Приоткрывая адские врата

«Инфоцыган-тим – ваш личный коуч, а также ледокол в мир мотивации, мышления миллионера, океана бизнеса и его акул». Казалось, что это просто набор типичных рекламных слоганов, которыми сейчас забит интернет, однако именно из-за них и произошла наша история. Николай дочитал газетные сводки с биржи труда, а затем разочарованные глаза перевёл на жену, которая снимала кипящий чайник. - Коля, что будем делать? Без работы нам Владика не прокормить. - Свет, я это прекрасно понимаю, но и ты войди в положение – на этом заводе я похаю уже сорок лет! Если конечно считать подростковую подработку. Для меня это мощный удар, словно кто-то нагайкой вдарил по больному колену. Весь мир ведь держался на трёх точках – цех, бог, страна. - А мы где? – бросила недовольный взгляд Светлана, уже рассыпавшая сахар по стаканам. - Вы и есть мой мир – не задумываясь парировал кормилец, - а потому-то я и боюсь, что мы рухнем без третьей точки, учила геометрию в школе? У стоячего тела должно быть хотя бы три точки опоры. И их я считал крепкими, дополняющими, но увы. Симфония власти светской – страны и духовной – бога стоит крепко, они поддерживают друг друга. Также было и с заводом – был он, наш стеклодувочный цех, причём не абы какой! – ударив кулаком по столу выкрикнул мужчина, - наш завод открывал лично Сталин! Представляешь размах? Вот эту имперскую мощь, а? И вот цех был в симфонии с нами – работниками, и всё мы могли пройти вместе! Приватизацию – выстояли. Дефолт – выдержали. Оптимизацию – простояли. Со всеми трудностями вместе справились, как мальчиш-кибальчиш. Но также, как и его в итоге погубили нас предатели. А самое горькое, что? А то, что предатели – мы. Насмотрелись своих «коучей» (это он произносил с особой ненавистью), наслушались о «мышлениях» - бросили и товарищей, и цех – ушли в бизнес. Были нормальные мужики – стеклодувы, звучит же гордо, да? (Светка молча кивнула, продолжая нарезать колбасу для бутербродов, а Николай сделал глоток чая, после чего продолжил) Вот, а кем они стали? - «Ку Арь мажорами». - Кью Ар менеджерами – поправила его девушка, поставив перед ним тарелку. - Как пидораса не назови, а всё равно заднеприводный. Да и на чьей ты стороне, женщина? Точно за меня? - За тебя, милый мой. Но хоть трижды ты прокляни своих «предателей», но работа у нас в Мухогадинске не появится, гнилое это местечко. Ни работы, ни будущего для Владика. Может нам переехать? - Ох Светочка, права ты, я и сам об этом думал, только можно ли родные места так легко бросить? Вспомни сосновый бор, где мы познакомились. Наше первое свидание на проспекте Дзержинского, помнишь? В ту ночь Союза не стало. - Не разливайся словом по древу. Муж хотел начать спор, но тут на кухню зашёл заспанный сын. - Мама, папа, доброе утро! - Доброе, сынуля – тепло ответила Светлана, подхватив его на руки. У Николая прошли в голове образы и мысли. Вот – Владик идёт в школу, а она вся обветшалая. Вот - идёт в технарь, а в ВУЗ не может – в школе не смогли научить, да и нет больше в Мухогадинске университетов. А что потом? – безработица или, если повезёт, работа кассиром в магазине. Разве может любящий отец так поступить с сыном? Мужчина пустил слезу. Он встал с табурета, после чего крепко обнял жену и ребёнка. - Завтра куплю билеты. Посадка на поезд прошла быстро и легко – чмокнувшись на прощание, Николай уехал вперёд, его ждала Москва. Кондуктор бегло бросил взгляд на билеты. - Николай Адольфович Ульянов, ваше имя? - Да. Тучный мужчина сделал шаг в сторону, освобождая дорогу, однако вываливающиеся пузо не дало провернуть сье действо кинематографично, что заставило его делать ещё один неловкий шаг в сторону. «Понарожают уродов» - подумал Николай, заходя внутрь купе, куда вскоре к нему зашёл молодой парнишка. Юноша быстро разложил свои вещи и начал разговор с нашим героем. - Меня Нестор звать – начал он, протягивая руку. - Николай, рад знакомству – пожав поданную руку, ответил мужчина. - А у вас крепкий хват, - начал паренёк, разглядывая мускулистые руки стеклодува. В итоге разговор оказался крайне плодотворным – они общались и курили до обеда, после чего уставший от постоянной качки Николай лёг на боковую, где сладко дремал до самой ночи. Когда же он проснулся, то с омерзением смотрел на лежавшую на столе куру. Сама она была аппетитна, но разве можно приступать к еде не выкурив хотя бы одной папироски? У вас может быть своё мнение, но Николай, как уроженец Мухогадинска, воздух которого постоянно был наполнен токсичным смогом, был уверен, что любое хорошее дело можно начинать лишь выкурив. С этой мыслью он направился вон из купе. Холодный ветер обдувал его голову, а табачный дым приятно ударял в лицо. Погода была отменной, именно такую наш суровый стеклодув и любил. Мужчина был один, погружённый в свои мысли. Когда сигарета истлела в руках, а фильтр полетел за борт, он направился обратно в купе, размышляя о том, как приятно будет закусить курятиной после курева, однако на его пути возник незнакомец. - Вы Николай, верно? - Да, мы знакомы? Горбатый старичок замотал седой головой из стороны в сторону. - Нет, но вы успели познакомится с моим коллегой – Нестором, а вот моё имя – Фома. Мужчины обменялись рукопожатием, однако, в отличие от Нестора, старик начал разговоры о делах. - Вы ведь ищите работу? Я могу предложить вам вариант. - И какой же? Только учтите, что мне ещё семью содержать. - Жену? – уточнил очкарик - Ещё маленького сына. - Простите, а сколько вам лет? - Через пару недель будет 46, а что я так хорошо сохранился? – улыбаясь пошутил Николай. - В моё время уже у детей внуков выпрашивали в вашем-то возрасте, вот я и опешил. - Ну время не простое теперь, надо же что-то кормить детей, а пока денег на это накопишь, может и вся жизнь пройдёт, но что там по работе? – почёсывая блестящую под луной лысину, вернул разговор в деловое русло Николай. Фома кратко ввёл его в курс дела – он оказался священником в одной из независимых церквей пригорода, и они очень нуждаются в курьере, который будет разносить по району книги. Николая сначала терзали сомнения, однако поп уточнил, что нужен курьер, а не барыга – книги заказывают заранее, поэтом с глупым видом ходить по квартирам не придётся. Платят хорошо, даже больше чем в цехе. - А если вам жить негде, можете основаться у нас в подсобке, там место есть, хотя и пыльное. Ну так что, вы согласны? - Согласен, уточнить детали у Нестора? Старик молча кивнул, после чего оба разошлись по своим делам. Церковный склад оказался вполне приличным местом, вещи убрать есть куда, для сна нашёлся надувной матрас, а Фома пообещал горячий завтрак каждое утро – практически номер в мотеле, хоть и на 4 звезды. В тот же день Николай приступил к работе. Всё действительно оказалось просто – Фома даёт список адресов, а от новоиспечённого курьера нужно лишь доехать туда на велосипеде, который церковь ему любезна предоставила. И всё было бы хорошо, но одна мысль терзала нашего работягу. Среди адресантов почти не было славянских лиц. Не то чтобы Николай был расистом или, не дай Бог, нацистом, но всех нерусских он не любил. Не то чтобы за дело, а скорее просто так. «И мыслят они не так, и не православные, а то и вовсе атеисты!» - философствовал стеклодув. «Да и на морды страшные!» - думал он, доставляя последний заказ. Забиравший книги дагестанец предложил выпить чаю, однако Николай вежливо отказался. Хозяин квартиры попрощался и закрыл дверь. - Вот ведь морда хачёвская – сплюнул курьер, - завёл бы меня на кухню, мол «вай, попей сяю, дарахой», а сам под ноги толкнул бы одного из сотни своих отпрысков, чтоб я потом всю жизнь ему долги на лечение платил, ха! Ищите дурака! По приходу Фома вручил ему суточный оклад и направил на кухню, где Колю уже ждал яблочный пирог. Выпивая чай и поедая постный пирог, Николай сетовал, что он педали в поте лица для читателей крутит, но никто его даже водой не угостил. - Странно, - удивлённо начал поп – в нашей пастве такой коллективизм, не могу поверить, что они были к тебе холодны, может это с непривычки? Ты для них человек новый – неизвестный, так ещё и высокий, коренастый – вылитый бандюга, если говорить честно. - Ну может, я не красавец всё-таки. Они ещё немного поболтали, а затем прозвучал последний удар в колокол – 21:00 – рабочий день в приходе закончился. Священники начали разъезжаться по домам, однако один заглянул перед уходом на склад – это был Нестор. - Николай, ты же хороший человек, я это по глазам твоим вижу, если вопросы с жильём, то можешь у меня ночевать, Фома против не будет. - Нестор, всё хорошо, я скоплю денег – сниму квартирку, чтобы семью перевести, а там всё наладится, но до тех пор я поживу здесь. - Ох Коля, скажу тебе честно – лучше тебе здесь не быть, говорю тебе как «местный». - А чего так? Москва хоть не резиновая, но от ещё трёх человек не треснет. - Нет, я про эту церковь, я не могу рассказать тебе подробнее, но здесь всё не то, чем оно пытается казаться. После этих слов Нестор быстро вышел на улицу, где скрылся в тенях. Николай попытался его нагнать, но пока он встал с матраса, след юного клирика совсем простыл. - Что же он хотел сказать? Дело близилось к полуночи, но мозг, нагружённый словами Нестора, отказывался расслабится и отправится в страну снов. Чтобы скоротать время, а за одно осмотреться, мужчина решил «пошерстить» по округе. Ходил он и по саду, и по пролеску, который смыкался с яблоневым садом, что также был тщательно осмотрен. Заглядывал он в пристройки и кусты, пока не оказалась единственная неизвестность – церковь. Перекрестившись, Николай вошёл внутрь через чёрный ход. Внутри было уютно, однако больше напоминало католический храм из фильмов, чем наш, православный. Хотя отказать этому место в красоте он не мог, а луч фонаря постоянно выхватывал из объятий тьмы иконку, врезку или хотя бы свечку, что напоминало о святости этого места. Идиллия продолжалась пока из темноты не показалась лестница, которую вначале мужчина не заметил. Он провёл лучом света вверх, где увидел трибуну, откуда днём будут читать проповеди. Без задней мысли искатель отправился на верх. Он встал за трибуной, после чего оглядевшись, чтобы убедится, что никто не смотрит, по-мальчишески начал играть – изображая из себя политика, который с важным видом говорит о ерунде. - Подводя итог могу заявить, что прав наш мудрый народ: «Депутат – враг народа», могу поклясться на святом писании! Николай запустил руку в трибуну, пытаясь вытащить из внутреннего шкафчика Библию. В сумерках он нашёл какую-то книгу, которую положил перед собой. Закончив своё баловство, «депутат-правдоруб» хотел убрать Библию на место, однако удивился, заметив на обложке другую надпись. - «Протоколы сионских мудрецов» - прочёл мужчина вслух – помню, хорошая книга, читал в юности. Однако тут же он заметил приписку снизу – «Версия для сионских мудрецов». Подсвечивая фонарём страницы, он начал читать, и с каждым новым предложением ужас, что раньше был подобен маленькому котёнку, разрастался до размеров льва, грозящимся проглотить всё естество Николая. Внутри книги были даны подробные инструкции о том, как следует развращать население, чтобы готовить приход Антихриста. Особенной внимание было уделено вопросу России: «В 988 году Русь приняла православие, где сплелось с русской смекалкой и хранимостью Богом, это дало невероятный противосатанинский эффект – если Византия пала под ордами османов, то Русь взять мы не смогли ни монголами, ни поляками, ни французами, ни немцами. Русь стояла оплотом, не давая нашему владыке проникнуть в этот мир, тогда мы решили «не мытьём, так катаньем» выбить святой дух с российских земель – кровавых большевиков наслали на православный люд, но наш жидёнок (Ленин), вскоре умер, а на смену ему пришёл красный царь – Сталин, КОБА (Красный Охотник на Бесов Антихриста). Он испортил нам все планы, падение Руси во грех отложилось на долгие годы. Однако сейчас у нас появился новый шанс для удара – земное воплощение нашего владыки (Навальный) истлело в православных катакомбах богозаступника Путина, поэтому плач миллионов либерастов, скорбящих по смерти их идола, наполнили владыку ада – Анального, новыми силами. Далее приведены инструкции как именно распространять грех в сердцах русского народа, используя «особенности» данной местности и вышеуказанного события.» Дальше больше – книга изобиловала подробностями о оргиях, приношении детей в жертву, поеданию собак и прочему, до чего здоровый человек бы никогда не опустился. В сердце Николая тлела надежда, что это читается на проповеди, чтобы открыть глаза прихожанам. Однако просмотрев книги в шкафчике трибуны, он нашёл Тору, Славяно-Арийские Веды, «Мою Борьбу» Гитлера, даже комиксы с человеком-пауком, но ни одного намёка на Библию, или Христианство вообще. «Что же делать? Куда бежать? Кому взывать?» Тут в главных воротах провернулся ключ и тяжёлая дверь, скрипя по полу, открылась. Внутрь здания вошли монахи и прихожане, часть из которых Николай уже видел, когда разносил книги. Быстро убрав «протоколы» во внутренний шкафчик трибуны, он чуть ли не ползком спрятался за иконостасом, где нашёл комнатушку для исповеди, а также шкаф, который был избран местом для пряток. Акустика была отличной, а оратор стоял метрах в десяти от нашего героя, поэтому он слышал всё. «О дети нашего верховного владыки, сегодня мы собрались здесь ровно в три часа ночи не просто так, прямо сейчас наш гомолидер – лорд Анальный, свергает с адского трона Люцифера. Он ослаб. Детишки, что называют себя «сатанистами» на деле оказываются агностиками – это в лучшем случае! Когда он был правой рукой Бога, но падший ангел растолстел и разленился – это ничтожества не достойно называться владыкой преисподних! Но наш Лорд нуждается в духовной подпитке! Так ублажим его нашей жертвой!» Вот что, понял Коля, всё это время в аду шла гражданская война, именно поэтому Русь могла стоять под осадой всего мира, но то нашего мира и лишь единиц демонов, что же будет, когда все силы зла соберутся в единый кулак? Сможет ли Россия спасти весь мир? Ужасу прибавлял и тот факт, что «проповедь» читалась голосом Фомы, неужели Николай вчера помог ему собрать под одной крышей всех сатанистов Москвы? А ведь он объехал почти сотню домов, возможно, внизу сейчас тысяча фанатиков! Тут пол заскрипели в помещение зашёл «священник» - это был Нестор. Он открыл шкаф, где увидел нашего героя. - Николай? – начал он шёпотом, - так ладно, моё настоящие имя Виталий Милонов, я давно охочусь на этих скотоложников, если ты мне не поможешь, то уже завтра мир может сгореть в огне ада! - Вить, рассчитывай на меня, но что я могу сделать? Священник достал из-под рясы пистолет, а затем всучил его стеклодуву. - Внутри магазин со святыми патронами, когда портал откроется – стреляй в демона, а я прирежу Фому, пока идёт суматоха. Возможно, это поможет выиграть для России время. Понял? Не дождавшись ответа, он пропихнул мужчину в стенку шкафа, которая бесшумно открылась, оставив стрелка в маленькой комнатке примерно метр на метр. Помещение пряталось за иконостасом, а также имело ряд отверстий, что позволяло вести незаметное наблюдение, а также вести стрельбу, когда это понадобиться. Николай приник к щелям для глаз и обомлел. Внизу Виталий подал Фоме ритуальный нож, похожий на финку НКВД. Нож вознёсся над детской тушкой, а затем пронзил её. Младенец не издал и звука, лишь кровь полилась с алтаря, разливаясь по начертанной на полу пентаграмме. Толпа людей, которых в самом деле было около тысячи, начала раздеваться, вероятно планируя устроить массовую оргию. Мужчины липли к мужчинам, а женщины к женщинам. Николай подумал, что если бы было наоборот, то он был бы и не прочь вступить в их общество. Тут же разверзнулся каменный пол, в образовавшиеся отверстие даже упало пару человек, но оргии это не мешало. А тем временем, из отверстия в полу начал разить огонь и дикий крик, крик самого лорда Анального. «Как нет на небе большей радости, как по раскаявшемуся грешнику, так и в аду – не большей страсти, чем по падшему праведнику» - кричали тысячи адских голосов. Вслед за орами, из ямы вылезли демоны, десятки. У них была красная кожа, свиные пяточки и острые когти. Они присоединились к оргии, размахивая своими гипертрофированными гениталиями. Затем раздался смех, на адском скейтборде, держа в руках гитару из пламени, играющей русский рок, воспарил над залом сам лорд – новый владыка ада. Этот Демон был необычен и сильно отличался от других – он был выше, примерно метра три, его кожа была не ярко красной, а тёмно-багровой. Огромные закрученные рога росли из его черепа. Сам он был мускулист и подтянут, по всему телу шли обширные вены. Одет он был в подобие делового костюма, но сделан этот костюм был из человеческой кожи, а в области сосков, хвоста, задницы и паха были специальные отверстия, исполненные из ртов людей, которые пели в такт гитаре Дьявола. Также он был испещрён пирсингом – на сосках, в носу, вдоль продолговатых острых ушей, даже на уздечке паха. Оу, yes, my slave - начал свой концерт Анальный, запевая низким басом, с чётко выраженным американским акцентом – кто готов порвать свою узкую ass на этом танцполе? Бес ударил по струнам, после чего каменный пол церкви стал излучать переливающийся разными цветами свет, а из головы младенца, убитого в самом начале, начала сочится музыка и истекать кровавые блёстки. Затем голова воспарила над центром зала и стала светится, словно дискошар. - Оу-е Baby, это просто адская party! Повелитель Тьмы спустился с летающего скейтборда, и нырнул в танцующую и совокупляющуюся толпу. Прождав около десяти секунд, когда демон остановился, чтобы, используя череп одного из сектантов как микрофон, выкрикнуть какую-то похабщину, Николай открыл огонь. Святая пуля вылетела из ствола, а затем пролетела свой путь до черепа Дьявола. Мозги чудовища окропили пол. Существо сделало пару неуверенных шагов, а затем мёртвым телом упало в адскую бездну. Толпа словно сошла с ума – она начала кружится вокруг бездны, куда упал их повелитель, попутно неистово крича. Тут из толпы выпало ещё одно тело, когда оно скрылось из-за ракурса, прошло чуть меньше секунды, однако этого времени хватило, чтобы понять кто это – Фома. Крик толпы усилия. За минуту они потеряли своего бога и своего пророка и, вероятно не выдержав стресса, а может ведомые адским колдовством, они толпой ринулись вниз – прямо в ад, осыпаясь в пламя Дьявола подобно дождю. Через несколько секунд внизу стоял лишь Виталий, державший в руках окровавленный нож – он смог убить Фому! Мир спасён! Дьявол Мёртв! Радостный Николай рванул через подсобку к Виталию. - Мы справились! Это было невероятно, Бог будет гордится нами! - Да, тобой. - Прости? Холодное лезвие нырнуло между рёбер, пробив лёгкое несчастного стеклодува. Николай упал на пол не в силах встать, а затем начал откашливаться кровью. - Убитый тобой, - начал свой рассказ Виталий –Анальный, да, но он был старым лентяем, он не хотел завоёвывать мир и обрекать людей на страдания. Как и его предшественник – Люцифер. Он лишь хотел гомосексуальных оргий, да пары мёртвых младенцев, а ведь имел в своих руках силу, достаточную чтобы сокрушить самого Бога. Но теперь корону преисподних наденет настоящий, волевой царь – истинный деспот – Я! Виталий заливался смехом, а умирающий на полу лишь выдавил из себя один вопрос. - Зачем, Вить? Ты же пытался меня спасти вчера. - А кто тебе сказал, что я – Витя? Нестор начал меняться на глазах, приняв облик адского отродья ещё более ужасного, чем убитый ранее демон. - Настоящий Милонов мёртв больше часа, я убил его, чтобы забрать облик и проникнуть внутрь этого культа на самую главную церемонию – победу их владыки, они не могли знать, что сам Иуда поджидает их в тенях! Николай хотел кричать, но силы покидали его, из-за чего он молчал.  Неужели он помог самому Иуде, убийце и предателю Христа победить? Демон сказал, что из благодарности не заберёт его душу в ад, а затем спрыгнул вниз, вероятно наводить порядки. В своём новом царстве. Свет. То был свет в конце туннеля. Но разве можно спокойно отдаться в отцовские объятья господа, когда на земле тебе ждёт жена и сын? - Я знал, что ты это скажешь. Николай открыл глаза. Боли не было, а над ним навис мускулистый, красивый, бородатый мужчина с длинными волосами. - Иисус? - Да, сын мой, я – Иисус. Я знаю, что у тебя много вопросов, но поверь, узнать ответы тебе лучше лишь тогда, когда я призову тебя на бой, ибо теперь ты – воин Христов. - А что Виталий? - Истинный христианин, о друге вспомнил! Виталий уже давно в небесной армии, а потому хоть сердце его и остановилось, я смог его спасти. Ведь я – Иисус, ты помнишь? Бог встал на ноги и поднял вверх одну руку, готовясь к полёту. - Кстати, я перевёл тебе на карту миллион долларов, будь счастлив, сын мой… Последнее он проговорил уже в полёте. Чудны дела твои, Господи.