Роман с привкусом смерти

Диклеймер!!!

Тут некоторые спойлеры на 4-5 сезоны аниме или же с 57-главы манги. Кто вдруг не знаком, будьте готовы. Кто читает без знания канона, простите, будут некоторые непонятки, но по чуть-чуть буду стараться прояснить ситуацию. Также для лучшего понимания того, насколько сильно я откорректировала канон, можете заглянуть в тг по ссылке в конце, там отдельный пост с пояснениями.

Red Sex

Vessel

02:57 ───────●─── 04:45

◁ㅤ ❚❚ ㅤ▷

      Перевернуть мир с ног на голову? Обычный вторник в Йокогаме. Бэцумия поняла, что за этот внезапный отпуск она получит по шее, стоило увидеть в сводку новостей. Был пойман грозный преступник, бывший мафиози - Дазай Осаму. Внезапное раскрытие всех грехов этого суицидника? Каким образом мафия это допустила? Каким образом Мори Огай это допустил? Из пятиминутного разговора с Накахарой стало ясно, что грядут серьёзные проблемы, ведь важный сообщник Портовой мафии был повязан правительственными структурами. Возможно, всë бы и закончилось переживаниями о том, чтобы не раскрыли ещё какие-нибудь тëмные дела организации, но шоу только начиналось. Буквально через пару дней на всю Японию прогремел очередной громкий заголовок: «Вооружённое Детективное Агенство объявлено террористами». Уже через несколько часов те были объявлены в федеральный розыск. Девушка чуть не подавилась чаем, что пила в тот момент, когда на экране телевизора увидела знакомые лица. Новость звучала бредово и сюрреалистично. Бросилась ли она в очередной раз звонить Накахаре? Конечно. Только тот не отвечал. Дозвониться вышло до Аварон, что сказала лишь сухое «Он занят» и бросила трубку. Новостные каналы не затихали ни на час, а Сумико, как одержимая, их мониторила, практически не выпускала телефоны из рук, даже во время важных деловых встреч, которые конечно никто не отменял. Хотелось всë бросить и поехать в Йокогаму. Так и сделала бы, не получи она, наконец-то, короткое голосовое сообщение от Чуи, где тот чëтко сказал: Ч:»  ▷ ───────●─── 0:15 Всë под контролем, Сумико. Сиди там и не рыпайся. Поняла? Это приказ. Появишься в городе, и я тебе собственноручно путëвку на больничный оформлю.

(╥﹏╥ )ン »:

Приказ, есть приказ. Так и пришлось сидеть, несмотря на новости о теракте в Небесном казино; взрывающихся монетах; появлении одного из детективов на пресс-конференции; бунте в рядах полиции; создании нового антитеррористического комитета ООН; взрыве в аэропорту; объявлении чуть ли не третьей мировой; внезапно начавшейся вампирской эпидемии, в короткие сроки охватившей Йокогаму и ближайшие населённые пункты, в число которых входил, разумеется и Токио. За одну неделю мир сошëл с ума. За одну неделю произошло столько всего, что прежнее мироустройство потерялось навсегда. И дураку было ясно: как раньше уже не будет.

***

      Девушка бежала по лестнице сломя голову, пока не врезалась в кого-то на повороте. — Эй-эй, осторожнее. Бэцумия, куда так мчишь? — остановил еë короткостриженый парень. — Масаши-сан? Чëрт, прошу прощения. Не знаете, Накахара-сан у себя? Он не отвечает на звонки, даже сообщения не читает уже несколько дней. Я... я... — тараторила Сумико хватая воздух ртом. — Спокойно, он на задании. Вернëтся со дня на день. — видя встревоженное состояние девушка, Масаши по-дружески похлопал еë плечу и положив руку на спину, слегка подталкивая, стал ввести вверх по лестнице, куда она и направлялась,— Всë же из Франции добираться долговато, да и воздушное пространство ещё не то чтобы открыли. — Откуда? Франции? — переспросила одарëнная, думая что ей послышалось. — Ну да. Его же вытаскивать Дазая отправили. Расслабься, и не из такой передряги вылезали. — Блеск... Ладно, а Акутагава? Он же по-любому здесь. Надо хоть перед ним засветиться, а то точно меня прибьëт... — Кхм... — кашлянул парень в кулак и сильно замедлился, перед тем как свернуть на следующий лестничный проëм. — Кхм? Что значит «Кхм»? Только не говорите, что он меня искал... — Акутагава-кун... Его нет — негромко произнëс Ока. — Ладно, зайду завтра. Чего так мрачно? Вы меня даже почти напугали. — Ты не поняла. Акутагава мëртв, Бэцумия.

***

      Одарённая случайно услышала о том, что парень вернулся и сразу же ринулась к нему. Она настойчиво жала кнопку звонка знакомой квартиры. Дверь открылась и там стоял он - еë Чуя. Немного помятый, с уставшим взглядом, но живой и вроде здоровый. К глазам сразу начали подступать слëзы, но прежде, чем парень успел их заметить... — Придурок! Бэцумия отвесила пощёчину, что наверняка была бы звонкой, если бы не перчатки на руках. Накахара молча принял, сдержал свои боевые рефлексы. Хотел что-то сказать, но она не дала. — Как ты мог согласиться на этот бред?! Почему ты не отвечал мне? — злость быстро сменилась на горечь, на ручей из слëз облегчения. Девушка сделала шаг вперёд и накинулась с объятиями. — Я так за тебя беспокоилась... Я думала, что с тобой что-то случилось...что я больше тебя не увижу... Она говорила это уже плача, прижимаясь как можно сильнее, утыкаясь в шею и вдыхая запах его тела. Чуя обнял её в ответ, крепко прижимая к себе: — Прости. — совсем тихо, практически ей на ухо. Секундное облегчение как рукой сняло, стоило услышать тягучий голос этого человека. — Оу... Какие страсти, — из дверного проёма кухни, хромая вышел Дазай Осаму. — Надо же, Чуя... Не ожидал. Хотя... — он сделал паузу, с ленивой ухмылкой скользнул взглядом по Сумико, что всё ещё прижималась к Накахаре. — А у вас прям любовь или просто тр... — Съеби на кухню и пей свой ебучий чай, пока я тебе вторую ногу не сломал. — гневно бросил парень, немного расслабив объятия. — Чего бесишься? — с той же самой улыбкой протянул Осаму, но всё же развёл руками и скрылся обратно — Мог бы и рассказать старому другу. Бэцумия продолжала держаться за парня уже только ради того, чтобы не сорваться и швырнуть что-нибудь в эту самодовольную рожу. — Какого хрена он тут делает?! — шëпотом спросила девушка. Она и не скрывала то, в каком сейчас бешенстве. Вероятно это был худший вариант свидетеля данной эмоциональной встречи. Хуже только если бы сам Огай стоял тут, вальяжно попивая чай. — Не начинай, — устало бросил Чуя, расцепил объятия и провёл ладонью по своему лицу, будто стирая остатки эмоционального перегруза. — Мы только-только вылезли из всей этой французской задницы. И его пока тупо некуда деть. Ты же знаешь, он теперь в розыске. Мафия – единственное место где его не пустят по кругу. Пока что. — парень недовольно глянул в сторону кухни — Я и сам не в восторге. Хочешь возьму и выкину его в окно с чайником в зубах. — Я хочу научиться путешествовать во времени, чтобы вернуться на пять минут назад и не звонить в этот грëбаный звонок. — сквозь зубы процедила одарëнная. — Вышвырнуть? Разве что с вырванным языком и без рук. Хотя проще убить, ибо даже так этот гандон найдëт способ проболтаться. — руки так сильно сжались в кулаки, что ногти даже через ткань перчаток оставляли следы. — А про «французскую задницу» мы ещё поговорим, будь уверен. Ибо я, блять, не понимаю каким хреном ты на всë это согласился. — У меня не было выбора, но, Сумико, всё обошлось. Я здесь. Перед тобой. Не в мешке и не в урне. — твёрдо произнёс Накахара, держа девушку за плечи, словно надеясь её вразумить. "Не в мешке и не в урне... Ну спасибо, блять, что сделал такое одолжения. Для полноты картины ещё не хватало чтобы ты помер..." — Я пойду домой... На работе увидимся... — уже без злобы, просто устало сказала Бэцумия. Она не дала ни поцеловать, ни обнять себя на прощание. Просто ушла. Даже дверью не хлопнула, а аккуратно закрыла. Выйдя из подъезда не выдержала, села на обочину близлежащей дороги и упираясь локтями в колени, закрыла лицо руками. Сумико не плакала, скорее нервно посмеивалась, обрабатывая в голове весь абсурд произошедшего только что и в целом за последние полторы недели.

Внутри торгового центра сработала тревога. Толпа людей с визгом бежала куда-то. Сумико вместе с кузиной выглянули из ювелирного бутика. На их глазах человек обратившийся в вампира набросился и прогрыз шею случайному парню, чей бег оказался недостаточно быстрым.

— Софи...

Малейшего шороха хватило чтобы вампир обратил на них внимание и бросился в их сторону. Девушка откинула заражённого ногой. Хотела уже бежать, но накинулся свежеукусанный и сработали её рефлексы. На глазах Акане, Бэцумия убила человека. То что когда-то им было.

Акутагава мëртв. Тачихара оказался засланцем из «Ищеек», эспером, так теперь ещё и бесполезным из-за повреждëнных во время боя глаз. Под руинами аэропорта десятки, если не сотни людей. Куча рядовых из мафии полегли, будучи убиты в обличии вампиров, порой своими же. А ей пришлось их собственноручно кремировать, из-за чего ходила с почерневшими до ключиц руками, пряча всю эту красоту под длинными рукавами и перчатками, несмотря на душную погоду. И жизнь Хиноде накидывала своих забот. И этот чëртов Дазай на кухне. И дождь полил, предзнаменуя очередной дождливый сезон. Бэцумия не стала пользоваться даром, даже с места не двинулась, продолжая сидеть на ступенях, только теперь ещё и мокрая до нитки. В голове словно щëлкнул тумблер и ничего уже не хотелось, кроме того чтобы раствориться под этим дождëм подобно сладкой вате. В еë голове это выглядело как чья-то злая, идиотская шутка. Ведь только-только жизнь начала налаживаться... Почему «концы света» вечно так не вовремя?

///

      Дверь закрылась тихо. Чуя не пошёл за ней. Стоял секунду, две, три. Потом медленно выдохнул и развернулся. На кухне всё ещё сидел Осаму. Поза расслабленная, но глаза - внимательные, цепкие, как у хищника. Он отпил из своей кружки, будто ничего не произошло, и ровным голосом, каким обычно комментируют погоду: — Нельзя сказать, что встреча прошла в тёплой обстановке. Накахара прошёл мимо, прямо к приоткрытому окну, по пути взяв с полки мятую пачку сигарет. Достал одну, прикусил уголком рта. В карманах пусто. Взгляд не оторвался от улицы, даже когда из-за спины в полёте появилась зажигалка. Он словил её вслепую. Щёлкнул кремень, подожглась сигарета. Мафиози затягивал медленно, глубоко, наслаждаясь наконец-то появившейся возможностью покурить. Они долго просто молчали. До момента пока пепел не дошёл до фильтра. — Хоть слово про неё скажешь... Клянусь, убью. И это будет не тот способ самоубийства, который тебе понравился бы. — Эй-эй, полегче. Ты не поверишь, но я действительно удивлён. — Дазай на секунду замолчал, его губы изогнулись в кривой, узнаваемой ухмылке — Но не тем, что вы всё же влюбились по уши. А тем, что зная и понимая всю подноготную... — снова пауза, блеск в глазах, в голосе чуть слышное насмешливое притворное удивление — Подожди... Ты ведь ей рассказывал про Ф... Осаму не договорил. Как с цепи сорвавшийся, до боли сжимая челюсть, Чуя схватил пепельницу и швырнул её в него. Она пролетела в сантиметре от его головы и с грохотом врезалась в дверцу навесного шкафа. Звон. Посыпались осколки. — Завались. — сквозь зубы бросил Накахара даже не смотря на того кому была адресована фраза. — Ты как всегда сдержан в проявлении своих чувств, — невозмутимо заметил Дазай, неспешно поднимая упавшую ложку со стола. — И, как всегда, игнорируешь уроки жизни. — глоток чая и какая-то злая усмешка — Признаюсь, я буду ещё больше поражён, если по итогам этих страстей вы оба не подохнете. Чуя зло выдохнул носом, стряхнул пепел в пустоту под подоконником. Глаза продолжали смотреть сквозь стекло, по которому начали стекать капли дождя, обгоняя друг друга. — Да пошёл ты...

***

      Работа в мафии кипела. Словно пчëлы в улье, туда-сюда ходили сотрудники разных чинов, каждый занятый своим делом. Но даже вид бурной деятельности не мог перекрыть ту напряжëнную атмосферу с нотками траура. Бэцумия шла по коридору с кипой бумаг. Каблучки еë туфель привычно стучали по полу. Стук в дверь был глуше обычного, из-за перчаток, что слишком часто красовались на ней в последнее время. Около недели прошло с того вечера, а они так нормально и не поговорили, хоть и пересекались пару раз. Видимо не выдержав этой молчанки Чуя и вызвал еë к себе. — Вызывали, Накахара-сан? Кабинет встретил её тишиной и запахом табака. Чуя стоял у окна, спиной к двери, руки в карманах, рубашка небрежно расстёгнута на пару пуговиц. Он не обернулся сразу. Только спустя пару секунд, когда услышал щелчок замка. Взгляд на неё был прямой, пристальный. По всей видимости мужчина пытался считать её состояние. — Я даже не знаю, с чего начать, — честно признался он, проходя обратно к столу и указывая взглядом на стул напротив. — Так что просто... сядь. Пауза. Он провёл ладонью по лицу, потом положил локти на стол, сложив руки в замок перед собой. — Я не хочу, чтобы между нами оставалось всё это... дерьмо, что накопилось. И не знаю, в состоянии ли ты сейчас об этом говорить. Но если не сейчас, то когда? Сумико послушно прошлась до стола, положив на него бумаги, одëрнула чëрное платье и села. Поникший взгляд, вялые движения, приглушëнный голос. Вчера она прямо на лестнице свалилась в обморок. Не полетела кубарем вниз, только благодаря идущими позади сотрудникам. Она была истощена, то ли физически, то ли морально, сама не знала, но продолжала пытаться это скрыть от большинства. — Прости... Я просто не знаю, что говорить, кроме того, что это какой-то кромешный пиздец... Мозг всë ещё не до конца переварил даже просто факт того, что весь состав Ящериц вышел из строя, а Акутагава вообще... Бэцумия не смогла сказать слово «мëртв». Ну не складывалось это в цельное предложение вот никак. — Напомни, переговоры с правительственными блядями уже прошли или только намечаются? А с детективами? — Намечаются, — тихо ответил он, выпрямившись. — Завтра. После полудня. Будет комитет по делам одарённых, плюс, те, кто курирует последствия по линии вампиризма. Пидорасы хотят скинуть на нас ещё и пропавшего Брэма. Тц, всё лишь бы отвлечь внимание от того факта, что это их человек подверг миллионы людей опасности. — мафиози сделал паузу — А с Детективами... Всё мутно. После смерти Фукудзавы они как курицы без головы. Вопрос о передаче человека пока висит. Мори играет в великодушие, не торопит. Пока есть проблемы поважнее. Радует, конечно, что жертв не так много, но половина «живых» больше инвалидов напоминает, нежели нечто дееспособное... Да, лазарет мафии был забит. Средства утекали не только на чтобы поднимать на ноги сотрудников, но и на то, чтобы искать, исследовать потенциальные последствия для организма, после состояния «вампира». Для такой работки у Портовой мафии имелось своё подразделение мозговитых. Это было полезно, ведь не всю информацию по подобным делам публиковали в открытом доступе, нередко утаивая те или иные моменты. Также отсутствие правительственного надзора развязывало руки для более интересных, но сомнительных с точки зрения морали, экспериментов. Так называемые учёные, что работали под крылом организации, почти все поголовно были из гос.структур, но перешли на другую сторону. Сторону что практически не ограничивала их... «рвение к знаниям». — И ты, Сумико, выглядишь как одна из них. — продолжил Накахара — Честно. Ты хоть понимаешь, что ещё немного и тебя просто унесут из штаба вперёд ногами? У тебя, что семь жизней? Парень не кричал, но слышалось явное негодование. Вероятно даже не из-за неё, а в целом из-за обстановки, но Сумико приняла это на свой счёт. — Будто я сама прям кипятком ссусь от этого шквала работы. — голос был пропитан агрессией. — Мне никто не давал права выбора пахать на пределе или нет. Так же как и тебе ехать в Мерсо или нет. Приказ дали, я исполняю. Вот кстати, — резким движением она пододвинула кипу бумаг к части стола Накахары, — отчëты по пяти из них. — Одно из них ты сама на себя перетянула. Девушка стиснула зубы, в ответ на замечание. — Просто проявила сочувствие к человеку, что похоронил сестру. Чуя смотрел на неё молча, сжав губы в тонкую линию. Отчёты он не тронул. Просто сидел и дышал. Медленно и размеренно. — Я не упрекаю за Хакамару, — постарался он продолжать говорить спокойно. — Это благородный поступок. Молодец. Я упрекаю за то, что ты сгораешь, буквально, но игнорируешь данный факт. — он наклонился вперёд — Да, мы оба не выбираем. Да, приказы. Да, работа. Но, чёрт возьми, я хотя бы замечаю, когда начинаю рушиться. А ты... ты идёшь на износ, будто хочешь превратиться в пепел быстрее остальных. Зачем? Что тебе это даст? Мазохистка? В великие страдалицы заделалась? — Если бы я не уехала в Токио... — еë голос практически сломался, начав говорить эту фразу, пока руки теребили рукава любимого пиджака. — Даже, блять, не начинай нести этот бред. — жёстко отрезал Накахара, не дав ей закончить. Он с психу ударил по столу и встал с места, резко, так что рабочее кресло покатилось в сторону, чуть не упав. — Ты думаешь, что одна твоя задница в Йокогаме спасла бы Рюноскэ от гейзера из шеи, а полгорода от вампирского хаоса?! — Чуя ткнул пальцем в сторону окна, за которым был весь этот разломанный мир — Мы тогда все были не на своих местах! И ты, и я, и он. Весь чёртов мир стоял вверх ногами! Это не твоё дело и не твоя вина. Запиши себе, сука, на лбу и прочти сто раз! Не поможет, так я тебе всеку посильнее, может быть хоть так дойдёт. Его трясло от испытываемого гнева. Вновь отвернувшись он сделал глубокий вдох, пытаясь вернуть себе контроль над эмоциями. Сумико ничего не ответила. Глаза стеклянные, тело чуть вздрагивало, видно было, что снова строила из себя сильную, словно она вот-вот не расплачется. — Значит так — твёрдо заговорил Накахара и бросил девушке ключи, которые вытащил из ящика в столе — С этого момента у тебя выходной. Берёшь ключи и шуруешь ко мне. — Но... — Без «Но». Ноги в руки и идёшь отсыпаться. — он бросил на неё краткий взгляд через плечо, его голос слегка оттаял. — Я не готов терять тебя из-за твоей тупой самоотверженности. Смиренно вздохнув, Бэцумия сжала ключи в ладони и закинула в свою небольшую сумку. — А ты? Ты же придëшь домой? Не будешь ночевать на этом диване? — неуверенно спросила она, убрав за ухо прядь волос что вылезла из низкого пучка. — Приду. Просто доделаю пару вещей. Часа два, не больше. Потом буду. — Хорошо — одарённая встала со стула и направилась к двери. — И на всякий случай... Закройся на оба замка и шторы не открывай — с какой-то тяжестью проговорил парень, будто сам не верил в то что ему приходится говорить такое. — Разумеется.

***

      Бэцумия поужинала тем, что было в холодильнике и набрала себе горячей ванны. Ванна с пеной это точно то, в чём она сейчас нуждалась. Лёжа в тишине, с закрытыми глазами, она услышала щелчок двери, а затем знакомое: — Mon cher? — Я здесь. В ванной — крикнула девушка в ответ, да бы Накахара не беспокоился. Сумико услышала как закрылась дверь, как мафиози что-то там шуршал на кухне, увидела как тот встал у не до конца закрытой двери ванной, видимо не зная позволено ему или нет. — Чуя, всë в порядке, ты можешь зайти. — мягко, с улыбкой сказала одарённая. И он зашёл. Еë вещи были аккуратно сложены и лежали на тумбе. Рядом с ними подготовленные два полотенца, что она взяла из этой же самой тумбочки. Решила не тратить силы на дар и принять ванну как нормальный человек. Сумико была практически полностью погружена в воду. Из пены торчали лишь полусогнутые колени, плечи и голова. — Умница, что легла, — сказал он просто, по своему ухмыльнувшись. Прошёл до ванны и присел рядом на край — Дашь руку? Девушка нерешительно вытащила одну руку из воды и положила свою ладонь в ладонь Чуи. Нерешительно, ибо та была вновь почерневшей, примерно до локтя, а она знала, что парень будет ругаться. Потому даже ничего и не сказала, только губы сжала. Несколько долгих секунд молчания. Он крепче сжал её руку. — Больно? Бэцумия отрицательно помахала головой, а потом негромко заговорила: — Оно не сегодняшнее. Это накопительный эффект. Меня запрягли работой сразу как я приехала и вот с того самого дня у меня всë не получается дождаться момента, когда оно отпустит... Дело в том что... если этот процесс начался, то даже всякие мелочи вроде подогрева еды, которые обычно никак не влияют на меня, провоцируют увеличение площади этой черноты. Такие дела... — Сумико прижалась к борту ванны и положила голову на их скрепленные ладони. — Не хочешь ко мне? Мне кажется мы должны тут вдвоëм поместиться... — невзначай пригласила одарëнная парня к себе. Ей хотелось почувствовать его тепло, его тело. Пускай и было немного неловко ведь ранее они оба друг друга обнажëнными не видели, по понятным обоим причинам. На её предложение он не ответил сразу. Молчал, скептично взбросив бровью. Но потом, всё же не спеша начал расстёгивать жилетку. — Ты уверена? — всё же решил уточнить Чуя. — Уверена. Однозначно ответила Сумико и немного отодвинулась от края ванны, сильнее подогнув колени. Она старалась не пялиться на Накахару, пока тот раздевался до конца. Когда он дошëл до трусов, девушка скромно отвела взгляд, пускай внутри и таилось желание разглядывать его тело с ног до головы. В целом, обычная для неë ситуация: хотелось одного, делалось другое. Чуя стал залезать в воду и Бэцумия чуть сильнее сжалась, да бы дать парню пространство просунуть ноги вдоль бортов. Когда он окончательно устроился, то она аккуратно расположилась спиной у него на груди и головой на плече. — Надеюсь для тебя не слишком горячо? — усмехнувшись сказала девушка то ли про воду, то ли обстановку. — Бывало и жарче. — в подобной ей манере проговорил Накахара, будто не он шипел пока залезал в этот котёл. Его руки обняли её под водой: одна обхватила за талию, другая легла на бедро, мягко поглаживая. Бэцумия слегка вздрогнула, втянув живот, но это скорее было как-то рефлекторно, неосознанно, нежели из-за реального чувства опасности. В конце конов, это же Чуя. Её Чуя. Последний человек на всей этой проклятой земле, кто сделал бы ей больно. И тем не менее, видимо парень уловил эту микро реакцию. — Ты в порядке? — Смотря насколько обобщающий этот вопрос. — она позволила себе положить ладонь на его костлявую коленку и пальцем вырисовывать очертания суставов. — Конкретно здесь и сейчас, да. В рамках последних недель, нет. Если в целом, то я уже и сама не знаю... Выбирай тот ответ, что больше нравится. — В таком случае выберу первый. Он чуть сжал её ладонь на своём колене. Потом коротко выдохнул сквозь нос, позволив себе расслабиться в этом тепле и покое, которых не было уже слишком долго. Даже если всего на вечер. — Ты знаешь, — заговорил парень через некоторое время тишины — я иногда думаю, что у нас какой-то дурацкий талант... выживать в любом дерьме. Но не жить. Мы как чёртовы гвозди в стенке. В той самой, которая разваливается, от которой отпадают куски... а мы всё торчим... Поржавевшие, но несгибаемые... — мафиози положил подбородок ей на плечо, продолжая обнимать одной рукой. — Да... Так оно и есть... Она умолкла, задумчиво глядя на их сплетëнные руки: его, с бледноватой кожей и ещё более бледным еле заметным шрамом на ладони, и еë, тонкой, чëрной, будто на ней плëнка из лечебной глины. — Забавная ситуация произошла тут недавно... Из-за этой черноты мне же приходится практически постоянно полностью закрывать руки, обычному люду то не известно о моей сущности эспера, так ещё и шрамы... Ну так вот, на днях одногруппница пришла с полностью покрытыми руками. Это были специальные перчатки для защиты от солнца, с охлаждающим эффектом. Но знаешь какая была моя первая мысль? Она что-то прячет, что-то скрывает, что-то произошло. И действительно произошло. Произошло лето. Даже не смотря на сезон дождей, уф-индекс достаточно высокий и если хочешь сохранить свою благородную бледность, будь добр защищать кожу. Она действительно что-то скрывала, что-то прятала, но это была безобидная забота о красоте, а не шрамы...синяки...или сжирающий тебя дар... Вот тебе и проф. деформация. Так странно порой осознавать насколько... более чистый остальной мир... Настолько что то, как одевается Хинодэ, для них признак скромности... — Он не чище, Суми. Он просто не знает сколько в нём этой самой «грязи» на самом деле прячется. — парень скользнул пальцами по её запястью осторожно, туда-сюда, будто хотел стереть эту «глину». Потом выдохнул, уткнувшись в шею. — У них иные тайны. Свои, менее мрачные. Но это не значит, что мы хуже. Просто... мы другие. — замолчал на секунду, а потом чуть усмехнулся — И честно? Пусть лучше ты будешь местами вульгарной в своей чёрной коже, чем какой-нибудь вылизанной картинкой из буклета по женственности. — Льстец. — хихикнула Сумико и немного изменила своë положение. Она перелегла так чтобы быть лицом к парню. Мыльная пена, пускай и начала понемногу оседать, всë ещё играла своеобразную роль цензора, скрывая собою бóльшую часть женского тела. Девушка переложила руки на плечи Накахары, прогнулась в спине так, что своей грудью и животом прижималась к мафиози. Лодыжки игриво болтались над водой. Через пену слегка проглядывали ягодицы. Бэцумия мягко поцеловала Чую, еле касаясь губ. Ответ парня не заставил себя ждать. Мафиози сжал её талию, чуть сильнее прижимая к себе, будто боялся, что она исчезнет, подобно растворяющейся пене. Пальцы прошлись по её спине вверх, по привычному изгибу позвоночника, заставляя затаить дыхание. То ли из-за горячей воды, то ли из-за накрывающего тело возбуждения, но голова становилась тяжёлой и думать было крайне сложно. Словно разум в тумане. Она и не подумала отстраняться, когда Чуя вновь соединил их губы в уже более уверенном поцелуе, держа её затылок. Покрылась мурашками, когда почувствовала как что-то твëрдое упëрлось в еë живот. Удивительно, но девушку это не отпугнуло, она была к этому готова, когда звала парня присоединиться к ней. В какой-то степени еë ещё больше будоражило от факта того как Накахара себя сдерживал, не позволяя себе лишнего, от того как на его лице сейчас читалось явное «блять...». Он крепко сжал челюсть, губы сложились в тонкую линию, глаза на секунду закрылись. — Не делай так... — хрипло, сдавленно сказал парень, откидывая голову назад — Не гляди так. Я ж не святой. — Всë в порядке. Сегодня можно — без лишних слов ответила Бэцумия, глядя на тот как дрожали его ресницы. Ладонь скользнула вверх, по ключицам, шее, легла на щëку, поглаживая скулы большим пальцем. Не святой, но выглядел сейчас ангельски прекрасно, пытаясь противостоять соблазну. Ей самой было не ясно почему, но почему-то от этого факта её собственное желание только возрастало. — Разве что не уверена что нам понравятся поцелуи со вкусом мыла...— говорила шëпотом, чуть посмеиваясь, прикасаясь своим тëплым дыханием к его коже. — Переживу. Одна рука медленно скользнула вниз от её лопаток, по талии, прямиком на ягодицу. Сумико пересела, поджав колени под себя, так что теперь грудь была выше уровня воды. Поднимаясь она шустро пробралась к парню за спину, всё же выдернула затычку, восприняв слова Чуи лишь как отговорку, чтобы не сбивать настроение. Вода зашумела, медленно уходя по спирали, унося с собой пену, тепло, остатки чужих слов и сомнений. — Скажи, если передумаешь... — прошептал Чуя ей в губы, перед тем как снова прижаться к ним, будто цеплялся за остатки самоконтроля, который всё ещё пытался удержать. — Конечно. — сказала она сквозь поцелуй, будто это что-то само собой разумеющееся, будто не она в прошлом месяце рассказывала о своëм иррациональном чувстве вины по этому поводу. Но сейчас Сумико была искренна в своих словах и действиях. Не из чувства вины или долга, а потому что ей самой хотелось. В коем-то веке. По крайней мере, ей так казалось. Накахара скользнул по её шее и плечам, взял её ладонь с почерневшей кожей и прижал тонкие пальцы к своим губам, игнорируя лёгкий привкус мыла. — Ты прекрасна — на выдохе произнёс парень, поддавшись вперёд, теперь уже к шее. Лёгкие поцелуи шли от линии ключиц, к мокрой коже у самого уха. Чуя не торопился, словно хотел запомнить её вкус, запах, каждый её вздох и трепет под его пальцами. Уловить её лёгкую дрожь, от накрывающей прохлады, по мере того как понижался уровень воды. Будучи мерзлячкой, без дара она и так практически постоянно тряслась как осиновый лист, а сейчас, когда тело разгорячилось от возбуждения, лёгкая смена температуры ощущалась острее. Хотя быть может дело было не только в этом, но и в странном ощущении дежавю, в момент когда мужские губы жадно сминали тонкую кожу шеи.

Прижимая девушку к себе сильнее, парень опустился к её шее, приступив к неспешным поцелуям, растягивая и смакуя их словно глоток вина на дегустации. Закрыв глаза, одарённая с наслаждением вдыхала запах пламенных волос, что сейчас были буквально у неё под носом. Она продолжала играть с локонами и прижимала голову Накахары к себе, когда его ласки стали более жадными.

В голове вспыхнуло воспоминание одновременно будто принадлежащие и не принадлежащее ей, оставляя странное послевкусие. — Сумико? — подняв взгляд к её лицу спросил мафиози, почувствовав что-то. — Просто холодно. Не оставливайся — мягко улыбаясь, шёпотом произнесла Бэцумия. Пока одной рукой она зарывалась в частично влажные мужские волосы, второй потянулась к ручке крана отвечающей за горячую воду. Крутанула её и сверху из зафиксированной душевой лейки потекла на них вода, окончательно смывая пену с тел. Он коснулся лбом её виска, ластясь как кот с прикрытыми глазами. Горячая вода текла по их телам, по изгибам, по следам прикосновений, а когда начала обжигать, то девушка повертела и ручку холодной. Пальцы сжали рыжие локоны сильнее, когда она почувствовала как мужская рука, что только что держала её ладонь, проскользила ниже по животу, затормозив добравшись до лобка с короткострижеными светловатыми волосами, контрастирующими с тёмной как смола шевелюрой на голове. Сумико не стала его останавливать, но и скрыть то, как у неë дыхание перехватило, не смогла. — Если будет некомфортно... хоть на секунду... — горячо выдохнул он прямо в кожу у её уха — просто скажи. Или толкни. Или... чёрт с ним, укуси, ударь. Тихое «угу» последовало в ответ и только после этого Накахара позволил себе продвинуться дальше. Сначала только лёгкие поглаживания, слегка касающиеся половых губ, клитора, внутренней стороны бедра и этого злополучного шрама. Девушка выгнулась в спине, итак прижатые к друг другу ноги, стиснулись сильнее плотно сжимая мужскую ладонь. Внизу играло то самое чувство, которое принято называть «бабочками в животе». Пристально следящий за её реакцией Чуя, оторвалась от женской шеи, на которой уже было красноватое пятно. — Всё ещё "можно"? — спросил он, почти шутливо, но голос выдал сдержанность смешанную с внутренней горячкой. — Нужно. — с придыханием ответила девушка, затем усмехнулась, находя забавным факт его лëгкой неуверенности. Словно балансируя эту его неспешность, она сама начинала чувствовать себя увереннее. На второй план ушли страхи и тревоги, навязчивые мысли о собственной порочности. Только желание и готовность стать его единственной. А мужчина был только рад. Проскользнул одним, а затем и вторым пальцем внутрь Бэцумии, губами словив её первый, приглушённый, но столь долгожданный стон. Он знал, что делает, постепенно погрузив пальцы полностью, до костяшек, начав плавные движения, слегка давя подушечками на стенки влагалища. Если бы Сумико опустила на него взгляд, то увидела бы какими пьяными, любящими глазами он сейчас на неё смотрел. Но она выбрала лежать у него на плече, сладко мыча на ухо. И по всей видимости это было выше его терпения, ведь и пары минут не прошло, прежде чем он остановился. — Пойдём отсюда — прошептал парень. Накахара выключил воду и первый вылез из ванны, протягивая руку Бэцумии. Он не спешил: взяв одно из полотенец промокнул волосы девушки, спину, затем прижался, приобнял и провёл мягкой тканью уже спереди по животу, груди. Слегка сжав последнюю, чмокнул в плечо. Нежный милый момент наверное немного портил только упирающийся ей в ягодицы член. Хотя для кого как. Схватив второе полотенце побольше, Чуя накинул его на себя и вместе с одарённой пошёл в спальню, по пути оставляя за собой мокрые следы. — Спальня? Как банально — с наигранным тоном произнесла девушка, явно шутя, когда те были уже на пороге комнаты. Удивительно, что у неë было настроение на шутки и в целом какое-то внутреннее ощущение лëгкости и приподнятости. Она также уже не смущалась своего обнажëнного тела и его тоже. Наоборот появилось желание поизучать его: лучше рассмотреть бледные следы от шрамов, прощупать местами вздувшиеся от напряжения вены, может быть по находить какие-нибудь родинки. — Ну да, поскользнуться на плитке позабавнее будет — ведя её к кровати, также шуткуя ответил Накахара. Девушка усмехнулась и потянулась к небольшой коробочке, которую увидела на полке прикроватной тумбы, уверенно вытащила из неë один презерватив. Она перехватила взгляд Чуи, в котором была некоторая доля удивления и улыбнулась: — Чего ты так на меня смотришь? — Просто... рад, что ты не дрожишь, не зажмуриваешься и не просишь выключить свет, — тихо ответил он, присаживаясь на край кровати — Чертовски рад, что ты со мной. Мужские руки подтянули её к себе, обнимали за ноги и бёдра, пока он целовал её живот и рёбра. Пришлось наклониться, когда парень решил вновь поцеловать её губы. Руками она упëрлась в упругий матрас, чтобы случайно не упасть на Накахару. С прикрытыми глазами они отодвинулись чуть дальше, что позволило девушке с ногами забраться на кровать. Когда они оторвались друг от друга оба молча согласились с тем, что получилось принять подходящее положение, такое в котором девушка будет иметь возможность влиять на темп и глубину. Чуя перехватил у Сумико контрацептив, видимо решив разобраться с этим самостоятельно, а она позволила, просто временно присев на его ноги. Выбросив обёртку в сторону, одна ладонь где-то сзади упиралась в кровать, поддерживая тело, вторая снова легла на бедро и немного потянула на себя. Парень вроде не торопил, но и давал ясно понять, чего так безумно хочется. — Если что-то не так сразу говори. Не держи в себе. Пожалуйста. Мне это важно. — в очередной раз решил перестраховаться мафиози уж слишком боясь навредить своей девочке. — Знаю — мягко сказала девушка погладив своего «рыжего ретривера» по щеке. Она привстала, чуть-чуть наклонилась вперёд. Одна рука с лица переместилась на плечо, другой она немного помогла себе снизу, подправляя направление члена. Внутри успело стать достаточно влажно, поэтому головка с первой попытки проскользнула во влагалище. Бэцумия резко вдохнула, покрепче схватилась за плечо и продолжила, прикусив нижнюю губу. Неспешно опустившись до конца, она дрожаще выдохнула, свела брови и прикрыла глаза на несколько секунд. — Чёрт... — прошептал Чуя откинув голову назад. Сделал вдох, но девушка перебила предвидя что тот хотел спросить. — Я в порядке. Уже знакомое ощущение, заиграло по новому: не заставляя всë тело напрячься, желая словно отпихнуть от себя, а разливая внутри приятное тëплое чувство, что позволяло в очередной раз отмахнуть все неприятные воспоминания. Ритм они задали неспешный. Без резких движений. Только дыхание, кожа к коже, взгляды, скользящие по лицу, когда глаза снова открывались. Он придерживал её бедро, чуть помогая снизить нагрузку на ноги. Её положение, их пропорции тел относительно друг друга, всё сложилось идеально для того чтобы словить и обхватить губами её сосок. Ему даже не пришлось лишний раз напрягаться, чтобы как-то держать её туловище. Бэцумия сама с удовольствием прижала его голову к себе посильнее, чтобы Накахара мог с тем же удовольствием посасывать миниатюрную грудь. — Оh mon cher... — прошептал парень, когда всё же решил немного перехватить инициативу. С бедра рука перешла на женскую талию, крепко обхватывая её. Немного подкорректировав своё положение он принялся сам толкаться внутрь, упираясь в стенки влагалища. Темп сильно от этого не изменился, только толчки стали ритмичнее, что положительно сказалось на ощущениях. Сумико всем телом прижималась к Накахаре. Еë аккуратные стоны звучали практически у самого уха. Еë пальцы сжимали его волосы, выдавливая из них остатки влаги, из-за чего с кончиков падали капли воды. Она видела то как Чуя старался сдерживаться, не от того чтобы действовать в своëм темпе, а от того чтобы в целом это действо не закончилось раньше времени. То как дышал, сжимал челюсть, кусал свои губы, местами кряхтел словно ругался про себя - всë это выдавало его с потрохами. И Бэцумия находила это чертовски милым и соблазнительным. — Ты сведёшь меня с ума, — выдохнул он хрипло, глядя на то, как она прижимается к нему, вслушиваясь в их звуки — и мне это... чертовски нравится. — Двух сумасшедших... Йокогама не... Девушка прервалась, ибо как раз в этот момент Накахара решил сменить положение, против чего она совсем не была. Он остановился на пару секунд, чтобы приподняться и переложить её на спину, а самому нависнуть сверху. —...переживëт... Его лицо было так близко, в нескольких сантиметрах над ней, слегка щекотя свисающими прядями чëлки. Сквозь полуприкрытые глаза Сумико разглядывала его: вздувшаяся на виске вена, влажный от пота лоб, прикрытые глаза на которых дëргались ресницы. Она его обожала. Бэцумия обхватила его руку, с напряжëнными мускулами, стараясь не впиваться в них ногтями. Спинке кровати повезло меньше, было слышно как она скрипнула, когда девушка схватилась и за неë. Но конечно же не из-за боли, у той была такая крепкая хватка. Тянущее чувство внизу живота сводило с ума, заставляя всë тело быть в напряжении, на пределе. Стало ощутимо и то как она сжалась внутри, стоило мужчине приподняться и положить руку ей на живот, большим пальцем придавливая клитор. Сразу выгнулась и поддалась навстречу. Чуя довольно улыбнулся и продолжил начатое: палец двигался против часовой стрелки, сохраняя одну и ту же силу нажатия и не на чувствительную головку клитора, а немного выше. Вместе с этим ещё больше замедлился и темп, с которым он двигался внутри, отдав предпочтение продолжительности толчков. Одарённая словно забыла как дышать, делая лишь краткие вдохи и шепча, ругаясь себе под нос. Тело на этот период стало словно каменное, носочки вытянулись как у эталонной гимнастки, шорканье со стороны спинки кровати, говорило о том что всë-таки девушка еë поцарапала своими когтями. Протяжный стон с его именем, перешёл в визг, от того что помимо волны удовольствия еë накрыла ещё и судорога в ноге. Она почувствовала как в эти секунды ей стало жарче, но и не догадывалась что оказывается это еë дар дал о себе знать, умудрившись подпалить покрывало под ними. Сразу после этой резкой, бьющей по голове херни, которую обычно называли оргазмом, еë словно накрыло сильное опьянение, как после смешивания Лонг-Айленда с затяжкой косяка. Разумеется Накахара понял, когда его миссия была выполнена и после этого уже вновь опёрся на предплечья. Ладонь, что сжимала его руку, он перехватил в замок и вдавил в кровать. Поцеловал уголок губ, затем щёку, затем скулу, впитывая в себя вкус её кожи, солоноватой от пота. Его голос был хриплым, почти неуловимым: — Почти... Чуя позволил себе несколько толчков пожёстче, после чего наконец-то кончил блаженно выдыхая ей в шею. Оба жадно глотали воздух, не спеша разъединять тела. Пока мафиози пытался отдышаться, девушка гладила его по голове, не зная как передать все те нежные чувства, которые она испытывала к нему. К нему - еë лисëнку, еë ретриверу. К тому кто с рыцарской доблестью сражался с нею же, с еë демонами, за неë. — Жива? — с привычной иронией в голосе спросил он, но взгляд был какой-то особенно мягкий. — Жива... — Супер... — на выдохе сказал Накахара, выскользнул из своей возлюбленной и завалился набок, сразу же притянув её к себе. Понемногу отдышавшись Бэцумия учуяла запах горелого. Принюхалась и поняла, что тот исходил от постельного, в том месте где она на нëм до этого лежала. — Твою мать... Надеюсь я хотя бы тебя не обожгла? — с волнением в голосе спросила Сумико, разворачивался лицом к парню. На слова девушки он открыл один глаз, посмотрел на обугленный край покрывала, затем на неё. — Меня нет. Одеяло да. Матрас... возможно. Гордись, mon cher, тебе удалось устроить мини-пожар в квартире исполнителя.... — Накахара подпёр голову рукой и продолжил в своей привычной манере — Ты всегда такая ядерная под конец? Или это я такой особенный? Нет, мне, конечно, приятно, но не хотелось бы однажды вызывать скорую и объяснять фельдшерам, почему у меня член больше напоминает сгоревшее барбекю... Девушке было ужасно неловко за этот случайный поджог, потому еë личико жалобно сморщилось и та начала издавать звуки похожие на скуление, добавляя: — Ну Чу-у-я-я-я... — в ответ на его подколы. — Да всё хорошо, я же шучу. Но смазку с охлаждающим эффектом надо прикупить... Она взяла подушку и пихнула ему в лицо, чтобы меньше болтал. Хотя отрицать то, что его фразочки немного разбавили напряжение, было глупо, так что она всë же улыбнулась. Посмеявшись парень ушёл за водой и избавиться от презерватива, а Сумико продолжила валяться на кровати. Потянулась к полотенцу, которое спало с неë когда она тянулась за коробочкой контрацептивов, вытерла вспотевшее лицо, после зажала его между ног, чтобы избавиться от лишней влажности.

///

      Когда он вошёл, дверь чуть скрипнула, но Сумико даже не шелохнулась. Чуя застыл на пороге, на мгновение, в трусах и с этим самым стаканом воды в руке. Сцена перед ним была почти абсурдно нежной: его огненная ведьма, сокрушительница мебели и душ, свернувшаяся клубочком с полотенцем между ног и с влажными волосами, прилипшими к щеке, дышащая спокойно, глубоко, как будто впервые за долгое время наконец-то могла себе позволить просто поспать. Накахара тихо выдохнул, почти беззвучно прошёл к кровати и аккуратно поставил стакан на прикроватную тумбу. Наклонился, отодвинул с её лица упрямую прядь и задержался пальцами на линии скулы. Бросил взгляд на подпаленное покрывало, скривился, потом усмехнулся. Ладно, сгорело значит поменяем. Главное, чтобы она осталась. Время было ещё раннее, поэтому парень при помощи дара аккуратно перенёс девушку под одеяло, чтобы она не проснулась, а сам пошёл на кухню, поесть да покурить, только уже в старую пепельницу.