Грязный панч.

Вторник - 18:47 - 19 Ноября.

★Петербург — Сёстры★

День мчится уже к концу. Руслан даже в сеть не заходил... Заставляло задуматься и немного даже на очко сесть, ибо вещи свои некоторые Руслан в квартире оставил. Можно сделать вывод — тот не планирует съебываться. Причин даже не было. Никаких ссор, никаких ярких открытий. Странно. — Епта... И куда? — Бурчит Кашин, вставая с собственной кровати. Телефон убрал в сторону сразу после того, как проверил время онлайна Тушенцова. Ничего дельного там не нашлось. Нужно собираться на улицу. Может шатен весь день занят пиздец? Мало ли... Сборы в этот раз были быстрыми, без попыток выебнуться. Данила взял одну из футболок, которые ему подарил Рус, да джинсы темные. С обувью немного тупил, но остановил выбор на привычный найках. Проверяет карманы куртки на сигареты и зажигалку, подкладывает в них ключи и телефон, а следом выходит на подъездную площадку. — Привет, Данила. Давно тебя тут не видно! — Говорит добродушная соседка пожилых лет. Возвращалась откуда-то. — Здравствуйте, баб Нюр. — Ответил лучезарно Даня. — Да вот... Думал, что в общаге удобнее будет, но всё-таки обратно вернулся.. — Жмет плечами, пока дверь на ключ закрывает. — Удачи там! Ты у нас умный парень... Сможешь сложить два плюс два к ситуации. — С шуткой выговаривает баба Нюра, а Даню ключевой водой откатило. Глаза вылупил сразу же, пару раз кивая лицу с морщинами. Попрощался быстро, начиная бежать на выход. Руки сразу достают свой телефон, пальцы шустро ищут контакт Давида. Невтерпеж ему. Не дождётся встречи. Гудки пробивают на связи, а следом слышится знакомый голос брюнета. — Дань, все нормально? — Говорит друг, явно удивлённый такому звонку нежданному. — Или ты про те сообщения? — Добавил тот, начиная от скопления голосов позади него отходить. — Че? Какие нахуй сообщения? Я про Руслана. Где он? С вами? — Быстро проговорил, а после завис. Дошло. — Были сообщения? — Уже иная интонация прозвучала с уст. — А что с Русланом? — Теперь в замешательстве и Давид. — Сначала про сообщения. — Поставил перед фактом, наконец-то захватив ртом воздух. — Мне писал номер неизвестный, мол ты проебался с поставкой оружки и с тебя это спишут. Потом... Бля, Лил, пиздец. Ты мне въебешь. — Смиренно добавил брюнет. По сути, это он не успел предупредить Даню про то, что у Руслана отец ещё та шишка. Давид понимал, к чему идёт весь этот разговор. Данила понимал чуть меньше. — Возможно. Продолжай говорить. — На заднем фоне слышно, как рыжий прикуривает сигаретку. — Я хотел ещё давно рассказать про отца Руслана, но Тушенцов... Бля, он просто не дал этого сделать, сука. Вчера вообще ситуация в компании хуйня вышла... Я в ахуе, что за неё ты меня не убил. — Говорит Давид, уходя от темы. — Сука, Дав. Не бегай, а прямо. — Начинает тон меняться на ходу, становится угрожающим и строгим. — Когда ты пришёл ко мне ночью, ну, когда меня избили... Я тебе не все рассказал о том, что говорил мне Сокол... Он не то, чтобы отца Руслана знает... Они сотрудничают. Те оружия, которые, как я понял, подбросили вам в общагу — его рук дело, вернее его завода. — По ту сторону экрана лишь тишина. Кашин не перебивает, он молча загорается. — И... Получается так, что в сообщениях от неизвестного было что-то вроде упоминания об отце... И... — Деймур не знает, как подбирать слова правильно. Но уже не важно. Суть ясна, сука, прекрасно. — Я ему ноги оторву нахуй. Уебок! Удалил у меня сообщения! Сука! Да в кого он такой... Блять... Упрямый! — Начинает буквально выходить за грани спокойствия. — Кому? Отцу его или Русу?.. — Неуверенно добавляет Давид, получая шумное: «Ты еблан?!» — Так... Ладно... Иди ко мне навстречу, придумай что-то, отмазку какую-то, я не знаю. Есть две точки возможные, куда он смог пойти в герои играть. — Ты собираешься его вытаскивать? Зачем? Он сам навязался в это, Дань. — Это Руслан. В этом, блять, причина. — Кто вы друг другу? Че? Сука, вообще не вовремя. Данила молча сбросил вызов, оставив Давида без ответа. Телефон упал в свободный карман, а окурок слетел с пальцев. Ебучий Руслан. Не умеет он говорить сразу, не умеет спрашивать и предупреждать. Умеет только в проблемах тонуть, а за собой утягивать в них Даню.

⋆⋆⋆⋆⋆

★На нашей стороне — АИГЕЛ★

Глаза карие заплыли в собственных слезах. Напоминают два камня в глубине воды. Одну и ту же запись крутят какой-то раз подряд, заставляя сходить с ума. Диалог с записи уже заучен наизусть. Вокруг какая-то шумиха, но Тушенцов свои силы собрать в одно целое не может даже для того, чтобы как-то отреагировать на происходящее вокруг. Рядом вечно сидят шестёрки. Они над душой стоят, не отрывая взгляд от шатена. — Как процедура, дорогой сын? — Говорит отец из-за спины. Раздался тихий топот позади, шум камней на бетоне. Сразу стало как-то тихо. Сразу стало как-то страшно. Руслан уже сто раз дал себе слово, что отныне он будет обо всем говорить Даниле и только ему. Дане можно. Даня — это Даня. Он имеет полное право знать, полное право защищать и вмешиваться, но даже зная это, Руслан сделает все, чтобы рыжая голова хотя бы на денёк стала дальше от вечного пиздеца. — Пошёл нахуй. — В словах нет ни малейшей эмоции. Пустые чёрные жемчужины без сил смотрят на экран ноутбука, изредка меняя положение, дабы отвлечься от ужасной картины. — Твой былой друг даже тревогу не бьёт... А я то думал, что ты хоть кому-то нужным стал. — С мерзкой до боли усмешкой выговаривает. Хочется забыться, да даже уснуть не дают, вечно обливая ледяной водой. — Отъебись, говорю же. — Тот же тихий лепет. Руслану глубоко плевать на слова. Ему не страшно за свою жизнь. Ему будет равнодушно, если его прямиком начнёт пытать отец. — Сынок, от правды не убежать. Уже почти десять часов ты тут... А гостей так и нет. — Выдавил старший Тушенцов, меж пальцев перстень прокручивая. — Подарок долго выбирают. — Отчеканил Руслан с усмешкой, а следом получил пинок в спинку стула. Равновесие было почти потеряно, ещё чуть-чуть и Рус бы свалился на бетонный пол. — Лучше продолжай просмотр. Самый интересный момент. Один прекрасно осознает, что он убил человека... — Говорит нахально, вольяжно, да с улыбкой грязной, взглядом бегая по экрану. — А второй не узнает прежнего дружка... Интересно, что его заставило в это пойти? — Ты и твои обсосы, которые предложили быстрые бабки. — Сквозь зубы шипит Тушенцов, густые брови хмуря. — Нет, ты. Ты его бросил... Оставил страдать, ах. — Наигранно слезу пустил, оставляя след тишины за собой, но ненадолго она продлилась. — Ты меня забрал. Ты мне запретил. Сука, во всем ты виноват! — Тушенцов начал брыкаться на стуле. Отец давит на те места, которые шатен мастерски скрывал даже от Дани. Руслану больно это слышать. Ему больно переживать снова тот день мысленно.

⋆⋆⋆⋆⋆

★Закройте — лампабикт★

Последнее сообщение в их совместном дуэте было отправлено. Тушенцов стоит посреди своей комнаты, слышит горькие слезы матери, слышит ссору с отцом. Понимает, что это последний день, когда он тут. Прекрасно осознает, что Дани в его жизни больше не будет.

«Ты не будешь общаться с этим мальчиком.»

Ему пришлось. Отец слишком перепугался за ту историю с убийством отца Кашина. Добило его то, что позвонила бывшая жена: мама Руслана, рассказав о том, что это был отец друга Руси. Такой звонок заставил приехать из Москвы, чтобы забрать Руслана. Зачем? Тушенцов бы рано или поздно рассказал об этом, конечно же, так думал только отец. Он заставил оборвать с этим парнем все связи, а в Москве подключил шантаж, когда увидел Тушенцова под тяжёлыми препаратами.

«Ещё один вопрос по поводу Кашина — твоё дело будет подписано. Рехаб или интернат будет ждать.»

Рус не знал, не видел, не понимал, что его все это слишком сломало. С виду его считали ебаным психом, который умеет отдыхать. На деле он оказался ебаным трусом, который пытается спрятаться от прошлого в наркотиках. Взгляды косые от прохожих, вечное нежелание встать с кровати, постоянное желание покончить со всем этим, покончив, в первую очередь, с собой. Он хотел умереть. Как же, блять, это глупо, да? Когда желание смерти появляется из-за того, что какого-то одного человека стёрли из твоей жизни. Будто бы причина слишком глупа, но в то же время, плата за потерю человека собственной жизнью — это пиздец мелочно. Тушенцов действительно так думал. Может потому, что это Даня? Даня ведь заслужил больше какой-то одной жалкой смерти, гораздо больше.

«Я не понимаю, чего тебе не хватает. Бабки даю, делаешь то, что хочешь. Схуяли ты ноешь по какому-то бедному пацану?»

Потому что это Даня. Парень, который был всегда на стороне Руслана. Даже тогда, когда Тушенцов заслуживал минимум смерти. Человек, который смотрел только в его сторону и было плевать, что справа могло находиться что-то, что изменит жизнь. Кашин всегда был особенным, вечно рядом. Был готов прийти даже зимой ночью, если у Руса сильный тик, а мама никак успокоить не может. Данила был тем, кто эти тики всегда успокаивал... И только у него получалось это сделать быстро. Неужели Тушенцов всегда смотрел на рыжего не так, как на друга? Может и чувства были другие, но он и не думал, что это дело в ориентации.

⋆⋆⋆⋆⋆

★Рваная дыра — Свидетельство О Смерти★

План был полностью переработан. Давид встретил рыжего, который был весь на нервах, хоть это и слишком слабое объяснение. Кашин места себе найти не мог. Через каждый второй вопрос начинал кричать и возмущаться, постоянно держался руками за голову, а голубые глаза бегали из стороны в сторону. — Едем к Соколу. — Твёрдо говорит Данила, заставив Давида прийти в полное непонимание. — Зачем? — Логичный вопрос. — Мы не знаем, где Руслан. Сокол знает это сто процентов. — На вопрос пришёл тот же логичный ответ. Риски были велики, но кому не плевать, если не Дане? Деймуру оставалось только смириться и согласиться. Машина Давида была воспользована в очередной раз. Брюнет был за рулём, ведя черную тачку к нужному месту. Кашин сидел в телефоне и что-то рассматривал в картах. Был уверен, что место где-то далеко, а подозрений, где оно может быть, как на зло не было. Приехали те слишком быстро к привычной базе. Единственный минус — нет с собой оружия, блять. Придётся выкручиваться без припугиваний. Тяжёлые шаги без замешательств вошли в знакомые стены, сразу обращая на себя чужое внимание. Этих ребят никто и никогда не трогал из шестерок, если не было приказа. — Сокол. — Твёрдый слог Дани заставляет обернуться мужчину, который сидел на своём привычном месте в другом отсеке помещения. — Что за люди? — С ухмылкой говорит кавказец. — Где папашка его? — Продолжил Даня без задней мысли, начиная подходить все ближе. Давида оставил за собой, указывая рукой, чтобы он стоял на месте. — Пришёл защищать? Увы, не здесь. — Тот улыбается паршиво, протягивая папиросу к губам. — Поедешь с нами. Зачем? Да так, выгода же нужна тебе, да? — Теперь в улыбке расплывается Данила. — А тут и возможность есть опустить того, кто выше. Разве тебе это не по нраву? — Выговаривает Данила сладко, а рука по красному дереву стола скользит. — Если отказ, то я ухожу из этих дел. — Смотря на тебя в такие моменты, я понимаю, что пропустил момент в твоём обучении. Ты вырос на советах не так, как другие, а с целью стать выше меня. Поздравляю, может и стал по чести, но не по знаниям других. — Монотонно твердит Сокол, поднимаясь со своего места. Какое-то мгновение и из-за пазухи он достаётся пистолет фирмы Cabot 1911 года. Айсберг пустил трещину, но вида не подал даже в тот момент, когда дуло было приблизительно наведено ко лбу. Ощущение, как сплав металла обжигает кожу, появилось сразу же, после соприкосновения. — Вот сука... Как я давно хочу тебе бошку прострелить.. — Шепчет мужчина, следом спуская оружие к рукам с веснушкам. — Да слишком ты полезен. — На выдохе он добавил, оставил оружие в руках Дани, начиная обходить стол. — Мы едем с вами. Но это последний раз, как я иду у тебя на поводу. Казалось бы, что победа сегодня на стороне Дани. Дорога занимала чуть больше часа. Нервы начинали подводить, а состояние ухудшаться. Что будет, если они опоздали? Увидит тело с татуировками в луже собственной крови, а дальше жить как? Для Дани никак. Две машины были оставлены дальше самого здания, которое находилось не в лучшем состоянии. Давид шёл позади Сокола и рыжего, вечно присматривая за шестёрками. Серьёзные парни, но если их сравнивать с Даней, то те отпадают напрочь. Двери открываются, а внутри стоят двое мужчин. Они увидели Сокола, впустив по своей глупости, ибо Сокола привыкли уже видеть. — Надо бы своим ребятам поменять принципы входа. — Бубнит кавказец, делая вывод, что сам может оказаться в дальнейшем под опасностью. Вид открывается на сумрачное помещение, в одну из стен бьётся свет телевизора, обтекающий фигуру. Кашин понял сразу же, что это Тушенцов. Теперь идёт все по плану. Не хотелось пачкать руки, не хотелось убивать в какой раз подряд, но хотелось просто к Руслану. Сокол принял положение гостя, позвав Тушенцова старшего, что был удивлён визиту. Шестёрки пошли за ними, а это было привычным в таких встречах. Давид и Даня смогли тихо проскочить вдоль стены, начиная по темным углам перебегать к нужному месту. Наконец-то они сзади Руслана. Деймур остался на стреме, пока Даня тихонько подошёл к одному смотрящему. Рукоять пистолета прилетела глухим ударом по виску, а следом тело упало на пол, заставляя Тушенцова в испуге обернуться. — Молчи. — Шёпотом выговаривает Даня. Тон недовольный до ужаса, тут и гадать не нужно, почему так случилось. Шустрые руки развязали толстую верёвку на ногах и руках Руса, а следом голубые глаза уловили картинку того, что крутили по ноутбуку. Пробило током. — Сколько? — Единственный вопрос, который задал Тушенцов полушепотом. Голос дрожит, а уставшие глаза пытаются найти в Дане что-то прежнее. В очередной раз. Опять ищет старого Даню перед собой. — Русь, тише, окей? Я отвечу на все, когда ты в безопасности будешь. — Шепчет Кашин, воздух выгоняя из лёгких. Из стороны показались шаги и разговоры, а следом выстрел. В голове один вопрос: кто кого? Сейчас от этого зависит их жизнь. Деймур сразу спрятался за колонну, а Даня заставил Руслана пригнуться. Сам поднялся, начиная обходить колонны, высматривая происходящее. — Договор был договором. — Говорит Тушенцов, смотря на одного из своих ребят без дыхания. Сокол припугнул чужой жизнью. Слишком жестоко так ими играться. — Договор был иным. Ты не должен трогать моих. — Говорит кавказец, наводя прицел к ногам отца Руслана. — Мой сын не причастен к тебе. — Отвечает спокойным тоном. — Причастен к Лилу.

★Что для тебя красота? — Масло черного тмина★

Тишина. Оба мужчины замолчали, когда к ним медленным шагом вышел Данила. Топот разлетался эхом. За этим наблюдал Руслан. Раньше он не понимал пиздеца того, с кем он так нагло ругается без причин. Сейчас он осознает, что Данилу не за зря решают обходить. Смотреть на его холодное отношение к происходящему... Да даже на мелочь, что он от выстрела не вздрогнул... Все даёт открыть перед собой другого Даню. Не того, кто будет по утрам терпеть истерики, а того, кто за неверное действие сможет стать виновным, получив приговор. — Лил. — Строго говорит Сокол, на что рыжий усмехается. — Лил? — Переспросил старший Тушенцов, в улыбке расплываясь. — И вам добрый вечер. Не думал, что познакомлюсь с отцом лучшего друга в таких обстоятельствах. — Спокойно цедит, руки в карман убирая. — Руку жать не буду, вы уж не обессудьте, но красноперых не уважаю. — Данила плечами жмёт, начиная объект внимания обходить и со всех сторон нагло рассматривать, плечом двигая шестерок, которые мешают. — Мой сын зря за тебя волновался... Как отец ты не стал, стал ещё лучше... Значит и смерти заслуживаешь достойной. — Нагло протягивает, на какой-то момент заставляя задуматься. — Мой отец спился. — Это так мать с Русланом говорили? — Что? — Так мой сын не рассказывал? И Сокол тоже? — Лил, игнорируй. — Высказал Сокол, внушая очередную дозу равнодушия в происходящее. — Его убили за собственным домом. Заплатили, чтобы вывели ложное подтверждение смерти. Руслан об этом знал изначально, но так волновался, что это по тебе ударит, поэтому и молчал, как трус... — Продолжает вытягивать старший, осматривая то, как мимика Кашина напрягается. Руки с веснушками достали оружие, которое отдал Сокол ещё на базе. Покрутил парень рукоятью в руках, следом на голову его навёл. — Забавно выходит. Думаешь, что этим задеть сможешь? Я не твой сын, которому достаточно о чем-то напомнить, так тот в спячку впадет. — Ухмыльнулся Кашин, заменяя все эмоции жалкой маской самоуверенного уебка. — Думаешь, что он так прост? Он ради денег слил твоё имя в сеть, твоё лицо и личность, под псевдонимом "Лил". — Усмехается с оскалом, что заставляет передернуться на ходу. — Думаешь, что я его плохо знаю? Это самое простое, как он мог мне мстить. — Рыжий в улыбке растянулся, а следом прицел в пол спустил. — Сокол, он на тебе. Без убийств. Сделай так, чтобы он не появлялся больше. Ты умеешь. Тушенцов старший с полным недопониманием осмотрелся. Что? Почему? Это не должно было быть так. Было два исхода, а Лил из всего нашёл третий вариант, начиная покидать место и держать свой путь к шатену, которого Деймур аккуратно поднимал со стула. — Всё путем? Кого хлопнули? — Сразу по делу говорит брюнет. — Шестёрку. Сокол разберётся, мы можем идти. Не обещаю, что я в безопасности и без долгов, но это не впервые. — На последней фразе тот усмехнулся, забирая из под рук Давида Руса, немного придерживая того за талию. — Ты больше в этом не участвуешь.. — Тихо говорит Руслан на ухо Дани. — Не командуй мной. Это мой доход. — Грубо отчеканил рыжий. Этот агрессивный шепот сразу привлёк внимание Давы, который решил немного послушать их диалог, идя сзади. — Либо ты бросаешь этот пиздец, либо я ухожу навсегда из твоей жизни. — Даня замолчал на несколько секунд. Прочистил горло, слегка поправил свою руку на талии Руса, чтобы ему удобнее было. — Я понял. — Краткий ответ, который заставил шатена нахмуриться и обернуться к рыжему. Вопрос был написан на лице. — Я брошу эту хуйню. Только не еби мозг, трахай его, когда домой придём. — Шатен, чья рука была закинута на плечи Дани, провел ладонью по задней части чужой шеи, оставляя сильный след от щипка. Он получил порцию недовольного мычания, а следом почувствовал, как кожа талии сжалась болезненно. — Бля, сорян, конечно, что вашу тихую ссору перебиваю... Но... Дань, ты на мой вопрос тогда не ответил. Вы тип друзья или че? — Говорит Деймур, начиная выравнивать шаг с ними. — Мы?..— Рыжий на Руслана посмотрел, который свой взгляд к ногам приклеил. Понятно, вылезает из пиздеца сам. — Друзья, а че? — Да так... Забей. — Отмахнулся, чтобы глупым не казаться. Ребята уже дошли до машины. Кашин сел назад вместе с Русланом, который был овощем, что и ожидалось. Попробуйте двенадцать часов смотреть на запись, где рядом с трупом близкий стоит. Не просто стоит. Этот "близкий" и убил. На месте Руса можно смело сходить с ума. Начинать терять смысл времени, начинать бояться каждого, а Даню первым. Только сейчас Тушенцов прижимается к чужой руке, пачкая одежду своим кровавым лицом, и ни о чем не думает. Рядом живой Даня. Рядом его спокойствие и защита.