Танец под окнами замка

А ведь это произошло ночью, ровно в двадцать минут первого. Элизабет в белоснежной пижаме шла к окну своей просторной комнаты. Девушка всегда закрывает окна на ночь. Эта привычка появилась ещё в детстве, когда малышка Эли, наслушавшаяся баек от сестрицы Вероники про страшного гоблина, что стучится в окна к непослушным детям. Конечно, вероника придумала её на ходу, но уже тогда такой мелочью можно было напугать Элизабет. Эли уже подошла к окну. Прикрывая рот рукою, девушка зевнула. Так поздно она ложилась, разве что, только во время путешествий. Сейчас ей хватает здесь дел, внутри королевства. Усталость зашкаливает. Открыв сонные глазки, девушка посмотрела на площадку перед замком. В этот момент её глаза расширились. Что там делают люди? Тем более такой холодной ночью! Элизабет, подняв низ платья чуть выше для лучшего перемещения, побежала вниз. Она не видела с высоты башни лиц и точных очертаний. Девушка, стуча мягкими тапочками, бежала по лестнице сломя голову. Коридоры замка освещены белоснежными свечами, стоящими в канделябрах. Стража была удивлена такой активностью принцессы. Элизабет забежала в главный зал на пятом этаже замка. Это было недалеко. Освещённый ярким светом свечей зал был наполнен людьми. Одетые в пижамы члены Семи смертных грехов и нескольких рыцарей, в том числе своих сестёр. Было непривычно видеть Гримора в спальной шапочке с помпоном, а грозного и самоуверенного Хаузера с мягким мишкой в руках. Видать, не только Элизабет увидела людей за окном. — Что происходит? — Элизабет подошла к Веронике, что стояла возле левого окна. Сестрёнка стояла в мужской пижаме. Это никак не смутило Эли. Сестра всегда хотела быть ближе к мужчинам, как в силе, так и образе. — Твои дружки из Семи смертных грехов вышли на улицу в лютый холод! Ночь-то морозная! — девушка отвечала негромко, будто боялась их спугнуть. Немного пододвинувшись, Вероника положила руки на подоконник и продолжила наблюдать. Услышав ответ сестры, Элизабет приняла приглашение посмотреть за ними, заняв освободившееся место. Её взор пал на Бана и Кинга, стоящих прямо у замка. Бан накинул на себя лишь чёрную футболку и какие-то старые брюки. На теле Кинга тёмно-синие рубашка и штаны. Кинг был совершенно босой, пока на ногах Бана тёмные ботинки. — И что они собрались там делать? — Диана прищурилась, вглядываясь в их «наряды». — Ну, не зря они напротив стоят, — Хаузер нахмурился, сжав мишку в руках, — драться будут. — Не думаю, — Гаутер сонно поправил очки. — если бы они хотели драться, то не одевались так. Да и не дрались бы у всех на глазах. На них светили окна замка, что прекратил подготовку ко сну. Они стояли снаружи, напоказ всему Лионесу. Ночной ветер заставлял кожу покрыться мурашками. Он пробирался в голову, играя с волосами. Кинг чувствует лёгкий холод. На улице в такое время не очень тепло без куртки. Бан был спокойнее партнёра. Мужчина, поставив ногу за ногу, положил левую руку за спину. Правая рука изящно поднялась вверх к Кингу. Слова были не нужны. Здесь царит тишина, что нарушается только дующим ветром. Воющий в трубах ветер волнуется сильнее Кинга. Пару мгновений заняли в голове больше минуты. Может две. Бан стоял с опущенной слегка вниз головой. Алые глаза смотрели в карие, слегка сужаются. Рука поменьше ложится на грубую ладонь Бана. — Ах, так это танец! — Мерлин улыбнулась, смотря на молчаливое приглашение на танец. — Танец? Точно, танец! Приглашение дамы на танец! Первая часть любого танца, — Вероника посмотрела на Маргарет, что кивнула в знак согласия. — Когда это Кинг успел дамой стать? — Мелиодас приставил палец к подбородку. — Он неформальная дама! Тем более, если Бан не пригласит Кинга, это будет совершенно некрасиво с его стороны! — подхватила Диана. Но долго спор не продолжился, ведь Бан уже положил руку на щёку Кинга. Как не полюбоваться этим личиком? Только десять лет назад оно было другим. Пухлые губы заменились крохотными, глазки стали более выразительнее и нежнее, появились заметные реснички. Щёки всё также мягкие, но помещаются спокойно на ладонь. Заострённый мягкий носик и небольшие ушки. Когда Бан успел влюбится в это лицо? И влюбился ли он вообще? Кинг, словно влюблённая дева, положил свою руку на ладонь Бана, держащую его за щёку. Бан резкий и чёткий даже в своих чертах лица. Острый нос, острые глаза и острый взгляд. Перед таким каждая девушка растает, увидев этот холод и безразличие на лице Бана. Но разве он смотрит на Кинга безразлично? Так не скажет никто из наблюдающих за ними. Ни один не скажет так и сам Бан так не скажет, даже если будет врать. Бан отпустил чужую щёку. Он, искусно и нежно положив руку на талию Кинга, сделал первый ход сам начав движение вправо. Кинг держал Бана почти около плеча, но было неудобно поднимать руку на плечо. Фея почти не ходит пешком, привыкнув левитировать над землёй. На лице Бана появилась самодовольная улыбка, когда он продолжал двигать фею, словно куклу то назад, то вперёд. Кинг смотрел на ноги, опустив вниз глаза. Бан отпустил руку феи, опустив его в сторону, придерживая за спину. Он не опускал Кинга сильно низко, рукою поднял голову Кинга чуть выше, заставив смотреть на себя.  Снова Кинг вернулся в прежнее положение, но уже смотря выше, на Бана. Парниша стал помогать управлять танцем, ритмично шагая за своим спутником. Кинг вошёл в беззвучный ритм танца. Ветер стал сильнее. Волосы стали развеиваться, а рубашки слегка отходили от тела. Однако им это не мешало. Снова Бан опускает вниз Кинга. Его рука начала идти на двоих пальцах от шеи до самых губ феи, распространяя мурашки по телу Кинга. Фея, в свою очередь, откинула голову назад, тихо вздохнув. Люди выглядывали из окон, наблюдая за парочкой, танцующей прямо у замка. Это не мешало танцу продолжаться. Кинг покрутился, прижавшись спиной к Бану, потом также волчком назад. Ветер всё сильнее, надвигаются тучи. Тёмные от ночного неба тучи гремели где-то вдали, не заботя танцующую пару. Бан начал кружить Кинга, поставив руку выше над головой феи. Раньше мужчина и не знал, что товарищ умеет неплохо танцевать. Когда Кинг находился в человеческой форме, об этом и подумать нельзя было. Сейчас, после всех прошлых проделок, множества недопониманий и даже драк, Кинг и Бан танцуют под наступающей бурей. Раздался грохот. Кинг не смотрел на небо, он снова покрутился и снова прижался к Бану, поставив свои руки перед собою. Разогнув руки, он мягко оттолкнулся и взялся за руку. Однако снова попал в плен рук Бана. Мужчина прижал партнёра спиной к себе, сделав пару шагов назад. Фея положила голову на бок, но долго так не лежала. В окна начал барабанить дождь. Стекающие капли стали мешать виденью. Гримор, Хаузер и Гилсандер открыли окна. Из-за этого, в комнате стало холодновато. Несколько свечей потухло, а ветер проскакивал мимо окна. Дождь начал идти крупный, проливной. Каждая капля попала на их лица, одежду и волосы, но дождь не смог остановить их. Бан и Кинг наступали в сформировавшиеся лужи. Они кружились по кругу, перемещаясь в одну и другую сторону. Остальные смотрели, затаив дыхание. Бан взял Кинга за талию, подняв вверх. Фея положила руки на его плечи, опустив голову к бану. Их лбы сошлись вместе. Мужчина осторожно опустил своего товарища. Он снова вернулся к первоначальной стойке, заведя ногу за ногу, а руку за спину. Бан опустил голову вниз, держа свободной рукой руку Кинга. — Благодарю за танец, Кинг, — мужчина поднял голову на покрасневшие от холода или смущения щёки. Дождевые капли стекали по нежному личику, пока Кинг продолжал краснеть. Бан инстинктивно обнял фею, выпрямился. — Замёрз? Фея дрожала, прижимаясь к партнёру. Бан переместил руку за спину Кинга, а второй взял под коленки. Бан легко поднял фею, крепко, но нежно держа её на руках. На его лице снова холодное выражение лица, которое почти не изменялось во время танца. Мужчина носом отодвинул мокрую чёлку Кинга. Он коснулся губами холодного лба. — Дурак ты, Кинг. Мог хотя бы на ноги обувь надеть. Бан зашагал ко входу в замок.