- Я думал, что ты погибла...

Англия. Лондон. Площадь Гриммо 12. Февраль. 1996 год. Сириус Блэк сидит на кухне и вертит в руках стакан с огневиски. Он один, совсем один в этом чертовом доме. И это его удручает. Каждый раз когда он остается один на один со своими мыслями в кучерявой голове всплывает один и тот же образ. ЕЁ образ. Молодой красивой девушки, в длинными вьющимися волосами цвета пшеничного колоса и теплыми серыми глаза. Её красивые пухлые губы растянуты в улыбке от шутки, которую он только, что выдал, а в комнате эхом раздается ее бархатистый смех. Эта девушка, которую он любил. Любил по настоящему. Но... не успел сказать. Она погибла в страшной автокатастрофе и он не смог приехать на опознание. Он бы просто не вынес этого. Не мог он видеть ее мертвое, искалеченное тело. Сириус хотел запомнить ее такой веселой, смешной без тормозов, какой она была всегда. Из его мыслей Блэка вывел какой-то шум в коридоре, он встряхнул головой отгоняя мысли как назойливых мух и встал, чтобы посмотреть. Сириус вышел в коридор и... Бродяга замер не смея вымолвить ни слова перед ним стояла она. Такая же как и в их последний день. - Сириус - прошептала она и глаза наполнились слезами, которые предательски скатывались по щекам горячими ручьями - Т/и, живая - Сириус сделал несколько больших шагов и Свон оказалась в его крепких объятиях. - Боже, Сириус, я так скучала по тебе - плача говорила она - Я думал, что ты погибла - Нет - она отстранилась и подняла свои глаза на Блэка - нет, это был план Дамблдора, я тебе потом все обязательно расскажу. Только не сейчас - Можешь ничего не рассказывать, Т/и, главное, что ты жива и сейчас со мной - и он поцеловал ее нежно и настойчиво одновременно будто боясь, что все окажется сном. Его руки на ее талии ее руки на его лице, Т/и отстранилась и сказала - Бродяга я так люблю тебя - Я тоже люблю тебя, Т/и.