Контракт на счастье

      Тайки потер ладонями лицо и, сгорбившись, вздохнул. Прошло пять лет, а он помнил тот день, словно все было только вчера. Бессонная ночь над документами. После торопливого завтрака - долгий и трудный разговор с отцом за запертой дверью кабинета. Спор, уговоры и аргументы отца. И его бессильное, обреченное согласие. Могли ли они, он и отец, знать, что это - их последний разговор?? Тайки потом долго винил себя, что с отцом тогда в тот злополучный филиал отправилась мать. Должен был лететь он, но в последнюю минуту отец решил взять с собой жену как более опытного экономиста. Назад они уже не вернулись...       В груди заныло и Тайки уже привычным жестом, поморщившись, на секунду прижал ладонь к груди: «Нервы... надо держать себя в руках. И, пожалуй, на пару недель отказаться от кофе».       Он снова погрузился в воспоминания. Известие о крушении самолета. Отчаяние и неверие, смешанные с наивной надеждой. И обреченное смирение. Лихорадка похорон и его вступления в права наследования по завещанию отца. Страх в глазах братьев. Сорванная помолвка, равнодушное «Ты же сам понимаешь, что ТЕПЕРЬ наш брак невозможен». Пустота в душе и на сердце, сменившиеся холодом...       Тряхнув головой, Тайки протянул руку и, пролистав страницы, с кривой ухмылкой погрузился в чтение: «Жил-был дурак. Он молился всерьез (Впрочем, как Вы и Я) Тряпкам, костям и пучку волос - Все это пустою бабой звалось, Но дурак ее звал Королевой Роз (Впрочем, как Вы и Я). О, года, что ушли в никуда, что ушли, Головы и рук наших труд - Все съела она, не хотевшая знать (А теперь-то мы знаем - не умевшая знать), Ни черта не понявшая тут. Что дурак растранжирил, всего и не счесть (Впрочем, как Вы и Я) - Будущность, веру, деньги и честь. Но леди вдвое могла бы съесть, А дурак - на то он дурак и есть (Впрочем, как Вы и Я). О, труды, что ушли, их плоды, что ушли, И мечты, что вновь не придут,- Все съела она, не хотевшая знать (А теперь-то мы знаем - не умевшая знать), Ни черта не понявшая тут. Когда леди ему отставку дала (Впрочем, как Вам и Мне), Видит Бог! Она сделала все, что могла! Но дурак не приставил к виску ствола. Он жив. Хотя жизнь ему не мила. (Впрочем, как Вам и Мне.) В этот раз не стыд его спас, не стыд, Не упреки, которые жгут,- Он просто узнал, что не знает она, Что не знала она и что знать она Ни черта не могла тут»       От чтения его отвлек короткий крик, звук падения и голоса: - Ох!! - Смотри, куда идешь!       Озадаченно оторвавшись от чтения, молодой человек покачал головой и встал. В паре шагов от лавочки, сидя на асфальте, растерянно смотрела вслед удаляющемуся подростку на роликах девушка. Рядом с ней на дороге валялись книги. Протянув руку, Тайки чуть улыбнулся: - Вам помочь, мисс?