Три причины жить

      Драко Малфой. – Вставай, зануда, еще пять минут и Пэнси сама придет и вытащит тебя из постели, а меня прибьет вместе с тобой – прокричал мне в ухо Блейз. Утро только началось, а я уже понимал, что день будет не из легких. Сегодня открытие магазина Пэнси и она сказала нам, что мы – Тео, я и Блейз, обязательно должны быть рядом. Несмотря на то, что нас оправдали (благодаря Грейнджер, естественно), люди до сих пор относились к нам предвзято. Каждый из нас, выходя на свет поодиночке, так или иначе возвращаются домой не в лучшем духе, поэтому мы решили что открывать магазин Пэнси мы будем вместе. Так будет лучше и для неё, и для нас. Возможно, люди когда-нибудь перестанут относиться к нам как к Пожирателям Смерти, но пока мы вынуждены защищаться. Слава Мерлину, Грейнджер заступилась за нас в суде и каждый из нас хотя бы может попытаться произвести хорошее отношение к себе. Честно говоря, я не знаю что побудило её вообще прийти на этот суд, ведь сколько себя помню, я то и делал, что обижал её и не давал спокойно жить. Одна только угроза на втором курсе, во время открытия тайной комнаты, чего только стоит. А война? До сих пор мне снятся кошмары, где она лежит на полу гостиной в Мэноре и извивается под Беллатрисой. Да, она меня всегда раздражала тем, что учится лучше меня и у неё есть много друзей, которые всегда помогут ей и защитят её любым способом. Да и не только друзья, даже Дамблдор и грёбаная МакГонагалл готовы были подставить ей свою спину. Последняя видела меня после отбоя на шестом курсе, когда я только узнал о своём задании и спросила – всё ли у меня хорошо. Наверное, по мне видно было, что я окончательно разбит. Даже суровая старуха, которой я не нравился, решила поинтересоваться моим состоянием. Естественно я съязвил ей и ушёл в туалет к Миртл. Лишь она была моим другом на тот момент. С Блейзом, Пэнси и Тео мы хорошо начали общаться летом после шестого курса. Первого я знал с самого детства и мы с ним через многое прошли, просто на тот момент я отдалился от всех, даже от него. Я решил, что не буду впутывать в эти дела лучшего друга, ведь он всегда был против всего этого. И если бы не он, я бы не встал в правильную сторону, уж это точно. Тео тоже был сыном наших семейных друзей , и я знал его с ранних лет. Естественно, наши отцы были верными слугами Волан-Де-Морта, что стало причиной их крепкой дружбы. Как иронично, что с Тео у нас всё совершенно наоборот. С Пэнси же я познакомился в Хогвартсе. Все видели в ней всего лишь «хвостик Малфоя», но всё было иначе. Она одна из немногих, кто знает, как мне помочь и что сказать во время моих панических атак. Не скрываю, я был еë первым в пятом курсе. Это был самый лучший учебный год, ведь тогда я даже не думал, что мне придётся вступить в ряды фанатиков-убийц Реддла. Эти четверо сейчас являются моими самыми близкими людьми и второй семьёй, может быть даже первой. Я не говорю что у меня не было семьи, Нарцисса всегда жалела меня и любила, но никак не могла пойти против Люциуса. Чтобы спасти меня, она даже соврала самому Тëмному Лорду, что Поттер погиб, хотя тот был жив. Не знаю, что бы с ней было, если бы мальчик-который-никак-не-может-умереть всё-таки не смог бы одолеть безумца без носа. Не знаю, что бы было со мной. Она после суда надо мной уехала во Францию. А если быть точнее, то получила испытательный срок и была вынуждена не выходить из своего поместья два года. Год уже прошёл, и поэтому ещё через год она уже сможет приехать ко мне в гости. Я живу в квартире, которую помог мне купить Блейз, разбиравшийся в магглах и их делах. Его мама слишком сильно любит маггловскую Италию и постоянно возит его с собой. Однажды даже мне удалось поехать с ними. Она и вовсе хотела переехать туда вместе с ним, но Блейз еë как-то уговорил, и миссис Забини открыла здесь итальянский ресторан. Люциус же сидит в Азкабане, надеюсь там и сгниет. Присылает иногда письма о том, что «чистота крови -важнее всего на свете, надо найти чистокровную жену, даёт мне шанс, и что в юности страх это нормально.. и т.п». Мерзость. Возвращаться в Мэнор я больше не смогу и не хочу, после всего, что там происходило, когда Тëмный Лорд жил у нас дома. Мне кажется, что стены пропитаны кровью, а по ночам можно услышать последние крики жертв. Поэтому мать решила, что ей будет лучше во Франции и писала мне о том, что собирается остаться там жить. К моему удивлению, вместе с Грейнджер в Визенгамот припёрся даже Поттер. Нет, серьёзно, на их месте любой бы наоборот пришёл и добивал мне срок в Азкабан, обвиняя меня фанатиком чистокровных идей. Неудивительно, конечно, что Уизела не было, но это меня особо не расстроило. Но не об этом. Эти два Гриффиндорца удивили в тот день даже меня, тем, что они собрали воспоминания у заложников Хогвартса в позапрошлом году о том, как мы вчетвером помогали им выжить. Не знаю, что поспособствовало такому героизму, ведь узнай об этом Кэрроу, нас бы повесили прямо в большом зале, но я не хотел пачкать свою жизнь, пребывая рабом тёмного Лорда. Он причинил слишком много боли не только мне, но и всему волшебному миру что я до сих пор пытаюсь оправиться, но всё тщетно. Я уже как третий год живу в своих стенах окклюменции, что почти единственное, что спасает. Есть ещё конечно одно моё хобби – я рисую. Этот талант я унаследовал от Блэков, и теперь, чтобы успокоиться, я сажусь рисовать. Нарисовал картины с изображением всех понравившихся достопримечательностей Британии, портреты друзей и матери. Ну и конечно, как же без вечеринок, устраиваемых Тео и Блейзом, после которых я редко просыпаюсь один. Это всё хоть как то отвлекает на пару часов. – Чёрт, Малфой, поднимай свою задницу! Агуаменти. – этот придурок умудрился меня облить водой. – с добрым утром! – Блейз, блять, какого хуя? – сон уже окончательно сошел на нет, и мне пришлось встать. Время было 7:24. – Вы серьезно? Зачем мы идем к ней в такую рань? – Она волнуется, придурок, и писала о том, что не может выбрать платье, поэтому мы ей очень сильно нужны, правда не знаю зачем. Тем не менее, спорить с ней никто не станет, я не хочу пережить ту участь, через которую пришлось пройти Флинту. Если тебе твой сон дороже, чем член, можешь дальше спать. А вот это уже звучало весьма убедительно. На седьмом курсе Маркус Флинт как-то резко поверил в себя и начал лезть к Паркинсон. Мы сразу предложили ей поговорить с ним, но она заверила нас, что разберется сама. В итоге на следующий день стало известно, что она наложила заклятье на достоинства однокурсника и они покрылись волдырями. Я встал и сразу пошел приводить себя в порядок. Спустя тридцать минут, мы уже аппарировали в магазин.                                            *** Зайдя внутрь, мы увидели подругу, которая стояла и раздавала указания своим девочкам-консультанткам. Кто-то несся к ней с охапкой платьев разных оттенков зеленого цвета. Повернувшись, она увидела нас и подозвала к себе. – Ну наконец-то, вы время видели? – не довольно пробурчала девушка. – Да, восемь утра – хором ответили мы с Блейзом – где Тео? – Пошел за выпивкой, надеюсь прибудет в целости и сохранности, и я сейчас вовсе не о Тео – вздохнула Пэнси. Вдруг в этот момент мы услышали, как снизу поднимался какой-то человек, и по звону бутылок, мы поняли, что пришел тот, о котором и шла речь. – А вот и я! Ого, вы чего такие недовольные? Драко, выглядишь так, как будто тебя снова укусил гиппогриф – прыснул парень. – Пошел ты – Тео до сих пор обожал вспоминать этот случай с третьего курса, чем явно испытывал все мои нервы. Молча наблюдавшая со стороны Пэнси подала голос, подзывая к себе. – Так, смотрите, есть шёлковое темно-зеленое платье на бретельках, а есть короткое с объемными рукавами такого же оттенка, также имеется оливковое атласное платье ниже колен. Выбирайте. В зале воцарилась тишина. Я осторожно посмотрел на парней, которые понятия не имели что отвечать. Обычно в таких ситуациях первым отвечал я, а они поддакивали. – Первое. Определенно. – я взглянул на этих двоих, давая понять, что лучше будет просто согласиться. Они яростно покивали головой и начали изображать падение в обморок.– Идиоты. – всего лишь ответил я и пошел осматривать помещение. Везде уже стояли стеклянные столики с пионами, где-то рядом организовали фуршет. Было весьма неплохо, мягко говоря. Пэнси очень сильно постаралась над этим местом, в надежде, что выйдет в известность. – Хорошо! Салазар, спасибо вам большое, правда, мне просто так страшно, а вдруг никто не придёт?.. – она так распереживалась, что еë голос аж задрожал. – Эй, ну ка, ты чего? Всё будет хорошо, мы же рядом. – начал успокаивать подругу Блейз. – Конечно, мы тебя в обиду не дадим – сказал я, приобнимая еë. – Ну, если что я просто выкуплю у тебя все платья и открою ночной клуб! – прокричал Тео, притворяясь, что начал выбирать наряды. – Ну спасибо, Тео – рассмеялась Пэнси, одновременно обнимая нас с Блейзом. Мы действительно не собирались давать еë в обиду в этот и вообще в любой другой день. Она была той, которая удерживала меня – от необдуманных поступков, из-за которых чаще всего можно умереть, Тео – от запоя, а за Блейзом она наблюдала, чтобы он не погнался за какой-нибудь очередной девушкой, после чего нам пришлось бы искать его по всему миру. Однажды летом, до финальной битвы, он решил поехать в маггловскую Италию, не дав нам даже открыть рот, чтобы отговорить его. Такого упертого барана в жизни не найдешь. Через три дня мы уже вовсю начали искать его , и в итоге, под конец дня он отправил мне письмо, что находится дома. Оказывается, он просто развлекался с очередной красоткой, которую увидел в одном из журналов своей мамы. Какой идиот.                                           *** Время уже было около двенадцати. Всё шло лучше, чем мы ожидали. К нам пожаловали многие знакомые, чему мы не были готовы от слова совсем. Я потерял дар речи, когда в магазин зашли Полумна Лавгуд и Невилл, черт возьми, Долгопупс. Первая зашла, увидела нас и подойдя, первым делом обратилась ко мне. – Привет Малфой, у тебя на этот раз намного меньше мозгошмыгов, и я советую избавиться от оставшихся тоже. Расслабься. Они чувствуют тревожные мысли и налетают на них, как пчелы на мед. – с этими словами, она кивнула остальным и пошла смотреть одежду. Невилл, который стал раза в два шире и на сантиметров 10 выше чем на финальной битве, пожал руки и пошёл за своей спутницей. – Черт, она что, серьёзно? – недоуменно смотрел им в след Забини. – Более чем, представляешь, даже находясь у нас в плену, в подземельях, она рассказывала мне про своих морщирогих кизляков, или что-то вроде этого. – просто пожал плечами я. В магазин зашли ещё около двадцати людей, если не больше. Среди них были и сестры Гринграсс, Милисента Булстроуд и многие другие слизеринцы. Каждый поздравлял Пэнси с открытием магазина и в их голосе чувствовалась неприязнь. Спустя ещё полтора часа мы стояли вчетвером у входа и обсуждали костюмы консультанток. Они действительно выглядели прилично, у Пэнс всегда был отличный вкус. – Ебать, держите меня, я сейчас упаду – вдруг воскликнул Блейз. Его взгляд был прикован ко входу. Во внутрь заходили никто иной как Джинни Уизли и Гермиона Грейнджер. Они бурно что-то обсуждали и поднимались наверх, к двери. Оба выглядели очень даже хорошо, стоит принять, они больше не были детьми. Черный комплект Грейнджер, показывающий лучшие качества еë тела, украшения, которые так и показывали характер носителя – строгость и сдержанность, были полностью противоположными качествами еë подруги. Она была одета в обтягивающее белое платье, на ногах были маггловские босоножки, почти такие же, как у Грейнджер и тоже маггловская сумка. Я узнал их, так как видел похожие в торговом центре в Лондоне. Интересно, часто они там появляются? – Даже не надейся, Блейз, ты хочешь умереть от руки Гарри Поттера? Мальчика-которого-невозможно-убить? – тихо прошептал Тео. У меня уже начала кружиться голова от напряжения, которое появилось после того, как в поле зрения оказалась Грейнджер. Пэнси лишь сильнее сжала мою руку и повернулась в сторону остальных посетителей, при этом прошептав нам перестать пялиться на девушек. – Серьёзно Блейз, слюни подбери, ты похож на пса Хагрида. – усмехнулся я, замечая, что у меня у самого дрожит голос, и пошел в другую сторону. Девушки зашли, улыбнулись нам и пошли в сторону стеллажей с платьями. Через минут 15 они пришли с кучей каких-то вещей и подошли к нам. Пэнси нервно поприветствовала Гриффиндоркам, Тео отсалютовал свое приветствие, а я стоял, стараясь не паниковать от нахлынувших воспоминаний. Блейз же до сих пор не вымолвил ни одного слова. Да, младшая Уизли действительно выглядела восхитительно, но так пялиться на человека, это же верх неприличия! Купив, наконец, товары, они выходили с магазина, как вдруг Джинни повернулась, и ухмыльнувшись, сказала – Можешь сфотографировать, разрешаю – подмигнув, медленно повернулась и улыбнулась подруге. Ровно секунда понадобилась нам понять происходящее и мы посмотрели на Блейза. Тот выглядел так, будто смотрит на самого Темного Лорда, а не на девушку. Первым не выдержал Тео. Он начал хохотать так громко, что люди, находящиеся в другом конце , аж вздрогнули. Следом сдался и я. Никогда ещё не видел друга таким потерянным. Пэнси стояла, облокотившись на стойку и смеясь над его выражением лица. Через минуты две всё успокоились, и я заметил, что Грейнджер, вытирая слезы от смеха, выходила с подругой из магазина. – Черт, она же в прямом смысле огонь.. Да что вы ржете? Блять, дай! – отобрав у Тео бокал, он осушил его и сел рядом с фуршетом. – Да, надо отдать должное Уизли, она даже бровью не повела, выдержала этот пожирающий взгляд в затылок от Забини. Уверена, ты каким-то образом успел еë раздеть и разложить прямо здесь, верно? – Хотелось бы – лишь пожал плечами мулат. Через часа три мы решили, что дальше заведение сможет продержаться без хозяйки и трансгрессировали к Пэнси. Утро выдалось тяжёлым, поэтому мы решили отдохнуть и вечером сходить в какой-нибудь ресторан посидеть, празднуя открытие магазина мечты нашей девочки.