Невыносимо жаркое лето

Он посмотрел на него так часто и постоянно, просто, потому что у него не было выбора. Сукуна бы зашил себе глаза плотными, красными нитками. Смотрел лучше бы на что-то намного ярче, чем он. Предпочел бы вообще никогда его не знать. Сукуна смотрит на него, и понимает, что в этот раз он попал конкретно. Лапша быстрого приготовления не лезла в горло. Не из-за того, что надоела, да, у них, впринцепи, выбора нет, да и лень готовить, поэтому Сукуна наматывает тонкую лапшу на вилку и снова разматывает. Нет, все таки надоело. Юджи что-то пытается рассказывать с набитым ртом еды. Выглядит это противно, но Сукуна настолько сильно к этому привык, что ему все равно. Он спокойно пьет черный чай, вникая, точнее, пытается разобрать слова. В итоге, Сукуна кивает, хоть ничего и не дошло. Юджи довольно хлебает с тарелки бульон от лапши. Наверняка очень острый. Сукуна никогда не любил острое. Лапша просто не лезет в горло. *** День тянется мучительно долго, и он готов забить на все и уйти домой пораньше, хоть он и прекрасно понимает, что Урауме никуда его не отпустит. В маленьком магазинчике, работает маленький вентилятор, и воздуха, кажется, категорически мало. Долбанное лето. Сукуна иногда "подрабатывает", но лучше сказать, что от нехер делать помогает Урауме сбавить скучные рабочие дни. Он никогда не любил работать, в том плане, на чужого дядю или тетю. Сукуна больше предпочитал легко и быстро. Компания плохих ребят дала знать о себе еще в раннем возрасте. Сукуна никогда не хотел быть рабом своего будильника. Он врал Юджи, что работает в маленьком магазинчике с Урауме, и выставлял на показ крупные суммы денег по надобности. В обычные дни, малая сумма это была зарплата с маленького магазинчика. Ведь Юджи необязательно знать, чем занимается Сукуна. Жара ужасно раздражает, и даже морозилка с которой он рядом сидит не спасает, про вентилятор парень уже молчит. Воздух настолько горячий, что горячий Сукуна (как он себя бывало называл) просто спекся. Сукуна невольно вспоминает, что в последний раз ему было так жарко, когда он был пьяный и Юджи ластился к нему сонный в постеле. Тут без каких либо пошлостей. Ведь они братья, и это нормально, а Юджи просто очень тактильный мальчик. Но, тогда был январь месяц, а сейчас начало июня и Сукуна готов купаться и жрать лед, лишь бы наконец-то жара прекратилась. Он шумно от злости отталкивает пяткой кроссовка черного конверса табурет под собой, таким образом вставая с него. Сукуна выходит на улицу, где солнце еще ярче и жарче. Зло достает портсигар с левого кармана шорт. Когда он заканчивает крутить самокрутку, Урауме выходит ровно в этот момент. Она пару секунд просто смотрит на его аккуратно красивый профиль лица, а потом облокачивается на белую, слегка пыльную стену магазинчика. - Ты злее, чем обычно. Странно. - тихо говорит девушка. Сукуна никак не реагирует. Затягивается сигаретой и смотрит так же, как и Урауме. Вперед себя и в никуда. Не рассказывать же ей, что он попал. Попал так, что не выбраться без чьей то помощи. Ему даже не с кем поговорить, хотя и рассказывать никому не хочется. Но про себя он признает, что влюблен в младшего брата. В своего близнеца. И тот даже не в вкурсе об этом. - Просто жарко. - запоздало, хрипло отвечает он. Урауме хмыкает на его ответ. А как же. В душу лезть она не собирается, и никогда не пыталась. Это же Сукуна, в конце концов, пытаться выманить что-то из него, себе же хуже. Урауме просто ждет, когда Сукуна сам расскажет. День тянется мучительно долго. *** Смотреть на то, как Юджи бегает в одних трусах по дому, выше всяких сил. Невыносимо. На фоне, не громко играет канал с клипами на телевизоре, Юджи что-то поет из попсы. Жалуется на жару и ноет, что нужно срочно починить кондиционер. Сукуна согласен. Полностью согласен. Хотя, честно, готов продать душу за вечное лето и никогда не чинить в их доме кондиционер. Лишь бы Юджи вечно ходил в этих боксерах, которые так точно подчеркивают его задницу. Сукуне хочется схватить его за ягодицы, подвинуть по ближе к себе, зарыться лицом в еще мягкий член, провести языком по нему. Кусать, где ляжка еще прикрыта тонкой тканью боксеров. Сукуна хочет Юджи отсосать. И ему не кажется это странным. Потому что, сейчас лето, и жара ему ударила в голову. Смотреть на то, как Юджи бегает в одних трусах по дому, выше всяких сил. *** Они пошли на море только в середине июня. Потому что Сукуна ленивый, а Юджи был слишком занят работой. Прохладный, летний, морской воздух встречает их нахлынувшим наслаждением. Людей уже намного меньше, только редкие прохожие. Солнце садиться медленно, окрашевая небо ярко оранжевым закатом. Юджи скидывает шмотки и летит в огромную волну, как маленький ребенок. Сукуна смотрит на это цокая слегка раздраженно. Он остался растелить плед. Сукуна никогда особо не любил пляжи, но Юджи как-то быстро растерял всех друзей после выпускного, а лето пролетает впустую и ему скучно одному. Залезть в воду Сукуна решает лишь тогда, когда макушку Юджи была слишком далеко от берега. Прохладная вода окутывает его щиколотки и под пятками песок стягивает вода. Он идет дальше и волна достает до его торса, следующая накрывает с головой. Весь шум перекрывает тишина. Это успокаивает. А когда выныривает, Юджи нигде не видно. Сукуна крутит головой в разные стороны, но волна бьет в лицо слишком резко. Юджи появляется сзади, пытаясь его напугать, дергая за руку. - Испугался? - смеясь интересуется парень, водой плескаясь в сторону Сукуны. Та снова летит ему в лицо. - Еще чего. - ухмыляясь тянет он. Сукуна хватает шумно воздух ртом и ныряет под воду. Юджи пытается найти его, но его под водой сбивают с ног, и он наглатывается воды от неожиданности. - Дурак! - обидчиво кричит младший, оказываясь в руках старшего брата. - Испугался? - теперь уже очередь Сукуны смеяться. Они плескаются в воде до того, пока оранжевый закат не спускается слишком низко. Сукуна почти вплотную прижат к Юджи. Оба шумно дышат. Они соприкасаются лбами и носами. Тяжелые, частые капли стекают с волос, и Сукуна следит за одной. Она стекает с переносицы прямо в ямку над губой. Ему так и хочется потянуться к губам и облизывать в верхнюю. Пососать ее, прикусить, словить чужой, но такой родной стон своим ртом. Юджи смотрит в глаза Сукуны. Сукуна смотрит на то, как Юджи облизывает мокрые губы. "Они наверняка очень соленые" - думает Сукуна. Юджи широко улыбается и смеясь плескается водой, отплывая в сторону берега. Сукуна следует за ним. Они пошли на море только в середине июня. *** Его широкие плечи красные и горячие. Юджи сумел обгореть даже под вечерним солнцем. Сукуна недовольно цокает на частые дерганья Юджи. Он не может сидеть спокойно. - Печет! - Сиди ровно! И Юджи пытается, но крем слишком то-ли холодный, то-ли горячий, он сам еще не разобрался. А еще он очень любит капризничать. И Сукуна вкурсе, не может не умиляться этому. Сукуна аккуратно распределяет белый крем по коже, не втирая его, а лишь накладывая тонким слоем. Он сглатывает густую слюну. Юджи снова дергается и жалобно стонет. Его хочется схватить за шею, зафиксировать так, чтобы сидел послушным щенком. Чтобы, блять, каждая мышца не перекатывалась так сладко под кожей. Чтобы не хотелось расцеловать и кусать слегка выпирающие лопатки. Чтобы не сорваться и не целовать позвоночник дальше, прямо вниз к копчику. Сукуна, кажется, не дышит и не моргает. Его широкие плечи такие красные и горячие... *** Сукуна просит совета у Урауме летом в начале июля. Он рассказывает все самого начала, только не раскрывает личность. Урауме внимательно слушает. Их маленький магазинчик теперь хранит маленький секрет Сукуны. - Знаешь, - тихо говорит Урауме, тыкая пальцами с сигаретой в сторону парня. - Тебе стоит позвать его на свидание. От слов девушки у Сукуны глаза в форме копеек. - Это шутка такая? - он выпускает дым струей, его левая бровь возмущенно изогнута. Они сидят на раскладных стульчиках со спинкой под козырком магазинчика. Людей сегодня не так уж и много. Наверное, из-за выходных и спасательным пляжем от жары. - Нет, я серьезно. Стоит попробовать. Девушка перекидывает ногу на ногу, и играет с тапочкой, стуча ею об миниатюрную пятку. Сукуна отсчитывает бит шлепки, и засматривается на аккуратный педикюр девушки. Френч смотрится красиво на тонкой ножке, а бледная кожа, которая будто никогда не знала загара, сочитается с бирюзовым цветом шлепанцев. Он облизывает пересохшие губы, а потом говорит: - Да, может стоит. Они тушат окурки об импровизированую пепельницу с под банки кофе нескафе. И Сукуна от скуки скручивает еще им по одной самокрутке. Сукуна просит совета у Урауме летом в начале июля. *** Он не говорит прямо. И выходит это странно. Юджи в позе лотоса сидит на двуспальной кровати. Опять в одних трусах. И не понимает, чего от него хочет Сукуна. - Стоп. Еще раз. Прогуляться по пляжу и поесть мороженного? - Я так и сказал. - скрещивает руки на груди парень. В квартире невероятно душно, а кондиционер им починят, как минимум через неделю. Впринцепи, отличный шанс на свиданку. Только прямо об этом сказать язык не поворачивается. Юджи еще с пары секунд смотрит на брата удивленно. Это не в его, Сукуне, стиле. Пляж. Мороженое. Но все же, выдыхает и встает собираться. - Чур в ванную я иду первый! - мигом выбегает из комнаты. Сукуна устало проводит ладонью по лицу, и пару раз моргает. Дверь в ванной не закрыта, слышно, как громко барабанит вода. Сукуна выдыхает и выходит из комнаты, проходит мимо ванны, ни разу не взглянув на дверь, и прямо на кухню. Он не говорит прямо. И выходит это странно. *** Эти попытки не прекращаются. В середине августа Сукуна не может находиться с Юджи если он не пьяный или не накуринный. Его чувства, как эта жара с каждым градусом все больше. В редкие дни, как сегодня, Юджи уставший после работы, присоединяется выпить с Сукуной. Пьяный Юджи забавный, он словно становиться развязным подростком. Они напиваются вдвоем незаметно. Плюс ко всему жара разморила. Плюс ко всему уставший от смен Юджи. Плюс ко всему уставший от своих чувств Сукуна. Сколько бы Сукуна не намекал, Юджи не понимает. Почему Сукуна не скажет прямо? Потому что боиться разрушить их маленький мирок, который они строили с самого детства, на доверии друг друга. Даже если и так, и чувства Сукуны захлынут его, как соленая морская волна, он будет не против. Лишь бы их маленький мирок с Юджи никто не сломал и не трогал. Лишь бы он своими руками его не разрушил. А так, он может будучи пьяным, с не менее пьяным Юджи, сидеть на крыльце их маленького, уютного летнего домика, и целовать его загорелые плечи. В конце концов, у Сукуны будет еще лето впереди. Эти попытки не прекращаются.