Чайная гильдия

      —Теперь, когда мы познакомились поближе…       Белмуф тормошил Талиона и канючил, вцепившись в чужое плечо.       — Ну же, рассказывай уже!       — Хватит тянуть бандита за кошелёк! —Мииоко медленно оттянула Белмуфа от его жертвы.       — Давайте… — начал Талион, — теперь Лисичка.       — Обойдешься! — отрезала Мииоко, скрестив руки на груди и отворачиваясь. — Рассказывай сам!       Талион стушевался, обдумывая свой дальнейший план. Он не хотел делиться ненужными деталями. Его нагло приписали к этой кучке придурков. Единственное, что он придумал: уверенно подняться с места и свалить под любым предлогом.       — Куда собрался? — спокойный, но пронзительный взгляд Вель следовал за Талионом.       — Да знаете, что-то, поворовать захотелось… — пробормотал он, как будто это само собой разумеющееся.       Мииоко проворно выхватила из-за пояса кинжал и метнула его в стену, рядом с ухом Талиона. Кинжал вонзился в дерево, дрожа в месте попадания.       Талион подскочил на месте, глаза его расширились от неожиданности. Далеко не каждый день в тебя прилетает заточенный кусок стали. Правда ведь?       — Ты же обещал, —Мииоко нахмурила брови и ткнула на него пальцем. — Потом будешь воровать. Сейчас твоя очередь!       Талион сглотнул, сжимая руку в кулак. Его попытка улизнуть провалилась с оглушительным треском. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но лишь обреченно выдохнул.

———

      Моя семья ничем не отличалась от других: мы жили в уютном, не примечательном доме, придерживались устоявшихся традиций, и наши будни были наполнены привычными заботами и радостями. Однако, есть все же один значительный нюанс, отличающий нас от многих – это исключительная работа моего отца. Быть командующим королевской гвардии – задачка не из простых.       У нас хватало денег, и мы всегда были уверены в следующем дне. Матушка маялась с цветами, да алхимическими растениями, что приносили неплохую прибыль. Но все мы знали, о чем она мечтала. Собственная таверна – то, что могло бы сохранить память о деде, исполнить его мечту.       Когда матушке стукнуло сорок три года, мы с сестрой долго искали подходящий подарок. Всё ещё помню тот букет: в нём торчали Кровоцветы, чьи лепестки походили на языки пламени, да травы какие-то – длинные и тонкие, с серебряным отливом. Меж ними виднелись острые листья шиповника, а посередине красовался один-единственный цветок Стрелиции, будто сделанный из золота. Что за травы там были я не очень знал, но слышал, что их в эльфийских рощах собирают.       – Какая безвкусица: пускать такие цветы на букет… – скривился Белмуф.       Тогда я и брошь купил, знал, что ей понравится. Изрядно потратился… Но в итоге подарком угодили. А вот когда вернулся отец и попросил нас всех прогуляться в город, то сразу мне это странным показалось. Он редко вообще нас куда-либо звал, а тут…! Даже ведь не поздравил! Так мы втроем и переглянулись, ну и пошли за ним. Когда мы почти добрались, то он закрыл её глаза своими ладонями. Хотел сделать сюрприз, намекал нам помолчать, хотя мы прекрасно видели то, что стояло перед нами. У нас была целая горсть вопросов.       Он убрал руки, дал ей осмотреться и привыкнуть к свету. А дальше, как сейчас помню… Все наши старания померкли после подарка отца. Перед матушкой было добротное, не слишком большое здание – таверна. Я прямо вижу, как непонимание на ее лице сменяется шоком, потом неизмеримой радостью. Не представляете, как обидно…       На следующий день состоялось открытие. Целых 2 недели все шло просто замечательно, а потом наш музыкант запил, да и пропал! Так ладно бы просто музыкант, но он же был единственным певцом! Единственный промах привел к недовольству, эти бездари сразу же начали бурчать, что им скучно. Нас спас скрытый талант моей сестры: сев на один из стульев у стойки, она попросила сыграть что-нибудь, а после начала петь. Я прямо там и застыл в каком-то изумлении, впрочем, как и мать.       – С русалками конечно не сравниться, но пела она достойно. – Талион улыбнулся, смотря на доступный через окно кусочек неба. Эти воспоминания так сладки.       Отец вернулся в замок, работы там много, сами понимаете. Но прошла неделя, месяц, а он не воротиться никак. Был еще случай, когда мужик приставал к моей младшенькой, но закончилось все в целом просто замечательно! Компания одна просто-напросто выкинула его из таверны, да еще как! Лицом прямо в грязь!       Талион зашелся хохотом, его это невероятно веселило, как тогда, так и сейчас.       – Мы тогда за них тост подняли! Хорошее время было…       – И что в твоем прошлом такого? Как по мне, ничего секретного, – Мииоко зевнула, падая на мягкую кровать.       – Слушай дальше, Лисичка.       Три месяца остались позади, отец не вернулся. Новый день, все ушли к таверне, а я задержался: заметил приоткрытую дверь в кабинет отца. Видимо сквозняк взыграл, да распахнул. Он не пускал туда никого, без исключений. Кучи бумаг на странном языке, рисунки цветов и волков. На крепком столе лежала записка, адресованная мне. Честно, я сначала не поверил. А что если бы я туда не зашел?       На бумаге неровным почерком говорилось о бутылке с красной жидкостью, что я мог выпить сам либо отдать сестре. Содержимое неизвестно, а выбор полностью за мной. Ну а я чего? Особо долго не думал, решил выпить сам. По вкусу походило на довольно кислую настойку. А там уже и идти быстрее надобно было, так что шустро прикрыл дверь, подбирая мешок со стола. Но выйти из дома не успел, рухнул на месте, проснувшись к заходу солнца.       Я, как очухался, так сразу и побежал в таверну. Помню, матушке сказал, что помогал соседке с корзинами. В этот же вечер к нам зашел крайне противный мужик: толстый, грубый, хоть и был кем-то важным, около него еще крутились несколько людей. Заказал лучшую выпивку, что у нас была, спросил мать про кузнеца. Вскоре он направился к выходу, но в последний момент заметил мою сестру. Он схватил ее за руку, да и повел прочь. Если бы не мать, я давно бы влепил ему хорошенько! Но сестра отдернула руку и ударила его, в ответ получив удар от которого грохнулась на пол. Я тогда настолько разозлился, что рванул к нему, замахнулся, но стражник прикрыл его и отлетел через пару столов. Вся таверна замолкла от шока. Я даже руку свою осмотрел, думал поди сломал! В итоге не уследил, и мне по голове чем-то попали.       Не знаю сколько прошло, но проснулся я с головной болью. От сестры меня отделяли железные прутья. Нас как раз привезли на чертову арену с кучей народа. Сестру снова забрали, а меня притащили прямо на арену. А тот барон спокойненько сидел на трибуне и с важным видом твердил: "Одержите победу над тем юношей и девушка ваша!". В тот момент моей целью стало победить и забрать оттуда сестру.       Первыми против меня вышли трое стражников. Обычным мечом я орудую не очень до сих пор. Я с одним то еле справился, а там еще двое было! Скоро я заметил, что недалеко лежал еще и лук. Вот им то пользоваться я умею, не зря отец учил! Так и разобрался с ними.       Во втором раунде вышли трое мужчин с крупными волками. С ними уже было намного сложнее справиться. Если бы я не додумался погладить животных, то меня бы разорвали. Люди были поражены той сценой: парень приручил дрессированных волков. Я снова чудом выиграл.       А в последнем раунде выпустили "питомца" того урода. Бурый медведь запросто расправился с волками, пока я пытался закидать его стрелами. Видимо мои успехи нехило вывели барона из себя: он кинул сестру с трибун, обозначая новую цель. Медведь мигом метнулся к ней, вынуждая меня прикрывать сестру. От удара я отлетел прямиком в каменную стену.       Внутри меня вдруг что-то треснуло. Словно хрупкая чашка разлетелась на осколки. Боль была такой сильной, что я едва мог дышать. И тут же вспыхнула ярость. Не просто злость, а какой-то дикий, животный гнев. Такой, наверное, бывает у монстров. А потом… будто кто-то щелкнул пальцами.       Мир вокруг стал другим. Слишком ярким, слишком резким. Запахи, которые раньше я не замечал, теперь резали нос. Звуки, даже самые тихие, били по ушам. И тут я почувствовал, как мои кости трещат, а кожа рвется. Я рос. Раздувался. Превращался во что-то ужасное.       Я не помню, как оказался рядом с тем медведем. В голове словно поселился чужой инстинкт. Он требовал атаковать, требовал отомстить. С рыком я бросился на него. Вцепился когтями в шею. Медведь взвыл от боли и попытался отбиться, но я был сильнее. Намного сильнее. Мои челюсти сомкнулись на его горле, мигом разгрызая кости. Я чувствовал, как жизнь покидает его. Зверь обмяк и рухнул на землю. Он был мертв.       Талион тяжело выдохнул, отворачиваясь от невидимого кошмара, разворачивающегося в его сознании. Взгляд его был прикован к пустоте, но видел он совсем другое: тени прошлого, лица, давно исчезнувшие из его жизни. Ему сложно давались эти воспоминания, они были полны потерь и разочарований, которые он до сих пор не мог пережить.       – Есть что-нибудь выпить?       Вель предупредительно посмотрела на него, выражая свое недовольство. Она только открыла рот, как Белмуф положил ей руку на плечо и перебил: "Я организую ему всего кружку. Идёт?" На что виконтесса неуверенно кивнула. Белмуф достал из кармана чистую печать и шустро накарябав на ней что-то получил в руки кружку пива, которую протянул Талиону. Тот в свою очередь отпил половину и продолжил.       И тут я услышал крик. Почему-то тогда я не понимал, почему все бегут от меня, почему в их глазах такой ужас. Я глянул на свои руки. Они больше не были моими. Теперь это были огромные лапы, покрытые густой шерстью, с острыми когтями. Я увидел шерсть, покрывающую все мое тело.       Инстинкт начал отступать, уступая место ужасу и раскаянию. Я хотел успокоить сестру, сказать, что все хорошо, что я не причиню ей вреда. Но вместо слов из горла вырвался только глухой рык. Я не мог говорить. Я больше не был человеком.       Барон поднял арбалет, что валялся рядом. Арбалет был заряжен, а я жаждал справедливости и объяснений. Мне оставалось лишь выпрыгнуть на трибуны и разорвать его на куски. Он должен был заплатить.       Но я передумал. Стража игнорировала меня. Я думал, они захотят оттащить меня от него, спасти его. Но вместо этого они обратили внимание на мою сестру. Она пряталась за стеной, в глазах – один только ужас. Раздался выстрел. Я пожалел за это промедление, лучше бы убил его на месте...       Стрелы посыпались градом, врезаясь в плоть. Собрав последние остатки воли, я упал на песок рядом с сестрой. Я снова был человеком. Смотрел на нее помертвевшим взглядом. Все было кончено. Я не смог ее защитить.       Холод сковал все мое тело. Я открыл глаза. Ночь. Полная луна. И колючая боль, пронизывающая тело. Руки – кровавое месиво, смешанное с грязью. Вокруг меня группа волков, что зализывали мои раны. Тогда мне показалось это странным, не то что сейчас. С трудом поднялся: надо шевелиться, пока не умер на этом бережку. Впереди – тропинка, еле различимая в темноте, но она вела куда-то. К спасению, как мне казалось. Недалеко, меж деревьев, виднелся домик. Свет в окне. Дым, поднимающийся из трубы. Надежда. Шаг. Второй. Третий… Сил вновь не осталось, и я рухнул на землю.       Из дома послышался крик: "Там человек!". И все. Тьма.       Очнулся я в тепле: лежал на кровати, все тело было перебинтовано. В голове было чересчур много вопросов: начиная от банального "где я?", заканчивая чем-то абсурдным и похожим на "живой что ли?". Ответов я не знал, так что попытался встать, но голова кружилась, словно я словно я съел что-то несвежее... Все же кое-как поднялся, медленно оглядывая просторную комнату. Никого. Хотелось выйти на улицу, вдохнуть свежий воздух, просто убедиться, что я жив.       К моему удивлению, люди тут имелись! У крыльца стояла старуха. Её лицо было спокойным, словно она уже видела всё, что может произойти в этом мире. А перед ней стояли трое мужчин. Не люди, а какие-то твари, готовые на все ради наживы. Один из них орал: "Отдавай деньги, старая карга! Или этот дом станет нашим!".       Рядом со мной лежал черенок от лопаты, деревяшка такая длинная одним словом... Я долго не думал, схватил его и побежал к этим бандитам. Врезал одному со всей дури! А то вон чего устроили. Они как достали ножи, я аж очухался. А у меня что? Гребанная палка?! Я старуху защищал, как мог, да и недолго. Вовремя, как черт из табакерки, старик какой-то появился. С луком! И как дал! Один бандит заорал, за руку схватился. Второй рухнул, стрела в ноге торчала.       "Убирайтесь отсюда! Пока я вас не прикончил! " – дедок то как рявкнул. Лук наготове держал.       Эти воры как заорали, кое-как своего подхватили и деру дали. Я вообще обалдел. В голове опять вопросов куча: "Откуда этот дед взялся? И как он так метко стреляет?" Я к старухе подходить начал, помочь ей подняться. И тут как прилетит мне по голове, как камнем ударили! И угадайте что? Снова валялся!       – …Так вот почему ты такой непробиваемый, – Мииоко усердно потерла лоб.       Очнулся, значит, а рядом старушка эта сидит, что-то в ступке толчёт. Она как взгляд подняла, так спокойным голосом, не отвлекаясь, спросила меня: "Как звать тебя, милок?"       Я прохрипел свое имя кое-как. Спросил еще, мол, кто меня так? Старуха будто вспомнила что-то. Так она как крикнет: "Внуча! Пойди сюда!". В дверном проеме выглядывает девушка. Красивая, как утренняя звезда. Волосы рыжие, огненные, по плечам рассыпаны. А дальше примерно такой, значит, диалог у них:       – Нора, скажи-ка пареньку что-нибудь.       – А чего сказать-то? – незаинтересованно спрашивает эта девушка. – Я тебя спасла от него. Он хотел тебя украсть, Ба!       Вот тогда я вообще перестал что-либо понимать. Кого я там украл? Сидел в ступоре, обмозговывал. А старушке хоть бы что! Сидит дальше в ступку ягод закидывает. Само спокойствие.       – И что ты сделала?       – Камень в него кинула, – отвечает Нора, пожимая своими плечами.       Я вообще дар речи потерял. – Погоди… Так, это ты меня...?!       – Прости. Я не знала. Не серчай уж. – Нора развела руками, стараясь отделаться от разговора.       Мне вообще стоило бы валить отсюда. Обратно в город. Домой. К тому же, я потерял сестру. Где искать не ясно. Матушка бы меня убила. Я попробовал встать. Голова закружилась, все тело как будто сломали. Я сел обратно.       – Отдыхай, милок. Отдыхай, – повторяла бабуля. И я послушался.       Три дня прошло, а я нормально спать не мог. Кошмары снились постоянно: странные размытые образы, вопли, да алая кровь разливается вокруг меня. Абстрактные намеки, что показывал мне собственный разум. Но зато поправился немного, силы вернулись. Решил свалить, пока они еще чего не учудили. Тихонько сбежал из дома и пошел куда ноги ступали.       Долго по кустам шастал, нашел наконец тропинку к родному городу. А там переполох какой-то: стража по всему городу разгуливает. Я капюшон накинул и тут вижу, глашатай стоит на площади, во весь голос твердит: "В городе убийца! Разыскивается!". Бумажку достает. Пришлось зрение напрячь немного, чтобы увидеть там мой портрет. У меня челюсть прямо-таки отвисла…       Я, конечно, сразу затаился где-то среди ящиков. Ну, думаю, бред какой-то, что я такого сделал-то? Решил прокрасться к своему дому, прятался за каждым углом, как крыса подпольная. Распахнул дверь, дом поприветствовал меня тихим скрипом половиц, как раньше. Только вот как раньше не было. Я давай маму звать, сестру. А в ответ лишь тишина. Никого, все разбросано, будто тут кто-то все вверх тормашками перевернул. Жуть.       Тут вижу, тетка знакомая заходит, мамина подруга по таверне. Я к ней сразу с расспросами. А она как на меня вылупится: "Талион? Это ты?" Я говорю: "Да, я! Ну что случилось? Где все?" А она молчит, как будто язык проглотила. Я ее трясу, стараюсь понять, но та все молчит как лягушка в пруду.       Заметил я, что она как-то странно на меня смотрит. Шестое чувство так и кричало: "Что-то не так." Чутье не подвело. Она резво выудила серп с пояса и кинулась в мою сторону. Я вообще обалдел, прикрикнул на нее. Она поступила умнее, просто позвав стражу. Я проиграл. Одним движением обогнул ее, оттолкнул подальше, лишь бы заткнулась. Сил не пожалел, она об стену не слабо приложилась. Глянул, жива ли хоть. Вроде дышала, так я шустро через окно птицей и вылетел. Успел лишь за стену отойти, как дверь с треском выломали. Времени думать не было, да и зачем. И так все ясно. От стражи я еле оторвался, поплутал среди улочек. Как смог сразу в лес выбежал. В город больше ни ногой!       Сижу под кустами, жую себе бруснику. Если поймают – петля или каторга какая-нибудь светит. Позади слышу шуршание, кто-то словно в куст ко мне лезет. Я запаниковать то не успел, как вижу, ту девушку, что камнем мне зарядила. Колбу в руки сует со словами: "Пей и беги, придурок!"       Из колбы я сразу отпил. А Нора как сквозь землю провалилась! Испарилась куда-то. Вышел я на поляну, иду куда-то, ничего не понимаю. Так бы и шел, если бы прямо мимо меня стражники не пробежали. Меня чуть инфаркт не хватил! Настолько задумался, что их не заметил. В метре от меня мимо пробежали. Я тогда подумал, что они слепые, причём все. Странности одни. Рукой о дерево схватился, а тут бац… руки то у меня нет! В общем, как и всего тела. Смотрю на ноги - ничего не видно. Пус-то-та!       Постоял так, как дурак, и вдруг опять появился. Да и Нора тут как тут. Улыбается, как будто, так и надо. Она как рукой меня поманила, говорит надо поговорить. Я плечами пожал и пошел с ней. Куда ж мне теперь деваться?       Это заняло какое-то время, но мы добрались до места. На пороге нас встречали дед с бабкой. Мы только подошли, а они сразу начали суетиться. Говорили, что знают кто я, что внутри меня. Я чуть на месте не присел, боялся, что они сдадут меня. Но видимо мне повезло, раз внучка их пришла помогать.       Но только я об этом подумал, так она предложила все же сдать меня! Деньги говорит получим! Старики отказали, а та только губы надула, обиделась, да ушла. Решил я разузнать вообще, что случилось.       – Так чего они меня ловят-то? Что я такого сделал?       Дед с бабкой переглянулись, старуха пошла в дом. Ну так дед встал рядом со мной и смотря вдаль продолжил.       – Ты там семнадцать человек убил. И все слуги барона. Да не просто, а раскромсал всех.       Я сразу вспомнил свои кошмары. Холодок по спине пробежал. Испугался я не на шутку. От эмоций не удержался и ударил кулаком по двери. Бабка выглядывает и сетует на деда, мол, что ты там такое ему говоришь, старый. А мне протягивает пузырек с голубоватой жидкостью, чуть встряхнув перед этим. Я не колеблясь выпил это варево за глоток. Сразу даже легче стало.       После долгого разговора стало ясно, что во мне живет зверь, а его надобно контролировать. А дорога в родной город мне закрыта. Короче говоря, остался с ними жить. К старикам я быстро попривык, а вот с внучкой их проблемно шло.       Прошел месяц или может парочку. Дед помогал мне со стрельбой из лука, получалось все лучше. Помню, как взял лук впервые и даже стрелу выпустить не сумел… Кхм, бабка учила меня травам каким простым. Привык я к ним, будто уже и родными стали. Тогда же я научился и менять свой облик, заняло это, конечно, не мало.       Однажды Нора психанула, расстроилась. Пришлось у деда спрашивать, что, да как.       – Она с детства хорошо владеет кинжалами. Однажды бандитов отбила!       – И чего она с ними сделала?       – Ну ты попробуй догадайся. Что она сделала, если они дом поджечь хотели?       – А-а-а… Понял…       На самом деле, я тогда ничего не понял. Но отправился прямиком к Норе, что шмыгала носом у реки. Помню, как из-за рыжих волос назвал её Лисицей, ей вообще не понравилось! Она вмиг встала с места и сбила меня с ног настолько быстро, я даже не заметил, как она приставила к моему горлу кинжал.       – Напоминает мне нашу встречу… – невзначай вставила Мииоко. Талион кашлянул, делая вид, что не замечает её.       Боже, тот кинжал я всё ещё помню, совершенно обычный, ржавый метал, что еле отражал солнечные лучи. Она тогда приказала мне уйти с глаз, но я не намерен был этого делать.       – Научи меня обращаться с клинками.       Она лишь посмотрела на меня своими темными глазами и тут же рассмеялась как будто я только что рассказал забавный анекдот. Я озадаченно уставился на нее и спросил: "Чего-смешного-то?". А она мне в ответ: "Ты ж даже нож в руках не держал! Лук, дай бог, натянешь!". Я решил доказать обратное, хоть она и была права. Одним движением я вытащил руку, ударил по чужому предплечью и получил кинжал, прокрутив его в руке и чуть не уронив.       – Ну так что? Возьмешь меня учеником?       Её это, видно, впечатлило. Она согласилась.       Минуло несколько недель. Я много тренировался: редкие занятия с луком, сменялись дни, и я перешел к упорным тренировкам ближнего боя. Мы с ней сблизились, как мне казалось. Ну, не то чтобы прям друзья не разлей вода, но хоть не деремся каждый день!       – Я тут подумал, что, наверное, эти тренировки – лучшее, что было в моей жизни. – пробормотал Талион с ностальгической улыбкой.       – …А кто она тебе? – Мииоко незаинтересованно пялилась в потертую картину на стене, напоминающую что-то съедобное.       – Наставница, а что?       – А на самом деле? – Вель смотрела в чашку с горячим чаем, наблюдая как пар неспешно поднимается в воздух.       – Ладно, – он вздохнул, – любовница.       Вель подняла взгляд на него, в её глазах блеснул заинтересованный огонек. Мииоко поперхнулась чаем, поставив чашку на стол. Единственный, кто не подал виду – это Белмуф, он лишь по-дружески похлопал Мииоко по спине.       – Где она сейчас? – Белмуф щелкнул пальцами.       – Я расскажу. Слушайте дальше…       Я жил там ещё пару лет, обычная жизнь, которой я лишился не так давно. Частенько писал письма, пытался узнать про сестру. Я искал, но она как сквозь землю провалилась, никаких новостей.       День рождения у меня особый выдался… Дед мне свой лук подарил! Лучший лук, который у него вообще был. Бабка инструменты кое-какие достала, полезные для снадобий. Ну а Нора что-то необычное приготовила. Как оказалось, беременность, которую она недолго скрывала. Живот у неё и правда округлился, но совсем чуть-чуть. Бабка то её обняла, а вот дед косился на меня недобрым взглядом! Я прямо почуял как по спине мурашки побежали. И не зря, дед топор уже достал. Хорошо хоть, я додумался драпать. До вечера дед этот за мной гнался! Прямо как в сказках.       Вель сделала глоток чая. Мииоко и Белмуф смеялись, закрывая рты руками, а когда успокоились, то Мииоко сунула в рот воздушную булочку. Славно, что она не голодает, но кто знает откуда она берет всю эту еду?       В один из дней мне нужно было сходить в город. Деду тогда плохо было, а на меня охота. Но надо, значит, надо. Накинул капюшон и всё на этом.       Я подошел к воротам, а там ни одного стражника. Странно как-то. Ну я в любом случае пошёл на базар. А там людей тоже мало, почти пусто. Спросил, мол, где все. А оказалось, что сегодня казнь. Людям только и подавай, что еду и зрелищ!       Я решил зайти глянуть, что там да как. На площади целая толпа, ничегошеньки не видно было. Надо было купить что надо и сматываться. Когда я начал уходить, вдруг почуял что-то знакомое среди толпы. Какой-то запах.       Я поспешил через толпу, подбираясь к деревянной постройке запах становился сильнее. С импровизированной сцены говорил тот самый барон. Что-то про мужчину, что предал короля, и женщину, которую обвинили в колдовстве. Толпа лишь кричала: "Казнить!", да и всё на этом. Я подобрался ближе и стало понятно, что запах оттуда. Голову впервые поднял, а там гильотина! …И мои родители. Это сбило меня с толку. Моя мать – ведьма? А отец – предатель? В толпе различались те, кто обожал нашу таверну, любил мою мать, друзья и, конечно же, просто знакомые.       Эта сцена и так была слишком сложной, но она стала тяжелее, когда я увидел, что матушка смотрит на меня. Она шевелила бледными губами, стараясь донести до меня что-то. Но я ничего не понимал. Она улыбалась перед казнью, что за бред? Мне хотелось ворваться туда и остановить это, но тело не двигалось. Пока я стоял на месте, палач разрубил веревки и заточенное лезвие, разрезая воздух, упало вниз. Родители больше не улыбались, их головы лежали на деревянном полу в лужах крови, а народ кричал от радости. Видимо все и правда верили, что они виновны.       Оскорбления сыпались, как сахар в чай. Только сейчас я смог двинуться и запрыгнул на платформу, кинувшись на барона. Он застыл, тщетно пытаясь сделать шаг. А я, обезумев от гнева, набросился на него, обрушивая удары, каждый из которых был криком: "За это! За то! За всё, что ты натворил!" Я избивал его, вымещая всю несправедливость, копившуюся во мне. От его собственной головы ничего не осталось. Он быстро умер.       – Я – Талион. Сын тех, кого вы только что казнили!       Стражники начали собираться вокруг меня. Но внезапный яркий свет отвлёк всех. Всполохи огня со стороны дома стариков. Стража кричала: "Пожар!" А я обернулся волком и помчался к дому.       Перед зданием стоял десяток людей. Среди них тот самый, что хотел ограбить бабку. Я его сразу узнал! Выход в спину был хорошей идеей. Из-за эффекта неожиданности я справился со всеми. Но за это время дом полностью поддался огню. Обернувшись обратно собой, я попытался найти хоть кого-то. Я же не мог потерять всех. За домом нашёл раненную Нору.       Оказалось, что тот бандит требовал, чтобы ему выдали меня. Он обещал некую сумму, но сомневаюсь, что он бы отдал хотя бы часть. Старики солгали, что знать меня не знают. А тот не поверил и спалил дом дотла. Жители дома защищались как могли, но в итоге старики не выбрались из засады, а их внучка получила тяжелые раны. К тому же я чуял яд, распознать который не мог. Было поздно.       – Вещи в бочке… Бери и беги. Найди кому можно доверять... – Это были её последние слова. Она не дышала. Никто больше не дышал.