логово дьявола

      Марк не успел открыть глаза, как почувствовал сильно прогнувшийся матрас от тяжести чужого тела. на краю сидел переживающий Даня, который совсем не ведает, что произошло вчера.       —проснулся? — шепчет рыжеволосый и смотрит намокшими глазами на друга, — Маркуша...       Маркус резко глаза открывает и пытается понять всю суть происходящей драмы, но вчерашний вечер заиграл в голове слишком красочно — воспоминания резко нахлынули на его голову, из-за чего он ладонью к виску прижался и болезненно зашипел. побочный эффект из-за успокоительных.       —расскажи мне, пожалуйста, что случилось вчера? мне неспокойно из-за всего этого, — просит Даня и носом шмыгает, берет чужую ладонь в руку и разглядывает круглый ожог, из-за которого явно останется шрам, — я прошу тебя...       темноволосый поднимает корпус с кровати, потирает глаза, снова утопая в мыслях о том, какой же он ничтожный. не хотелось даже пытаться что-то объяснять. он ведь знает, что каждое слово на счету — он не будет рассказывать о своих чувствах. ни за что.       —Егор сказал, что это очень важно, — добавил парень, продолжая сжимать ладонь друга своими. он тяжело дышит, губы поджимает и старается не разрыдаться, но Марк слишком тонко всё чувствует, — я хотел бы знать правду...       —нет, Дань, — отрезает Марк и выхватывает свою руку из его нежной хватки. сердце пропустило удар, глаза начинают слезиться от душевной боли и тоски, — я не могу рассказать этого. прости меня.       —но... почему, Марк? — спрашивает отчаянно Даня, встаёт с кровати и не может больше держать своих эмоций: слезы стекают по щекам, руки разошлись в сторону в немом вопросе, который так волнует рыжего, — мы же друзья...       —тебе не нужно этого знать. я не смогу поменять свое решение. прими это.       Маркус встаёт с кровати, смотрит на огорчённого друга, не может мимо пройти — подходит и большим пальцем слезу с щеки стирает, а потом уходит.       звук закрывшейся двери стал последней каплей для эмоций Данилы. он упал на свою койку и заплакал навзрыд.       —в чем же я провинился?... — заплетающимся языком пробурчал Даня, обнимая себя за плечи.

***

      после этого разговора парни не могли общаться как прежде — их общение сошло на "нет". Даня постоянно смотрел на Маркуса, пытался понять причину его резкой замкнутости, но ответа так и не сыскал. он по-прежнему уходил по ночам к Руслану, учился и вечерами сидел на своей кровати. но теперь никто не подходил, никто ничего не спрашивал и не проводил с ним время за разговорами, как раньше.       от этого было невыносимо больно и плохо. Данила пытался выведать информацию и у Руслана, и у Егора, но оба ничего не говорили. а Рус так вообще злился от этих вопросов бешено, чем пугал своего парня до мурашек.       всё произошедшее было для него загадкой, какой-то страшной тайной, в которую его не хотели посвящать.

***

      Марк чувствовал себя никем — смысл жизни угасал с каждой минутой, сердце скулило от душевной боли, лёгкие сжимались внутри и умоляли об очередной дозе никотина. одной пачки теперь не хватало и на день.       он не мог терпеть это состояние. ему казалось, что земля скоро уйдет из-под ног и заберёт его навсегда в свою жёсткую влажную почву, зароет в самые глубины, укроет от всех проблем и переживаний.       Маркуса просто не станет.       без Дани каждый день был скучным и однообразным, лишь внутренняя кровоточащая рана напоминала об их дружбе и нормальном общении. и ведь можно было все вернуть, стоило только Маркусу подойти к Даниле и рассказать правду о случившемся, но он не может так поступить.       его чувства — его проблема.

***

      Марк идёт по заснеженной улице в сторону магазина, вдыхая дым уже второй сигареты. прошло всего какие-то жалких десять минут. в наушниках играет что-то грустное, невыносимо тоскливое. но Маркусу нравится.       темнота безлюдной тропинки обволакивает его тело, толкает внутрь своей черноты. он вдыхает морозный воздух полной грудью и умоляет чернеющее небо о пощаде.       тлеющий фильтр обжигает пальцы, но парень это нагло игнорирует, останавливаясь на одном месте. ноги подкашивались от душевной невыносимой боли, которая грызла его изнутри. ему ничего не хотелось — только оказаться в объятьях своего близкого друга, которого по своей же вине теряет.       —эй, Маркус, — слышит он из-за спины, кидает окурок в снег и поворачивается. его мигом окутывает страх.       в метрах десяти от него стояла небольшая компания из человек шести, которую возглавлял Руслан.       «только этого не хватало...»       брюнет подходит к своей жертве с животным оскалом и разглядывает трясущиеся то ли от страха, то ли от холода тело. смотрит своими жестокими и кровожадными глазами, чем заставляет сердце остановиться на мгновение.       —ты меня не понял в прошлый раз? — спрашивает Руслан и снова кладет ладонь на чужое плечо. да, Марк боится, но не как в тот раз — его чувства притупились ещё несколько дней, так что этот тип не сможет сделать его день ещё хуже.       хуже уже некуда.       —я не общаюсь с Даней, как ты и хотел. что тебе ещё от меня надо? — грубо, язвительно вылетает из уст Марка, который злобно раскрыл свои глаза и согласился сыграть в эти сомнительные переглядки.       —он спрашивает меня о тебе, о причине нашего конфликта, — перечисляет Руслан, а Марку даже полегчало немного. им ведь правда интересуются? правда все ещё переживают? — мне это не нравится.       —а мне похуй, — на выдохе протягивает Марк с истеричной усмешкой, замечая, как лицо Руслана резко нахмурилось от накатывающей злости, — я не стал ничего ему рассказывать, можно было и спасибо сказать. мне хуево после всего произошедшего, — словно исповедуется Маркус, на минуту забывая о том, кто перед ним стоит, — хочешь, чтоб не спрашивал? придумай как это сделать сам, без моей помощи. ты мне никто, чтоб я тебе помогал. тем более в попытках окончательно лишить меня лучшего друга.       —следи за словами, сволочь, — шипит Руслан и резко замахивается, ударяя Марка в печень. он скручивается, хватается руками за живот, но молчит и стойко сдерживает звуки боли внутри, — он тебе больше не друг, так что ты будешь делать то, что я тебе скажу. я не шутил насчёт черепа в прошлый раз, или так любишь моего парня ,что готов стать деталью его интерьера?       Марк еле держится, хрипит болезненно. голова идёт кругом, вся его внутренняя сила рушится и собирается заново. он резко выпрямляется, продолжая свой душевный монолог:       —я никаких попыток в его сторону не делал, никогда ни на что не намекал. я относился к нему как к другу до последнего, не желая осознавать элементарной правды. думаешь, мне хорошо от своих чувств? да нихера подобного! я бы с удовольствием хотел избавиться от них, лишь бы не чувствовать то, что сейчас во мне.       —мне плевать, что ты чувствуешь, — громко отрезает Руслан и толкает Марка на холодный снег.       руки краснеют от холода, трясутся противно, но кончиков пальцев парень уже не чувствует.        Руслан нависает над ним как опасное чудовище, желающее растерзать свою жертву на части. Марку откровенно плевать на то, что он с ним сделает — внутри лишь отчаяние.       —я очень мягко в прошлый раз обозначил тебе твое место. ты меня так и не понял, сука, — рычит озлобленно Рус, усевшись на корточки перед Марком, — ещё и имеешь наглости спорить?       —да пошел ты на хуй! — вырывается громкое из уст Маркуса, которого на слезы в очередной раз пробивает. очень хотелось снова закурить, хоть десять ожогов оставить на своих руках — лишь бы боль его утихла.       —зря ты это сделал, ублюдок, — вкратчиво, но ясно произнес Руслан. эти слова Марку не дали ничего. абсолютно. он сидел на холодном снегу и ждал, когда весь этот ад закончится. — пацаны, быстро сюда!       группа людей быстро оказалась над несчастным телом убитого горем Маркуса. он смотрит на них исподлобья, проклиная своим взглядом, пока по лицу не прошелся первый удар подошвой ботинка. он оказался полностью на снегу, сжался, пытался скрыться от следующих ударов, но их было слишком много.       он кряхтел, кашлял и трясся от боли и холода. кровь сочилась из ран и его рта, сердце бешено билось в груди и умоляло остановить этот ужас.       но Марк не мог сопротивляться. лежал и принимал каждый удар на свое уставшее тело, уже не считая их количество. он слышал смешки, тяжелое дыхание толпы, но не сопротивлялся — он был бессилен.       они резко отходят от него. Руслан смотрит на окрасившийся алым цветом снег и ухмыляется.       —теперь ты мне не помешаешь, — высокомерно, в какой-то мере мечтательно говорит Руслан, хватает Маркуса за капюшон и заканчивает человеческие мучения решающим ударом по лицу. Марк упал на снег без сознания. никто проверять ничего не стал.       все ушли, оставляя израненного парня на плюшевом одеяле январского снега.

***

      Даня движется медленно, неосознанно. снег хрустит под ногами его зимних ботинок, но эти звуки проходят мимо его ушей. он смотрел в пол до самого конца пути, потому что поднимать глаза не хотел.       хотел верить, что все это сон. что все не так, как он сейчас думал.       но это была реальность.       над его головой летают вереницей огромные хлопья снега, буря бушевала, отчего увидеть что-то дальше пары метров не удавалось. но Дане плевать на снег, плевать на бури и морозы.       он поднимает свой опустошенный взгляд на свежую могилу, которую не так давно начало засыпать сверкающим от света снегом, рядом с памятником лежат замёрзшие и померкшие гвоздики, которые Даня каждый день носит на это место.       каждый день по две штуки.       он усаживается напротив и ещё раз разглядывает лицо своего друга — такое холодное и безразличное, но сейчас он знает, что это лишь маска, обман чужого рассудка.       Данила понял это слишком поздно. понял, когда Егор в порыве злости и истерики выкрикнул судьбоносную фразу:       «—он, сука, любил тебя! а ты ничего не замечал, потому что был занят любовью к убийце! это и твоя вина, Даня. ты убил в нем всё живое. живи с этим до конца своих дней...»       Даня достал из кармана куртки бутылку коньяка, открыл и сделал несколько глотков залпом, желая спастись от вечного и терзающего его душу чувства вины.       —прости меня, Маркуша. я... так виноват перед тобой, — начинает мямлить Даня, стирая рукавом пуховика сказывающиеся слезы, — ты всегда был рядом со мной, но я, по всей видимости, был далеко от тебя. я не ощутил того тепла и трепета, что излучался с твоей стороны. я не смог тебя спасти...       вихрь усиливается, огромные снежные хлопья противно врезаются в щеки. Даня плачет и говорит, стараясь вымолить прощения.       —я ужасный человек. я не достоин был быть твоим другом. про партнёра я вообще молчу... ты был достоин лучшего, но я всё испортил... я снова всё испортил, но как мне жить с тем, что я сделал с тобой? каждый день он приходит и молит о прощении. но он больше не услышит ответа на своё «прости». ведь его собеседник бездыханно спит под землями могилы..