Сокровенное желание

      Доброе утро — это миф, массовая паранойя или просто-напросто внушение общества. Голова Му Цина трещит так, словно на него упал колокол, и он не смог этого избежать. Как бы не хотелось оставаться под покровом тёплого одеяла примерно ближайшую вечность, у него нет такой опции, и вернуться в холодную реальность всё же придётся. Невольно из горла вырываются болезненные хрипы, когда Му Цин всё же находит силы сбросить с себя одеяло. Часы показывают уже полдень, и это не хорошая новость. Как только сознание подгружается, он быстро хватает свой телефон и проверяет, не было ли пропущенных. Шторка уведомлений показывает десятки уведомлений из различных соц. сетей, пару личных сообщений: как и ожидалось, от Се Ляня и, что неожиданно, Пэй Мина. В пору было бы удивиться, но учитывая то, с какими фанфарами Му Цин ушёл из бара, то это вполне оправданно. Даже если там нет и намёка на переживание, ему точно будет интересно, что же приключилось. Пропущенных звонков нет… Хочется верить, что отсутствие новостей само по себе хорошая новость.       На сообщения можно ответить позже, так что телефон вновь оказывается заблокированным. Собственный запах кажется слегка резким, из-за последних событий Му Цин пропустил привычный ритуал по питью таблеток и душа. Стоит только выйти за порог, как слышится негромкий топот и Сяо Лин налетает на еле стоящего на ногах Му Цина со скоростью пули. — Папа! — мальчик утыкается носом в футболку и сильно сжимает руки вокруг чужой талии. — Лин-эр, — Му Цин треплет мальчика по волосам и слабо улыбается. — Соскучился? — Очень. — дети очень честные и редко могут скрывать свои эмоции, пусть Сяо Лин и практиковал такой подход время от времени. — Давай папа сходит в душ, а затем ты расскажешь, как прошёл твой день? — Хорошо, — А-Лин нехотя отпускает сжимаемую в руках футболку. — Я подожду.       Ребёнок растёт даже чересчур понимающим и сговорчивым, и это даже немного напрягает. Му Цин определённо не хочет допускать ситуации, в которой его сын будет прогибаться под мнение людей вокруг него в будущем. Но, видимо, этой частью образования придётся заняться немного позже…       Отражение в зеркале еще раз напоминает Му Цину о пагубности отсутствия нормального сна и отдыха в целом. Сейчас бы засесть в ванну и провести так остаток дня, но еще больше хочется обнять сына, зарыться носом в его макушку и никогда не отпускать. Вода долго не желает настраиваться на нормальную температуру, нервируя и без того дёрганного Му Цина еще больше. Наконец, встав под лёгкие капли, можно немного забыться. Вода не смоет с него весь стресс последних дней, но определённо поможет поставить мысли на место.       Выйдя из ванны в свежей одежде и с еще влажными волосами, Му Цин направился на кухню, где мадам Чан возилась у плиты, что-то напевая себе под нос. Женщина, по-видимому, погрузилась в раздумья, даже не заметив появления еще одного человека на кухне. — Спасибо за помощь, — негромко произнёс Му Цин, усаживаясь за стол. Из комнаты послышался топот сына. — Ох! Господин Му, — женщина чуть вздрогнула и развернулась. — Не пугайте так! В этом доме у всех привычка ходить так тихо, никак не привыкну. Как вы себя чувствуете? Есть какие новости? — Пока нет, — Му Цин поджал губы и опустил голову, грустно помотав ей. — Я позвоню сегодня им, думаю, нет смысла обивать пороги. — Верное решение. Госпожа Му точно не хочет, чтобы вы вместо отдыха сидели в больнице почём зря, — госпожа Чан махнула рукой с полотенцем в руках, словно отгоняя кого-то.       Её слова могут показаться грубыми, но Му Цин прекрасно понимает, что она переживает примерно так же сильно, как он сам, но старается успокоить их обоих. — Бабушка не вернётся сегодня? — Сяо Лин устроился у ног Му Цин, положив на них голову. — Нет, дорогой, не сегодня, — Му Цин погладил мягкие волосы сына, перекладывая прядки, чтобы они лежали аккуратнее.       Закончив готовить еду, госпожа Чан поспешила пойти домой. Её кошки уже почти сутки одни, и она за них переживает. Му Цин наконец смог нормально поесть в компании Сяо Лина. Они обсуждали всякие мелочи, правда, по большей части Му Цин молчал и только время от времени задавал уточняющие вопросы или просто поддакивал. В таком возрасте детям важно, чтобы их слушали, а это, пожалуй, один из лучших навыков Му Цина.       Через какое-то время раздался дверной звонок, и Му Цин, листавший список киноновинок, слегка вздрогнул от неожиданности. — Ты ждёшь кого-то? — он приподнял бровь смотря на сына. — Неа, — Сяо Лин помотал головой, крутя в руках робота, которого ему дарили еще в прошлом году. — Странно.       Му Цин чуть нахмурился и встал с кровати, натянув свои мягкие домашние тапочки, поплёлся в коридор. Свет включать не было не то что желания, даже сил, потому он в темноте подошёл к двери, заглядывая в дверной зрачок, затем удивлённо ахнул и поспешил открыть. Не дождавшись полного открытия двери, на него, налетела словно фурия, утончённая девушка с пышной фигурой. — Милашка Цин! — Ши Циньсюань повисла на его шее, крепко обнимая. — Ты что тут делаешь? — удивленно произнес Му Цин, чуть пошатнувшись. — Меня сбило с толку, что ты не отвечал мне так долго! — залепетала Ши Циньсюань, чуть отстраняясь. — Поэтому я позвонила госпоже Чан, она всегда в курсе всего. — Удивлён ли я, — Му Цин выдохнул с улыбкой. — Получается, теперь в курсе и ты. — Именно, — она прошла внутрь квартиры, попутно начиная раздеваться. — Я подумала, что оставлять вас одних сейчас не лучшая идея.       Сил на удивление не было. Му Цин вообще редко испытывал хоть какие-то эмоции, помимо тревоги, паники и всего, что можно было бы записать в графу «синонимы». Он не был уверен, какие именно чувства нужно сейчас испытывать, однако отрицательных не наблюдалось, и это уже хорошо. — Проходи. Хочешь чего-нибудь? — Му Цин закрыл дверь и включил свет, чтобы было проще. — У меня всё с собой! — Ши Циньсюань, уже раздевшись, весело подняла рюкзак, как бы указывая на содержимое. — О боги, и что же у тебя? — Му Цин слегка обречённо вздохнул и, когда девушка прошла вглубь квартиры, выключил свет и пошёл следом. — Экстренный набор моральной поддержки, — девушка хитро улыбнулась. — Тётя Ши! — из комнаты выбежал Сяо Лин и сразу врезался в гостью, обнимая. — Ох, как ножом в сердце, я же еще не так стара, — театрально всплакнула Ши Циньсюань. — Но ты старше его почти на двадцать лет, начнёшь возмущаться лет через шесть, — Му Цин забрал из её рук рюкзак и прошёл на кухню, давая возможность им нормально поприветствовать друг друга.       В рюкзаке и правда был «набор скорой», правда, в вольной интерпретации. Пара бутылок сухого вина, множество различных снеков, сладкое, острое, кислое - на любой вкус. Му Цин вздохнул и не решился выкладывать принесённое на стол сразу. Он достал пару бокалов и выглянул в коридор, где Ши Циньсюань пыталась раздавить в объятьях его сына, и встретившись с ней взглядом покачал бокалами в руке, как бы спрашивая, на что получил утвердительный кивок головы. Что ж, это, конечно, плохо, но премию «Отец года» ему и так никто в здравом уме не даст, так что чем чёрт не шутит. — А-Лин, хочешь что-нибудь вкусненькое? — не то чтобы они дружно сидели на диете, но обычно Му Цин ограничивал всякие вредные снеки в их рационе. — А что есть? — почти сразу показалась лохматая голова в дверном проёме. — Правильнее сказать, чего нет, — со смехом зашла на кухню Ши Циньсюань. — Выбирай.       Она протянула открытый рюкзак, из которого уже были вынуты две бутылки вина и сырная нарезка с оливками, мальчику. Му Цин не находил в себе силы строить из себя «правильного» и сам удивился, как же стремительно он предаёт почти все свои принципы, которые были непоколебимы много лет. Эта мысль пробежала неприятными мурашками по позвоночнику. Он слабеет, и признавать это физически больно. — Возьми хоть всё и беги в комнату. Выбери, что мы сегодня смотрим, а я пока поговорю с твоим папой, — Ши Циньсюань растянула губы в своей лучезарной улыбке. — Хорошо! — Сяо Лин отзеркалил красивую улыбку и побежал в другую комнату.       Му Цин тихо умилился этой сценой, стараясь отпечатать её на своей душе. Смотреть, как его сын радуется даже таким мелочам, доставляло ему огромное удовольствие. Он поставил бокалы на стол и, некоторое время покопавшись в ящиках, достал штопор, который почти сразу из его рук аккуратно забрали. — Ой нет, давай лучше я, помню, как ты распорол себе ладонь. — пролепетала Ши Циньсюань, принимаясь откупоривать бутылку. — Ой, не надо, это было всего один раз и то пару лет назад, — наигранно надулся Му Цин, скрещивая руки на груди. — Но было, мало ли что там опять у тебя в голове происходит, я тебе острые предметы доверять не рискну. — девушка мило улыбнулась, а Му Цин незаметно прикусил губу. Как ни крути, она научилась видеть его насквозь. — У нас не так много времени, рассказывай, что я пропустила.       Ши Циньсюань удобно устроилась на стуле с бокалом в руке, всем своим видом показывая, что готова впитать в себя всю информацию, которую захотят вылить. Му Цин обречённо вздохнул, закрыл глаза и помотал головой. Ничего не поделаешь, эта фурия с живого не слезет, а если не от него, то найдёт, где взять информацию или того хуже, надумает сама. Правда, рассказ всё равно не был бы долгим. Он выложил всё, что знает: с момента, как маме стало плохо, про то, как отвёз её в больницу и как посреди ночи ей провели какую-то там операцию. Ши Циньсюань слушала молча, лишь иногда поддакивая или уточняя детали, чтобы показать вовлечённость. Её лицо местами становилось сложным, словно она пыталась понять, что именно имеет в виду Му Цин. Он всё же далёк от медицины и знает лишь то, что почерпнул из опыта общения с врачами в предыдущие визиты в больницы. Му Цин знает, что если бы он взялся, то хотя бы поверхностно быстро изучил бы матчасть по этой теме и попутно ещё пару, но мама строго-настрого запретила ему капаться в этой теме - ведь тогда он начнёт ещё больше надумывать или, того хуже, лезть к врачам с нравоучениями. А он мог. Но вот мать ослушаться не решался. Рассказ про больницу закономерно закончился на том, как его «друзья» увязались за ним и просидели там какое-то время. — Так, так, так, — Ши Циньсюань подняла руки, призывая сделать паузу, затем мягко положила и взяла руку Му Цина в свою. — Для начала я хочу сказать, что я рядом.       Му Цин хотел было что-то сказать, но слова застряли где-то в глотке. Да, он вполне мог назвать Ши Циньсюань своей подругой и даже, возможно, близкой. Но такое искреннее участие в его жизни ощущается инородно. — И знаешь, я уже говорила, но повторюсь. Если будет трудно, двери моего дома всегда открыты для тебя.       Ресницы Му Цина мелко задрожали, прежде чем он медленно моргнул, фокусируя взгляд на глазах напротив. — Я… Я буду иметь в виду… — это было так неловко, что сложно было с ходу понять, что именно он должен чувствовать.       Ши Циньсюань тепло улыбнулась и подняла бокал, призывая чокнуться и выпить. Му Цин не стал отказываться, он слегка кривовато улыбнулся и поддержал инициативу, мягко чокаясь с протянутым бокалом. Они выпивают пару глотков, и затем девушка ставит бокал на стол, выпрямляется, быстро моргает пару раз и делает глубокий вдох. — А теперь я хочу знать всё о той встрече с зайкой Лянем и… — Ши Циньсюань чуть скривилась, показывая неопределённые эмоции на своём лице. — И тот второй. — Уууу, любящая всех Ши Циньсюань высказалась о ком-то почти негативно, — Му Цин слегка гаденько улыбнулся, делая еще глоток. — Какая честь. — Ой, ну тебя, — Ши Циньсюань надула губы. — Давай, рассказывай, мне нужна доза сплетен. — Я в тебе не сомневался, — Му Цин слабо улыбнулся, ненадолго прикрыв глаза.       Сплетни были весьма привычны для их общения. Правда, чаще Му Цин выступал в этих разговорах больше слушателем, старательно делая вид, что не так уж ему и интересно. Однако стоило где-то в компании кому-то начать обгладывать чьи-то кости, как он менял свой маршрут, аккуратно пристраиваясь к компании. Правда, сплетни с его непосредственным участием уже таковыми являлись с натяжкой, но и чего-то из ряда вон необычного тоже же не происходило, верно? — Се Лянь… Он вёл себя как всегда, тут особо и сказать нечего, — Му Цин тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула. — Что на счёт Фэн Синя… Честно говоря, вёл он себя странно, и это напрягает меня, поговорить о чём-то хотел. Он же извиниться пытался, но ему же лучше будет держаться от меня подальше. — помахал рукой он, словно отгоняя мушку. — Почему? — Ши Циньсюань похлопала ресницами, внимательно слушая каждое слово. — Мне кажется, было бы хорошо, если бы вы решили свои разногласия. — Ну как тебе сказать, — брови Му Цина взметнулись вверх, и он натужно, прерывисто выдохнул. — Как бы есть шанс, что его карьера рухнет из-за меня. — Это еще по… — Ши Циньсюань замолчала, по-видимому, складывая кусочки пазла в своей голове. — Аааа… Вот это нихуя ж себе. — Циньсюань, — Му Цин посмотрел на неё крайне осуждающе, на что девушка спешно прикрыла рот. — Я надеюсь, ты понимаешь, что об этом никто не должен узнать? — Я могила, дорогой, могила, — Ши Циньсюань провела рукой около губ, изображая закрывающуюся молнию.       В этот момент в комнату вбежал Сяо Лин и позвал их смотреть фильм, который он выбрал на этот вечер.

***

Прошлые сутки.

      Фэн Синь сам не мог понять, что он тут делает, а главное, зачем? Он сидит в коридоре больницы посреди ночи, потому что… Потому что. В какой-то момент горло начинает немного стягивать и он бросает быстрый взгляд в сторону. Му Цин задремал так, как сидел. Судя по его синякам под глазами, он явно недосыпает. Что ж, делать всё равно нечего, так что пусть поспит. Фэн Синь аккуратно встал и сняв с себя пиджак, накинул его на Му Цина. Се Лянь, сидевший в телефоне, кинул беглый взгляд в их сторону и тепло улыбнулся. В светлом коридоре было так тихо, что слышался каждый вдох. Казалось даже, что стоит чуть прислушаться, и можно услышать сердцебиение других людей.       Фэн Синь жестом показал, что пройдётся за водой. Получив понимающий кивок от Се Ляня, пошёл по коридору. Плечо почему-то слегка онемело, и он сделал несколько круговых движений, чтобы размять руку. В автомате не было ничего особо интересного, по сути, только вода нескольких фирм и пара снеков. Что ж. Фэн Синь вздохнул и, набрав на автомате нужную комбинацию, достал карту, чтобы оплатить, но как оплатить, понял не сразу. Шайтан-машина была странно наворочена, какие-то сложные схемы с установкой приложения и дальнейшим взаимодействием через него. Фэн Синь тихо чертыхнулся, доставая телефон, чтобы отсканировать QR-код. Разобраться в автомате вышло не сразу. Но даже после того, как оплатить вышло, бутылка застряла почти у самого ящика внизу. Фэн Синь, уставший за весь день в сердцах пнул несчастный автомат, но бутылка лишь слегка изменила своё положение. — Мужчина, поаккуратнее, пожалуйста, — внезапно раздался мужской низкий голос. — Эта чертова машина отказывается давать мне воду, а это как минимум незаконно. — Фэн Синь посверлил бутылку взглядом, а потом перевёл его на мужчину, коим оказался, по-видимому, врач, о чём говорил белоснежный халат и планшет в руках. — Опять, что ли? — мужчина подошёл ближе и, оглядев автомат, достал свой телефон и быстро совершил покупку, сбивая своей бутылкой застрявшую. — Прошу. — Спасибо, — тихо сказал Фэн Синь, нагибаясь, чтобы достать добычу. — А вы, — мужчина что-то посмотрел в своих записях и поднял взгляд на Фэн Синя, жадно опустошающего тару. — Муж господина Му? — Что? — Фэн Синь резко дёрнулся, пролив пару капель и закашлявшись. — В нашей стране такое даже попросту незаконно.       Фэн Синь еще несколько раз прокашлялся, пока говорил, вытер воду с подбородка тыльной стороной ладони и хмуро осмотрел намокшую рубашку. — Простите, но, что именно вы считаете незаконным? — округлил глаза врач. — Мы с вами в разных странах живём, что ли? — иронично выгнул бровь Фэн Синь. — Брак между альфой и бетой одного пола, конечно же. — Минутку, — мужчина еще раз полистал свои записи и, молча покачав себе головой, вновь поднял взгляд на Фэн Синя. — Но господин Му — омега по вторичному признаку пола. Я обследовал его не так давно и не смог бы ошибиться. Хотя, по-видимому, в карте это и правда не указано. — Он кто? — Фэн Синь тихо посмеялся, словно ему рассказали отличную шутку, но хмурое лицо врача заставило его быстро успокоиться. — Вы уверены в этом? — Что ж, — мужчина пробежался взглядом по Фэн Синю и сделал недолгую паузу, словно что-то обдумывая. — Возможно, я не прав. — Извините, — Фэн Синь окликнул уже собирающегося уходить врача, и тот обернулся в пол-оборота. — У тех, кто не обладает вторичным половым признаком, есть клыки? — Исключено. — сухо ответил мужчина, кивнул Фэн Синю, прощаясь, и пошёл вдоль коридора, вновь утыкаясь в свои бумаги.       Фэн Синь остался стоять и смотреть ему вслед с крайне сложным выражением лица. Омега? Да как так, ну нет, да нет… Мир вокруг словно стал вакуумом, звуки сузились лишь до звука собственного дыхания и сердцебиения. Казалось бы, такой небольшой факт, но он резко и кардинально переворачивал практически половину его жизни и ставил под вопрос его собственные жизненные принципы и верное следование им.       Фэн Синь толком не помнит, как вернулся обратно к дверям со злополучной лампочкой. Он поднял взгляд и увидел, как Се Лянь аккуратно укладывает Му Цина на сиденья, поправляя на нём пиджак. Спящий Му Цин казался таким неестественно хрупким, а ведь он всегда был почти болезненно худым с этими его тонкими и острыми чертами лица. Было глупо отрицать, что природа одарила его поистине исключительной красотой. За годы, проведённые на чужбине, да и за всё время на родине, он не так часто встречал людей красивее… Стоп. Что это за мысли вообще такие, неправильно всё это. Фэн Синь потряс головой, стараясь отогнать наваждение. — Мне написал Сань Лан, нужно съездить домой ненадолго, — Се Лянь внезапно оказался очень близко, отчего Фэн Синь чуть заметно вздрогнул. — Да… Поехали. — Ох, я могу взять такси, ты можешь остаться тут, — Се Лянь замахал руками перед своим лицом. — Нет, я отвезу, мне не сложно. — Фэн Синь хотел дать себе немного времени, он боялся, что прямо сейчас разбудит Му Цина, чтобы получить ответ.       Машина Му Цина ему казалась чем-то из прошлого столетия. Она, конечно же, не была такой старой, но низкий класс, запах дешёвого пластика и неприятный на ощупь руль со вставками искусственной кожей заставлял поморщиться. Пусть Фэн Синь и жил какое-то время самостоятельно, но, как выходец из состоятельной семьи, он всегда пользовался благами этого мира, чуть ли не главным из которых были как раз дорогие автомобили. Машина, за рулём которой он сидит сейчас, не стоила и комплекта резины, который он покупал для каждого нового сезона. Такая яркая иллюстрация разницы их положений заскребла чем-то под ребрами и хотелось прям сейчас купить новую машину и подарить её. Просто так, просто чтобы было. Рациональность этих мыслей была под вопросом и озадаченность на его лице не осталась незамеченной. — Тебя что-то беспокоит? — натянуто-отстранённо спросил Се Лянь. — Нет… — неуверенно ответил Фэн Синь, быстро оглядывая зеркала заднего вида. — Хорошо, — ему явно не поверили, но настаивать не стали, что подействовало как нельзя лучше, чтобы развязать его язык. — Му Цин, он…       Он что? Обманывал ли он его? Правда ли он так беден? Правда ли он… — М? — Се Лянь повернулся, заглядывая в глаза Фэн Синя. — Я… Не знаю, это, возможно, глупый вопрос, но… — Фэн Синь чуть плотнее сжал руль в руках и прикусил губу. — Может ли быть такое, что он на самом деле Му Цин… Ну, что он как мы… — Ох, — Се Лянь выдохнул и округлил глаза. — Знаешь… Думаю, стоит задать этот вопрос непосредственно ему.       Фэн Синь нахмурился. Этот ответ казался странным, словно вопроса попросту избегали, что вполне было в духе Се Ляня. Что же, значит задать этот вопрос ему нужно лично.