь оцепенели.              ...Иностранец?              Но даже если бы он и был иностранцем, такие глаза нечасто случилось бы повидать, не говоря уже о настолько красивой внешности.              Минуточку, когда он успел там появиться?              Фан Яэр вежливо спросила на английском языке:              — Извините, вы хозяин этого дома?              Мужчина выглядел довольно жутко, и они не осмелились отнестись к этому легкомысленно.              — Я знаю ваш язык, — Паскаль улыбнулся, свободно говоря по-китайски. — Если не я хозяин, то кто же, неужто вы?              Лю Яньсинь потянула Фан Яэр за руку:              — Она стала такой из-за вас? Чэнь Шимяо заключила с вами сделку, чтобы вы помогли ей занять тело Яэр?              Паскаль ответил, всё так же улыбаясь:              — Я не распространяюсь о своих гостях.              — Что бы она вам ни предоставила, мы можем дать в два раза больше, — твёрдо произнесла Лю Яньсинь. — При условии, что вы вернёте Яэр её тело.              Паскаль насмешливо поднял брови:              — В самом деле?              — Конечно, в самом деле.              — Как пожелаете.              Мужчина поднялся с трона.              Под их недоверчивыми взглядами за его спиной взметнулись огромные чёрные крылья, а на голове появились острые рога.              — Та маленькая девочка согласилась продать свою душу после смерти в обмен на то, чтобы стать ею на всю оставшуюся жизнь. Поскольку вы собираетесь заплатить вдвое больше, чтобы вернуть всё обратно, я не буду скромным и приму ваши души.              — Нет...              Отчаянный девичий крик внезапно оборвался, они обе успели осознать только белую вспышку, ослепившую их, прежде чем они одновременно потеряли сознание и упали на пол.              — ...Хм? — Паскаль недоумённо обернулся.              Молодой человек с длинными волосами цвета снега и бледным, утончённым лицом, держал в руках ледяной клинок и холодно смотрел на него, сжав губы, выражение его лица источало холод.              — Бог этого мира?.. — Паскаль прищурился, оценивающе глядя на него. — И судя по виду, похоже, из тех, кто связан со льдом и снегом? Милый маленький бог, ты очень силён, но ты слишком молод, не очень мудро прерывать заключение моего контракта, я ведь могу и разозлиться.              Паскаль облизнул уголок губ, в его неестественно алых глазах читалась угроза.              — До этих пор мне ещё не доводилось убивать бога.