Повадки ловца

— Рад слышать. Как мне тебя лучше называть? Орион Блэк, мистер Лавгуд, Джастин Финч или Гарольд Уитби? — Обаятельная улыбка украшала безупречного старосту. Лицо Гарри окатила белизна. — Твоюж! — От неожиданности он чуть не выронил бокал.       Конечно, уже вся свита наследника Слизерина с ним поздоровалась, но он не смел даже надеяться, что староста подойдет к нему собственной персоной. Тем более, после его ни капли не аристократичных диалогов с его друзьями. Проверку на аристократичную подлинность он не прошел. Гермиона бы давно уже дала ему подзатыльник, узнав, какими словами пользуется ее друг «под прикрытием».       Да, чтобы внешне сойти за истинного чистокровного аристократа достаточно немного принарядиться. Но вспыльчивость, отсутствие изысканных манер и отточенных движений обнажало его истинную и порывистую львиную сущность, и никакие зеленые мантии не смогли бы все это скрыть. — Что с тобой? Похоже ты перебрал. — Староста цокнул языком и покачал головой. — Мне кажется, тебе нужно подышать свежим воздухом.       Не дожидаясь ответа, он схватил Гарри за левую руку и потянул на себя. Это шло в разрез с мнимым спокойствием и умиротворением тела, поэтому вспышка от внезапной боли пробежала по всему телу, вынуждая разжаться пальцы правой руки на бокале. Стекло, как показалось Гарри, со свистом полетело вниз. Он тут же отдернул руку, сделал ловкий выпад назад и сместил свой вес на правую ногу, попутно хватая ножку бокала обеими руками.       Реддл не смог скрыть своего изумления. Легкость, с которой таинственный невежа поймал летящий с огромной скоростью вниз бокал, очаровывала. Под мантией скрывалась хорошо сложенная фигура. На лице удачливого ловца расплылась широкая улыбка, больше напоминающая детское счастье. — Восхитительная реакция. — Его глаза сверкнули красным. — Случаем в квиддич не играешь? — Да, играю. — Невозмутимо ответил он, но через миг в голову пришло осознание и улыбка как-то странно искривилась. Он растерялся и замотал головой. — То есть нет.       Староста мило рассмеялся, схватил бокал со стола и наполнил его шампанским. Такой робкий сейчас парень прекрасно контрастировал со всеми его предыдущими образами и поведением, оттого это зрелище еще больше очаровывало Тома. — Тогда выпьем за наше знакомство, Гарольд. — Он слегка наклонился, чтобы достать своим бокалом до бокала Гарри. После, почтительно кивнув, медленно отпил пару глотков. Гарри встал ровно и сделал тоже самое.       Здравый голос кричал ему, что пить в компании хитрого старосты, не то что не лучшая, а самая ужасная идея. Но то ли алкоголь, то ли совершенная красота и обаяние собеседника, не давали ему прекратить их странную беседу.

***

      Гарри не заметил как они вышли на улицу. Все вокруг сливалось большими пятнами, и пол мимолетно ускользал из-под ног. Вдруг небо накрыло его с головой, ему показалось, что он падает в какую-то пропасть. Присмотревшись, он понял, что никуда не летит и они просто вышли на балкон. В густой тьме просматривались яркие звезды, а от них отделяли лишь невысокие перила. Холодный ветерок слегка отрезвлял, понемногу выветривая алкоголь и портя идеально уложенную укладку.       Вдыхая аромат тихой ночи, Гарри оперся локтями о перила. Снаружи было непривычно спокойно, и он был рад оставить весь этот шум песен и танцев глубоко внутри Большого зала. Он начал рассматривать звезды, пытаясь найти хоть одну знакомую. Засмотревшись, Гарри не сразу обратил внимание на обнявшие его из-за спины руки. — Что ты делаешь, Реддл? — Он озадаченно поинтересовался и оглянулся. Решил поиздеваться, или действительно обратил внимание на кого-то кроме шипящих придурков? Хотя в этой дорогой зеленой мантии он вполне мог сойти за одного из них. — Реддл? Зови меня Том. — Он склонил голову на бок и издал смешок. Гарри на это только вздохнул. — Что ты делаешь, Том? — Переспросил он. — Обнимаю тебя. — Реддл был до невозможного невозмутим, словно делает какую-то самую обыкновенную вещь, а не обнимает таинственного незнакомца, которого раньше никогда не видел.       Это удивляло вдвойне. Реддл всегда нещадно выбрасывал все валентинки, избегал любых тесных отношений и даже намеков на них. Все считали, что это связано с его целеустремленностью и амбициями, усердной учебой и обязанностями старосты. Но, тем не менее, он сейчас здесь, обнимает его.       Гарри надеялся, что его нахальное поведение и бестактность отпугнут чтившего традиции и уважение старосту. Может Гарри его неправильно понял? Может ему угрожают, а намеки на флирт вырисовывает приятно согревающий грудь алкоголь? — Зачем? — Все же задал он вопрос. — Затем, что ты чудо, Гарри. — Сладкий голос окатил его словно груда снега. На секунду парень напрягся, но тут же себя успокоил.       Ну не мог же староста так быстро его раскрыть. Это могло быть уменьшительное имя от Гарольда. В конце концов, по его мнению, сцена с признанием во лжи и обличением «настоящего» имени звучала весьма натурально. Конечно, староста славился своей проницательностью, но все эмоции были настоящими, ведь основывались на половине той правды, что все хотели слышать.       Реддл положил руки на плечи Гарри и развернул его лицом к себе. Парень потупленно окинул его взглядом. Красивая парадная мантия черного цвета, ровно выглаженная, без единой лишней складочки. В его алых глазах бушевало легкое желание и нетерпение. — Ты просто прелесть. — Странная фраза окутала и без того розовые, благодаря румянам, щеки Гарри красной краской.       Не успел он опомниться, как староста оперся обеими руками о перила, загоняя Гарри в ловушку. Приветливая улыбка превратилась в хищный оскал. Том медленно наклонился к его лицу. Гарри понял слишком поздно, что это было непозволительно близко, и Реддл резко прижал его к себе. — Твои глаза потрясающи. Изумрудный блеск так прекрасно сочетается с твоей мантией. Кроме того, от него невозможно оторваться. Он так напоминает Аваду, знаешь, это ведь третье непростительное. Может и мы сделаем что-нибудь непростительное?       Гарри замер в недоумении. Ему же показалось? С ним флиртовал староста Слизерина, наследник самого основателя, вероятно, темный маг. Нет. Просто послышалось. Том наклонился еще ближе, почти касаясь губами его левого уха. — Ты прекрасно сегодня выглядишь. — Обольстительно прошептал он. — И никто не засмеет тебя за это. Я не позволю. — Он понизил голос. Кажется последняя фраза заставила Гарри окончательно протрезветь. — Какого черта? — Возмутился он. — Неужели со мной заигрывает неприступный староста Слизерина? — Он театрально изобразил смятение и радость. — Какая честь, я польщен. — И тут же усмехнувшись качнул головой. — Но нет. Катись к Мерлину, я на это не подписывался!       Со всей силы он оттолкнул Реддла. Надо было уходить, пока была такая возможность. Что толку если этот самовлюбленный выскочка влюбится в него, в ту внешность, в тот образ, который больше никогда не увидит? Допустим, у них сегодня бы что-то случилось, а завтра что?       Завтра он увидит его в привычной одежде, с растрепанными волосами и перед всеми бросит, высмеет. Если узнает конечно. Не то чтобы Гарри волновало чужое мнение, тех же других факультетов. Но Гриффиндорцы бы не простили его за короткую интрижку со старостой факультета заклятых врагов.       Но у Реддла, похоже, были на него другие планы. Пока он застыл на пол пути к выходу размышляя о несбывшемся будущем, Том стремительно сократил расстояние между ними. Он со всей силы толкнул Гарри к стене и придавил его всем своим телом. Попытки протеста были встречены лучезарной усмешкой.       Притянув к себе за воротник, староста накрыл его губы своими. Это был долгий, требовательный поцелуй, сминающий и заглушающий любые возражения и несогласия. Гарри мысленно простонал, вспомнив про блеск для губ со вкусом вишни. Почувствовав кисло-сладкий привкус на мягких губах, Том слегка отстранился и облизнулся. Подавив смешок, он с новой силой впился в губы гриффиндорца, зарываясь тонкими пальцами в его волосы.       Руки Гарри вцепились в его мантию, против воли притягивая к себе поближе. От хлынувшего жара кружилась голова, предательски сбилось дыхание. Ему только показалось, что он начал задыхаться, как Реддл отстранился и с усмешкой схватил его за подбородок.       Холодный ветер пробрался под мантию и, как ему показалось, прогнал остатки опьянения. Тонкая рука приподняла его голову и взгляд зацепился за мерцающие звезды, избегая два расширенных зрачка, что тонули в алом омуте. Он вскрикнул, когда на его шее несильно сомкнулись зубы, а вслед за ними разгоряченные и опухшие губы. Гарри еле слышно простонал, вновь пытаясь оттолкнуть тяжелое тело от себя. Тщетно.       В следующий миг, Том коснулся языком его мочки уха, отчего парень под ним ахнул. Легкая приятная дрожь пробежалась по всему телу. Он вздрогнул, когда Реддл осторожно прикусил краешек уха и нежно провел по нему пальцами. Том обхватил его голову руками, играя с чувствительным ухом и оставляя мокрую дорожку поцелуев на шее.       Можно было упиваться этими чувствами, просто наслаждаться такой возможностью, этим вечером. Но что-то в голове отчаянно пыталось достучаться до него, напомнить с кем он стоит под покровом звезд в объятиях темноты.       Край сознания понимал, что стоящий перед ним разгоряченный парень, очаровательно обаятельный и восхитительный на вид, был опасен. Опасен и хитер. И прятал за своей обворожительной улыбкой скверный характер и бесконечное презрение ко всем.       Стоило ли отказываться от сделки с дьяволом, по имени Том Реддл? Завтра он все равно ничего не вспомнит, а если и вспомнит, то сделает вид, что забыл. Гарри утопал в ненужных размышлениях, пока холодные руки не стали спускаться ниже. Реддл задел его грудь, огладил бока и остановился на бедрах. Осознав происходящее, Гарри судорожно выдохнул и заерзал.       Воспользовавшись этим, Том накрыл его своими губами, и резво проник языком в горячий рот. Гриффиндорец замотал головой и, когда понял, что это ни к чему не приведет, прикусил язык Реддла. Тогда пальцы со всей силы сжали его ягодицы, на которых теперь наверняка будут синяки. Ноги подкосило, он горько простонал в поцелуй и зажмурился.       Может еще не поздно? Избавиться от беспощадной хватки, этих прекрасных губ и пристального взора неземных глаз. Снять с себя его чары, не дать обмануть и влюбить в себя. Гарри понимал, что если он дернется, то староста может сделать кое-что по хуже, чем просто усилить хватку. Приоткрыв глаза, он убедился в этом. Алкоголь уговаривал расслабиться. Но то ли гриффиндорская натура, то ли врожденные упертость и умение быстро находить выход из любой ситуации, заставляли лишь подыграть.       Улыбнувшись своей идее в поцелуй, он страстно на него ответил, поглаживая своим языком сухие губы Тома. Руки стали беспорядочно бродить по темной мантии, задевая и исследуя каждый сантиметр кожи. Алые глаза изумленно наблюдали за этим, и Гарри услышал как сильно бьется сердце в груди Реддла.       Том немного отстранился, прерывая поцелуй. Он собирался вновь наклониться к шее Гарри, но тот бросил лукавый взгляд и игриво коснулся указательным пальцем его нижней губы. Тот, точно зачарованный, вздохнул не отводя взгляд от ярких изумрудов напротив. — Гарри… — Завороженно прошептал он. — Том, ты такой… прекрасный. — Выдыхая пролепетал Гарри. И, хитро ухмыляясь, добавил — Закрой глаза.       Видимо, поведясь на игру гриффиндорца, Том повиновался и прикрыл глаза. В эту короткую секунду Гарри рванул в сторону дверей, и, игнорируя яростные крики вслед, растворился в толпе веселящихся учеников и профессоров.       Поттер решил не искать ни Рона, ни Гермиону, и вообще, по возможности, ни с кем не контактировать. Он выбежал в коридор и на ходу снял мантию, надеясь, что если его и будут искать, то именно по ней. По пути в спальню в коридоре ему встречались влюбленные парочки и еле живые, явно перебравшие, студенты. Выпустив пару смешков и радуясь, что сам еще на ногах и в более-менее нормальном состоянии, он дошел до портрета Полной Дамы.       Пароль на автомате слетел с языка и, минуя спящих или подобно трупам валяющихся в гостиной знакомых, он побрел в свое общежитие. После нескольких попыток расстегнуть пуговицы, он выругался и раздраженно всплеснув руками, рухнул на кровать.       Утром он не вспомнил как уснул и когда успел почти с кровью выдернуть одну из сережек (ту, которая длинная). Вторую он так и не нашел. С трудом он оторвал глаза от щек, о чем пожалел, как только встретился взглядом с пронзающим солнечным светом. Потребовалось пару минут, чтобы вспомнить вчерашний вечер. В этот момент на всю башню Гриффиндора раздался громкий крик и вереница ругательств, плавно переходящих на маты.       Полумертвые однокурсники не обратили на это внимания, и, немного успокоившись, Гарри направился в ванную. Холодный душ взбодрил и привел чувства в порядок. Реддл его все равно не узнает. Ничего не было. Он ему только подыграл. Все не по настоящему. Никто ни о чем не узнает.       Гарри вышел из душа и подошел к зеркалу. На шее красовалась дорожка из розовых засосов и красных укусов. Чертыхнувшись, он вылетел из ванной и стал перебирать гардероб. Должно же быть что-то закрывающее шею. Он влез в первую попавшуюся водолазку, следом в ничем не примечательные джинсы. Этот ансамбль образовал из него сплошное серое пятно. Он довольно хмыкнул. Сменив линзы очками и накинув такую же серую, простую, отжившую свои лучшие годы мантию, он направился в Большой зал.       За столом он сразу приметил рыжую макушку рядом с густыми кудрявыми волосами Гермионы. Упав на скамью, он словил два любопытных взгляда. — Привет, дружище. Ну, как прошло? — С насмешливой ухмылкой поинтересовался Рон. Гарри всей душой захотел только за нее вмазать ему по его довольному лицу. — Мы видели, как тебя этот Р-Реддл на балкон уволок. Что он тебе сказал? Он угрожал? Пытался уговорить специально проиграть следующий матч по квиддичу? Что, Гарри? Что он сделал? — Только Гермиона могла тараторить одновременно с беспокойством, переживая, и со строгой нравоучительностью. Смесь этого бурлила в ее глазах, отчего на секунду даже стало смешно. — Да так, ни о чем. Серебряный староста обнажил свои змеиные клыки. — Как можно небрежней бросил он. — Но не более того. Может поговорим о чем-нибудь другом? Не хватало еще на мою больную голову сваливать разговоры о этой самовлюбленной, — Поттер, лови! — Не обратив внимания на приятное бархатное звучание голоса, Гарри среагировал на команду.       Вскочив со стула, парень, внимательно прислушиваясь к движению воздуха и уловив свист, сделал в его направлении широкий выпад и протянув руки, ловко поймал что-то. Это что-то было похоже на брошь, с двумя острыми концами на ощупь. Раскрыв ладони, он в недоумении уставился на сверкающий полумесяц. — Воистину восхитительная реакция, Гарри! Или мне тебя лучше называть Орионом? Нет? — Он склонил голову набок, пронзая ошеломленного гриффиндорца смеющимся взглядом. — Может все-таки мистер Лавгуд? Джастин? Гарольд? Как тебе больше нравится, мой ненаглядный, мой прелестный, мой шустрый ловец?       Гарри сжал полумесяц в кулаке, и поднял голову. Их взгляды встретились. Рубиновый блеск навсегда отпечатался в сверкающих изумрудах.