Хочется дарить свободу.

Уже перевалило за полночь. В студии погасили свет, а другие мемберы, уставшие, разошлись по домам. Лишь Феликс и Хёнджин туда не спешили. Хван обессиленный дотянулся до бутылки воды и сделал пару глотков. Юноша на столько устал, что даже не смог проконтролировать поток воды. Капли полились через край, стекая по его шее. Все волосы были мокрые, а лицо вспотевшие. Кажется он от танцевал все силы, что бы в нём. Стояла тишина. Не у блондина, не у Хвана не было сил даже разговаривать. Белая футболка старшего давно окрасилась в красный, но ему было как то плевать. Перебирая ногами, что так не хотели делать и шагу, Джини свалился на диван, где сидел Ликс, и лёг ему на колени. Достав телефон, он решил зайти в твит. Не сказать, что ждал чего то приятного, но всё же открыв его, наткнулся на большое количество негатива. Казалось, что приятные слова просто терялись из его поля зрения, ведь хейт просто заполонил просторы интернета. Юноша вчитывался в текст, где писали о том, что он не заслужил такой славы. "Хорошо" - подумал парень и продолжил. Он сам не знал, заслужил ли такого внимание к своей персоне, но во всяком случае, он старается быть достойным его. Почитав ещё парочку комментариев, понял, что тот был самый безобидный. Его обвиняли во всём. Его внешность, поступки и даже то, что его не касалось - во всём ужасен, во всём виновен. Прям исчадие ада. Слишком худой, слишком высокий, слишком слабый, вообще нечего не казалось тем людям в нём привлекательное. Даже родинка под глазом получила долю хейта. Буллеры сочли её за изъяном в его внешности, но даже удалив её, людей это не остановило. Не давний скандал вообще был смешон брюнету. Но кроме смеха, вызывал ещё не приятное ощущение горечи. Кто то заявил, что он писал девушке на одну ночь и... На него посыпалась новая шквала ненависти. Не заслуженной ненависти. Он даже нечего не делал. Он никак не смог бы это предотвратить, просто потому что никак не был в этом замешан. Но даже после того, как автор поста опровергнул этот бред, что вынес на просторы интернета, ничего не закончилось. Только вот... Сколько бы юноша не думал, он не понимал, чем заслужил это. Кто решил, кто видел, кто лично общался с тем человеком, которого якобы он унижал и угробил ему жизнь. Парень извинился перед незнакомцем, чьего лица даже не знал, просто потому что потребовала так компания. И раз за разом, читая это, он думал... Что ещё ему сделать? Какие круги ада нужно пройти, что бы это прекратилось? - Ты знал, что я девчонок на ночь снимаю? - грустно усмехнувшись, произнёс Хёнджин своему парню, увидев новые обвинения. - Ты опять комментарии читаешь? - с ноткой тоски, ответил Феликс. - А сам, что делаешь? - поинтересовался Хван. - Тоже самое. - кротко ответил юноша и вновь повисла тишина. Ликс сидел и читал, насколько он ужасен и пытается выделиться. Он не достоин такого количества подписчиков и другие группы намного лучше. - Ты знал, что я накручиваю подписчиков? - добавил Ликс облокотившись на свою руку, что упиралась об гредушку дивана. - Да, конечно. - с иронией ответил красноволосый. Тело блондина больше всех интересовало людей. Кто то писал, что он толстый, кто-то, наоборот, слишком худой - это ужас. Людям не нравилось, что он показывает свой пресс, под предлогом того, что его якобы нету. Кажется людям вообще не нравится его существование. " Спасибо большое, вы спасли мне жизнь, теперь я не хочу умирать" прочитал Хван и выключил экран телефона. Мысли забились всем, чем только можно. Почему не зная его, они это пишут? Почему не смотрят то, что им нравится? Почему не тратят время на унижение тех, кто это заслужил? А кто такого заслужил вопрос относительный. Комментаторы так спокойно могут ломать психику человека, не думая о его ментальном здоровье... Чем они хуже убийц? Думая о своих друзьях, которые не раз так же погружались в ужасные мысли и депрессию, Хёнджин пришёл к выводам - не чем. Эти люди называют себя кпоп фанатами, но пишут подобное айдолу, с озлобленной ухмылкой или ярой ненавистью, даже не задумываясь о количестве медийных лиц, которые покончили с собой. "Он должен был быть к этому готов" кричат они. Но как к такому можно подготовиться? Хван раз за разом вспоминал предебютные мурашки по коже, когда они выпускали первую песню. Он помнит ту эйфорию, когда мысль о том, что они группой смогут радовать людей своей музыкой, заставляла не чувствовать усталость от тренировок. Он просто хотел показать людям, насколько он трудолюбив и искренен. Как восемнадцатилетний мальчик с мечтами, целями и амбициями, мог быть готов к этому? Он не знал, что будет подвергаться такому буллингу. Кажется каждый из этих комментаторов пытается спустить айдола со сцены и втоптать в грязь, вне зависимости насколько он старается. - А есть хотя бы один популярный человек, который не подвергался хейту? - поинтересовался шёпотом Джини у Ликса с закрытыми глазами. Феликс задумался. Он пытался понять, что он сделал плохого, но не припоминал хотя бы одного нелестного обращения в чью то сторону. Ещё немного подумав, он вспомнил кумиров, старших и знакомых - людей, от которых веяло любовью и стремлением. Кажется каждого из них пытались погубить ужасными вбросами обвинений. - Нет. - кратко сказал Ликс и тоже выключил свой телефон. - А знаешь... - начал всё так же шёпотом рассуждать Феликс. - Даже не человека... Нету нечего, что бы не осуждали люди... Собаки, божьи коровки, телефоны... Незнаю, шкафы! Вообще все вещи, что существуют, к каждому найдется хейтер.... - пришёл к выводам юноша. - Ты прав.. Так мало людей уделяют вниманию тому, что любят и так много людей тратят большое количество времени, сил и денег, на тех и то, что ненавидят. - дополнил мысль юноша. - Как думаешь... Мы правда радуем людей? - тихо спросил Хёнджин у своего парня. - Думаю... Да... - прошептал в ответ Ликс. - Думаю есть люди, которым не безразличны наши усилия. - добавил юноша. - Я прочитал комментарий... В котором говорилось, что я спас жизнь человеку. - с паузами, рассказал Хван. Феликс о чём то задумался и нечего не ответил на слова Хвана. Жизнь настолько ценна, что мысль о том, что ты спас чью-то - согревает. Самое дорогое что есть в мире в любого человека - его жизнь, и если ты спас чью то, можно сказать что стал богат. Хоть не физически, но морально уж точно. - Как думаешь... - вновь решил поинтересоваться Хван. - Мы нужны им? Если мы перестанем заниматься музыкой... Они о нас вспомнят? Белокурый всё так же молчал. Он не знал, что ответить на эти слова парня. В душе бушевало двоякое ощущение, словно демон и ангел вступились в схватку. Ангел уверял, что миллионы людей счастливы их видеть. Радуются любому успеху, старательно продвигают группу. Что парни для кого то пример. Есть люди, которых их творчество сподвигло на создание своего. Верил что где то есть люди, о которых он даже не догадывается, но их музыка согревает им душу и заставляет вставать по утрам. Но демон тоже не отмалчивался. Продолжал бубнить, что в том, что они делают нету нечего особенного. Многие так же трудятся, но не становятся знаменитыми, ведь не важно, сколько сил ты вложишь, главное что бы что то стрельнуло. Демон нудил, что раз есть хейт значит они мало стараются. Что его внешность и правда не такая, да и танцевать и петь, не так уж и сложно. - Не знаю... - после пару минут молчания, прошептал Ли. - Но мне кажется, что хотя бы для своих младших мы останемся примером. А это значит, всё что мы делаем - не напрасно. - пришёл к выводам юноша. Ведь если ты хоть для кого то пример, то не хочешь подвести этих людей. А юноши видели, как трейни ставили их песни. Как радовались встречи с ними. Оба парня помнили счастливые улыбки многих. Кажется только это, заставляло не бросить всё к чертям. Или не только это? - Почему ты захотел быть айдолом? - поинтересовался Феликс, будто в первый раз. - Не знаю. - такой же, как обычно, ответ дал красноволосый. - Просто захотелось радовать людей. - По другому, что тебе больше всего нравится в нашей работе? - переформулировал Ли. - Свобода. - чётко, но так же тихо, ответил Хван. - Даже сейчас, она обволакивает сердце. Феликс тихо усмехнулся. Айдол тут же понял, о чём говорит юноша. - Когда мы на сцене, кажется я забываю как дышать. Тело двигается само по себе, чувствуя каждую ноту. Такое ощущение, что только надрывая связки и танцуя на все сто двадцать, я становлюсь собой. - философски ответил парень. - Музыка становится частью тела и отдаёт током в кончиках пальцев. - парень тихо усмехнулся. - Нет, я знаю ответ, почему я стал айдолом. - переосмыслил юноша. - Кажется, просто в музыке моя жизнь. Хёнджин резким движением подтянулся с колен Феликса и встал с дивана. - Давай ещё раз прогоним танец? - с лучезарной улыбкой, попросил Хван. - Давай. - улыбнувшись в ответ, согласился парень. Внутри просто открылось второе дыхание. Хёнджин прошёл к колонке и включил трек, что даже ещё не вышел на площадках. Заиграла приятная мелодия и оба парни стали двигаться под бит не задумываясь о движениях, а отдаваясь им полностью. По залу раздался смех. Смех, наполненый жизнью и счастьем. - Хах... - выдохнул горячий воздух Хван, когда закончилась мелодия. - Мне даже смешно. - произнёс, всё с такой же отдышкой парень и оба юноши завалились на пол , раскинув руки. - Кажется даже понимаю с чего именно. - с улыбкой, ответил Ликс. - Ты тоже это чувствуешь? - поинтересовался Хван. - Да. Свобода и правда ощущается именно так. - ответил с придыханием Ли. - Не думал, что такой разговор может вернуть к жизни. Такое ощущение, что я спал, а мне снился какой то кошмар. Почему то именно сейчас, ночью, когда мы только вдвоём в студии, после очередной тренировки, я смог очнуться. Смог вспомнить, почему я айдол. - слова плохо собирались в предложения, но парень летал где то в эйфории, когда боль в ногах, в мышцах и усталость, ощущалась как что то очень приятное. - Дай угадаю. - с усмешкой предложил Феликс и сам стал рассуждать. - Дарить эту свободу людям через экраны? - Именно. - Думаю... Нет, теперь я уверен, есть люди, которые чувствуют тоже, что и мы, когда смотрят на нас. - заверил белокурый. - Согласен. Оба лежали и улыбались. Им нравилось слышать своё сбившиеся дыхание. Нравилась боль в коленках. Нравилось жить. - Ладненько. - подскочил Феликс. - Пойдём домой? - предложил парень. - Завтра рано вставать, то ещё на тренировку опоздаем. - с усмешкой добавил белокурый. - Пойдём.