(Не) Топи

-Дениска, ты чего это с камнем возишься то? Топиться решил?-Макс улыбался. Да, на его лице определённо была улыбка, будто он ничего не понял и ничего не знает. -Даже если и топиться, тебе какая разница?-Денис, положив возле берега несколько крупных камней, аккуратно скинул сначала леопардовую шубку, затем начал снимать футболку и штаны. Оголившись полностью он обернулся в сторону Кольцова, глянул ему прямо в глаза, ухмыльнулся так, по доброму чтоли, и начал тихо заходить в воду. На дворе стояла осень, хоть и ранняя, но всё же прохладная. Максим отвернулся, смотреть на худощавое тело было невыносимо, ведь он не подросток и объяснить эрекцию обычной случайностью глядя на Титова уже было нельзя. В голове всё время всплывали чужие пшеничные патлы, до которых хотелось невыносимо сильно дотронуться. Макс выдохнул и прикрыл глаза, затем услышав со стороны реки бульк от камня и больше ничего он вновь повернул голову в сторону Дениса, которого там уже, к слову, и не было вовсе. Нырнул наверно. Сорвав с земли колосок пшеницы, он глазами дожидался, пока пшеничная макушка вынырнет, чтобы снова обдать жаром синих глаз оголённого Титова. Но тот всё не выныривал, Макс высчитывал его время под водой и вот, досчитав до минуты он двинулся в сторону реки. На земле возле берега всё также лежали камни, но парочки явно не хватало, а на одежде лежала недо-записка на которой было написано «отдать маме». Прознав что к чему Кольцов быстро скинул с себя обувь и нырнул в мутные воды. На дне видно не было совсем ничего. -БЛЯТЬ ДЕНИС, УЕБАН ПРОКЛЯТЫЙ.-страх за то, что спасти Титова он не успеет, рос с каждой секундой всё больше. Вновь нырнув в холодные воды, он нащупал камень с верёвкой, а затем и то, что отдалённо напоминало волосы Дениса. Потянув за них он почувствовал отвратительную горечь во рту. На поверхности воды показалось бледное личико Дениса, такое холодное, бесчувственное и отвратительно безжизненное. Максим еле как справлялся с камнем на шее, развязывал верёвку трясущимися от страха руками. Покончив с этим он схватил оголённое тело на руки и быстро понёс на берег. Как там его учили на уроках ОБЖ? Вроде сначала надо воду откачать из лёгких. Действовать нужно быстро, нельзя в этой ситуации медлить вообще. Засунув в глотку два пальца и поняв, что на данный момент Титова спасёт только искусственное дыхание, он быстро положил тело на песок, склонился над ним и прильнул к синим губам. Первый подход не предвещал ничего хорошего, Ден всё никак не оживал, а надежд становилось всё меньше. -Ёб твою мать Дениска, что ж ты не оживаешь! Прильнув к губам ещё раз он вдруг резко отшатнулся. Денис, совсем живой, подскочил на локти и задышал. В карих глазах отпечаталось что-то вроде разочарования, а на глазах выступили предательски блестящие слёзы. Денис телом прижался к Максу, весь дрожит, руками спину царапает. У самого Кольцова глаза намокли, уж очень ему был важен Денис в этой глуши. -Ты придурок, зачем реально топиться пошёл? А если бы я не успел?- хоть и хотелось смеяться, ситуация была до боли ужасная. Вот только представить, что Денис топится, умирает, остаётся там навсегда, в этой проклятой речке, и на глазах ещё больше слёз выступает. -Я…я не хотел чтобы вы все со мной мучились, мне ведь и так немного осталось.-Титов заговорил быстро, буквально тараторя о том, что хотел как лучше, чтобы никто не плакал, будто он исчезает и всё, а Макс так неудачно подвернулся тут. Отстранив чужую голову от своего плеча, Макс всмотрелся в две бездны вместо глаз и снова прильнул к чужим губам, которые уже были алые и наполнились кровью. Зацеловывать Дениса можно было вечно. Да, он болен, да, он умрёт, но Макс ведь тоже умрёт следом за ним, потому что жить без Дениса уже стало слишком тяжело. Слишком тяжело без его выкидонов, слишком сложно не замечать то, как он ему нравиться. Слишком сложно осознавать то, что Дениска бросит его. Но пока Макс рядом, Денис тоже рядом.