Кофе без сахара

– Медсестры убьют меня, если узнают, что я протащил сюда кофе.  Кейго Таками принес с собой запах улицы и кокосового сиропа. Он добавлял столько сладкой дряни в свой латте, что мог рано или поздно помереть от диабета – по крайней мере, Бубаигавара искренне мечтал об этом первый месяц заточения в больнице, пусть даже диабет возникает вовсе и не от сахара в кофе.  – Будешь? Двойные сливки, без сахара. Бубаигавара зевает. Конечно, будет.   При появлении Ястреба у Джина начинала болеть голова. Трудно справляться с собой и своими мыслями, когда вообще не уверен, кто ты – оригинал или копия – и Джин разрывается от противоречивых чувств и мыслей. Ястреб ему как друг, верно, Бубаигавара на самом деле рад его видеть? Или Джин хочет его придушить? Какая мысль, какая личность победит сегодня?  – Общипленная курица. Становится проще, намного проще. Джин тянется за кофе – без кокосового сиропа и пакетика сахара, как у Кейго.  Бубаигавара лежит тут днями напролет, в палате для злодеев, специальной комнате из специальных стен – абсолютно невозможно раздвоиться, сбежать. Бубаигавара силен, но силен только когда использует причуду, давит числом. Он пытался выбраться, но ослабленное беспричудное тело бесполезно против двух героев-охранников прямо за дверями камеры-палаты.  Твайс даже пытался подраться с Ястребом, общипать ему крылья, но Ястреб не зря же получил свое звание и известность: Кейго в два движения укладывал Твайса обратно на больничную койку. – Как продвигается терапия? – Пошел нахрен. – Я думал, останется та первая добрая личность, а не вторая. – Это она и есть, придурок. Вообще-то Твайс не злой, он просто злится.  Терапия, в общем-то, идет успешно: Джин больше не сходит с ума от мысли, что бесконтрольно раздваивается, и не боится, что его двойник его убьет. Ему проще разграничивать мысли в голове, понимать, какая реакция истинно его, а какая побочная. Но Джину определенно не нравится терапия: приходится много говорить. Говорить о том, о чем не хотелось. Говорить о своих страхах. И детстве. И какая же дерьмовая у него была на самом деле жизнь. Как там сказал Кейго? “Тебе просто не везет”?  Джину не везло во всём, абсолютно во всём.  Скучная, непримечательная жизнь. Невезучая натура, ничего не стоящая личность. Он даже никогда не влюблялся, он завидовал немного Тоге – та хотя бы любила по-настоящему и искренне, пусть и в своей манере. Лига злодеев – лучшее, что произошло с ним за всю его жизнь. Его приняли на равных, с ним болтали, его не ругали, его… Он сам привел предателя.  Снова накосячил. Снова всех подвел. От него и так пользы мало для Лиги, он мог для плана-минимума хотя бы не создавать лишние неприятности. Терапия идет хорошо. Джин много думает о себе и своей жизни. Оказалось, раздвоение личности – не самое худшее, что можно выскрести из его черепушки.  Джину не нравится терапия. – А что будет со мной после лечения? Ястреб перекатывается с пятки на носок, сюрпаем остатками кофе, выплевывает пожеванную трубочку. Облизывается. – Полетаем вместе, как мы договаривались?  Ястреб превосходный актер и лжец. Бубаигавара больше не верит его словам. Твайс преступник, Твайс убил человека, Твайс обкрадывал банки, Твайс психически нездоровый человек, Твайсу грозит тюрьма такого же типа, как “Тартар”. Он видит мир из камеры-палаты каждый день, видит его за плотным грубым решетом, он едва ли снова сможет хоть раз побыть на свободе в этом правильном геройском мире. – Тебя не будут судить строго. Ты хороший человек, Джин. – А ты нет. С лица Кейго стирается беспечность на какие-то доли секунды. Он по-птичьи улыбается, наклоняет голову набок. Говорит твердо, без своего нахальства: – Это слово я сдержу, честно.