***
Это был день, когда выяснилось, что их босс — Выверт. Это могло быть неожиданным — и неожиданным было. Тот самый Выверт! Который контролировал теневую часть города, который по слухам выстроил гигантскую базу… Выверт с неясными силами и возможностями, по слухам — даже не кейп, по слухам — могущественный суперзлодей, по слухам… — Неформалы, — провозгласил Выверт. Слишком пафосно. — Позвольте мне продемонстрировать вам мою силу… Тейлор думала, что Выверт удивительно нормальный. Тейлор никак не могла знать, что в параллельной реальности, когда всё идёт к чертям, Выверт обязательно зовёт к себе Рой, чтобы обнять её, а та даже двинуться не может от шока каждый раз. И снова гудит тот же улей. И семейство, живущее рядом с ним, волнуется: за что разозлилась на них могущественная и ментально нестабильная суперзлодейка?***
Бойня №9 в городе — звучит ужасающе. На самом деле ужасающе. Тейлор боялась больше всех. И нет, она боялась не «участи хуже смерти»… Песнь Птицы-Хрусталь — заявление о том, что Бойня в городе — зазвучала, Тейлор могла легко уловить её своими насекомыми. Она упала на колени на затопленной улице, пытаясь отдышаться. Стёкла взвились в воздух… И, мягко подлетев к ней, погладили её по чёртовой голове. Тейлор зажмурилась. Ей нужно было просто перетерпеть это. Просто перетерпеть. Потом было нападение Манекена — и Тейлор впервые подумала, что в её странности есть и плюсы, потому что Манекен не пытался её обнять, он пытался её убить — это оказалось на редкость неприятно. Потом была Ампутация, и уж она-то ни в чём себе не отказывала…***
— Как вы меня нашли?.. — прошептала Тейлор, стоя на пороге портала с белоснежным коридором за ним. Чернокожая женщина в белом халате тонко улыбнулась. — У нас есть свои способы находить нужных клиентов. Вы можете обращаться ко мне Доктор Мама, — и сделав шаг навстречу, обхватила Тейлор за плечи и так повела внутрь. Тейлор зажмурилась на всякий случай. — Если я верно понимаю, — поглаживая её по спине, продолжала женщина, — вам нужно убрать одну из ваших побочных сил, и вы готовы заплатить за это немалые деньги. — Именно, — пробормотала Тейлор, стойко игнорируя то, что какая-то рука, которой даже не должно быть, из воздуха, стала гладить её по голове. А затем — ещё и ещё… — Котёл не предлагает таких услуг, но мы можем предложить вам… — Доктор Мама вдруг остановилась. — …постойте. Котёл не предлагает таких услуг. — покосилась на Тейлор, и в её глазах мелькнул интерес. — Дело именно в том, что Котёл не предлагает никаких подходящих вам услуг. — Тогда зачем вы нашли меня? — опасно близко к истерике. — Хороший вопрос, — ответила Доктор. — Ваш эффект Властелина на редкость силён. Эффект Властелина? — Боюсь, Котёл не может предоставить вам никаких услуг, — сказала Доктор. Невидимые и почти неосязаемые руки с каждой секундой нервировали Тейлор всё сильнее. — Зато у нас есть предложение…***
Очевидно, Ноэль соскучилась по объятиям. Тейлор долго не забудет ту битву.***
Сидя на столе напротив Оружейника, она судорожно размышляла. Очевидно, он был подобен Манекену: её эффект по какой-то причине на него не действовал. Насекомых она была лишена. До чего Тейлор терпеть не могла использовать эту побочную силу! Но… На её сторону встала не треть учащихся. Поднялись все, и в благодарность она обняла каждого из них, когда они оторвались от Оружейника.***
— Может, вместо этого лучше обнимемся? Александрия посмотрела на неё странно. Тейлор внутренне съежилась от унижения. У неё не оставалось выхода: придётся убить свидетельницу оного.***
…в битве с Сыном она не заметила самой мелкой — и самой важной детали. Как могла она упустить? Нет, не Оборотни. Она сама. То, что она так терпеть не могла использовать когда-то в прошлой жизни… Тейлор заставила себя шагнуть в разваливающийся портал — так, будто ей не страшно. Так, будто она не видела с помощью ясновидца сегодня бесчисленные смерти, будто её не колотило от ужаса от одной мысли оказаться слишком близко к Сыну. Она выпала из портала прямо перед ним. Было бы правда проще, если бы она могла говорить. Она видела бесчисленные миры — теперь мирные, спокойные, тихие. И последним, что она почувствовала, прежде чем наступила темнота, были бережные объятия золотого человека.