Убийственная кулинария

Карасума не умеет готовить. К такому выводу пришла Ирина, когда на следующее утро после начала их совместного проживания он предложил ей на завтрак лапшу быстрого приготовления. Да он, в принципе, это и не скрывает. Она и сама-то готовить не мастер: базовую яичницу пожарить или суп она сварить может, но не так хорошо, как в тех дорогущих ресторанах, в которых её угощали соблазнённые богатенькие мужчинки во время её работы киллером. Но что ей еда из дорогих ресторанов, когда можно поесть своё, домашнее? Все недешёвые блюда в роскошных заведениях – просто объедки, ведь их готовил не её мужчина. Что ей разбрасывающиеся деньгами мерзавцы с пухлыми кошельками и тяжелыми от сумм кредитками, когда у неё есть он? Тот, кто полюбил в ней не внешнюю оболочку и не рельефы тела, а её. Казалось бы: идеальный мужчина, строгий, сильный, сдержанный, красивый солдат, агент министерства обороны, никакого извращения и распущенности, разговоры только по делу и хорошо поставленная речь, отличные навыки ближнего боя и стрельбы, но вот кулинарных навыков.. никаких. Разве что в армии пристрастился мясо на огне жарить после того, как перебьёт всех подопечных в тренировочном бою. Поэтому в вырванный Карасумой из зубов их начальства выходной Елавич решила, что время им нужно провести приятно и с пользой. — Сегодня мы с тобой будем учиться готовить! — жена была во всеоружии и полна энтузиазма, пока стояла перед мужем в белом фартуке с надписью "целуюсь лучше, чем готовлю" и лопаткой для готовки в руке. — Так ты же умеешь. — Тадаоми, в принципе, привык питаться одними супами, яичницей да бич-пакетами. Только вот его "бич" это не оценила. — То есть тебя абсолютно устраивает то, чем ты питаешься? И вообще, я что, одна должна готовить? Тебе никогда не поздно научиться. Так что, дорогой, надевай фартук. Надув обиженно губки и сведя светлые брови к переносице, Ирина бросила Карасуме свёрнутый фартук, который тут же был пойман без малейшего колебания в движениях. Он посмотрел на развернутый уже фартук, на котором был изображен оголённый мускулистый торс. Елавич тут же увидела взгляд мужа исподлобья и заметила, как на его лице зашли желваки. Он хотел уже спросить, где она взяла эти кошмарные фартуки, но воздержался. — Я это не надену. — Наденешь! Других вариантов нет. Ну или можешь раздеться, чтобы одежду не пачкать. — блондинка ухмыльнулась, уже воображая себе сцену прекрасного, готовящего без одежды мужа и дальнейшие сцены их страстного соития на кухонном столе, а Тадаоми тут же надел фартук, развевая в воздухе все её похабные мечты. Не собирается он сейчас потакать её извращённым желаниям. Пришло время постичь таинство приготовления пищи. С чего люди вообще начинают учиться готовить? А можно ли к готовке отнестись как к убийству? Если так, то для начала нужно продумать план и подготовить орудие убийства. Тогда планом здесь станет рецепт, а оружием – столовые приборы. Только для того, чтобы составить план действий, нужно сначала разузнать побольше о жертве. На стол, раскрываясь, с хлопком падает большая толстая книга, на красно-коричневой обложке которой не по-японски написано "поваренная книга". Обложка книги покрыта чем-то вроде потёртой временем искусственой кожи, сама она – на твёрдом переплёте, а вид у нее явно не новый. Только книга эта уже выглядит как оружие, которым человека убить можно. — Это книга бабушки моего наставника, — гордо заявила Ирина, вдыхая запах бумажных страниц и проводя по ним пальцами. Она перелистнула пару страниц и что-то зацепило ее взгляд. — Вот, смотри-ка, очень вкусно звучит. "Картошка, тушенная с курицей в сметанно-сливочном соусе." — Оно выглядит как сырое мясо в кефире. — Тадаоми посмотрел на фотографию этого незнакомого ему блюда в интернете и показал жене. — Это филе, оно, вообще-то, так и должно выглядеть..наверное. И вообще, убери свой телефон, ты не уважаешь бабушку моего наставника! Цель есть, теперь нужно узнать о ней больше информации. Сделав лицо глубоко обиженного человека, блондинка стала вчитываться в рецепт в книге. Тем временем муж посмотрел ингредиенты в книге и принялся доставать их из холодильника. Пока она читала инструкцию к приготовлению, взяла книгу в руки и случайно заехала ею Карасуме в плечо. Тот, в свою очередь, от неожиданности и в попытке увернуться врезался в стол и чуть не уронил холодильник, который своей силой вполне мог случайно опрокинуть на себя. — Ты меня сейчас прикончишь. — конечно, он не каждый день готов к тому, что жена может случайно убить его кулинарной книгой, а перед таким комбо даже сверхсущество со скоростью в двадцать махов не устоит, не то что профессиональный агент министерства обороны. — Нет! Умрём мы вместе, когда будем приготовленное пробовать. Нужные ингредиенты вскоре образовались на кухонном столе. Картофель, куриное филе, сливки, сметана, приправы, масло, лук.. Самое время перейти к плану действий. Разбить действия и дать каждому по заданию. Тут выяснилось, что обращаться с ножом в готовке не то же самое, что орудовать им в бою, и просто пырнуть курицу ножом, конечно же, не выйдет. Ирина и не собиралась, но вот всё-таки случайно порезалась, пока пыталась сделать это быстрее и показать мужу своё мастерство, хоть он и ругался и предупреждал её не торопиться. И тут.. она впервые увидела слёзы Карасумы. Еле сдерживаемые чистые капли, так и норовящие упасть с края раздражённого глаза. Неужели заволновался, неужели распереживался? Щёки слегка покраснели, а в глазах пробежал проблеск надежды и готовности его успокаивать.. — Тадаоми!.. — Не смотри на меня так, я лук режу! Иди палец себе пластырем заклей. — он только цыкнул и вытер предплечьем мокрый глаз. Ну конечно, если Ирина с лестницы слетит носом вниз, то его тоже совершенно ничего не смутит. На первый взгляд. — И порез обработай. Елавич слегка улыбнулась. Волнуется всё-таки. — Волнуешься! — Я больше за куриное филе волнуюсь. Его надо было нарезать кусочками со сторонами в два сантиметра, а у тебя что? — Какая разница? Кто их мерить будет? — Ну, да, тоже верно. Но не в таком же виде всё-таки! — Тадаоми указал ей на кусочки мяса, где один лежал тощей полосочкой, а второй был как подушка. — Ну.. первый блин всегда комом.. С тем, чтобы обжарить вместе лук и мясо они справились, только вот в кастрюле это было делать не очень удобно, хотя в рецепте было написано, что кастрюля подойдет.. толстостенная, а не обычная кастрюлька для варки макарон. Поэтому Ирина успела несколько раз обжечься и поныть об этом мужу. Он еще раз удостоверился, что надпись на её фартуке – абсолютная правда. Картошку всё-таки чистил Карасума. Не доверил он ей её. Не только потому, что она щас вся изрежется и будет потом ходить и ныть, как у неё руки болят, а ещё и потому, что она просто напросто угробит всю картошку, счищая не кожуру, а половину самой картофелины. Далее всё было уже не так сложно. Добавить картошку к курице с луком, залить водой и готовить до готовности. — Готовить до готовности – какая-то тупая фраза. Как я пойму, когда оно готово будет? — Когда картошка мягкой станет, логично. Ты бы хоть что-то на уроках домохозяйства у класса Е слушала. — Я, знаешь ли, была очень занята! Пыталась к тебе подступиться! — она снова насупилась и сделала губы как у утки. Посолить и поперчить, а пока это чудо готовится, заняться соусом. В отдельной миске нужно смешать сливки, сметану и чабрец, а потом хорошенько перемешать. Этим занялась уже Елавич, только немного(много) пересыпала чабреца из пакетика, а потом сказала, что «зато будет душистый аромат!». Ещё 7-10 минут и всё готово. Только выглядит вся эта адская смесь не совсем как на картинке, которую ранее нашел Тадаоми. Цель убита, убийство совершено успешно. От экипировки в виде этого странного фартука Карасума благополучно избавился. Осталось попробовать.. Ирина нервно сидит над тарелкой и смотрит на мужа, который со всей смелостью и отвагой отправляет кусок курицы на вилке в свой рот. Разжёвывает, а его черты лица слегка смягчаются. — Недурно. Даже вкусно. Тут и жену охватывает желание попробовать. И тут она поняла, что все её ожоги, порезы, кровь, слёзы её мужа – всё это было не зря. Вкусно приготовили, вкусно поели, в общем, молодцы. — А знаешь что? После сытного обеда по закону Архимеда полагается переспать.. — Поспать, Ирина.