–"Ты точно не в обиде на меня?"

<…> –Ты точно не в обиде на меня и Сатурна? –Звёзды… Сколько раз мне говорить, что я всё это отпустил, Юпитер? –Х усмехается и с хлопком кладёт руку на чужое плечо, слегка треся за него. Но увидев неуверенность в чужих глазах, поглаживающе сжимает ладонь и говорит уже серьёзнее: –Слушай, давай прокатимся и всё обсудим, согласен? Газовый гигант выдавливает из себя лёгкую улыбку и согласно кивает, а после «некогда друг» уходит за своими спутниками. <…> Юпитер пусто смотрит вперёд себя, вообще не замечая вокруг хоть что-то. Зато чётко идёт к дому Х-а, будто он ходит к нему каждый день на чашку чая…ну или кофе, разницы нет. И чем ближе он был к своему пункту назначения, тем сильнее становилась, непонятно откуда взявшаяся, тревога, которая тяжелыми гирями давила на спину, вызывая фонтомные боли. Ну, если поразмыслить, то что в этом такого, да? Он просто идёт к дому планеты, которую когда-то давно вышвырнул из Солнечной Системы потому-что…да блять, он даже причину не запомнил! Что, и это посчитал неважным?! Юпитер еле сглатывает, смотря на калитку нужного дома. Как же ему страшно… А, а почему страшно-то?.. Газовой гигант заставил себя потянуть руку к звонку у тяжелой железной дверцы, пытаясь вновь дышать спокойно, а не еле-еле, как вдруг двери гаража рядом начали подниматься. Он из-за зацикленности и не заметил гаража… Он убрал руку обратно в карман пальто, когда из помещения медленно выехал спортивный мотоцикл, на котором сидел Х, в полной экипировке. Рычание чужого транспорта заглушилось, а планета на нём сняла шлем, вздыхая прохладный воздух после духоты и улыбнулась Юпитеру(попыталась это сделать менее неловко). –О, как раз вовремя. Вот, прошу. –Ледяной гигант снимает с правой руки второй шлем, который висел на ремне и протягивает его газовому, который также, как и Х, выдавливает приветливую улыбку и надевает на себя меру безопастности. Благо, что он сегодня надел линзы. Проверив надежно ли надет шлем, Юпитер увидел, что его сегодняшний водитель уже надел свой и взялся за руль, закрыв дверь гаража ключом. Он садится за ледяным и окутывает его живот руками, как и должны делать пассажиры, но…ему ужас, как неловко. Боже, эта тревожность начинает его раздражать. –Какая модель? –Спрашивает Юпитер, чтобы разбавить, видимо только свою, неловкость и всё же реально интересуясь какой это «Kawasaki». –Ниндзя ZX-10R 16-го года. –Тон Х-а немного повеселел, когда он осознал, что его…друг (?) немного смыслит в мотоциклах. –Разбираешься в этом? –Не так сильно, чтобы быть любителем, но этого японца от других отличить могу. Тем более… –Юпитер слегка наклоняет голову набок, намекая на надписи на корпусе и деталях, которые его водитель оставил, даже не смотря на перекраску с заводского зелёного на чёрный. Ледяной гигант двигает плечами, будто только что усмехнулся, и наконец съезжает на дорогу улицы, плавно выходя на главные в центре. Что довольно удивило газового гиганта это то, что Х ездил медленно, никак не разгоняясь и не выкручивая газ на максимум, ну или хотя чуть выше 100 км/ч. Конечно, они на главной дороге, где куча машин и тем более у него пассажир на мотоцикле, не особо предназначеном для этого. Но если они не разгоняются и за рулём опытный водитель, то это же ничего, да? Да?.. Но что заставляло Юпитера невольно успокаиваться, так это шум воздуха вокруг его шлема, который они «прорезают» своими телами и контраст прохладного ветра, задувающий ему под пальто и вызывающий мурашки, с теплом исходящим от чужого тела. Руки, которыми он прижимался к ледяному грелись на его животе и благодаря этому он легко игнорировал временами усиляющийся ветер. Но когда он снова понимал, за кого так держится, то к горлу подступал ком с отвратительным привкусом, от которого было трудно глотать. Холод становился таким ощутимым, что челюсти сжимались так, что зубы готовились треснуть под давлением и он усилял хватку кисти на запястье второй руки, чтобы оставаться в себе и не задумываться так сильно. За безусмпешными попытками успокоиться Юпитер не заметил, как они уже оказались на светофоре и чуть не споткнулся, когда Х слегка наклонил мотоцикл вбок. Газовой гигант быстро оперся ногами на асфальт и осмотрелся по сторонам, время от времени смотря на яркий свет светофора и проезжающие мимо машины. От самогипнотизации цифрами пешеходного светофора планету прервал звук рычащего газа, который немного подкрутил его водитель, увидев другого мотоциклиста. Быть особо умным не нужно, чтобы понять, что Х как бы поздоровался с своим «товарищем» и Юпитер поискав среди машин второго мотобайкера увидел невысокого мужчину на… Урале, Retro Solo вроде. Мотоциклист поднял руку в знак приветствия и после погазовал, готовясь свернуть вправо на дорогу и поехать дальше по своим делам. Вскоре мужчина в кожанке на сером мотоцикле уехал и после уже двинулись они, наконец выезжая из центра и стремясь к окраине города. <…> Юпитер снимает шлем и отдаёт его Х-у, который заглушил мотор и вытянув боковую подножку, повесил шлема на руль мотоцикла. Газовый отошёл ближе к краю обрыва горной дороги, смотря свысока на родной, горящий уличными фонарями и неоном, город. На такой высоте было ещё холоднее, чем там внизу… Юпитера снова окатывает волной тревоги, когда ледяной с ним равняется и глубоко шумно вздыхает, наполняя лёгкие промёрзшим воздухом и любовно смотря на открывшийся пейзаж. После он опускается и садится на траву, уместив локти на согнутых коленях. Газовый гигант смотрит на то, как расслабленно лицо его сегодняшнего водителя, как его тёмно-синие волосы слегка развиваются на утихшем ветру и он хмуриться. —"Почему он так расслаблен? Он что, не переживает о всей этой поездке? Да впринципе о всей этой идее? Он серьёзно?» –Юпитер отворачивается, чтобы не видеть когда-то(да и сейчас)ненавистное ему лицо и тоже пытается расслабиться, так как челюсти уже болят от напряжения. —"Почему я так категорично к этому отношусь? Мне страшно? Не знаю. Стыдно? Ещё как. Тревожно? Господи, да и очень давно». –уныло заключает газовый, вспоминая, как волновался вместе с Сатурном, что Солнце узнает правду. Что после этого будет и после ещё волновался, что же произошло с Х-ом… От воспоминаний о своей паранойи к горлу подступил, уже к сожалению, привычный комок тошноты, который не давал нормально вздохнуть. Чтобы хоть как-то не терять связь с реальностью, Юпитер складывает руки за спиной, рефлекторно выпрямляя спину и вздёргивая подбородок. Быть честным, он предпочёл бы оставаться в этом молчании и вообще одним сейчас, чем понимать, что рядом тот, кого ты должен был считать братом, а сам выбросил его, как ненужный мусор. От этого давило на грудную клетку, заставляя слегка хмуриться и сжимать челюсти сильнее… —Ты вроде спрашивал, до сих пор злюсь ли я на тебя и Сатурна? Так вот…было дело. –Юпитер задерживает дыхание, запоздало осознав и заметив, что Х сам начал разговор, который был неизбежен. Ледяной и вправду говорил шёпотом или он его не слышал из-под пелены собственных мыслей?.. —Первое время я правда бесился, уничтожая всё на своём пути. Набирал массу, чтобы как-нибудь вернуться и стереть тебя с Кронусом в порошок, —от упоминания старого имени своего друга, газовый передёрнулся, невольно вспоминая фрагментами те времена.— но потом… Я остыл? Я…Я довольно запоздало заметил, но с тем, как я становился больше, ко мне начали притягиваться другие объекты. Я их не замечал, так как был полностью охвачен мыслью мести… Потом два спутника, размером с твоего Ганимеда, столкнулись… Я был потрясён, так как не видел столкновения со временём Тейи и Гейи и тогда я впервые почувствовал укол вины за то, что из-за меня кто-то умер. —Х сделал небольшую паузу, перебирая пальцы собственной руки, то и дело дёргая липучку на перчатках. —Тогда у меня появился Хоул. До этого, конечно, ко мне прибилась Мелисандра, но у неё в ядре есть магнитные виды железа, поэтому она недолго со мной. Но эта девочка стала мне дочерью… После появились Эвандер, Тейкер и Токсин, остальные, и всё своё внимания я уделал им, уже позабыв, что я собирался делать до этого. Я оглядывался на вас с пояса Койпера и понимал, что мне уже без разницы. Мне нечего там делать, у меня там никого нет, —Руки Юпитера за спиной сжались сильнее от этих слов и его будто повело в сторону от вины и, откуда-то взявшегося, холода. —А тут у меня есть мои спутники, которые любят меня, даже зная правду о том, что я творил, пока был в Солнечной Системе, что я творил до того, пока они не появились. —Х глубоко вздохнул, что было видно по его плавно поднявшимся плечам и замолчал, давая своему собеседнику время на раздумья. И Юпитер думал. Очень даже. Когда в монологе другого гиганта прозвучало то, что его спутники знают, что творилось в «Прото-Эру» он замер. —"Он им рассказывал? Они не испугались этого и не боятся до сих пор? Они его приняли?..» —От последней мысли ему стало больно от удушья, так как он сдерживал любые слова и звуки, которые так позорно(почему я так думаю?)могли вырваться из него. Мысль о том, что его спутники разочаруются во всём, что он рассказывал и в нём впринципе вызывала собственную дрожь, уже не от поднявшегося ветра. Но он стих буквально спустя пару минут и второй ураган в мыслях Юпитера тоже. Он наконец решается задержать взгляд на чужом затылке подольше, рассматривая слегка взъерошенные волосы и лёгкую щетину на чужих скулах, которая еле была видна из-за света города, доходившего до них. И молчание резко обрывается. —Тем более, у меня столько хлопот было с ними, что просто ужас. У меня вроде сначала был один спутник, отвернулся ненадолго и их уже трое. —Х весело засмеялся, почёсывая свои волосы, думая, что они снова отросли. —И кроме этого… У Токсина иногда бывают проблемы, слишком много ядовитых паров от которых может отравиться кто-то настолько большой, как я. Иногда этих облаков так много, что я думал их хватит и на тебя. —Ледяной несмешно усмехается, снова приобретая серьёзный тон голоса. —Мелисандра очень волнуется из-за этого, он не даёт ей подходит и она плачет. Я не хочу видеть свою девочку такой, но я понимаю, почему Токсин так поступает… Я искреннее удивляюсь их любви, она очень сильная и крепкая. —Он снова делает паузу, глубоко вздыхая то ли от понимания, насколько хорошего парня нашла его Мелисандра, то ли от воспоминания её заплаканного лица. Оба чувства слишком сильные, чтобы голос оставался ровным. —И ещё мне есть от чего их защищать. —Юпитер еле заметил, но чужие челюсти сжались, что аж проступились жевалки. И он прекрасно понимал, что тот имеет ввиду кого-то конкретного. Ледяной снова замолкает и они остаются переварить новые ощущения и старые опасения, которые всплыли наружу этим разговором. Они поворачивается к друг другу одновременно, один успокоившись, а второй набравшись смелости. —Подытожив наш разговор, думаю ты понял, почему я уже не злю–… —Ты похорошел за это время. Последний слог Х забыл выговорить от удивления и его губы остались в этом положении, вызывая у Юпитера мягкую улыбку. Ледяной вскоре повторяет эмоцию своего собеседника, но сам улыбается шире. —Спасибо. —Лишь сказал он, еле слышно из-за нового дуновения ветра, но до Юпитера дошло. У него испортилось зрение, а не слух. Но ничто, ни сильный поток ветра и ни расплывчатое зрение, не помешали ему увидеть яркие блики ночного города в чужих голубых глазах, которые будто и не потускнели за эти миллиарды лет. Юпитер расслабленно выдыхает, наконец чувствуя, как тревога отходит на второй план.