Доминика. История потерянной принцессы.

      – Ускоряемся, ускоряемся! – подгонял Нику Марко. Девочка сонно ворчала, пытаясь вывернуть нужной стороной рубашку, в то время как остальные уже стояли на выходе, полностью одетые и собранные. Из-за дальнего расположения домика им приходилось торопиться. Ко всему прочему, обещанный трезвон вышел не таким уж и громким. Если б не отточенная привычка Амари рано вставать – она поднялась ещё до сигнала, – ребята могли бы вообще не проснуться вовремя.              – Не понимаю, кто придумал поднимать уставших людей таким тихим звоном, – жаловалась Ника, завязывая шнурки.              – В тот раз я жил в домике у столовой, слышно было ничего так. – Патрик зевнул и прислонился к дверному косяку. – Стены чуть не дрожали, после такого только мёртвые не поднялись бы.              – Наверное, когда поселение было небольшим, этого колокола хватало, – Амари не теряла времени даром и педантично разминалась, делая особый упор на шею, руки и спину. – Думаю, пока народ по нему просыпается, менять не будут… Ника, сколько можно?..              На завтрак ребята пришли одновременно с большей частью рабочих, которые сегодня выглядели намного чище. Сначала все мыли руки – снаружи столовой располагался ряд медных краников, – после чего выстраивались в очередь за едой. Получив по миске горячей каши и кружке компота, компания уселась за один из столов. Те располагались вытянутой буквой "П": два длинных стола занимали рабочие, а за короткой "перекладиной" уже сидело несколько человек взрослых – среди них ребята заметили Берда. В центре их стола имелось свободное место, рассчитанное для двоих.              – Атаман с дочкой обычно у себя едят, но завтракать часто приходят сюда. Видимо, сегодня должны быть, раз тарелки стоят, – пояснил Патрик.              И правда, когда все расселись, в столовую вошёл сам хозяин шахт. Это был неожиданно молодой мужчина, очень смуглый и очень высокий, с пронзительными тёмно-карими глазами и копной смоляных волос. Они были по-южному заплетены в множество жёстких косичек и собраны в небрежный пучок на затылке. На Атамане красовался щегольской камзол ярко-изумрудного цвета, под ним виднелись рюши чёрной рубашки, а ноги были обуты в кожаные сапоги с высокими голенищами. Несмотря на эксцентричный внешний вид, держался он холодно и строго. Девочки с ним не было.              Мако присвистнул:              – Не надо было тебе, Ника, свои косички распускать. Глядишь, и нашли бы общий язык... – парень получил под столом ощутимый толчок в колено. – Кста-ати, мне вдруг такая мысль пришла... Почему я сразу не догадался?..              – Рассказывай, – потребовала Амари.              – По Атаману ведь точно видно, что он увлечён одеждой! Я могу попробовать устроиться к нему портным. Девочка растёт, ей нужны новые платья... Да и сам он, судя по всему, похудел недавно – могу подогнать несколько костюмов по фигуре. Или что новое сшить... Я как раз взял кое-что необходимое.              – Было бы неплохо. Как раз подберёшься поближе к девочке, – рассудительно произнесла Амари. – Когда пойдёшь устраиваться?              – Да хоть сейчас, – Марко опрокинул в себя остатки компота, вылез из-за стола и направился к Берду. Бригадира парень уже немного знал, и надеялся решить вопрос через него. Остальные с интересом наблюдали за переговорами. К сожалению, почти в то же время работники начали подниматься из-за столов, так что разглядеть что-либо за ними было сложно.              С Марко они пересеклись уже на выходе из столовой. Тот радостно сиял:              – Всё прошло успешно! Бригадир, правда, ругался, что путаю ему планы с утра пораньше, но-о... Одним словом, я иду сейчас не в шахты, а на корабль к Атаману. Надо только за своим добром сбегать. Иголки-нитки-ножницы… В общем, удачно поработать!              Марко поскакал в домик, а Ника отправилась искать главного по кухне. Амари и Патрик кисло переглянулись.              – Шли на шахты вчетвером, а в результате нас кинули, – проворчала девушка. – Ладно, пойдём, а то опоздаем.              Они догнали толпу и направились к западной стороне скалистого полукольца, где уже собралось довольно много народа. Здесь находился вход в пещеру, расширенный настолько, что в неё спокойно могла войти шеренга из десяти человек. Оттуда наружу выходили узкие рельсы, которые терялись где-то в воротах большой постройки, расположенной несколько в отдалении. В самой пещере молодые рабочие разбирали инструмент: кирки, ручные свёрла, молотки, корзины, лопаты и факелы. Каждый точно знал, что ему нужно, и старался первым ухватить орудие получше. Из глубины пещеры доносился рокочущий бас Бригадира, но Амари решила его не отвлекать. Она огляделась и уверенно хлопнула по плечу ближайшего крепкого парня, коротко стриженного и широкоплечего. Тот обернулся.              – Я новенькая, на нижний ярус. Ты ведь тоже? Что брать?              – Ага. Кирку побольше и корзину – там тележек нет, всё таскать самим. И вместо факела лично у Бригадира возьмёшь фонарь, внизу нет держателей.              Патрик уже знал, что делать, поэтому поспешил обзавестись лопатой и факелом. Он жестом пожелал удачи Амари и устремился вглубь пещеры. Девушка надела на спину корзину – та была оснащена двумя ремнями в качестве лямок – и вместе с новым знакомым отправилась следом.              Вскоре толпа вывела их в огромную естественную пещеру, жутковатым колодцем уходящую далеко вниз. В стенах этого колодца был выдолблен опоясывающий спиральный ход, от которого лучами уходили вглубь горы многочисленные узкие туннели – они неровно подсвечивались красноватыми огнями факелов. Далеко вниз спускались тросы, по которым курсировало несколько подъёмников. Те управлялись вручную крепкими мальчишками постарше, крутящими ручки специальных механизмов. Спутник Амари – как выяснилось, его звали Карел – повёл её к самому дальнему и небольшому. Вместе с ними в тесную клетушку подъёмника набилось человек пять. Когда все ухватились за поручни, начался быстрый спуск – видимо, парни на подъёмнике не сильно старались его замедлить и следили только за тем, чтобы происходящее не сильно напоминало свободное падение. В момент, когда пол резко ушёл из-под ног, Амари с непривычки едва устояла на ногах. Зато поняла, почему все так крепко цеплялись за поручни.              Благодаря сумасшедшей скорости спуск занял не слишком много времени, хотя нижний ярус располагался довольно глубоко. Мимо со скрежетом проносилась чернота с редкими вкраплениями огней. За несколько метров до нужного уровня ребята с подъёмника всё же притормозили спуск. Тем не менее, удар всё равно вышел ощутимый. Амари снова приложила усилие для того, чтобы не упасть. Несколько фонарей погасли, и теперь ребята делились друг с другом огнём.              Воздух здесь был спёртый и более влажный из-за близости подземных вод. Неровная поверхность площадки объясняла факт того, что сюда не добираются тележки: тут они просто-напросто не смогли бы проехать. Подъёмник отправился за второй партией рабочих, а уже доставленная компания парней (среди них Амари была единственной девушкой) разбрелась по вырубленным в породе туннелям.              Амари и Карел пошли вместе. Новый знакомый объяснил ей, как отличить серебряную жилу – кое-где порода давала характерный серебристый отблеск – и показал, как удобней работать. Рубить киркой оказалось сложнее, чем предполагала девушка. Приходилось врезаться в стену со всей силы, но найти правильную точку удавалось не сразу: часто кирка отлетала вхолостую, оставляя после себя лишь едва заметную зазубрину. Постепенно Амари приноровилась различать трещины в породе, выработала наиболее удачную технику удара, и работа пошла быстрее. Несмотря на это, кучка руды под ногами у девушки росла гораздо медленней, чем ей того хотелось бы.              Время в шахте ощущалось странно. Непонятно было, сколько прошло и сколько осталось до обеда. Амари с Карелом говорили мало, берегли дыхание. Один раз оба прервались минут на десять, чтобы дать отдых рукам. Карел рассказал, что раньше обеденного перерыва не было, перекус брали с собой в шахту, но вскоре стало понятно, что дети выдыхаются намного быстрее взрослых: ко второй половине дня их производительность резко падала. В результате решили поднимать работников на поверхность, чего не делают в обычных шахтах. По итогу временные затраты окупились, и на вторую смену дети выходили отдохнувшие настолько, чтобы взяться за работу с новыми силами. Сам Карел выбирался сюда на заработки раз в полгода начиная с пятнадцати лет – как раз с тех пор, как шахтами завладел Атаман.              Когда Амари уже всерьёз подумывала над тем, не забудут ли их позвать на обед, раздался гулкий звон тройного удара. Как оказалось, система колоколов была проведена по всем ярусам – не услышать сигнал было невозможно, как бы громко не звенели кирки. В соседних туннелях послышались возгласы облегчения, и рабочие принялись выбираться к подъёмникам. Инструменты с наработанной рудой оставались внизу, все шли налегке – полные корзины поднимались вечером за раз, чтобы проще было подсчитывать объём выполненной работы.              Обратно подъёмник полз медленно. Благодаря этому Амари смогла рассмотреть сама и расспросить Карела, как организована работа на верхних ярусах. Там у детей не было корзин, а руду собирали лопатами ребята вроде Патрика. Они носились по спирали вверх, постепенно наполняли свои тележки, а на выходе сгружали их содержимое в вагонетки, которые по рельсам вывозили руду наружу. После этого их вместе с тележками спускали в самый низ, и те начинали свой путь заново. Амари хотела было спросить, почему они работают не в противоположном направлении – спускаться ведь легче, чем двигаться вверх, – но вовремя сообразила, что в таком случае была бы чересчур сильная нагрузка на подъёмщиков. Помимо прочих отличий, на верхних ярусах имелось трое помощников Бригадира. Они руководили процессом и отслеживали, кто как управляется с работой.        Выбравшись на улицу, Амари долго не могла привыкнуть к свету. От свежего воздуха кружилась голова. Натруженные руки и спина горели, хотя, признаться, к физическим нагрузкам девушке было не привыкать. Услышав доносящиеся со стороны кухни запахи, Амари поняла, что больше всего на свете хочет сейчас как следует пообедать.