Запой

Из лифта стремительно выходит Анастасия Константиновна и, нерешительно помявшись на середине оживленного коридора, быстрым шагом подходит к регистратуре. * - Как-то подозрительно часто наш Великий Главврач стала снисходить до ее простых подданных.* - подумал Быков, перебирая карты недавно поступивших пациентов и решая кого из них отправить на верную смерть… то есть кого отдать своим интернам. - Доброе утро, Андрей. - Пока не знаю. Когда перевалит за 12, тогда скажу. - ответил на приветствие терапевт, не отрываясь от папок. - Не сейчас, Быков. Удели мне пожалуйста немного своего, несомненно, драгоценнейшего внимания. - уже не обращая внимание на отсутствие должного уважения и приветствия, попросила Настя. - Умоляй! Вставай на колени и проси, тогда, может быть, я соизволю опустить на тебя свои очи. - все равно продолжал Евгеньевич в своем духе. - Так, перестань паясничать! Можешь свои очи не поднимать и не опускать. Просто ответь мне на вопрос: ты видел Купитмана последние два дня? - сказала главврач, начиная закипать. Быков для вида поднял глаза к потолку, опустил к полу, сделал задумчивый вид и даже приложил руку к подбородку, но все его старания сделать мыслительный процесс пошли прахом, когда он краем глаза увидел разъяренное лицо Кисегач. - Быков, хватит! У меня дел по горло и совершенно нет времени на то, что бы смотреть как ты думаешь над таким простым вопросом! - раздался хриплый смех терапевта, из-за которого выражение лица Анастасии стало ещё более злым. - Настя, молодец, что хоть немного подняла мне настроение, а то совсем замучился с этими кретинами. Мой тебе совет: если хочешь устрашить или устыдить своих подчиненных, то никогда, слышишь, никогда не делай такое лицо, как сделала сейчас. А то дашь им заряд энергии и позитива на пол дня, как мне, - отдышавшись, произнес Андрей, - а на счет нашего алкаша, то нет, не видел. Лицо главврача резко изменилось на задумчивое и, в то же время, обеспокоенное. - Алкаша… Как бы он в запой не ушел, а то вдруг… И знаешь что? Передай, если увидишь его сегодня, что не явится ко мне к концу этого дня - уволю! И это я говорю крайне серьезно, надоело, что постоянно не на рабочем мечте, а бегает по женщинам или пьет. Венерологов хороших много, а его, уже немолодого и, тем более, алкоголика, мало куда возьмут. Так все и передай. - несмотря на равнодушный вид, сердце терапевта ёкнуло, волнуясь за друга. Ведь Быков и сам понял, что Настя говорит на полном серьезе и готова уволить Ваню, если тот не придет в кабинет главврача. Кисегач, не дождавшись никакой реакции, закатывает глаза и исчезает в неизвестном направлении, но даже на это Андрей никак не реагирует, поскольку думает и вспоминает. *- Куда же мог деться Купитман? Без предупреждения или видимых предпосылок тот никогда не исчезал. Поскольку Настя сказала, что его нет два дня на рабочем месте, то нужно попробовать вспомнить: что же настолько ударило по нашему немолодому венерологу во вторник? И да, каюсь, что не вспоминал про Ваню все эти два дня, работа совсем завалила, надо бы выпросить себе помощника… И все же, друг другом, но вначале дам повод оставить инфузорий на дежурство, а уже потом отправлюсь на поиски. * Ещё немного покопавшись и выбрав двоих несчастных пациентов, Быков отправился в ординаторскую. - Ну что, одноклеточные, опять ничего не делаете? Ладно Левин с Лобановым - я им ещё никого не дал, но как посмели Черноус и Романенко просто так тут сидеть? Вы уже минут 20 должны порхать как падальщики над Дегтяревым, что бы тот не умер от простого… а нет, вы сами должны догадаться. Но подсказку я вам уже дал, что это не рак, не опухоль, не редчайшая болезнь в мире и не синдром кого-то-там, так что быстро полетели, птенчики мои недоразвитые! - протараторил заведующий отделением, под конец переходя на повышенный тон. Варя тут же вскочила и потащила за собой упирающегося и явно настроенного на словесный поединок, Глеба за дверь ординаторской. Быков раздал карты оставшимся интернам, выгнал их в палаты, и, потоптавшись некоторое время на месте, уселся на диван. Достав телефон, терапевт набрал знакомый номер лучшего друга и выжидающе уставился на экран. Подождав до момента, когда включится автоответчик, Андрей с досадой кинул аппарат в карман и вылетел в коридор. Слова Кисегач о запое побудили заведующего отделением проверить одно место, в котором проходили все три Ваниных переживания потерь. Терапевт мало верил в то, что в данный момент в архиве сидит венеролог, напившийся до потери человечности, поскольку никаких причин для этого не было. Ну или ему хотелось в это «мало верить». Поэтому заведующий отделением в первую очередь отправился к регистратуре, надеясь, что Анастасия просто-напросто умудрилась не пересечься с венерологом за эти два дня. *- Единственный повод для запоя у нашего еврея, который я знаю - это расставание с женщиной. Но если бы у Купитмана были серьезные отношения хотя бы месяц, то я бы узнал об этом с первой недели точно. Мелкие интрижки с замужними и слишком для него молодыми девушками не в счет: такие недо-отношения либо заканчивает он, либо мужья этих самых девиц. Даже из-за тех случаев, когда ему отказывали или его «бросали» он нисколько не волновался, поскольку он никогда не встречается с одной женщиной. Самый минимум одновременно у него был это трое… Так, не туда мысли пошли, не туда… * - Люба! - прокричал терапевт, подлетая к регистратуре и облокачиваясь на стойку. Из сестринской выглядывает старшая медсестра и, убедившись в догадках о том, кто её позвал, торопливым шагом подходит к Быкову. На ходу она достает из кармана халата две небольших конфеты. - Да, Андрей Евгеньевич? - спросила Люба, засовывая одну сладость в рот, а другую протягивая заведующему отделением. - Ты Купитмана видела последние два дня? - задал свой вопрос Андрей и взял угощение, предварительно поблагодарив кивком головы. Люба на несколько секунд задумалась, ведь она каждый день видит всех врачей и очень много других пациентов. Но про встречу с такой колоритной фигурой как Иван Натанович что уж там за два дня, да даже за неделю забыть нельзя! - Нет, Андрей Евгеньевич, не видела, - немного удивляясь этому факту, проговорила медсестра, - А что такое? Случилось что? - но на смену удивлению быстро пришло привычное любопытство, ведь Натанович и Евгеньевич, как всем известно, лучшие друзья, а значит практически всегда на связи. - А вот этого тебе, Люба, - кладя фантик из под ириски прямо на стойку, произнес терапевт, - знать очень даже не нужно. - Не надо, так не надо, что ж мусорить то. - недовольно пробурчала старшая медсестра, глядя вслед уходящему Андрею и выкидывая обертку. *** Никто не знает, хорошо это или плохо, что в архив люди заходят чаще в виде наказания, а не по собственной воле. С одной стороны, если бы в архиве было многолюдно, то вытащить невменяемого Купитмана от туда незамеченным, для Быкова было бы большой проблемой. Но, с другой стороны, не будь человек тут редким гостем, тогда венеролог не обосновывался бы этом укромном местечке на время своих попоек. Практически бесшумно открыв дверь в архив, Андрей проскользнул внутрь, оставаясь никем незамеченным. Перед его взором открылся недлинный коридор с несколькими стеллажами вдоль стен и парой приоткрытых боковых дверей. Заглянув во все двери, кроме одной, и не найдя ничего подозрительного в видах помещений, терапевт положил ладонь на ручку последней двери и приготовился к худшему. Он уже три раз вытаскивал Ваню из такого положения, поэтому прекрасно знал, что тот может даже не узнать его и начать бросаться как физически, так и словесно. Заведующий отделением никогда не признавался, даже себе, но словесные оскорбления от лучшего друга ранили его намного сильнее, чем его удары. Андрей нажал на ручку и толкнул дверь. Перед его взором предстала небольшая комнатка, заваленное буквально почти всем. Тут была и всевозможная еда, обертки, упаковки, разная одежда от пижамы до официальных костюмов, несколько строительных инструментов, столовые приборы и, конечно же, множество бутылок из под алкоголя. Прямо напротив двери стоял шкаф, в который, судя по всему, первое время венеролог пытался складывать свои вещи. На нем немыслимым образом очутилась одна из бутылок, приютившись на закинутом туда же спортивном костюме. Слева от двери находился стол, заваленный разнообразными закусками и парой бутылок водки. За этим самым столом восседал Купитман в майке-алкоголичке и подливал себе в бокал алкоголь. *- На водку значит перешел. Теперь нужно действовать аккуратно: не узнает, набросится. А то ещё хуже: узнает, вспомнит что обидное и начнет грязью поливать. Такого фиг заткнешь.* Быков стал тихо закрывать дверь, но, перед тем как захлопнуться, она предательски скрипнула. Терапевт застыл и в упор посмотрел на друга. Ваня медленно поднял голову и принялся рассеянно рассматривать не опознанную личность. - Это ты? Вроде да… Ну, раз пришла, то не стой, присаживайся. - и вновь опустил голову и продолжил свое занятие. * - За кого он меня принял? Может, я сейчас являюсь одной из его трех бывших? Или какой-то молоденькой девчонкой с которой у него кратковременный роман? В любом случае, мне абсолютно не нравится то, что я сейчас женского пола. Надо как-то выяснить: кем я сейчас являюсь для Вани? И, желательно, переделать в себя.* Андрей бесшумно подошел и аккуратно присел рядом с евреем. Тот откуда-то достал второй стакан и начал лить водку и в него. - Ваня, - Быков решился на рискованный шаг, - Ваня не надо. Я не буду сегодня пить. Давай лучше завтра вечерком ко мне или к тебе приедем, разопьем бутылочку хорошего коньячка… А сейчас давай-ка заканчивай. Приводи комнату, себя в порядок и пойдем. Венеролог с разочарованием вздохнул, а затем недоуменно посмотрел на терапевта. - Ты… Ты значит… не Катя? *- Значит принял меня за одну из своих подружек. Хорошо хоть, понял, что я ей не являюсь.* - Да… конечно ты не Катя. Катя не знает, где я работаю… и где обычно пью… А кто знает? Не так много народу… И ты… ты не женщина! Ты в очках, белом халате - значит, врач. Кто ещё знает? Люба, Денис из санитарии… Андрей? Быков? Это… ты? - этот самый Андрей с облегчением вздохнул. - Да, Вань, это я. Твой лучший и единственный друг пришел спасать твою печень от длительного запоя. Купитман более осмысленно посмотрел на терапевта встал и обошел стол. Улыбнувшись, еврей протянул руки для объятий. Андрей не понял, что так обрадовало венеролога, но отказывать в обнимашках не стал. Так они простояли несколько десятков секунд. Ваня первым отстранился и, держа терапевта за плечи, радостно произнес: - Как же хорошо, что ты меня нашел! Теперь будет нескучно! - и потянулся поцеловать Быкова в щеку. Глава интернатуры же начал вертеть головой и предпринимать попытки отстраниться, на что венеролог только смеялся. - Вань, нет. Не будет нескучно, а мы сейчас с тобой пойдем и… - Купитман почти поцеловал терапевта в щеку, но в последний момент Андрей дернулся и они встретились губами. Старший облизнул свои губы и, соответственно, губы Быкова, оставив свой язык между ними. После этого жеста терапевт неосознанно приоткрыл рот, позволяя второму мужчине немного проникнуть внутрь. Когда же во рту Быкова их языки соприкоснулись, то Андрея будто током ударило. Он отшатнулся от венеролога, оттолкнув того в стол. Ваня же как ни в чем ни бывало встал со стороны кресла и начал снова подливать водку в стакан. Терапевт ошарашено и дико смотрел на друга. Так продолжалось несколько десятков секунд, пока еврей не поднял голову и не встретился взглядом с Быковым. Спустя мгновение глаза Купитмана расширились от ужаса и страха, а спустя ещё секунду тот уже мчался к двери из комнаты. Евгеньевич почти успел перехватить венеролога, но тот все же шмыгнул за дверь. Андрей выскочил вслед за ним и, обнаружив мечущегося на противоположной выходу стороне архива Ваню, перегородил еврею дорогу к спасенью. Увидев что он в ловушке, венеролог стал пятиться к койке, стоявшей около стены, напротив разъяренного Быкова. - Андрюшенька, - промямлил вмиг протрезвевший Купитман, - Андрюшенька, это ведь случайность, я ведь не хотел, честно… Ну ты же сам понимаешь, что я просто хотел поцеловать тебя в щеку, да и то в пьяном угаре… Ну Андрюша, успокойся пожалуйста, умоляю тебя! Но не смотря на все логические доводы и мольбы, терапевт уже подошел почти вплотную к вжавшемуся в койку венерологу. Между ними остался всего лишь метр и повисла гробовая тишина. Вдруг, за дверью в коридор, послышался стук каблуков и ручка слегка наклонилась. Тут же потеряв враждебность, терапевт схватил венеролога и нырнул за ближайший стеллаж. Андрей заставил шатающегося Ваню опереться на себя, а то мало ли, упадет ещё, и зажал шумно дышащему Купитману рот ладонью. Дверь открылась и от туда показалась Анастасия Константиновна, привлеченная в архив небольшим шумом. Пройдя несколько шагов вперед, Кисегач остановилась и стала осматриваться по сторонам. Поправив несколько неровно стоящих папок и не заметив ничего больше, главврач закрыла за собой дверь в архив. Венеролог расслабленно выдохнул и сильнее оперся бедром об терапевта. Но вдруг почувствовав, что в ногу ему что-то упирается, Ваня резко отодвинулся и вскинул голову к Быкову. Купитману удалось лишь на долю секунды пересечься с Андреем взглядом, после чего тот отвернул голову, делая вид, что поправляет халат. Быков был возбужден. От одного поцелуя, в котором и языка-то толком не было. - Ну что, пойдем приводить все в порядок? - произнес терапевт, перестав заниматься ненужным занятием. Никто не сдвинулся с места. Повисло неловкое молчание, причина которого сейчас чуть натягивала халат Андрея. Вдруг в пьяном мозгу венеролога промелькнула одна очень интересная мысль, с явно садистскими наклонностями. *- А какой…?* - А какой секс с… мужчиной? *- С… тобой? С моим… лучшим… другом..?* Младший недоуменно и растерянно посмотрел на еврея. - Ох Ваня, а я говорил - доиграешься ты, сам не заметишь, как окажешься на том берегу. Ну что, как там? Все такое радужное, без синего, всюду ходят полуголые мужчины с надписью «За Феминизм»? Ну что ж, можешь узнать, только сайт специальный найди. *- Странно. В его голосе нет ни капли осуждения, только какая-то вымученная обреченность. Как будто он сам себе пытается доказать, что… а что он себе пытается доказать? * Еврей непонимающе поморщился, не до конца поняв смысл издевки. Ведь по всему виду Андрея было понятно, что, отнюдь не тонкий, намек, он понял. - Андрюшенька, ты ведь наверняка очень нужен в отделении, а в таком виде ты никуда не сможешь пойти… - Тихо! Купитман, геюга ты, новоиспеченный, я сам прекрасно справлюсь со своими физиологическими потребностями, так что даже не смей!… - Просто дружеская помощь. Быков застыл, будто обдумывая предложение. Сделав небольшой шажочек в сторону терапевта, Ваня не увидел никакой реакции, поэтому начал действовать решительнее. Резко зажав Евгеньевича между собой и стеной, венеролог потянулся губами к лицу Андрея, незаметно опустив руку к его паху. От такого неожиданного и сильного напора Быков вжал голову в стеллаж, непроизвольно выставляя вперед таз. Купитман же только этого и ждал. Привстав на цыпочки, еврей все же поцеловал терапевта в губы, отвлекая от того, что происходило внизу. Рука старшего уже расстегнула ширинку на джинсах Андрея и подбиралась к боксерам, когда Быков распахнул глаза, собрался что-то сказать и попытался оттолкнуть напирающего венеролога. С мыслью «Не позволю испортить такой гениальный план», Ваня резко провел рукой через ткань по всей длине члена. Терапевт вцепился в плечи Купитмана и, положив голову на ладонь, пытался заменить довольное мычание на негодующее. - Ну не обижайся Андрюша, не обижайся. Это была всего лишь маленькая еврейская хитрость. - усмехнувшись, произнес довольный венеролог. - Ты со своими волшебными руками меня даже такими грубыми и небрежными движениями с ума сведешь. - прошипел Быков в ухо другу. - Сочту это за комплимент и за приглашение продолжать дальше. - с ехидной ухмылкой проговорил Ваня. - Какое ещё приглашение?! Это просто само вырвалось из-за физиологической реакции на удовольствие! - возмущенно зашипел Андрей. - Ну тогда это получается сексуальные домогательство. - задумчиво изрек Купитман, прекрасно зная реакцию друга на такое заявление. - Не смей так говорить! Ладно, получай мое выманенное обманом согласие на все непотребности и извращения. - Вот и чудненько. А что бы нам обоим было удобней, снимай штаны. - нетерпеливо ответил венеролог. Терапевт уже было стал снимать джинсы, но вдруг остановился. *-С одной стороны получить удовольствие… то есть избавиться от проблемы очень даже хочется, а с другой быть полу обнаженным пред другим мужчиной… Хотя, после наших с Ваней совместных попоек мы частенько просыпались полу голыми, но эти воспоминания были довольно сильно затуманены.* Не смотря на внутренние противоречия, через несколько секунд Быков уже полностью стянул штаны вместе с боксерами. - Да, Андрюш, уж чего у тебя, наверно, никогда не отнять, так это твоих подтянутых и стройных ног. - любуясь и без малейшего стеснения рассматривая открывшиеся пред его взором части тела, произнес Купитман. - Чего, извращенец старый, нравится? Давай-ка, переходи поближе к делу. Или так и будешь стоять, слюни пускать? - начал поддразнивать старшего терапевт. - А вот про возраст было лишнее, Андрюшенька, лишнее. - с предвкушение маленькой шалости и, по совместительству, наказания за все издевки над возрастом, сказал венеролог и приблизился к младшему. Не успел Быков начать говорить, как поперхнулся вставшими в горле язвительными словами. Ваня стал яро надрачивать Андрею, не забывая при этом перекатывать и чуть сдавливать в свободной руке яички. Евгеньевичу только и оставалось, что вцепиться по проверенной схеме в плечи друга и мычать от наслаждения в кудри еврея. Чуть опавший член вновь стал твердеть. Когда стало понятно, что экстаз скоро настанет, по телу терапевта прошла дрожь и он поддался ближе к ласкающему его руке. Тут же поняв, что через несколько секунд его друг изольется, Купитман резко пережал член у основания. Быков задохнулся и чуть было не заскулил, но успел вовремя сжать зубы. Заметив это, венеролог усмехнулся. - Интересно, а тебе Настя говорит что-то вроде, - еврей резко сменил тембр голоса на низкий и глубокий, с нотками хрипотцы, - «Не сдерживайся, мой дорогой. Дай мне услышать, как ты сгораешь от страсти, как ты хочешь освободить себя от тягостных пут наслаждения. Кричи, стони, сделай все что угодно, лишь бы нас все слышали, лишь бы все знали, что происходило этой ночью. Что бы после этой ночи на нас заглядывались, краснея, чтобы за нашими спинами шептались. Покажи мне свое наслаждение.» Всем своим видом Андрей выражал муку, но все же не спешил сдаваться. *- Как же хочется врезать этому гомику. Дружеская помощь, конечно. Друзья не мучают во время помощи и не предлагают такое.* - Во первых, Ваня, Настя не говорит твоим голосом. Во вторых, ей даже в голову таких глупостей говорить не придет. - запинаясь и хрипя прошептал Быков. -Глупостей? - возмутился венеролог, ещё сильнее сжав половой орган, от чего терапевт шумно выдохнул, - Если это глупости, тогда почему же из-за них ты не можешь нормально говорить: твой язык заплетается и ты хрипишь как никогда во время попойки? Почему же ты с каждым словом все сильнее вжимался в меня и чуть было не заскулил от желания кончить? - Андрей удивлено распахнул глаза и понял, что все это так, что старший не врет, - Как говорится: можешь не отвечать. И снова у Быкова темнеет в глазах от наслаждения, смешанного теперь с мукой; и снова рука Купитнана порхает по члену младшего, перебирая пальцами мошонку. Долгожданная разрядка не заставляет себя ждать. В последнее мгновение перед кульминацией в ухо терапевта проник влажный шепот: - Давай же, Андрюшенька… *** Всего лишь несколько десятков минут комната, походившая на свалку или на притон, уже практически сияла от чистоты. - Вот и всё, - проговорил венеролог, поправляя бейдж на халате, - А ты говорил, что до конца дня не управимся. Вечно ты все преувеличиваешь, как и свою гомофобность. - на последнем слове еврей кинул лукавый взгляд в сторону Андрея. - Да хватит уже издеваться! Молодец, перетянул меня отчасти на тот берег, доволен? - по крайне раздраженному тону терапевта можно было понять, что поддразнивание на такую тему длились уже довольно долго. Ваня виновато опустил глаза и бесшумно подошедшим к сложившему руки терапевту. - Андрюша, - ладони Купитмана мягко разъединили напряженные руки Быкова, - пожалуйста, посмотри на меня. Через некоторое время младший все же перевел уставший взгляд на венеролога. - Вот так. Послушай, все что было… Если тебе будет от этого легче, то можешь считать это отчасти экспериментом, в котором мы с тобой оба были подопытными. Можешь считать ошибкой или чем-то еще, я… я не знаю. Просто не принимай это близко к сердцу. Я ведь знаю, что ты любишь Анастасию. - Вы евреи хитрые, но не всегда понимаете истинные чувства людей, - прошептал Андрей и втянул друга(!) в нежный поцелуй. Немного ошарашено посмотрев на терапевта, Купитман блаженно закрыл глаза и улыбнулся в губы Быкова. Через несколько секунд мужчины отстранились. - Вань, слушай... Это может прозвучать странно, но я знал, что бисексуален, просто боялся самому себе это признать. А теперь вижу, что ничего почти не изменилось, только как-то легче стало из-за признания вслух другому человеку. - Ну что ж, я очень рад за тебя, Андрюша. Но ты и сам прекрасно понимаешь, что в нашей стране, мягко говоря, не очень хорошо относятся к гомосексуальности. Поэтому у нас с тобой возможны лишь небольшие, так сказать, перепихи. - Что, Купитман, расстроился? - хрипло рассмеялся терапевт, - Да кто ж не знает про позицию РФ на тему сексуальных меньшинств. Я, если честно тоже хотел предложить тебе секс по дружбе. Настя конечно хороша, но, во первых, не всегда сможет удовлетворять мои желания и потребности, а во вторых хочется чего-то нового. А что после отношений с женщиной может быть новее отношений с мужчиной? - Ваня вопросительно посмотрел на младшего, - Извиняюсь: секса с мужчиной. Как друг ты просто не заменим, а мне бы не хотелось чтобы после отношений как пары мы с тобой несколько отдалились бы. Я ведь тогда не смогу просто так вваливаться к тебе в кабинет в любое время и злобно подшучивать на тему возраста. - Значит вот из-за чего ты со мной дружишь: только потому, что я выдерживаю твой ужаснейший характер. - обиженно проговорил венеролог. - Это тоже, но не дуйся: мне теперь нравится не только твое терпение, но и твои еврейские кудряшки, поскольку в них удобно будет зарываться всей пятерней. - Быков! - возмутился чуть смущенный венеролог. -Ладно, пошли. Кстати, сейчас нам с тобой надо будет зайти к Кисегач, а то она уже там вся в ярости была, что ты не на работе. И даже увольнять уже собиралась, представляешь! Теперь то тебе точно нельзя никуда из этой больницы уходить, а то когда же нам разводить голубые сопли и точно так же разводить на дежурства моих недо-врачей. Но перед тем, как навестить нашу гарпию, нужно придумать тебе отмазку, почему тебя не было два дня на работе. - На работе я, как раз таки, был, только не в кабинете. Давай так: у меня… ну например палец на левой руке сломан. Работать смогу, а надо будет всего лишь пару недель с повязкой походить. Кстати, тебе тогда надо за бинтом быстренько будет сбегать, любимый. - Шикарная идея, крошка. Алкота, шагом марш!