В плену волшебства

      Вздох.       Едва заметное движение палочкой.       — Акцио!       Свежий выпуск газеты мягко приземлился прямо ему в руки. На первой полосе крупными буквами значилось: «Человек, преследующий не-магов, пойман?». Содержание статьи он знал и без прочтения. МАКУСА было предпочтительнее скрыть главные подробности: во-первых, по-хорошему, из авроров серьёзно помогал только Джеймс. Остальные продолжали продвигать свои громогласные речи о важности объединения в тёмный час, но делали ровным счётом ничего. Вторым пунктом оказалась значительная помощь не-мага… Грейс. Как она рисковала жизнью ради незнакомого мира. Мира, который не считал её за равную.       Два месяца назад мужчина посмеялся над тем, кто посмел бы подумать о самой возможности дружбы с человеком, лишённым магии. Между прочим, это незаконно! Но ему ли об этом говорить? Немногие знали о том, что сам Ричард вырос в бедной семье не-магов среди четырёх братьев и сестёр.       Грейс подвернулась ему совершенно случайно: Ричард всерьёз решил, что она тоже маг, и попросил помочь с одним дельцем за хорошую плату. Правда выяснилась не сразу, потому что она сумела хорошо притвориться — куда подевалась его природная проницательность? — и боялась наказания. Конечно он был расстроен. Не из-за самой лжи, нет. Мужчина не хотел даже думать о том, что эта находчивая и смелая девушка всё это время была лишь не-магом. Он давно перестал верить в предрассудки, но законы твердили иное. Приходилось врать и изворачиваться больше обычного, ведь если кто-то прознал бы о природе Грейс хоть немного раньше, ей непременно стёрли память. Удивительно, но она переживала только за него.       Девушка была очарована тем, какой волшебный мир скрывался в Америке вне её поля зрения. И он открывал его: постепенно, рассказывая какие-то мелочи. К примеру, то, что среди его четырёх братьев и сестёр все оказались магами, попавшими на разные факультеты. Девушка скромно призналась в интересе к «Птице-грому» — там учились и сам Ричард, и его младшая сестра Лиззи. Порой мужчина и впрямь размышлял, не существовал ли мир, где Грейс — такая же волшебница? Из неё непременно вышел бы первоклассный аврор с таким-то характером.       Страшнее всего оказалось даже не участие не-мага в расследовании, а его любовь к ней. Ричард постоянно колебался от желания оберегать до восхищения каждым удачным решением. Победило, к сожалению, первое. У преступника, которого разыскивал весь город, были определённые вкусы касательно внешности. Грейс, как назло, подходила под них идеально. Задуматься об этом стоило намного раньше.       Грейс стала его последней и единственной выжившей жертвой. Оказалось, что на не-магов любые заклинания и зелья действуют иначе, поэтому последствия Амортенции — любовного зелья — были сильнее и губительнее. Ричард до сих пор помнил её круглые, испуганные и заплаканные глаза, растрёпанные волосы, порванную и перепачканную в крови одежду. С какой лёгкостью он подхватил ослабевшее тело, ни на миг не отвлекаясь от звука её сердцебиения. В голове звенели самые ужасные ругательства на собственные пороки — глупость и эгоизм. В тот момент он находил в себе силы только на умоляющий шёпот с просьбой не умирать. Выслушав множество нелестных слов и переругавшись с половиной персонала, мужчина добился того, чтобы её осмотрели врачи в магической больнице. Больше всего удивила растерянность пожилого доктора, выносившего вердикт общему состоянию. Амортенция не смогла полностью изменить сознание — малая его часть не поддалась чарам. Такое возможно лишь при очень сильных и искренних чувствах к другому человеку. Этим человеком был он.       В любой другой ситуации Ричард привычно ухмыльнулся, зная о своей неотразимости. Но тогда он заплакал прямо там, в кабинете у врача, обессиленно опустившись на пол. Хотелось и ругаться на Грейс за то, что она вообще посмела сделать это, и бесконечно благодарить за лучший исход. По натуре он редко признавал чувства открыто, предпочитая вечно флиртовать, из-за чего Грейс могла верить, что её любовь безответна, но…       Приятно. Ему правда приятно.       Любви этой девушки Ричард заслуживал меньше всего. Его эгоистичное желание первым разобраться с преступником едва не довело самую лучшую напарницу в мире до долгой и мучительной смерти. Долгое время, пока он дежурил под дверью палаты, на руках чудились кровавые пятна, будто Ричард и был главной угрозой её жизни.       Разве это не так?       Ричард помнил бледное лицо, многочисленные бинты на хрупком теле. От увиденного трясло, трясло до холода внутри. А ведь девушка продолжала улыбаться ему после случившегося. Горячо благодарила за спасение, прятала руки с проступавшими венами под покрывало. Он должен оборвать эти отношения раз и навсегда.       Решение проблемы пришло быстро. В один прекрасный день Ричард перестал навещать её, на работу старался трансгрессировать или ходить окольными путями. Вот и сейчас он почти дошёл до высокого старинного здания, по пути успев вновь погрузиться в печальные мысли. Ему помешал знакомый цокот невысоких каблуков.       — Ричард!       Мужчина продолжил идти, притворившись, что ничего не слышал. Но девушка не сдавалась: она нагнала его стремительным шагом и крепко схватила за рукав пиджака. Ричард вынужденно обернулся и замер, растерянно глядя на Грейс.       — Послушай… — Мужчина дотронулся до её тонких пальцев, но так и не посмел убрать руку. — Мы не можем общаться.       — Почему? — Вопрос прозвучал с невероятным укором. — Раньше тебе не мешали законы.       — По моей вине ты могла погибнуть!.. — Затаив дыхание, Ричард бережно коснулся перебинтованных запястий. — Только не говори, что сбежала из больницы.       Грейс отвела взгляд, делая самый невозмутимый вид, на который была способна. И как обижаться, когда он ей стольким обязан? Это ему надо рассыпаться в извинениях и благодарностях, водить её по ресторанам и покупать самые дорогие подарки.       — Благодаря тебе я не сошла с ума, — возразила девушка и прильнула к широкой груди, глядя на него. — Никогда бы не подумала, что однажды познакомлюсь с таким невероятным магом. Прямо как из той сказки Фрэнка Баумана.       — Не-маги слишком многое о нас знают, — преувеличенно громко вздохнул Ричард, закатив глаза. — И кто я для тебя, Оз?       — Нет, ты мой личный маг. — Тихий смешок.       — А ты знаешь, что с большей вероятностью наши дети получат магический дар? — Эта таинственная улыбка явно на что-то намекала.       — Погоди, что?       — М-м-м, нет, ничего...       — Ричард!