Облака и сомнения

      В детстве каждому, так или иначе, прививают особенности и обычаи своей расы, народа или целого мира. Будь то родители, сверстники или учителя в школе — каждый расскажет о свойственной обществу традиции, которую соблюдает если не каждый, то большая часть. В Скайзерне вот, тоже такие были. Многие, такие как справления праздников, праздновались всем народом, а некоторые были присущи отдельным родам, одним из которых являлся Ави.  Многие вещи давались скайзернам с фамилией Ави слишком уж тяжело, некоторые были и вовсе недостижимы. Общение со сверстниками, учеба, жизнь и даже такая вещь как свадьба — все было либо запрещено, либо пресекалось и осуждалось остальными. Оттого приходилось идти на небольшие ухищрения, для собственного удобства.  Обычаи, как и любые другие, имеют свойства забываться или полностью видоизменяться, такое, конечно, не обошло и дом рода Ави. Правда вот, одна традиция оставалась стабильной и неизменной, так сказать, сохранилась в первозданном виде. Дарить облако вместо проведения масштабной свадьбы в знак признания в вечной и чистой любви — являлось одним из первых обычаев, что запоминали мальчишки.  Конечно, кто же в Дизмисте захочет выходить замуж за страшных и опасных Ави, которых скидывают туда, словно ненужные вещи? Когда слухи о твоем существовании соразмерны рассказам о бабайке, что хватает маленьких детей и уносит к себе, отбиваться от фанаток не придется.       Проверить это на себе пришлось и Джодаху. Правда, к счастью или нет, предлагать кому-то такой подарок не приходилось. Продолжая череду открытый и откровений о роде Ави, выживая в чудовищных условиях, надеясь пережить хотя бы этот день, сместить фокус своего внимания на любовь бывает проблематично. Проблематично, да вот не невозможно. Голод, страх за все на свете и тревожность часто, холодными вечерами, сменяются на безграничную грусть, что неприятно колит где-то в груди и лишь напоминает о желании привязаться к кому-то, иметь кого-то близкого и любимого, чтобы разделять все невзгоды уже вдвоем. Но и затягивать кого-то в такие дебри проблем Джодаху не хотелось от слова совсем, так что желание так и оставалось недосягаемым, чем-то, о чем можно подумать, да и забыть до следующего такого вечера.  Единственное, что тогда позволяло оставаться то ли с ясным сознанием, то ли просто в живых — цель. Сбежать из Дизмиста, для начала, а дальше уж как свезет. Как она была достигнута можно и опустить, хотя бы из уважения к демонам, что не особо рады вспоминать о таком.  Вот и пришлось покидать Дизмист в гордом одиночестве, а после и продолжать его в Тюрьме Времени.        В какой-то момент такое одиночество стало уж совсем невыносимым, даже проводя почти все свободное время в Ордене.  Конечно, Орден — прежде всего семья, родные и близкие друг другу люди, что помогут и поддержат, будь то создание нового заклинания или обычный бытовой вопрос, но играя роль отличной главы этого самого Ордена, Джодаху легче не становилось. Конечно, такое казалось чем-то странным и неправильным, ведь Джодаху доверяли! Его уважали и переживали за него, с чего бы чувствовать себя одиноким? Но вот чувствам не прикажешь не проявлять себя, перестать вырабатывать гормон грусти, только потому что это «неправильно».  Совсем уж близким можно доверить все, свои секреты и стремления, страхи и больные места, не боясь осуждения или непонимания, что противоречило тому, что Джодах делал. Скрывать от своих учеников свои слабости — будто разумеющаяся вещь, как полагал Ангел, нужно же им равняться на кого-то сильного и непоколебимого?  Да и узнай его мотивы, истинные мысли и чувства, стали бы относиться также? Ответ был подсмотрен с помощью демонов и был, в целом, неутешительным. Оттого и самым благоприятным был выбран вариант с собственной подстроенной смертью.  Тянула его вперед снова лишь цель — отомстить полубогу, да и попутно самому стать кем-то из игроков за шахматной доской.        Часть жизни Джодаха в Даливарике была закончена. Ученики выросли и содержат Орден сами, полубоги получили по заслугам, Высший Совет плачет крокодильими слезами. Что уж! Цели достигнуты, а значит можно поставить новую, дабы забыть о потребности в романтической или хотя бы семейной любви на следующие пару-тройку сотен лет!  Грустно стало, когда поставить таковую не получилось. А что? Самоназвонному Божеству будто есть чем заняться! Нет, безусловно, изучать миры, параллельно отдыхая и занимаясь чем-то любимым — занятие знатное, но не конкретное. Абстрактная цель, если такую можно так назвать, особо не помогала. Так что, как великий архимаг и отличный лидер, Джодах выдвинул новую тактику: «Самокопание, самокопание и еще раз самокопание!» Плакать от такого хотелось всем, и демонам, и Смотрящему, которому удобно присели на уши с разговорами о чем-то возвышенном, и самому Джодаху. Не особо то такой план и спасал!       Печальные вечера с пустотой, что заполняла все внутри, вернулись, а с ними и слезы, что так долго были подавлены самим Ангелом. В голове крутилась лишь одна безделушка, как во время пребывания в Ордене казалось Джодаху — облако. Белое и чистое облако, которое можно было легко достать в Скайзерне, лишь протяни руку. Облако, которое говорило за себя без лишних слов, которое не было никому подарено, а оттого вызывало только новую партию соленых слез и заставляло сердце разрываться на сотни кусков. Заставляло вспоминать и не самые приятные вещи, что произошли в Скайзерне, отчего грудь окончательно разрывало от грусти какого-то странного отчаяния.  От неприятного чувства хотелось избавиться, закрыть глаза и забыть о его существовании, лишь бы не чувствовать. Одиночество сжирало Джодаха с потрохами.  Особенно печально стало осознавать свою привязанность к кому-то, вроде Смерти. Ну нужно же было так обложаться! Влюбиться в кого-то, кто даже не факт, что может испытывать не то что любовь, а хоть что-то, кроме долга перед Вселенной! Но вот все чаще, смотря на Надзирателя, перед глазами начала появляться картина с облаком. Милым и небольшим облаком, что с трепетом было бы преподнесено Смотрящему! В таком состоянии Джодах начинал немного тормозить или запинаться, что давало Времени повод усомниться в стабильности психики Ангела.  Впрочем, пока Боги остановились только на редких прогулках друг с другом по мирам, редких разговорах в Пустоши и обходами Тюрьмы.       Говоря о Надзирателе, стоит упомянуть и особенности демиургов. Странно было бы думать, что они, живя в прошлом вместе с Междумирцами в Пустоши, не делили бы похожие традиции. Одна из таких — закрывать лицо капюшоном и маской. Показать хотя бы часть своей внешности являлось занятием лишь для совсем уж близких. Благодаря своей феноменальной памяти, Смотрящий сохранил эту свою особенность сквозь века и продолжал носить оба предмета «защиты». Смотреть на ситуацию с Джодахом со стороны Времени казалось довольно смешным занятием. К тебе заваливается бывший заключенный, сначала говорит что-то о смысле бытия, а после не может и двух слов связать, глядя на тебя.  Причинно-следственной связи Смотрящий решил не замечать для собственной ментальной стабильности. Ну или задумываться о ней реже, чем хотелось бы Архимагу. Совсем-совсем редко, точно не каждый перерыв от обхода Тюрьмы! И что, что он длится более нескольких часов?  Так, в какой-то момент времени, начались танцы с бубном. Что странно, с двух сторон. Ангел ударился в легкие намеки своему Надзирателю, а Смотрящий делал то же самое, на удивление. Из обидного: ни один из упомянутых друг друга не понимал.  Конфликт поколений, в этом отношении, вышел на новый уровень. Трудно, что сказать! Для Смотрящего, провести вечерок в элитном ресторане где-то на краю Мультивселенной лишь с Джодахом — обычная милая прогулка, а вот поговорить о том, как устроено время и как с ним обращаться — чуть ли не самое личное откровение за все его существование!  Тогда две стороны ударились в сомнения. Наблюдая в очередной раз за дорогими заключенными, Время невольно остановился, дабы обдумать сложившуюся ситуацию. Все его критическое мышление кричало о том, что Джодах либо влюбился, либо окончательно тронулся умом от вечного шума, создаваемого демонами. Верить, безусловно, хотелось в первое, но что, если он все же ошибается? Что если его безошибочное суждение, что он выстраивал вот уже не первый миллиард лет, подводит именно сейчас? Все ведь возможно, особенно с Джодахом! Сколько раз он уже это доказал своим поведением?  Как Смотрящий мог не сомневаться, когда был уверен, что Джодах, во-первых, никогда к нему не вернется, а во-вторых, что не сможет заставить Время чувствовать хоть каплю эмоций!  Тогда, переступая через собственные страхи, Время окончательно решился сделать то, о чем думал уже давно. А что, он всесильное около-Божество! Может себе позволить.  — Нужно только дождаться его в своей обители, — кинул про себя Смотрящий, продолжая обход, но уже наполовину витая в своих мыслях. Джодах же, сидя в собственном белом пространстве, обдумывал план сегодняшних действий. Сердце безумно колотилось, страх обложаться и остаться уж совсем без какого-либо общения убивал всю веру в сегодняшний успех! Рядом с Ангелом болталось белое облако, что Джодах позаимствовал в одном из миров. — Да ну, не реви, все нормально будет. — Ты, главное, не мямли сильно. — Смотрящий понимающий!  — Ага, очень. Понимает с полу слова. — Заткнись. Впрочем, дельные советы от Тысячи Джодах тоже получал. Смотреть прямо, расправить плечи и улыбаться, в общем, вести себя достаточно естественно, даже уверенно, если уж повезет.  Появившись в Тюрьме ненароком прямо около Смотрящего, оба по инерции вздрогнули. Кто-то, потому что только что был вырван из своих мыслей, а кто-то, потому что ожидал еще пару минут провести в одиночестве, настраивая себя на предстоящую встречу.  — Здравствуй, старина! — эхом раздалось по коридорам Тюрьмы, — Приглашаю тебя посидеть в Пустоши ближайшие пару-тройку минут. Идем? Смотрящий, чуть притупив взгляд, протянул руку навстречу, и вот, самый ужасающий момент настал.  — Смотрящий, представить не могу, как ты отреагируешь, но… — Стой. Я тоже хочу сказать.  Ангел от такого откровения слегка опешил. Манера Надзирателя говорить немногословно сейчас только усугубляла положение! — Нет, позволь мне первым. — Нет. Повисло небольшое молчание. — Старина, я первый тебя позвал! — Но я хочу сказать первым. «Показать», — мысленно поправил себя Время.  — Я тоже много, что хочу! — Джодах нервно хихикнул и сложил руки за спиной. — Тогда на счет три.  — Нет, Время, я не согласен! То, что я хочу сказать нельзя…вот так! — Можно, — Время незаметно улыбнулся. Взгляд Смотрящего выражает настойчивость. — Ладно-ладно, хорошо! Раз, сердце невольно начинает отбивать быстрый ритм. Два, Смотрящий двумя руками обхватил капюшон, а Джодах напряг руки, готовясь материализовать что-то из своей комнаты.  Три!       Глаза полезли на лоб, кажется, у обоих Божеств. Никто из двоих не ожидал вот такой развязки. Спустя пару минут сложных мыслительных процессов и полной тишины, оба дошли до правильной мысли, что преподнесла другая сторона.