Poisoned

***

-Хееей, да какого черта наконец??? Угомонись, номер Три! - отвлекся от чашки с чаем Миста и в который раз уже хмуро взглянул на своих Пистолс, которые шумно драли отрезанный им кусок колбасы, не забывая и друг друга поколачивать. Аббакио ничего не слышал, надев наушники и наверняка снова слушая какой-то меланхоличный плейлист. Перед ним стоял бокал любимого белого вина, ибо к сожалению, после вступления в ряды мафии зависимость пока никуда не делась. Однако, Леоне был настороже, как и сидящий рядом с ним Джорно. Эти двое друг друга не переваривали, но как с удовольствием подметил про себя Миста, в момент возможной опасности неплохо работали вместе. Банда обедала в уютном летнем кафе рядом с известным венецианским каналом где было много людей. Опасности от этого меньше не становилось, но как сказал Бучеллати, лучше быть застигнутым врагом в одиноком переулке, а не среди толпы туристов. -А ты уверен, что мы движемся в правильном направлении, а, Бучеллати? - лениво спросил Наранча, вглядываясь в окружение. Ему уже пару раз делал замечание Джорно, мол, не будь таким подозрительным, прекрати пялиться, мы выглядим как люди которые от чего-то бегут и прочее. Именно это и стало причиной головных болей Леоне и тот по уши погрузился в музыку. - По крайней мере, будем двигаться... Черт, я обещал Фуго решить примеры. Ой... Даже дремлющий Леоне приподнял одно веко, чтобы лицезреть смущение и печаль на лицах Мисты и Наранчи. -Ну, не волнуйся ты так, Наранча. - пробормотал Миста, отбирая у номера Три кусок колбасы, который тот отнял у Пятого, и затем возвращая потерпевшему. - Он умный парень и найдет свое место под солнцем, я уверен. Не сразу, но Гвидо вспомнил, что они, как ни крути, в мафии, и Фуго вряд ли сможет куда-то податься, кроме как в другой район... А кем-то помимо очередной шестерки он стать и не сможет. Если вообще останется цел и не опущен в лице местного контингента. Это только у Бучеллати всегда порядок и спокойствие. Бучеллати же сидел большую часть времени молча, давая своей команде спокойно пообедать и расслабиться. Хотя, видимо и им было не до отдыха... А какое напряжение на лице Аббакио и Триш... Бедная девушка только недавно узнала, что ее отец настоящий монстр, и должно быть, испытывает настоящий стресс. Стоит расспросить ее, что она чувствует, и позаботиться о том, чтобы ей было лучше. Вопрос Наранчи наконец отвлёк Бруно от мыслей и он прокашлялся. -Ну, сначала мы заночуем где-нибудь. Сегодня из города выбраться уже не успеем, к сожалению, вдобавок, будем надеяться, что враг действует на опережение и будет ждать где-нибудь в Риме, когда мы соберёмся в другое место. Однако, я и сам порой удивляюсь способности ищеек босса выслеживать жертву. Вы, ребята, все же не расслабляйтесь. Мимо столика пробежала черная кошка с рыбой в зубах, которую получила от официанта. Со стороны входа в ресторанчик раздавались гневные "ты мне тут только кошаков приманиваешь, а не клиентов, растяпа!!!". Леоне снял наушники и вздохнул, потягиваясь. Его тусклые лиловые глаза сверкнули золотом. Пора было выдвигаться в путь. Небольшой уютный отель, где остановилась банда, находился в получасе езды от центра города. Низкая цена не столько привлекла внимание Бучеллати, сколько уединённость. Здесь мафия вряд ли будет искать пятерых предателей и дочь босса. Но увы, ничто не исключено, поэтому к доброжелательной девушке на ресепшне Бруно отнёсся с нейтральной осторожностью. Видимо, и впрямь, сюда нечасто захаживали гости. -Поместитесь...втроём? - обернулся Бруно, обращаясь к Джорно, Мисте и Наранче, прежде чем девушка сообщила ему, что таких номеров нет. -Извините, Signore... У нас слишком редко бывают столь большие компании, и поэтому ограничиваемся лишь двухместными... - барышня захлопала ресничками, а Миста где-то неподалеку возмущённо принялся шептать на ухо Джорно, что здесь с них пытаются втройне содрать цену. Однако, лидер банды просто выложил нужную сумму на стойку и взяв ключи, спокойно удалился к банде, задав простой и очень важный вопрос. -Кто с кем ночует? Сложнее всего оказалось с распределением. Аббакио ворчал, что в одной комнате с Джорно он спать не станет, пока тот "не превратил его в жабу", за что Джорно принялся объяснять юноше принцип работы своего стенда. Миста с радостью вызвался было ночевать с Джорно, но гордая Триш наотрез отказалась делить комнату с неряшливым Гиргой и уцепилась за Бучеллати, а тот лишь со всей серьёзностью наблюдал, как проявляются все разногласия членов группы. Неужели прийдется, как в детском садике всех по углам разводить? -Триш пойдет с Мистой. Не закатывай глаза, он хороший охранник и просыпается сразу, чуть что. Наранча ночует с Джорно, я с Аббакио. Всем ясно? Послышался недовольный бубнеж. Триш ещё не осознавала полностью факт, что ей прийдется провести ночь рядом со своим только что нареченным телохранителем а тот вообще стоял открыв рот и неловко сжимая в руках сумку с остатками еды из ресторана. Черт возьми, охранять такую красотку взамен Джорно? -Нечестно! - возмутился он, глядя на Наранчу, которому было вообще все равно, где спать, лишь бы не на полу. - Как я вообще должен перед ней оправдываться??? -Миста, я все понимаю. - мягко ответил Бучеллати, уже увлекая команду к лифту и нажимая кнопку на панели. - Но пожалуйста, и ты пойми меня. Мы в ситуации, когда стоит подумать о безопасности, особенно Триш. У нее ведь ещё не пробудился стенд. Гвидо наконец заткнулся и вздохнул, заходя в лифт. Взглянул на Триш. Дааа, ему прийдется натерпеться ее чистоплюйства ещё не раз за этот вечер. Поэтому, когда вещи наконец были разложены, а постели проверены на наличие клопов, юноша поинтересовался у Триш, может ли он ее хоть на пять минут одну оставить, на что получил положительный ответ. "В конце концов, девчонка бойкая... Чё я боюсь? Кому хочешь вилку в глаз или в жопу засунет..." - насмешливо хмыкнул Миста, закрыв за собой дверь номера и отправляясь к Джорно и Наранче. Проходя мимо часов на которых значилось без пяти девять, стрелок выглянул в окно. Улицы пустели, даже туристов почти не было. Разумеется, в каких-то трущобах им нечего было делать, поэтому местные достопримечательности без внимания не останутся даже на ночное время. -Девять минус три делить... на три плюс пятнадцать... Черт. - Наранча откинулся на спинку кресла и с обречённой задумчивостью взглянул в лицо Джорно, который читал книгу по ботанике. - Я совсем ничего не понимаю, это кошмар какой-то! Джорнооооо... Помоги! Как бы не был Гирга горд тем что он старше Джованны аж на два года, но ему приходилось признать, что тот порой умнее его. Наранча-то даже в школу нормально не ходил. Блондин, проведя рукой по кудряшкам, улыбнулся и взял листочек. Пробежался глазами. Да это ж элементарно... К сожалению, из Наранчи математик как из Аббакио балерина. -Ответ не скажу... Сначала делай то, что в скобках. - он хмыкнул и протянул листик раздосадованному юноше обратно. Тот сразу злобно поставил на полях растекающуюся бесформенную кляксу. -Да я ж не знаю что после них! Как я должен сделать то, чего не умею!? -Это очень просто. Внимательно посмотри на каждый участок и сделай по очереди. -Поверь в себя, дружище. Все получится. - с сочувствующим лицом поддакнул Джорно Миста. - Я тоже не технарь, и к наукам не тяготею, уж извини! Наранча вздохнул, с горем пополам доделал пример и стал было сверять ответы, когда Джорно заявил, что пора бы и спать ложиться. Рано вставать, и день напряжённый. Скорее всего, на них будет открыта глобальная охота со стороны босса Пассионе. Они же как никак вместе с Триш, которая может что-то вспомнить про отца из рассказов матери. Наранча, который уже хотел возмущаться, что Джованна ему не мамка и указывать права не имеет, замер с открытым ртом , когда в комнате очутился Бруно. -Пожалуйста, потише. Стены, видимо, картонные. Так шумно, что я уже подумал, будто Наранча что-то натворил. - тут черноволосый бесёнок уже хотел было возмущаться, но решил молча залезть под свое одеяло и наблюдать за находящимися в комнате цепкими глазками. Бруно усмехнулся и ушел. -Доброй ночи... -Доброй ночи, Бучеллати... - Джорно проводил его и отчего-то немного недовольного Мисту глазами.

***

Руки у Фуго задрожали. Он глубоко вздохнул и постарался успокоиться. Наверное, показалось, и там что-то другое. Юноша открыл глаза и посмотрел снова. Текстовое сообщение на желтоватом экране мобильника было четким и ясным. Убить... Бучеллати и остальных предателей? Едва не упав со стула, светловолосый вскочил и помчался в ванную номера, уперевшись руками в края раковины. Его сильно тошнило, и он не сомневался, что именно от полученного сообщения. Господи, что он наделал? Должно быть, когда вступал в мафию, впереди его стопроцентно ждала ранняя смерть, но настолько быстро... Он не понимал, что страшнее, быть убитым бывшими сокомандниками или линчевателями босса. Паннакотта поднял голову, посмотрев в зеркало. Бледное, испуганное лицо шестнадцатилетнего подростка. Лицо мафиози. Лиловые глаза вперились в отражение, ища ответы. Которое время уже кажется, словно из зеркала на него смотрит посмертный взгляд убитого им ассасина. Лужа разлагающейся крови и плоти с яркими насмешливыми глазами карминового цвета. Ком подкатил к горлу и юноша опустил голову, думая, что сейчас его уж точно стошнит от воспоминаний. К счастью или сожалению, этого не произошло. Немного прийдя в себя, буквально настолько, чтобы вновь прочитать поручение, Паннакотта осел на кафельный пол и, пребывая в шоке, обхватил голову руками. Телефон лежал рядом, ещё какое-то время демонстрируя набор букв, а затем погас. Подавив последний рвотный позыв, Фуго набрал воздуха в лёгкие, а затем вдруг с необычайной яростью и отчаянием ударил кулаком стену. -ПОЧЕМУ!!! МОЯ!!! ЖИЗНЬ!!!ПРЕВРАТИЛАСЬ!!! В ЭТО!!!!! В соседних комнатах никто не жил, и слышать яростные крики Фуго никому не пришлось. Он яростно колотил настенную плитку руками, пока на бежевый цвет не брызнуло красным и не потекло вниз тоненькой струйкой. Даже тогда он не остановился, вконец разбив костяшки в мясо и не замечая, как под крик его души из глаз начинает сочиться соленое и прозрачное. Хрип донёсся из-за его спины. Он не хотел призывать свой стенд но теперь беспомощно смотрел, как тот сутулится перед ним, как его шипастый позвоночник выпирает из спины. Если он ударит что-то то Фуго не найдет сил выйти из комнаты и не погибнуть от вируса. Даже... Желания. Все, чего он сейчас хотел, так это забыться где-то в одиночестве, не скованном никакими приказами и обязательствами, и наконец разреветься, как маленький ребенок. То, чего ему в детстве не позволяли строгие родители. Жёлтые болезненные глаза Перпл Хейз смотрели прямо на Фуго. Тот ощутил дискомфорт, но ничего сделать не мог. Он, черт возьми, даже особо не контролирует это бешеное, истекающее слюной на пол создание. И этим он должен убить своих бывших друзей? Наконец, когда стенд растворяется в воздухе, Паннакотта снова падает на пол и переворачивается на спину. Почему-то так больно и грустно... Может, стоит расколоть капсулу с ядом Перпл Хейз здесь и умереть, пока не поздно? Ему не прийдётся драться ни с кем в таком случае. Кровоточащие руки сжимаются в кулаки, когда новый шквал эмоций поглощает юношу. Он... Всю жизнь плыл по течению. Его постоянно заставляли делать что-то, что ему не хотелось, не спрашивая его мнения. Учиться, учиться, учиться... И он делал. Может, пора наконец завязать со всем этим и начать новую жизнь? Или хотя бы достойно ее закончить... Но тогда два пути. Отследить Бучеллати и попробовать убить того, кто спас его в самый трудный момент жизни, или же оставить все как есть и тогда за ним прийдёт кто-то ещё. Фуго снова сдавленно всхлипнул, вспоминая все хорошее, что случилось с ним, когда он был шестеркой Бучеллати. Затем поднялся с холодного пола и, пошатываясь, пошел искать бинты, чтобы перемотать сильно кровоточащие разбитые кулаки.

***

Бруно сказал, что уезжать ещё рано, хоть и желательно. Ему назначил встречу на риск и страх себе не самый лояльный информатор другого капо, который что-то знал про одно из запасных жилищ босса в Бриндизи и эта информация могла оказаться полезной. Слухи про предательство Бруно уже расползались по Италии и каждая мафиозная вошь могла узнать его в лицо, вдобавок, имидж свой он так и не сменил. На логичное замечание по этому поводу он лукаво отмахнулся и вполне логично заявил, что поодиночке на них никто не посмеет напасть, а для того чтобы накинуться толпой и посметь замарать его пиджак, у большинства собак Пассионе слишком малы мозги. Поэтому, с раннего утра банда выдвинулась на узкие улочки Венеции, сливаясь с толпой. Триш и Мисту решили оставить в отеле, на глубокое разочарование обоих, но в конце концов, Гвидо каким-то образом притесался к компании, сказав, что дочь босса выгнала его из номера, лишь бы не мельтешил перед глазами. Бруно усмехнулся. Эти двое стоили друг друга. Будь они с Триш, их бы уже давно непременно кто-нибудь атаковал. Босс, должно быть, отправил приказ по уничтожению своей дочери и людей, забравших ее, всем кому возможно. Он подумал о предателях, с которыми им приходилось сражаться по пути к боссу. Возможно, они смогли бы найти общий язык и сотрудничать вместе, одновременно и радостно и жаль, что те давно мертвы. -Нам сюда. У Аббакио вырвался сдержанный фырчок, когда наконец дверь затхлого кафе открылась и компания ввалилась внутрь. Закопченный потолок, грязные столики и старые стулья не вызывали у него доверия. По сравнению с самым чистым участком пола здесь белый пиджак Бучеллати сиял как солнце. Наранча тихонько поинтересовался, какого черта вообще такое полузаброшенное заведение продолжает работать, но ответа не получил. Заметив фигуру, сидящую за одним из последних столиков, Бучеллати строго настрого приказал ждать его либо на улице либо у двери, а сам направился к тому, кто назначил ему встречу. Так как делать внутри было нечего и судя по внешнему виду заведения Аббакио сразу оценил местные напитки как "помои", Джорно предложил дождаться Бучеллати на улице. Скрипнув дверью, они оказались на улице, где ярко сияло солнце и шумели люди. -Как думаете, что он узнает? -Уж точно не то, где босс хранит свои панталончики... - хихикнул Миста, когда Джорно толкнул его плечом. - Да знаю я, осторожнее, осторожнее... Между прочим, нам уже бояться нечего, мы успешно пробили дно, ребята. Наранча разразился смехом и даже Аббакио выдавил сдержанную улыбку, но почти сразу обыденно погас. Как легко люди могут перейти черту и потом не вернуться. Все ради чертового сопляка с его мечтой. Впрочем, и у Бучеллати ведь есть свои претензии к боссу. Тот оказался тем ещё мерзавцем, судя по его рассказу, но иначе и быть не могло. Преступный мир же, не цветочное поле. -Хей, смотрите! - вдруг взъерошился Гирга, показывая пальцем на дальнюю сторону улицы и вдруг чрезвычайно волнуясь. - Это же... Фуго!!!! Фигурка в красном, сутулясь и заложив руки в карманы, брела по мостовой, изредка шарахаясь от людей. Миста выгнул брови и что-то удивлённо насвистывая под нос, неспешно направился к бывшему сокоманднику, оглянувшись на друзей. Аббакио, поколебавшись, пошел следом, а Наранча едва ли не вприпрыжку понёсся впереди всех, размахивая руками и крича "Фуго!!! Фуго!!!". Тот, обернувшись на голос, словно бы побледнел и остановился. Бежать было некуда и через минуту он уже был окружен. В толпе он судорожно искал глазами Бучеллати, но тот все ещё был в кафе. -Привет, Фуго. - чуть улыбнулся Гвидо, привычно положив руку на револьвер, из-за чего Паннакотта как будто бы сжался. Все ещё сутулясь, он запустил перебинтованную руку в волосы и тоже выдавил сдержанную улыбку. -Привет... Ребята. Все словно как несколько дней назад. Знакомые лица, только Аббакио держится куда более холодно а Наранча смотрит с сожалением. Все это доводит до тряски и без того нестабильную психику с осознанием того, что он сделал. -Не передумал? - поинтересовался Джорно, подходя ближе и подпирая собой стену. -Мы все ещё ждём и в целом готовы тебя принять. Проницательный Джованна, должно быть, заметил перевязанные ладони Фуго и, вопрошая взглядом, потянулся к ним рукой, чтобы вылечить. Тот мигом убрал руки за спину и надулся. Уровень доверия между бандой и им упал за несколько минут несколько дней назад и больше уже не восстанавливался. -Нет! -Хорошо, я не настаиваю. Извини. - он отстранился и вновь слился с молчаливой паузой. Они больше не были друг другу союзниками. Им больше не о чем было говорить. Но зачем они продолжают стоять здесь, словно ожидая от него чего-то? Он не вернётся. Он... Не хочет подвергать жизнь опасности. Он слишком молод, чтобы умирать. Аббакио достал из кармана сигарету и зажигалку, закурил. Пауза прервалась неожиданно, когда за плечами и лицами серой толпы в жаркий день юноша увидел белое пятно и его сердце замерло. -В чем дело? - поинтересовался Бучеллати, легко разрезая поток людей и наконец оказываясь прямо перед лицом Фуго. Тот вдруг снова почувствовал себя тем самым четырнадцатилетним бродягой в ресторане. - Фуго? Ну здравствуй. Не ожидал, что ты все ещё здесь. Тот так растерялся, что едва мог говорить. Он, определенно скрывает что-то. И чувствует себя здесь максимально некомфортно, в компании людей, которых он предал. -Пройдемся? - спросил у юноши капо, отчего тот как-то неуверенно кивнул и пулей ринулся подальше от банды, переводя дух и даже толком не успев попрощаться. Он не вернётся. Бруно смог догнать его и едва ли не под руку завести в переулок, где оба наконец остановились. Голубоглазый юноша ждал, пока Паннакотта наконец сможет отдышаться и прийти в себя. Глаза внимательно разглядывали предателя. Тот выглядел неважно. Встрепанные волосы, бинты, очевидное стрессовое состояние и худоба. Бедняга. "Теперь ему прийдется несладко, но он сам выбрал этот путь." - хмуро подумал Бучеллати и положил свою лёгкую ладонь на плечо юноши. Тот вздрогнул и ладонь пришлось убрать. - "Видимо, все хуже, чем я думал..." -Я... Я... Мне жаль, Бучеллати! - едва ли не срывающимся голосом прохрипел Фуго, не поднимая головы и хватая за шиворот Бруно. - Я... Я не хотел бросать вас, я просто не хочу... Это безумие!!! -Наверное, уже поздно о чем-либо говорить, Фуго. - когда капо наконец смог оторвать его от себя, Паннакота выглядел подобно побитой бродячей собаке. Не заплачет, случаем? - Откуда раны? -Упал с лестницы. - наверное, в самобичевании всегда тяжело признаться. Фуго не знал, может, у него сегодня снова сорвёт крышу и он будет разбивать пальцы в кровь об стену, и от осознания того, что над своей психикой у него контроля нет, вводила его в уныние. Кажется, что Бруно все понял. - Знаешь, жизнь еще не кончается. Для кого-то ты предатель... А для кого-то все ещё добропорядочный мафиозник. - Бруно улыбнулся. - Ты пошел своим путём, я своим. И я надеюсь, что у тебя все хорошо сложится. Фуго наконец взглянул в голубые пронзительные глаза. Он должен его убить. Прямо здесь. Прямо сейчас. Но не может. Сил нет. И совесть на месте осталась. Но нужно, чтобы Бруно со своими людьми оказался как можно дальше от него, иначе он не выдержит и точно прийдёт по их души. А от вируса Purple Haze спасения нет. -Бучеллати... Я хочу тебя попросить... Нет! Я умоляю тебя! - Фуго вдруг схватился за голову, едва не падая на колени. - Убирайся отсюда! И их с собой прихвати!... Иначе... Иначе вас убьют. -Ты уже получил свое новое задание, верно? - со спокойным видом поинтересовался Бруно. На душе стало так тяжело, словно его топили в бескрайнем море с камнем на шее. - Я благодарю тебя, что ты сейчас... Гм... - Я прийду, если вы задержитесь здесь хоть ещё ненадолго. - юноша не мог поверить, что руки сами собой сжимаются в кулаки. Он снова начинал злиться... Он в конце концов, старается их обезопасить! -Я буду ждать тебя. - коротко ответил Бруно и направился к выходу из переулка. - Прощай, Фуго. Фуго остался стоять на месте, провожая Бучеллати. Насколько же тот уверен, что он не ударит ему в спину... И был прав. Наранча весь извелся, ожидая, когда Бруно вернётся. И к своему сожалению, понял, что Фуго не планирует воссоединяться с товарищами. Капо выглядел все таким же спокойным, хоть и немного поникшим, как весенний ландыш. Что-то надломилось в его груди с осознанием того, как босс эксплуатирует Фуго. Бедняга скорее сам повесится, чем убьет их... Но не стоит недооценивать его всесокрушающий гнев, который приходит откуда не возьмись. -А что же он теперь будет делать...? - зевал вечером в номере Гирга, стараясь не ошибиться в очередном примере. - Распространять вещества, как все? Бить морды полицейским? Ну неее... -Что скажут, то и будет делать. - отрезал Аббакио. Его мораль и представления о мафии именно такими и были. Он лишь солдат по своей натуре, готовый умереть ради высшего блага и кого-то влиятельного. - Ну это же скучно... Был бы с нами, было бы куда веселее! -Он не захотел рисковать жизнью ради Триш. - задумчиво отпил кофе из кружки Бучеллати. - Его можно понять, он мыслит логически. В любом случае, с ним надо быть настороже. Теперь он не за нас. И может однажды заявиться с тем, чтобы убить. Капо и не представлял, насколько был прав.

***

Аббакио проснулся около полуночи. Что-то не то приснилось, должно быть. На соседней койке мерно дышал Бруно и когда глаза наконец привыкли к темноте, Леоне задумчиво рассмотрел своего капо. Ничего особенного, просто спящий Бучеллати... Кажется, спит очень крепко. Ну и хорошо. Сев и пригладив растрёпанные волосы, юноша растерянно подумал о том, с чего вдруг проснулся. "Пойти воды что ли выпить?" Тревожность не покидала его, даже когда включился свет в ванной. Глядя на свое отражение в зеркале презрительным взглядом, Леоне выпил воды из-под крана и прислушался. За гудением лампы над его головой звенела тишина и вдруг окончательно восторжествовала, когда свет погас. Понимая, что уже не заснёт в ближайшее время, Леоне решил проверить, как спят остальные. Зашнуровав пальто, он со скрипом открыл дверь номера и остановился. Свет в коридоре тоже не горел, хотя следовало бы. Может, бедные владельцы отеля в целях экономии ночью отключают, чтобы счёт поменьше был? Другой человек не нашел бы в этом ничего странного, но Леоне привык везде искать подвох, поэтому вышел в коридор с неспокойной душой. Наранча и Джорно тоже спали спокойно, но когда Леоне приоткрыл дверь и заглянул в комнату, Джованна приподнялся, чтобы узнать, что происходит. -Спи дальше. - раздражённо кинул Аббакио и оглянулся. В темноте какому только человеку не привидится что-то страшное... Леоне был обыденным исключением. Но не в этот раз. Всепожирающей темноты он не боялся, ведь темнота его собственная, душевная, была гораздо страшнее и обычно косила наповал в мертвецки пьяном состоянии. -Что случилось? - "наглый сопляк" звучал сонно, но умиротворённость так и сочилась из него, на зависть Леоне. Разумеется, стало любопытно, почему Леоне ходит по комнатам и не спит. - Ты не можешь заснуть? Боишься темноты? -Все в порядке. - решив не делиться личными переживаниями со своим неприятелем, Леоне закрыл дверь. Его тянуло к лестнице. Узнать, что случилось со светом у той девушки? Но ведь свет не горит везде. Может, авария на электросети. Так и нос разбить по дороге можно. Но вот незадача, Джорно уже появился из-за двери, одетый при полном блядском параде и готовый узнать, в чем же дело. - Какого черта??? -Света нет. - абсолютно не моргнув, сообщил Леоне Джорно. Вот ведь идиот... - Поэтому решил выйти и посмотреть, в чем дело. -Наглый мальчишка... Уйди! - зарычал было Леоне, но что-то привлекло его внимание и он подошёл к винтовой лестнице между этажами, свесившись вниз. Привыкшие к тьме глаза уловили мимолётное движение. - Что это там такое? Ничего не разобрать... Мимо его лица пролетела пара мигающих светлячков, которые сразу же улетели вниз. Джорно превратил какой-то мелкий мусор с пола в насекомых, ничуть не удивив Леоне. Гораздо интереснее фокусов было то, что появилось внизу - светящиеся существа на миг заморгали в странной переливающейся лиловой дымке... А затем вдруг погасли. Было едва слышно, как они упали где-то внизу, шмякнувшись об плитку со странным хрустящим звуком. У Аббакио чуть сердце не остановилось. Он понял, что девушка с ресепшна внизу уже давно мертва. Схватив Джорно за шиворот, юноша оттащил его в сторону и едва ли не припер к стенке. -Черт... Буди остальных! Живо! Здесь нельзя оставаться!!! Понял, блять!? Леоне со всей силы помчался к комнате, где спал Бучеллати и распахнул дверь. Ему не пришлось долго трясти капо и бить по лицу, ибо тот на вмешательство в его сон сразу же открыл глаза и вскочил. Одного взгляда на юношу хватило, чтобы понять, что что-то случилось. Неподалеку хлопнуло одновременно две двери и раздался топот нескольких пар ног. Джорно справился быстро, и хотя бы это немного подняло его репутацию в глазах Аббакио. -Фуго вернулся. - угрюмо проинформировал собравшихся длинноволосый юноша и нервно побарабанил пальцами по столешнице. - Весь первый этаж в тумане от вируса. Очевидно, он был там совсем недавно, ведь все рассеется через некоторое время. -Света нет. Стоит поискать запасную лестницу, только если он не додумался до этого раньше нас. Джорно наклонил голову вбок, вытащив из кармана мышь. Триш зажала рот руками и брезгливо отвернулась. -Помните схватку с тем длинноволосым? Я тогда создал змею в вирусной среде, чтобы сделать противоядие из ее крови. Это то же самое. Так, на всякий случай, пока Аббакио бежал сюда... -Мышь жалко... - пробормотала Триш, наконец переборов страх. -Тогда узнай, что в прошлом она была пустым пластиковым стаканчиком. - усмехнулся Джорно и засунул мышонка обратно в карман. Бруно тем временем быстро застегивал пиджак. Все произошло быстрее, чем он думал... И Фуго вряд ли удастся переубедить. -Значит, так. Триш, тебе как обычно прийдется сидеть в черепахе, а мы... Найдем выход, я полагаю. -Хорошая идея, только если бы мы знали, где прячется враг. Может быть он уже услужливо ждёт за дверью. -Но Фуго не неприятель, если это вообще он! - возмутился Наранча, который ещё не подозревал о всей тяжести ситуации. - Он же... -Ты думаешь, какой-то стендюзер просто так распылил знакомый нам туман по первому этажу? Просто так применять способность? Перекрыл нам отступление, ха... - усмехнулся Миста, выглянув за дверь. - Фонариков нет, жаль... Так и в его заразу вляпаться легко. Бучеллати вышел из комнаты и огляделся. Глаза постепенно привыкали к темноте, но доверять зрению он не решился. В конце концов, кроме них в отеле никого нет и по звукам будет легко вычислить опасность. С одной стороны, он не верил, что Фуго мог вернуться к ним в качестве убийцы, а с другой... Неважно кто, он не должен найти Бучеллати и его команду. -Чем больше остаёмся здесь, тем больше шанс что нас найдут. Живо! -Так и знал, что этот сопляк вернётся за нами. - тихо прорычал Леоне, заглянув за угол и сделав знак, что впереди все чисто. Видимо, владелец стенда ещё не достиг третьего этажа, на счастье банде. - Надо было убить его ещё при первой встрече. Бруно вздохнул, понимая, что где-то и сам виноват в том, что Фуго не пошел за ними. Но сейчас было поздно думать кто прав кто виноват, ибо на лестнице послышались тихие неровные шаги. - Отходите... Найдите выход, я догоню вас, когда все будет кончено. -Как же противоядие, Бучеллати? - поинтересовался было Джорно, но Бруно уже завернул за угол, направляясь к лестнице, полный решимости. Он подождал у пролета минуты три, ожидая встретить Фуго, но он все не появлялся. Кажется, прогадал. Со стороны, куда ушел Аббакио с остальными, вдруг послышались отчаянные выстрелы. Затем злобный вскрик Аббакио. У капо душа ушла в пятки. Черт возьми, Миста! Дело плохо! Развернувшись на все сто восемьдесят градусов, Бруно побежал по коридору, по пути успев заметить аварийный щиток для включения электричества. Он был разломан. Сейчас не до этого. Миста все ещё стрелял в темноту, которую заволокло черно-лиловым туманом, но ничего не мог разглядеть. Six Pistols озабоченно и напуганно пищали на его плечах. Заметив Бруно, стрелок чуть спокойнее выдохнул. -Он там. Выскочил из-за угла и успел кинуть в нас парочку капсул а затем скрылся за завесой. Кажется, я даже попал разок. Черт, света все ещё нет... -Щиток сломан прямо за нами, в десяти метрах. Наранча, разведай обстановку. Леоне, не потеряй черепаху. - приказал юноша, бесстрашно подходя к завесе тумана и стараясь что-то да разглядеть. Самолётик появился из темноты и с жужжанием подлетел к облаку вируса, но дальше Наранча не решился его пускать. На локаторе отобразилось крупное пятно. -Там кто-то есть, Бруно! Метрах в трёх от тебя! Он прибли–... Кулак ревущего Purple Haze просвистел в опасной близости от лица Бучеллати и ударился об стену, вызвав шипение и треск. В воздухе замелькали клубы лилового газа. Схватившись за застёжку, созданную на потолке, Бруно смог увернуться от стенда и отодвинуться на безопасное расстояние. Purple Haze зарычал, поливая пол слюной и выпрямился. Жёлтые глаза посмотрели прямо на Бучеллати, вызвав у стенда приступ ярости и он снова кинулся вперёд, протягивая руки, чтобы схватить капо. Тот вновь увернулся, позволив стенду на полной скорости врезаться головой в стену. Его шлем треснул от удара, стекло впереди пошло "паутинкой". Словно бы недовольно кашлянув, он отступил в клубы вируса, пропав в темноте. - Бегите к лестнице, я прикрою! - агрессивные намерения владельца больше не вызывали сомнения. Бруно встретился взглядом с Леоне и кивнул. Тот понял все с первого раза и вместе с остальными кинулся по коридору, уводя от опасности. Юноша остался наедине с Фуго, без поддержки, прикрывая убегающих. Надо было попросить Джорно остаться, чтобы в случае заражения не умереть... Да черт с ним, он просто отстегнет больное место! Сейчас куда важнее был тот, кто стоял неподалеку, защищённый стеной тумана. Во тьме сражаться Бучеллати ещё не приходилось. Зато продумывать план сражения с Фуго... Он сделал это прямо сейчас. -Ты боишься? - спросил темноту капо, ожидая нападения с любой стороны, но преимущественно спереди. - Фуго, скажи, ты боишься? Где-то раздался дрожащий полувздох. Конечно, Паннакотта боится, сомнений не было. Впридачу, был ранен, и сильно истекал кровью. Времени у него оставалось мало. Сражаться с опытным Бруно или постараться догнать остальных, спровоцировав неразбериху? Черт, как же сложно... Вторая лестница была неподалеку, а из-за темноты банда вряд ли разберёт, куда надо идти. Кинув ещё пару разорвавшихся капсул, Паннакотта подорвался с места, и, зажимая рану в животе, кинулся к лестнице с невероятной скоростью. Неловко переввлившись через перила и бегом начиная спускаться, он услышал звук открывающейся застёжки. Бруно не отставал, обойдя барьер из вируса через стену. -Черт! - злобно выругался Фуго и в следующий момент Purple Haze ударил кулаком туда, откуда выглянул Бруно. Стена потрескалась, в ней осталась вмятина. Не попал... Снова, определенно. Слишком ловкий и быстрый его бывший начальник... - Не до тебя, Бучеллати!!! -Оставь их и сразись со мной, Фуго! - эхом прогремел голос юноши, который вдруг расстегнул двери лифта и выскочил из шахты, сбив подростка с ног своим телом. Тот снова ударил, и снова промахнулся, а Бруно птицей отлетел в сторону и запустил в него уже своим кулаком, выбив со всей дури плечо. На раненой руке расстегнулась застежка, не давая нормально функционировать. Фуго одолела ярость и он вдруг исчез в клубах пурпурного дыма. Капсулы с ядом у стенда заканчивались... Не сразу до него дошло, что он выкатился на лестницу, но как только споткнулся и стал считать собой ступеньки, все понял. Кровь снова брызнула на плитку холла с красного пиджака, когда он оказался внизу. Черт, Миста же прострелил ему живот десять минут назад... Как он ещё не издох? - Стреляй, Наранча!!! - завопил чей-то голос. Ах вот они где, прячутся внизу, ожидая Бруно. Могли бы сбежать, и дело с концом. Взгляд Фуго наткнулся на Наранчу, выглядывающего из-под барной стойки, и его сердце болезненно сжалось. Тот... не стрелял, стоял в шоке и растерянности. Жалость в глазах, нежелание убивать лучшего друга. Что-то... И впрямь шло не по плану Фуго. Пока он попытался понять, что же именно, раздались другие выстрелы, мимо него просвистела пуля, зацепив плечо и вызвав у предателя вскрик боли. Сзади поспевал Бруно, держа стенд наготове. Фуго понял, что давно обречён. Его окружили. Долго скрываться за своим стендом не получится. Вчерашний психоз в ванной снова был направлен на самого себя. Паннакотта не решался взяться за это задание, и хотел отказаться, но ему приказали заткнуться и делать свою работу, холодно и жестоко. Фуго бил стену, а затем в отчаянном ударе взялся за бритву и впервые за жизнь резал запястья до тех пор, пока кровь полностью не пропитала край простыни, которой он тщетно старался затереть следы на полу и остановить поток алой жидкости. Его и так тошнило с тех воспоминаний... А ещё с самого себя. С этой ложной надежды, которую он дал сам себе. "Или они, или я." "Никто из Пассионе не убьет их так же гуманно как я. Быстро и почти безболезненно. " "Смерть это не страшно. Они не будут долго мучиться." Только об одном забыл Фуго. О том, что банда не держится поодиночке, как он, и что одному нападать на пятерых было самоубийством. А может и знал, понимая, насколько быстро его может застрелить Миста или Наранча и как быстро порвать на куски Бруно. Перемотанные тряпкой израненные кулаки снова заболели, а тем временем в спину ударило что-то горячее, пролетев навылет... Кровь окрасила плитку, уже кое-где заляпанную багровыми каплями. Послышалась трескотня Six Pistols, которые перенаправили летящую пулю прямо в позвоночник Фуго. Он громко закричал, когда вспыхнувший адреналин стал спадать и на него нахлынула мягкая волна боли. Следующая пуля попала ему прямо в грудь, когда он, нелепо раскинув руки, упал на колени и дёргался в шоке. Тупой удар, разлившийся по телу теплом, брызг крови, а затем... Невыносимое ощущение, не сравнимое ни с чем. Адская боль едва не повалила подростка обратно, но он, кашляя кровью, всё-таки поднял голову и с усилием скривился в злобном оскале. Собрав всю силу в кулак, Паннакотта неожиданно для себя поднялся с места и вдруг в последний раз кинулся вперёд, наградив подходящих к нему Наранчу и Мисту мощными ударами кулаков Purple Haze. Миста успел отпрянуть и выстрелить в последний раз, в ногу предателя. Наранча не среагировал должным образом и сразу же издал неопределенный булькающий вопль, когда вирус проник в его ноздри, а дальше и лёгкие, начиная разлагать все мягкие ткани. Паннакотта с каким-то усталым смирением взглянул на то, как тот падает на пол, покрываясь большими волдырями с гноем и крича. Он разбил ему нос стендом... Его лицо начало словно бы плавиться, глаза выпучились а кожа лопалась. А затем силы покинули и самого Фуго. Простреленная нога не держала, свинец в груди мешал дышать. Ноги подкосились, больше не служа хозяину, а из груди вырвался хриплый булькающий вздох. Раны оказались слишком серьезными, чтобы банально стоять. Где-то на фоне поносил весь чертов свет Аббакио, требовательно раздавал указания Бруно и успокаивающе говорил Джорно, начиная лечить живого, но пребывающего в крайнем шоке Наранчу при помощи противоядия из крови мышонка. Смешанный гул больше не волновал Фуго, ощущающего, как по каплям крови из него вытекает сама жизнь. Он боялся того, что чувствовал и... Инстинктивно не хотел умирать. Вокруг было много крови. По большей части, его собственой. Кто-то взял его за шиворот и приподнял голову. Бучеллати. В последний раз юноша открыл глаза, стараясь сфокусироваться на том, кого пытался убить несколько минут назад, но не выходило. Дыхание сбилось, кровь начала заливать лёгкие, во рту появился отвратительный ржавый привкус смерти. Кажется, в наступающем беспамятстве он что-то даже прохрипел Бруно, с детской беспомощностью цепляясь ладонями за его плечо, но не понял, что именно. Капо покачал головой и как можно бережнее, пачкая в крови свой белый пиджак, уложил предателя на холодный пол. Больше тот ничего не помнил. Темнота забрала его с головой.

***

Он очнулся совершенно слабым и неспособным пошевелиться, когда в комнату пришел Джорно. Не говоря, где он, что случилось и что с ним будет, присел у изголовья кровати и внимательно посмотрел на юношу. Его руки обвились вокруг шеи Фуго, а затем легко подхватили его под мышками, приподнимая с кровати. Он заметил, что банда связала ему руки. Не в силах удержаться на месте, тот повалился спиной на Джорно и сдержанно застонал. Болело сильно... Простреленный позвоночник не сулил ничего хорошего. Джованна вздохнул, и положил на перебинтованную спину свою руку. Лицо Фуго исказилось в приступе сильной боли, он закричал, но ладонь Джорно заткнула ему рот, заглушая крики. Боль не прекращалась, лишь нарастала, у предателя из глаз даже пошли слезы, когда он вдруг попытался извернуться, чтобы освободиться. Кажется, так лечит Gold Experience? Зачем, зачем они решили помочь ему? Он должен был умереть. -Так лучше...? Извини, но боль я не могу никак облегчить... Зато не станешь инвалидом... Джорно едва удалось уложить тяжело дышащего Паннакотту обратно в кровать. Тот с перепугу не унимался, почувствовав облегчение в спине и даже попытался укусить Джорно, на что тот недовольно отдернул руку. Какое-то время они смотрели друг другу в глаза, читая эмоции друг друга. Фуго - напуганный и ничего не понимающий, преисполненный ярости. Джорно - спокойный и сочувствующий. -Фуго, пожалуйста, не вынуждай меня привязывать тебя ещё и по ногам. Мы стараемся тебе помочь, даже после того, что произошло. Джорно даже близко не представляет, что он чувствует, пронеслась мрачная мысль в голове Фуго. Он так сильно хочет покончить с собой. Он не достоин жить за то, что сделал. За искушение, которому поддался. Казнить его мало, в самом деле! Одичалый взгляд юноши опустился, не желая контактировать с Джорно. Пусть он уходит, поскорее, ведь долго сдерживать свои слезы не получится, а слабость перед Джованной показывать было бы просто непростительно. Он ждал, пока златовласый уйдет, но тот оставался, словно желая что-то сделать. Мягкая ладонь коснулась плеча, а затем взялась за серёжку на ухе. Паннакотта замер. -Можно... Я сниму твои сережки? Пожалуйста. Тебе наверняка неудобно на них лежать... Как заворожённый, Фуго слабо кивнул. Засранец с вырезом на груди умел очаровывать и добиваться нужного. Руки Джорно как можно аккуратнее сняли аксессуары с его ушей. Вскоре две лакированные клубнички лежали на тумбочке в пределах видимости Фуго. Тот облегчённо вздохнул и опустился на подушку, отвернувшись от юноши. Сил бороться со стрессом и болью больше не было. Плечо забинтовано и заживает без помощи Джованны, как и рана на животе. Мелкие ссадины и порезы, полученные с тех пор, как он падал с лестницы, заклеены пластырями. Только сейчас, увидев свои серьги с клубникой, Паннакотта понял, что нормально не ел все эти дни. Кое-как... Иногда... Утром или вечером. Но и сейчас есть не хотелось, хоть парень и сильно исхудал. Он был уверен, что предложи ему сейчас кто-то чего-нибудь поесть, его желудок не принял бы ни крошки. Джованна наконец ушел, на прощание укрыв юношу одеялом и пожелав Фуго хорошо отдохнуть, но тому сон не шел в глаза. Он сжался в комочек, прижав к груди связанные запястья и прикусил губу. До боли, до крови. Это не помогло отогнать щиплющее ощущение в уголках глаз и наконец Паннакотта заметил, как по подушке расползается мокрое пятно. Слез было немного, но это не помогало ему избавиться от душевной боли. Будь его воля, он бы уже затопил ими всю комнату только от мысли, что его теперь вылечат и выставят обратно на улицу, не желая взять обратно. Он предал как мафию, не справившись с заданием, так и Бруно, напав на него и его людей. А самое главное... Предал себя. Он не хотел идти против своих же... И всё-таки пошел, прикрываясь какой-то сумбурной идеей про гуманное убийство. Но убийство же... Все будет как несколько лет назад. Одинокий, никому не нужный. Бедный предатель которого все ищут, боятся и ненавидят. За окном сгущались тучи. Серое, унылое зрелище, равное тому, что было в душе Бруно, когда он услышал от вернувшегося Джорно, что с ментальным здоровьем у Фуго все плохо. Что-то видимо произошло за эти несколько дней, что Паннакотта решил вернуться, только для того, чтобы убить банду. -Очевидно, на него надавили, сказали, мол, либо ты их, либо они тебя, либо мы тебя. - стряхнул пепел с сигареты в пепельницу Аббакио. - Я б и сам свихнулся, если бы мне сказали тебя убить, Бучеллати. -Я залечил его самые серьезные раны, но Gold Experience не может лечить раны душевные. Боюсь, с этим Фуго должен будет справиться сам. - послышалось от Джорно. Он, не спавший всю ночь по каким-то своим причинам, рассеянно ковырял кашу в тарелке, глядя в окно. Вдали плескалось море. Дом семьи Бучеллати, уже несколько лет, как стоящий пустым, вдруг приобрел несколько жильцов на какое-то время. Погода стояла отвратительная, и вскоре должен был разыграться самый настоящий шторм. -Он не спит, верно? - поинтересовался Бруно, потянувшись. Впервые за долгое время он чувствовал себя в безопасности, глядя как черепаха ползала в коробке, изредка предпринимая попытки схватить листик салата, который ей протягивал Наранча. Он все ещё выглядел потрёпанным после полученного урона от Фуго, но в целом был абсолютно здоров. -Нет, но спасибо за пощаду он тебе вряд ли скажет. Был готов расплакаться, когда я пришел. -Понятно. - наверное, не стоит тревожить человека, находящегося в крайней степени морального истощения и на грани нервного срыва. Но Бруно не мог не удостовериться, что с бывшим членом его команды все хорошо. Именно поэтому он и поднялся со стула, неспешно направляясь в комнату, где лежал Фуго. Ей богу... Подумает, что проходной двор устроили. Постарался как можно тише приоткрыть дверь и заглянуть внутрь, разведывая обстановку. Со стороны двери плохо видно. Блондинистые пряди волос Паннакотты разметались по подушке, а лиловые глаза смотрели в стену стеклянным взглядом. Однако, повернув голову и увидев Бруно, не на шутку испугался. Очевидно, он был готов провалиться под землю, лишь бы не испытывать такого жгучего стыда перед своим бывшим начальником. -Тебе лучше? Как ты себя чувствуешь? - первый вопрос, заданный без излишеств, но с заботой. Даже непонятно, что отвечать. Хотелось броситься к нему в ноги и начать умолять простить, но... В конце концов, он не простит его. Фуго знал. С трудом сглотнув сухой ком в горле, он невнятно пролепетал: -Л-лучше... -Фуго. - ласково позвал Бруно и, помедлив, запустил руку в белесые волосы, поглаживая юношу по голове. Словно запертый зверёк, Паннакотта молчал, зажмурившись и каждую секунду ожидая удара. Словно что-то знакомое копилось внутри... Гнев, как тогда, пару лет назад с преподавателем? Или же страх? Ему стало противно от себя. Да, сейчас перед Бруно парень выглядел жалко, растрёпанные волосы, перевязанная бинтами грудь, стянутые веревкой руки. Чтобы перевязать ночью рану, им пришлось втроем держать его, дабы вырывающийся в бреду Фуго не причинил вреда себе и окружающим. - Фуго, не паникуй... "Весь сжался, бедный. Ты слишком много пережил за несколько дней. Нашел силы вернуться, только в качестве врага, а не друга." - с сочувствием подумал Бучеллати. К сожалению, до конца он его не простит, хоть и с готовностью примет обратно, если тот захочет вернуться к ним. Фуго подверг опасности не только свою жизнь и психику, но и жизни остальных участников группы. Он опустился перед Фуго, взяв его за руки. Ссадины на них все ещё не зажили, лишь немного покраснели и припухли, напоминая, что страдалец получил их недавно. Теплые пальцы Бруно погладили разбитые костяшки в пластырях. -Мне оставить тебя в покое? Выглядишь уставшим. Отдыхай. - грубоватый голос Бруно казался необычайно теплым. Фуго вздрогнул, сдерживая всхлип. Этот человек столько сделал для него, а он так просто взял и подвёл всех. Его не простят, его не должны простить, это же всего лишь... Приманка, чтобы заполучить его доверие и убить? Раздумья Паннакоты прервали шаги. Бучеллати ушел за дверь, перед этим обернувшись чтобы в последний раз взглянуть на лежащего на кровати Фуго. Тот напоследок посмотрел на него дрожащим взглядом. Он не хотел оставаться один, но и боялся Бучеллати сейчас. -Отдыхай. - повторил Бруно и наконец скрылся за скрипучим хлопком двери. Юноша молча уткнулся головой в подушку и позволил скопившимся слезам вновь пропитать ткань наволочки. Он дурак? Это мало сказать, он... Он предатель с обоих сторон. Он не хотел убивать кого-либо, и эти секунды промедления стоили ему свободы. Он не хотел предавать босса и ставить жизнь под угрозу одновременно и это стоило ему доверия. Глупец. Перевернувшись на бок и прижав к болящей груди связанные руки, Фуго прикрыл глаза. В носу щипало, к горлу подкатывал ком. Что скажут бывшие друзья? Он невольно задумался про Наранчу. Ударить лучшего друга - одно дело... А атаковать его смертоносным стендом - другое. Он вообще, жив остался? Вроде бы да... Джорно уже лечил его, когда Фуго упал на пол. Черт... Да никто из них его не простит... Эти нехорошие мысли заполонили голову несчастного Паннакотты, когда тот почувствовал, что его голова снова тяжелеет и он медленно проваливается в мрачный сон.

***

На следующий день, ближе к вечеру на море стали сгущаться тучи. Не стоило бы пренебрегать фактом, что и предыдущие сутки стоял сплошной пасмур, но ночью наконец разразилась гроза. Гирга часто просыпался от раскатов грома и вспышек молнии. Море неподалеку ревело и стонало под напором ветра, с грохотом обрушивая волны на скалистый берег. На соседнем диване крепко спал Аббакио, изредка ворочаясь во сне. Почему-то Наранча принялся считать, который день Леоне уже не пьет. Насчитал один день и остановился. Таким образом он не уснет снова. Черт. Музыку послушать нельзя - глубокая ночь. Банда прибьет его за такое, даже если он закроется в самой изолированной комнате. А молнии раздражают. Даже... Пугают немного. Словно небесная стихия объединилась с морем и обрушила на человека всю свою мощь и ярость. Что делать? Сходить к Фуго. Тот был одинок, как пень, и за весь день повидал только Джорно, который принес ему поесть. Паннакотта опять отказался. Пришлось отступить. Фуго чуть приоткрыл опухшие глаза и что-то сонно пробурчал, даже не заморачиваясь над тем, что происходит рядом. Он снова уткнулся головой в подушку и попытался заснуть. Ему бы это немедленно удалось, если бы в бок случайно не ткнулся чей-то твердый теплый локоть. Наранча испуганно отдернулся и захлопал глазами, закутываясь в одеяло. Даже свое собственное притащил... Фуго обернулся, не понимая, что происходит. Черт возьми. Это же Наранча Гирга собственной персоной. Тот, кого он едва не убил по своей глупости. Тот, кто первый должен игнорировать его, ругать и вообще делать все то, что делают люди, когда не собираются прощать человека. Паннакота задержвл дыхание, словно боясь спугнуть юношу с кровати. Тот сделал то же самое, боясь напугать Паннакотту. Черт, матрас был шириной как арена Колизея, как Гирга умудрился... Задеть его? Специально? -Извини, Фуго. Я не хотел разбудить. Там гроза, а я не мог уснуть. Здесь потише. "Все хорошо." - неожиданно для себя проговорил Фуго одними лишь губами. Все правда так хорошо? Какое-то время назад он пытался задушить себя веревкой, пока никто не видит. Он избил себе все кисти до мяса и костей, так, что пальцами теперь пошевелить было больно. Он был несколько раз подстрелен. Морально уничтожен. Но он... позволит бывшему другу остаться, боясь, что тот вдруг уйдет. -Все хорошо... - Паннакотта резко вздохнул, словно находился под водой долгое время и теперь вынырнул на поверхность. Его голос был таким осипшим и хриплым, что Гирга побоялся, не заболел ли вдруг Фуго. Но видя, как Наранча тянет руку к нему, желая дотронуться плеча, он снова вздрогнул и прикусил губу, не понимая, зачем он пытается коснуться его. Блондин и сам боится, очень боится того, что бывший друг вдруг ударит. Наранча умел доставать нож с поразительной скоростью. С другой стороны, он имел полное право сейчас перерезать ему глотку и уйти. -Я могу остаться? - обычно шумный и являющийся воплощением хаоса Наранча тихонько сидел на краю кровати, завернувшись в одеяло. Его лиловые глаза блеснули в свете молнии. Гром спустя пару секунд шумно покатился где-то далеко наверху, за домом. По крыше бешено хлестал дождь. Неожиданный вопрос. Однако, такое было и раньше. Почему мальчишка ведёт себя так, как будто ничего и не происходило? Паннакотта кивнул и больше ничего не смог сказать. Отвернувшись к стене, он поджал колени к груди и едва ли не зубами накрылся одеялом - руки то были связаны. Неудобно, но что поделать. Веревка дарила какое-то ощущение... Безопасности. От себя самого. -Погоди... - нахмурился Наранча и побудил Фуго снова обернуться. Ему едва ли не в нос ткнулось лезвие ножа-бабочки. Не успел юноша испугаться или закричать, его руки были свободны. - Лучше? Только если опять расхреначишь себе все руки, я попрошу Бруно купить наручники. -Нет. Ты только что освободил предателя. - помолчав, наконец ответил Фуго. И это было правдой. Чувство безопасности покидало его, паника нарастала. Наранча подумал немного и пожал плечами, пристраиваясь на матрасе рядом с Фуго. Это было слишком по-философски для него, и, видимо, Фуго он за предателя не считал. Глядя, как тот безмятежно закрывает глаза и понемногу засыпает, Паннакотта обречённо вздохнул. Появилась возможность размять затёкшие руки, чем он и воспользовался. Происходящее было будто бы во сне. Тревожность забилась в агонии разума. - Не боишься, что я тебя задушу ночью? - детский вопрос сорвался у него с губ, когда он наконец успокоился и поуютнее завернулся в одеяло. Наранча приоткрыл один глаз. Сонная улыбка во все тридцать два зуба не заставила себя ждать. Он был так наивен? Или лучше самого юноши знал, что творится у него на душе? -Наш Фуго бы так не сделал, дурень. И почти сразу же засопел, оставляя Паннакотту наедине со своими проблемами и шумом дождя за окном. Почему-то дышать стало легче, хоть и нестерпимо давило в груди. От недавней ли раны, или от нарастающих рыданий? Спать хотелось сильно. А ещё сильнее, как-то выразить эмоции от того, что Наранча сам пришел к нему в такой момент, и даже не припомнил старые обиды. А ведь он когда-то бил его вилкой в щеку только за то что тот не был силен в математике. Черт. -Хей, ты что, плачешь? Фуго моргнул. Возникшая пелена перед глазами спала и прозрачной каплей потекла по щекам, не останавливаясь. Юноша сразу же стен их кулаком, и стиснул зубы - соль раздражала раны на руках. Да... Стыдно признаться, но он не выдержал. -Фуго... - Наранча вдруг крепко обнял блондинистого юношу, прижимая к себе и чувствуя, как пальцы Фуго ответно впились в его спину. Какой же он худой... ребра чувствовались под пальцами. Этого было достаточно. Сдерживая всхлипы, трясущийся Паннакотта отстранился через несколько минут и разревелся в подушку. Наранча гладил его по голове, сочувствующе перебирая пряди волос. - Слушай, ты же не на пожизненное сел, а... Бруно простит тебя, обязательно! Ты... Хочешь обратно к нам? -Я... Мне больше ничего не остаётся. - наконец выдохнул Фуго. На душе стало будто бы легче. Он сглупил, но если ему готовы дать второй шанс, это было его спасением. -Спасибо... Я идиот. -Ты... Спи давай. - нахмурился Гирга, мгновенно оказываясь под одеялом и зевая. - Завтра тебя Леоне взглядом будет отчитывать. -Угу... - Фуго ещё немного поглазел в окно, где постепенно стихал шторм, и наконец улёгся на подушку, понимая, что завтра его ждёт такая новая, но хорошо забытая старая жизнь. Капли барабанили по подоконнику, стекая с крыши, море успокаивалось и уже не так сильно билось об скалы. Шрамы на кулаках останутся, как и едкий осадочек от любого появления Purple Haze, но... Рядом будут те, кто готов простить его за то, что он когда-то поддался своему безумию.