Кровавая ночь

      Двадцать пятый,       Двадцать восьмой,       Двадцать девятый,       Тридцатый.       Процент от общего числа какой?       Ничтожный.       Бах.       Если стрелять – то в голову.       Бах.       Женщина смотрит с слезами.       Бах.       Мужчина кричит в отчаянье.       Бах.       Ребёнок цепляется за руку матери.       Бах-бах.              За десятком тел стоит тридцать третий.       Сколько через сколько надо стрелять?       Загадка.       В него пистолет       Не упирается.       Ты – проходи.       Взмахом руки разрешается.       Ты – нет.       Бах.       Бах-бах.       Сто, двести, триста…       Проходите.       Ой, нет.       Извините.       Не проходите.              Бах.              Ему правда –       Ну как же вы не поймёте –       Жаль.              Бах.              Тридцать третий стоит, наблюдает.       «Почему ты здесь?»       Юноша не дрожит и не вздрагивает.       О.       Он помнит его.       Рядом с полковником       Редко увидишь       Кого-то ещё.       «Плащ передайте, возьмите».       Нет.       Не отводи же свой взгляд –       «Уверен?» –       Посмотри на него       Моими глазами.       Видишь       Молнией силуэт освещённый,       Высокий и одинокий?       Я тоже.       «Впрочем, я сам.       Никуда не спешу».              Бах.              Явил себя хаос тем временем:       Трусливой толпой за спиной       И смелыми плакатами в руках.              Красный на белом – пошлость, вульгарщина.       Где вы только понабрались?       Кого впечатлять собрались –       Бах –       Однотипными заголовками громкими?       Можно было бы поинтересоваться, но впечатлительных       Не сотня,       Не две       И не три.       Тысячи.       «Покажите нам правила суда!»       Вы сами ли знаете –       «Дайте отчёт об умерших» –       О чём спрашиваете?              Был бы он злее,       Был бы он правда к вам всем безразличен,       Он бы сказал:       Протокол?       Ха.       Пустое –       Бах –       Пространство листа.       Увидь вы его –       Сошли бы с ума.       На обороте всего       Допечатка одна:       «По усмотренью судьи       Стрелять во всех,       На кого падёт взгляд».              Бах.              И пусть стена у барьера прозрачная,       Не дано вам за ней разглядеть:       Ни его спины прямой, одинокой,       Ни битых осколков в глазах.       Ни трясущихся пальцев –       От холода, разумеется,       Не от тяжести положения –       Магазином в пистолет       Чуть-чуть – не – промазывающих.              «Противостоять тирании судьи!»       Идиоты!       Неужто для вас тирания –       Попытка в ваше спасение?       …              И много ещё прозвучало слов:       Неприятных, колючих и грубых.       Я хотел закричать и       Даже почти.       Но Бог, вероятно,       Вспомнил про нас,       И чудо свершилось чуть раньше.       А может, не он и не чудо,       А доктор, что точно святой,       Возвестил о вести благой       И несправедливому не дал       Совершиться суду.              Бах.              Тишина.       Полковник на то ничего не сказал.       Развернулся спиной –       Как всегда –       И пошёл.              Но.              В этот раз всё немного иначе.       В этот раз кто-то следует следом.       И приятно мне знать, что однажды       Кто-то кого-то дождётся.       Даже в самую кровавую ночь,       В день самый кровавый в году.