Он и Она

Ей было страшно. До трясучки в коленях, до сбивчего дыхания и слезах в глазах. Она стоит в каком-то узком пространстве, мысли бегут быстрее тела. Накопившиеся стресс берёт своё. Эзекиель всё же старается взять себя в руки. Прислоняется, чуть ли не падая, к стене и дышит, пытается дышать, пытается унять секунде воспоминание. Сначала она там, стоит в огне, рядом с отцом, слышит вдали крик, знакомый голос зовёт, но в ушах звон. Ей было страшно, ужасно страшно. Медленно сползя по стене, она всё же поливает первую соленую каплю. Она сильная, должна быть сильной, но у каждого существа случается такое. Она не справляется с эмоциями, который овладели ей. А потом, в одно мгновение все мысли улетучеваются, делая голову пустой и лёгкой, с едким послевкусием.. Первый судорожный вздох. Наконец-то дыхание немного приходит в норму. Она не готова сейчас мыслить. Не готова к тому, что уготовила судьба. Ей нужно немного... Что? Девушка чуть матает головой. Всё же война слишком уж сильно ударило по ней. Особенно то мгновение, когда она думала, что умрёт... - «Где я?» — всё же появляется мысль в её голове спустя пару минут. Тело отдаёт ужасной усталостью, разум медленно, маленькими шажочками пытается обработать информацию об новом окружение. Она не в своём мире — принимает данный факт Киель, стоило ей покинуть переулок, сразу натыкаюсь на толпы людей спешащих кто куда. Они были до жути однотипные, серы. Обычными. На их фоне Киель чувствует, что не вписывается в их идилию. Особенно со своими лисьими ушами и хвостами. У людей перед ней нет никаких подобных животных атрибутов. Да что уж там, она от них даже магии не чувствует... Девушка сглатывает. - Извините, вы же косплеер, да? Можно вас сфотографировать? — неожиданно доноситься до Киель сбоку. Секунда, девушка поворачивает голову и видит другую девушку держащая в руке странный прямоугольный предмет. Видимо, по типу фотоаппарата? Ну она довольно вежливая... - Простите, вынуждена отказать, удачи — говорит Киель сразу прощаясь. Вот и нашлась причина, почему на неё не оброщают огромного внимания, а лишь изредко кидают косые взгляды. Считают каким-то «косплеером». Ладно, сейчас надо решить проблемы своего существования.... И Эзекиель находит. Первое время было трудно, особенно адаптироваться. Не было с кем-то поговорить о своём прошлом. Но она и не жалела об этом. По крайней мере пока. Лисица была озадачена тем, чтобы найти себе жилище и знания об место в котором находиться. К счастью, своей магией она смогла принять какой-то облик обычной среднестатистический девушки города в котором оказалась. Ей помогла одинокая старушка, которая по доброте душевной столкнулась случайно. Киель ей тогда помогла донести продукты, а та разговорилась с ней. Бабуля оказывается имеет много историй за своими плечами. Муж её умер пару лет назад, дети с ней не общаются давно, с внукома они её не хотят знакомить. А старушка одиноко, почувствав каким-то шестым чувством добрую натуру лисицы, пригласила к себе жить, конечно не за бесплатно, но она помогла ей. Старушка стала для неё опекуном, тем человеком, который показал ей прелести нового мира. Эзекиель была ей благодарна. За всё. Даже после тех тяжёлых кошмаров о прошлом, когда она сидела на кухне с бабушкой, чьё молчаливое тепло с кружкой чая были лучшей поддержкой, Киель плакала, рыдала. Даже не выговаривалась, проливала слёзы за себя, за тех кого покинула, за своё прошлое. Тогда она ощущала себя самым маленьким растерянным ребёнком в чужих человеческих объятиях.... Всё же Эзекиель везёт на добрый людей. Не всегда конечно, но она их находит. Притягивает своей яркостью. В некой степени Он был прав... И всё же, время идёт. Время та ещё злая шутка. Не успеешь моргнуть, вот и месяц пролетел. Тогда, когда она нашла хотя бы какое-то нормальное место жительства, базовые вещи, как документы и всё остальное, девушка задумалась. Киель понимает, что никогда не вернётся назад. Не сможет. Не потому что не хочет, а потому что не может. У таких существ как она, которые перемещаются меж мирами - шанс вернуться в собственным мир, практически равен нули, а она как оказывается ещё и слабый мироходец. Потому Киель смиряется с этим. За то в голове появляется другие воспоминания и вопросы. А так же некая вина. За Каё, которого она оставила. Он же не выжевет... - Киель, зайка, ты единственная для меня, прошу, вернись после того как закончишь. Я буду тебя ждать здесь — слышит она последнее перед тем как покинуть храм под пристальный взгляд жёлтых глаз, в чьих глазах было столько нежности, столько тепла, что иногда ей казалось словно она не заслужила такого. Она была всем для него, смыслом жизни, желание, мечта. А Киель так просто покинула его... Киель вздрагивает, когда слышит звон чайной ложки о дно кружки. Ох, она и не заметила как допила свой чай... Как оказалось познать мир было легко, особенно если брать книги в библиотеки. Лисица узнала историю, примерно знала ситуацию в мире, знает множество культур и субкультур. Этот мир технологий. И всё же Киель ставит цель. Выжить, стать частью этого мира. И Киель становиться. Получает хоть какое-то образование, находит более лучшую работу, снимает квартиру, учиться новому и изучает мир вокруг.

Она - то что никогда не хочет терять, никогда забыть, стереть из памяти как что-то ненужное, её хочется видеть с огнём в глазах.

Киель ощущает себя свободно здесь. Она никому не обязана, ни отцу, ни народу. Здесь у неё нет большой ответственности, нет ожиданий на ней. Киель просто есть, такая какая есть. Она наслаждается новой жизнью в этом мире. Даже и не заметила, как миновал пятый год проживания в этом мире. Каждый день начинается с приятной кружки чая, потом сборы и работа. Сегодня же выходной, но грешно начинать день без чая. Потому Эзекиель стоит на кухне, ставит чайник и ждёт. За прошедшее время она уже многое пережила, решила множество своих проблем. А так же приняла и забыла своё прошлое, хотя всё ещё хранит свою одежду из своего мира где-то на дне шкафа как страшный секрет... Как и чувство вины. Тук, тук. Да кого же на её порог принесло в такой то день? Наверное соседи. Те часто к ней заглядывая, принося то выпечку, то просто на посплетничать с чаем. Соседи были довольно добры и отзывчивы. Если не учитывать факт, что каждый считает своим долгом спросить у неё: "Когда ты уже замуж выйдешь?" Киель зевая и под звук кипения чайника отправилась в прихожую, минуя гостиную. Неожиданно в районе сердца отзывается что-то... Лисица моминатльно напрягается. Не уж что старость? Инсульт? Припадок? Девушка хмыкает себе под нос. Над этим конечно не шутят, но всё же. Девушка даже не смотря в глазок, открывает дверь. Зря. Сердце всё же пропускает удар. Сонный мозг резко просыпается видя то жути знакомые черты лица, знакомые чёрные волосы, и всё такие же нежные глаза направленные на неё одну. Кицунэ не сводит глаз с пришедшего. Её вздох кажется оглушительным для самой же Киель. Парень перед ней хотел бы уже открыть рот, на Эзекиель действует быстрее, щипает себя за щёку. Боль кажется отрезвляет. Это не сон. Шестерёнки стали крутит в голове... Девушка быстро закрывает перед Прошлым дверь, прямо перед чужим носом, зарываясь на ключ. Ха-ха... Каё стоит перед порогом её дома. Он стоит прямо за дверью. Он там, Онтамонтамонтам. - "Это наверное просто обычный человек, который похож на него... Чего ты так боишься, дурочка?" — Упрекает себя мысленно Кицунэ, садясь на корточки перед входной дверью, прекрывая своё лицо руками. Кому она врёт? Это Он. Тот из-за кого Она каждый день чувствует вину. Тот кого она так же любила. Тот кто стал причиной её смеха и счастья. Впервые после перемещение, Ей как никогда хотелось по глупому заплакать как ребёнок то ли от счастья, то ли от горечи. Вновь эмоции плещут через край. Чайник уже свистит с кухни, а Киель не смеет и шагу сдвинуть, словно она прикованная к двери за которой её ждёт смертная казнь. По сути так и есть. "Это наверное галлюцинации, да, галлюцинации, успокойся.." – приговаривает мысленно себя девушка, вставая и покидая прихожую. Чай. Надо выпить всё же чая. И успокоительное. Для нервов...

***

Она смотрит в глазок двери и видит на против мужскую фигуру. Он кажется даже не сдвинулся, после того как кицунэ закрыла перед ним дверь. Глаза потускнели и направлены в никуда, а вид Падшего похож на побитую брошенную собаку. Эзекиель невольно ощущает укол в сердце, вина. Всепожирающие чувство. Под успокоительным стало чуть легче(хотя людские припорты не сильно то и влияют на её организм), как и после одной... Ладно. Двух кружек чая. Она смотрит в глазок, разглядывая чужую личину. Видит всё такие же чёрные волосы, которые чуть вьются на концах. Хоть и трудно заглядеть, но она больше не видит его длинных локонов. Натыкается взглядом на то, что волосы парня заканчиваются на шее. Некогда заострённые уши стали обычными, человеческими. За чужой спиной она не видит ею любимых крыльев. На счёт хвоста не уверен, не видит. Чужое лицо осталось таким же бледным, каким Киель его помнит. Но всё же, сколько времени прошло? Если Она не ошибается, Каё упоминал, что крылья опадут в течении... Ох... Одной сотни лет. Муражки прошлись по спине. А сколько же тогда прошлое времени с их расставания? Если для Киель прошло только 5 лет, то сколько прошло для него? Опять она думает о Прошлом... Киель оторвалась от глазка. Она сейчас не готова, особенно в такой обычный солнечный день, в день когда у неё один из законных выходных. Видимо из дома она и шагу не сделает... Придётся делать доставку. Киель вздыхает, уходя в дом. Вечно бежать о того, что находится за дверью Она не сможет. Ей буквально завтра на работу, а брать отпрос не вариант, с учётом того, что девушка работает в библиотеке. Кицунэ вздыхает. Вина грозит поглотить её, не только за своё отношения к Падшему Архангелу спустя столько лет разлуки, но за то что буквально оставляет парня сидеть у её порога и ночевать в коридоре. Она уверена, что Каё за его дверью ни разу не сдвинется. Как оказалось Она ошиблась. Девушка решила взглянуть в окно спустя пару часов своего заточения дома. Что она явно не ожидала увидеть в вечернее время суток то, как парень сидет на лавочки с бабулями-сплетницами под домом... И всё же Каё изменился. Раньше парень ни с кем не коммутатировал кроме неё одной. Почему ей хочется верить, что Каё не изменился. Верить лишь в то, что лишь она одна изменилась и не в самую лучшую сторону - по мнению Киель. Но она ощутила желаемую свободу, вздыхает полной грудью. Она была уверена, что никогда бы не почувствовала себя такой живой в своём мире.... Эзекиель бросает уклончивый взгляд за окно, глядя на столь сюрреалистичную картину. Ладно. Если Каё и изменился, но память на имена у него точно такая же, глядя на то как кивает головой как болванчик. Лисица устало вздыхает, отворачиваясь от окна, лучше не думать, вообще отключить голову и побегать от проблемы в лице Каё. Ей точно надо развеяться, но зная, что где-то снаружи ждёт её парень... Желание сразу отпадывает.

***

Следующий день для девушки начинается с шести утра, медленно готовля завтрак, чай, медленно размышляя что, зачем, почему и для чего она вообще проснулась столь рано. И всё же, как бы забавно не было, первым умозаключением бвло , не то что пора торопиться на работу, а об Каё, которая Киель так и не впустила вчера в дом. И тогда впервые девушка взмолвила к богу, молясь, чтобы брюнет не спал у неё на коврике у порога, или не спал на улице, на той лавочке на которой она видела того в последний раз... Девушка вздыхает и боязливо смотрит в окно, вниз, ожидая увидеть чёрную копну волос на лавочки, но там никого не оказывается. Остаётся ещё её дверь... Дама допивает свой излюбленный чай, ставя кружку в посудомойку, в сама направляется в прихожую, быстро кидая, что надо в сумочку и одеваясь. Щелчок. Дверь открывается с лёгкостью, без преград, открывая путь в пустой коридор. Вторая мысль за утро было: "где он ночевал?", но всё же Эзекиель поспешила на работу. Ей же чтобы добрать до библиотеки, надо ещё проехать на автобусе... Путь не самый близкий, за то вполне себе хорошо платят на должности библиотекаря. Но стоило только открыть дверь на улицу, глаза моментально зацепились за черноту. То ли за глаза, то ли за волосы, которые были неожиданно близко. - Ох – прерывает тишину первым брюнет, отходя от входной двери в подъезд и самой Киель, которая сама застыла на месте как олень при свете фар. - Прости. Ты как? Девушка неожиданно делает шаг назад и сразу запинается, падая на пол с небольшим вскриком. Что ж, хотя бы упала назад, а не вперёд, прямо на парня. А то было бы ещё сильнее неловче от ситуации в которой они оказались бы. Лишь спустя секунду, со стороны парня слышуться смешки, которые Каё ловит в собственных кулак, чуть отворачиваясь от девушки, так и не предлагая ей свою помощь. - Эзекеиль. – говорит брюнет, смотря на неё сверху вниз, словно смакует имя на языке после первого знакомства. Киель моментально поднимаются с пола подъезда, отряхиваясь, хотя лицо так и норовит выдать смущение от данной ситуации. -А... Ммм.. – Кицунэ так и не нашла слова, которые она могла сказать Каё перед собой. Особенно после данной неловкой сцене как в каких-то мелодрамах... Только вот это реальность, а не фильм. - Не сильно ушиблась? – Спрашивает Падший, чуть щурясь, улыбаясь несколько странно, за то глаза всё время на ней. - Нет, всё в порядке – сразу же дала ответ Она, вылетаят из приоткрытой, самим парнем, двери подъезда пулей. В той тени внутри помещения Киель признаёт: Он выглядит пугающе... - Мне забрать тебя после работы? – неожиданный вопрос прилетает ей в спину грозясь попасть там, где находиться сердце. Он говорит так, словно знает где она работает, знает во сколько её забрать, говорит как обычный мужчина имеющий делительные романтические отношения с женщиной. Ох. Точно... Как же она могла совсем забыть.... Сталкер. Киель потребовалась минута, потом вторая. Вздох. Она сошла с ума и дева это признаёт. Им точно надо поговорить, иначе кошки на её душе так и будут скрепсти. – Да. Забери меня после работы. Пока. Сказала на прощание Киель, шедшая от Каё медленным шагом, но стоило ей зайти за угол дома, девушка чуть ли с места не сорвалась, бежа к остановке, а к щекам прилип неожиданный румянец, стыд, смущение от ситуации в которой они оказались. Точнее двух ситуациях... То что Она вообще согласилась на предложение парня уже достижение. То что Эзекиел решила сама решить все их неловкости в некогда отношениях из-за длительного отсутствия друг друга... Да, им бы явно не помешал семейный психолог и обычный тоже. Хотя сейчас будет уже поздно, да и их вместе упекут в психушку за выдуманный мир, магию и прочее. Мда, позитивная перспекта на жизни хаха... Лишь на остановке девушка замедлила ход, вдыхая полной грудью. Утро началось снова с Каё. Если сначало это были лишь мысли, то теперь буквально Он. О боже помоги... Киель устало прижимается лбом к столбу, ожидая автобус, пока сама она находится в прострации, а точнее всё ещё находясь там у дома смотря на её... Парня? Бывшего? Ворона? Ох, после разлуки их отношения стали... Расплывчивы. Не понятными и всё же... А ещё это "Эзекиель"! Давно её так не звали, всё же в этом мире девушка взяла более простую форму своего имени: "Киель". Но ещё хуже, что это было из уст Каё, который даже при первой встрече сначала назвал её "Киель", а уже потом "зайкой". По воспоминаниям брюнетки не было ни одного момента, когда Каё обращался к ней по полному имени, максимум по сокращённому варианту. Мурашки невольно пошли по коже, особенно от воспоминаний тех потускневших глаз. Кажется Каё плакал. Много плакал, потому что она хорошо помнит те звёзды в глазах парня, помнит хорошо его глаза отражающие солнце и огни фонариков. Ох.... В некой степени она... Очень соскучилась по Каё. Автобусный гудок моментально заставил опомниться девушку и увидев нужный номер на транспорте залезла за секунду до того как двери закроются. - «О боже, ей нужно на работу, хватит думать о нём!» – мысленно приговаривает себе кицунэ садясь на свободное место, прижимаясь лбом к стеклу. Надо выкинуть из головы Каё, хотя бы пока она на работе, иначе не хотелось бв получить проблем.

***

К счастью для неё смена на работе прошла неплохо, Киель даже и не думала об одной наглой птице, хотя мыслишки иногда так и наровят вернуться к паре., стоило брюнетке увидеть какого-то темноволосого юноши выбирающий себе книгу. Коллега-библиотекорша же на работе всё время её увлекала в интересные дискуссии и разговоры, так что работа прошла по мнению самой Киель хорошо. Настроение у неё приподнятое, потому собрав всё что нужно и оставив закрытие библиотеки на коллеге, Киель прощаясь с охранником выходит на улицу. Настроение моментально падает увидев на скамейке рядом с библиотекой знакомые волосы и лицо направленное на неё, пока сам парень видимо некоторое время сидел в телефоне.... Интересно, где он деньги достал? - Пошли я тебя отвезу домой – просто сказал парень, вставая с места и протягивая ей руку, словно ожидает что Киель возьмёт за неё. Секунда и рука опускается, кажется Каё быстро опомнился осознав, что они вновь вернулись к той точке из отношения, когда прикосновения к друг другу давались через силу из-за смущения и неловкости. По лицу Каё теперь трудно понять какое чувство тот испытывает, а раньше Кикль могла читать того как открытую книгу.... Не то чтобы Киель разбиралась в машинах, да и узнала она с трудом C4 sedan от Citroen(точнее ей сказал сам Падший, увидев заинтересованный взгляд девушки). Хотя вопрос о том, откуда у Каё деньги всё ещё висит открытым, а уже второй назревает вопрос, когда он получил права... Девушка вздыхает, садясь на переднее пассажирское место, сразу пристёгиваясь ремнём безопасности. В машине было тепло, хотя по напряжённому молчанию между ними, то скорее душно... Кицунэ уже желеет, что согласилась. - Эзекиель, мы же поговорим как приедем? – словно уточняет Каё кидая на даму взгляд, на что она лишь кивает. Что ж, после подтверждения машину заводиться. Киель сразу же отворачивается в сторону окна, глядя наружу через стекло. Надо будет потом, когда-нибудь прогуляться после того как она решит все вопросы с Каё. Хотя Кицунэ более чем уверена, что на улицу она так и не выйдет в эту прекрасную погоду, только если её не выпнет её дорогая бабуля. Интересно, как она отреагирует на предполагаемого парня Киель? Наверное, сначала будет долго к нему присматриваться, потом даст своё добро на венчание, потом долгие стёбы на счёт внуков... Всё же на старость лет, ей хотелось бв хотя бы внуков увидеть и немного понянчить, старушке одиноко, хотя Киель приезжает к ней во время отпуска, выходных и когда уходит на больничный по причине сломанного пальца.... Но это совсем другая история. Дорога до дома прошла в тишине, никаких разговоров, лишь гудение машины, которое сопровождало прямо до входа в подъезд.... Киель сама надумывала через пару лет получать права и когда-нибудь, в далёком будущем ещё приобрести хорошую машину, чтобы ездить до работы или ездить к бабушке, чтобы не тратить деньги на проезд в такси. - Приехали – оповещает Каё слишком близко к человеческому уху девушки, из-за чего Киель чуть ли не подпрыгивает на месте. Да, они уже приехали, парень даже машину припоракавать успел, только он её снова ждёт. Ох чёрт возьми. - Прости, задумалась. Пошли – затараторила Эзекиель, пулей вылетая из машины, сразу же взглядом натыкаясь на бабуль сплетниц у её подъезда. Только их подстёбов девушке не хватало. Киель остаётся вздыхать, слыша как звук мотора машины исчезает за спирк, видя как Каё встаёт по её левую руку, идя к пункту их назначения - в дом. - О! Глядите, кто идёт! Киель! -Да ты глаза разуй кто с ней рядом идёт, слепая! - Я хоть и слепая, но уж точно не глухая, Люд! - Не уж что у нашей Киель нашёл кто-то? Ох уж эти бабули. Ну что с них взять? - Да ну, не уж что парня нашла наконец-то? - Это тот который вчера с нами сидел разговаривал, приятный молодой человек. - А, ох, совсем уже стара я, из головы всё вылетает. - Здравствуйте! – одновременно вежливо здоровается "парочка", которая в их данной ситуации хотели бы побыстрее оказаться в доме, чтобы не ощущать себя неловкой в компании старушек. Всё же им двоим ещё отношения выяснить... К счастью, обоим повезло быстро проскользнуть к двери подъезда, чуть ли не убегая на перегонки, словно эти самые пенсионеры встанут и как атлетные спортсмены побегут за ними, чтобы всё узнать и разнюхать: Кто, что и почему... - Пошли – вздыхает Киель, которая знает, что из ждёт ещё пара минут неловкой тишины, но уже в более замкнутом пространстве: лифте. В другой стороны, девушка рада что живёт на 5 этаже, а не на 11.... - мгм – лишь служит ответом для неё со стороны парня, молчаливо сообщая , что он ещё рядом.

Он - то что хочется забыть, стереть из истории, кинуть в дальний угол, спрятать и никогда не видеть, но так чтобы она всегда сияла.

И вот они в квартире, сидят на кухне друг на против друга, как два осознанных взрослых... В нашем случае почти "человека". И оба молчат. Киель просто не знает как начать их разговор, она хорошо видит то как чужие некогда жёлтые глаза мечутся из стороны в сторону, явно с поиском слов. Хотя на стене точно не будет подсказок как разобраться в их взаимоотношениях. - Каё... – давненько Киель не произносило это имя, как-то даже не привычно... И всё же названный вздрагивает и смотрит девушке в глаза. - Я понимаю. - Что? – в этот раз уже пришёл черёд удивляться Киель. Что он понимает? Что в их отношениях был пробел в целых несколько лет? Что Киель не хочет возрощаться обратно? Что Киель боится узнать что-то об своём мире? - Я понимаю, что наши... Взаимоотношения которые были в твоём родном мире нам будет сейчас довольно трудно восстановить. И я на это даже не надеюсь в некой степени... – Парень перед ней кажется хочет стать меньше, заметнее, особенно то как он прижимает голову к плечам. Перед ней сидит не преданный и увереный возлюбленный, перед ней сидит виновный и зажатый комок нервов. - Да, я тоже это понимаю. – говорит девушка, после чего наступает молчание. Мда, вот и поговорили. – Но! Я думаю, что мы сможем начать снова с той же точки, что и тогда. Познакомится заново и стать друзьями, а там как судьба решит. Киель выжидающие смотрела на Каё, который смотрел на неё, всё так же как смотрел тогда, когда видел, что она возрощается в храм после очередной вылазки в город или деревню, чтобы помочь отцу. Ох. Это была радость, за то что она всё равно возвращалась к нему, на их комфортный островок. - Прости. – слышать извинение с уст Каё было странно. Он всегда говорил, что ему жаль, потому что знает, что просить прощения бессмысленно. Всё же "прощение" - это действие, на которое он, грешное существо, не мог получить прощения. - За что? - За всё. За мой эгоизм, за мои истерики, за страх. За... – на последнем слово он колеблется, и всё же кажется он произносить не то что изначально хотел - За... То что я пришёл так поздно. - Не извиняйся. Что прошло, то было. Всё же, слишком много воды утекло. И как я вижу, для тебя особенно много... – говорит девушка, не видя перьевого хвост или знакомые ей крылья за спиной. Она уже соскучилась по тем чёрным перьям... - Не беспокойся, для меня то время прошло быстро и серо. Однотипно. – говорит брюнет, словно оправдывается, чательно подберая следующие слова. Он боится. Боится. Боится. - Эм... Как там в моём... То есть в нашем родном мире? Война закончилась? – Киель всё же не удержалась. Ей любопытно и страшно. Может Морсинель всё же захватил все земли? Все погибли? Она не видела счастливого конца... - Да. Война закончилась. Морсинеля казнили. В честь победы даже памятник поставили. Тебя, твоего отца. Это было круто. – говорит Каё улыбаясь, вспоминания тот момент... Которого не было и никогда уже и не будет. Всё же, если Киель когда-нибудь и узнает правду, то лучше... Когда-нибудь через пару тысяч лет, тогда, когда Каё в живых уже не будет. Потому что он не сможет рассказать правду. Особенно когда он сам уничтожил её родной мир.