Поршневой механизм для овец.

      

      

      

      

«Вход воспрещён»

Это была табличка, которую Джон повесил на дверь. Он понимал, что никто, в особенности его изобретения, не следовали этим инструкциям. Поэтому он подумал, что, возможно, стоит установить на дверь большой алмазный замок. Когда все его автоматоны были собраны и отправлены на доработку, а звонки прекратились уже несколько дней назад, он подумал, что наконец-то может расслабиться. Он достал из своей комнаты приспособление. Это был грубый инструмент, который многие создавали бездумно, основываясь на простом поршневом механизме. По сути, это был фаллоимитатор с простым управления движениями. Это было довольно простенько, но этого было достаточно. Хотя он и был гениальным изобретателем, который мог многое, но заводиться отношения было запарно. Всё, чего он хотел, это вставить что-то в себя. И это было единственное, чего он мог достичь с помощью простого механизма. Учёный готовился к тому, что ему предстоит использовать самый большой фаллоимитатор из имеющихся. Это заняло, по ощущениям, несколько часов. Даже несмотря на свою подготовку, он не мог включить машинку, но он всё же не мог терпеть. Поэтому он смазал фаллоимитатор той же смазкой, которой пользовался ранее. Джон осторожно прижал дилдо прямо к своей дырочке, пытаясь протолкнуть его внутрь, и резко вдохнул, когда толстая головка наконец проникла в него. Это будет так приятно, подумал он, издавая низкий стон, когда начал проталкивать член дальше. Потребовалось некоторое время, чтобы полностью усадить ее, но, наконец, ему это удалось, расположив головку так, чтобы она обязательно ударялась о его простату каждый раз, когда она возвращалась обратно в него, а затем он включил машинку. Последовательность, которой он следовал, была запрограммирована так, чтобы начинать медленно и увеличивать как скорость, так и глубину по мере продолжения, поэтому первые пару толчков были неглубокими, растягивая его. Тем не менее, ему это очень нравилось, ощущение того, что он впервые за несколько месяцев как следует размялся, и, если никто не позвонит, у него было время как следует повеселиться. Но затем, почти сразу после того, как он закончил эту мысль, фаллоимитатор начал работать всерьез. Быстро и глубоко, с каждым толчком ударяясь о простату. Джон не мог сдержать эмоций и издал громкий стон от удовольствия. Если бы его услышали автоматоны, они, вероятно, подумали бы, что ему больно, и обратили бы внимания на его знак о помощи. Джону оставалось только надеяться, что никто из них не находился достаточно близко, чтобы услышать его. Потому что наблюдать за тем, как твои изобретатель трахается с тем, что технически тоже является роботом, было, безусловно, самым неловким опытом из всех возможных. Он поднял одну руку, обхватил ладонью свой член и начал дрочить в такт толчкам секс-игрушки внутри него. Он был близко; он мог чувствовать это. Ещё немного. До ушей Джона донесся скрипучий звук, которого он так боялся. Это был звук открывающейся двери. Ученый с дикими глазами повернул голову в сторону звука, но встретил потрясенный взгляд одного из своих автоматонов. — Саймон, — одними губами произнес он, потому что из-за шока он не мог издать ни звука, — Это не… мне совсем не больно. — Я вижу, — сказал автоматон, и это не должно было звучать таким тоном. — Ты никому не уделяешь внимания, потому что мы искусственный интеллект, но ты приходишь сюда и используешь другого робота? — Я не вставлял ИИ в свою секс-игрушку! — крикнул Джон, не в силах поверить, что это предложение он должен был произнести. — Это фаллос на поршневой системе, а не разумное существо, способное к независимому мышлению. — Ну да, разумное существо, способное к независимому мышлению, вероятно, было бы намного креативней. — Саймон притворился, что согласно кивает. Джон помнил о размерах Саймона, он был довольно крупным, и, честно говоря… не совсем анатомически правильным, такие решения были и вправду креативными с его стороны. Решив, что на данный момент ему все равно, Джон щелкнул выключателем своей машинки и начал медленный, трудный процесс вытаскивания ее из себя, Саймон все это время наблюдал за ним с бесстрастным интересом. — Почему бы вам не продемонстрировать, о какой креативности идёт речь? — предложил он, переворачиваясь, чтобы подставить автоматону свою задницу. Саймон забрался на кровать, он осторожно раздвинул ягодицы своего создателя, осматривая дырочку, которая все еще слегка зияла из-за огромных размеров игрушки, побывавшей внутри него. Она также была опухшей, сырым и слегка красная из-за того, что поддельные шарики у основания начали ударяться об него. Автоматон ничего не ответил, а просто скользнул внутрь. Джон зашипел от неожиданного прикосновения холодного металла к его интимным местам. Это было странное, но в то же время приятное ощущение. Он попытался заставить его войти во всю длину сразу, потому что Саймон двигался слишком медленно, но в результате оказался прижатым к кровати. Послание было ясным: он собирался лежать тихо, не мешать и позволить Саймону делать то, что он хочет.