Любовь под угрозой смерти

Патрик не мог уснуть всю эту ночь. Редко он мог впасть в сон, но тут же просыпался от жутких картин, что видел перед собой во сне: снова эти взрывы, снова крики людей, а все этого из-за него. Вернее, это делал не сам Патрик, но ОН это делал это от его лица. И не только это его пугало. А вдруг если он заснёт, то ОН полностью возьмёт контроль над телом? Вдруг он сделает поступки похуже, если сам творец уснет? Осознание всей этой ситуации мучило пуделя хуже чем любая другая пытка. Как только наступил рассвет, то Патрик решил не медлить, все боясь потерять контроль над собой. Как только он поднял голову то увидел что дверь была открыта. Однако сам мечтатель помнил что закрывал ее: слишком уж он боялся заражённых. Но дверь была открыта, хотя Патрик даже не слышал того, как он открывалась. Происходило что-то странное. Пересилив напряжение, парень встал с кровати и пошел на кухню. Пусто. Заражённых нет. Пудель выдохнул и осмотрелся. За столом сидела Наира и видимо спала, положив голову на стол. Патрик встал близь волчицы и посмотрел на нее. Да, действительно спит. Причем крепко. Пёс решил не будить ее и осмотреть кухню, ища из чего он мог бы приготовить еды. Вдруг по окну на кухне прилетел удар, но стекло не разбилось. Его словно ударили веткой или какой-то палкой. Патрик напрягся и подошёл к окну. Ещё удар и ещё.. казалось, что что-то снаружи пыталось разбить окно своими ударами. Патрик наконец отдёрнул шторы, пытаясь увидеть настойчивое существо, что так просилось сюда. Но никого не было. Оказалось, что это были стуки веток дерева о стекло, просто ветер разбушевался. Но разве ветер мог быть настолько сильным и так резко прекратиться? На этот вопрос Патрик ответить не смог. Он со вздохом отошёл от окна и подошёл к столу, разглядывая ту еду, что вчера они успели украсть. Сам Патрик готовить не умел, ибо обычно он доедал остатки от еды, которую готовили другие члены его банды. А остатки он ел потому что его никто никогда не звал есть. Его просто никто не замечал и не помнил о том, что он есть. Для большинства пудель был пустым местом. Даже когда творец попробовал заговорить с ними, то те закатывали глаза и пропускали все мимо ушей. В то время он чувствовал себя бесполезным. Наверное из-за этого никто его не замечал. Да даже скорее всего после побега никто его не искал. Никто.. Это было больно осознавать, осознавать свою беспомощность, свою ненужность... Патрик почувствовал как его руки дрожат. Стоило успокоиться, ведь этот страх, это напряжение было ЕГО ключом в этот мир. Пудель стал пытаться успокоить самого себя, пытаясь заставить себя подумать о чем-то другом. Например о голоде. И о том как можно было извиниться перед Наирой. Например что-то приготовить. Из еды остались только овощи. Отлично. Патрик помыл овощи под грязноватой водой из бутылки и взял нож. Пудель стал резать овощи и по началу получалось не очень ровно. Стук ножа о стол разбудил Наиру. Та подняла голову, раздражённо дёрнув ухом и уже собралась что-то сказать, однако посмотрев какое-то время на кудрявого паренька, она замолчала. Мечтатель заметил ее пробуждение и повернулся к ней: – о, доброе утро. Я тут салат готовлю, будешь? – на его лице появилась еле заметная улыбка, чего раньше Наира не видела. – с чего это вдруг ты решил готовить? И нет, я не буду, спасибо. – она снова положила голову на стол, все ещё пытаясь проснуться. Улыбка тут же сползла с лица Патрика. – ну как знаешь. – вздохнул тот и продолжил готовку. Нарезав овощи, он кинул их в чашу, посолил и перемешал. Пудель надеялся, что все пройдет не так ужасно, что она возможно забудет о вчерашнем. Тем временем Наира поднялась со стула и стала бродить по дому, в поисках чего-то. Или кого-то? Патрик поднял голову от чаши с салатом: – а? Ты куда? – думаю, тут должна быть карта местности. Я пойду искать ее в уцелевших домах. – Наира нашла свой тесак и уже собиралась выйти из дома, как вдруг Патрик подскочил со стула: – можно я пойду с тобой? – раньше он никогда не просился пойти куда-либо с Наирой и не был настолько уверен в себе, но сейчас он был другим. Сама гуара слегка удивилась подобному поведению с его стороны, но все так же холодно ответила ему. – ну если ты нас с тобой тут не взорвёшь, то пожалуйста, иди куда хочешь. – ну ты чего? Ты обиделась из-за этого? – Патрик подошёл к Наире и легонько приобнял ее. – с чего бы? Просто переживаю, что ты нас так убьешь, только и всего. – она повернулась к пуделю, но в ответ на объятия ничего не сказала, пока тот сам не убрал руки. Патрик молча убрал руки, слегка расстроившись от недоверия со стороны Наиры. Но спорить он не стал: тихо вернулся за стол и пошел есть салат. Наира лишь бросила равнодушный взгляд на Патрика и вышла из дома. Оставшись в полном одиночестве, пудель почувствовал всё-таки насколько ему было страшно в одиночку. Ещё после того что он устроил в поселении.. До сих пор на улице стоял запах гари, снаружи все выглядело мрачно и ужасно. Ещё и по окну в комнате, где он спал что-то стучало. Скорее всего какая-то птица, ну или деревце. Паренёк понял, что в одиночку находиться он слишком боится тут находится, из-за чего стал есть быстрее и в конце концов, покончив с салатом пошел за своей, теперь на четверть опустевшей сумкой и вышел из дома. Пахло сыростью, наверное скоро начнется дождь. Серые тучи скрыли солнце, но несмотря на это тут было даже не так уж и ужасно? Да, пожалуй, так можно сказать. Хоть деревня теперь и выглядела одиноко и мрачно, но в какой-то степени это было даже лучше, нежели ходить за оградой среди заражённых. Кстати о них: что во время пути к поселению, что во время побега из больницы на тех напал всего один заражённый, хотя встречалось их очень много. Из-за чего так? Патрик начал рыться в мыслях самого себя, пытаясь понять причину этого всего, как его окликнул голос Наиры: – и чего ты стоишь на пороге? Ты или иди сюда или оставайся в доме. Чего метаться? – а? А, да так, просто задумался и все. Разве ты не замечала как заражённые тогда нас обходили? Почему они так? – Патрик последовал за Наирой до одного из домов. – заметила. Но мне все равно. Классно конечно, что они не нападают, но мне нет до этого дела. – они дошли до одного из домов и Наира открыла дверь. Но как только пудель решил пойти за ней, то остановила его. – Стой тут. Никто не знает, есть ли тут заражённые. Да они даже ворота не закрыли, откуда мы можем быть уверены? – но я.. я могу быть полезен, честно! – Патрику слишком сильно не хотелось оставаться одному в этом ужасном месте, или же оставлять свою новую подругу в полном одиночестве. Страх за себя и за Наиру охватил его. – ну что же с тобой поделать.. Ладно, иди сюда. Будешь смотреть чтобы не было заражённых. – она подтолкнула Патрика вперёд, дабы тот пошел вперёд. Пудель окинул взглядом пустующий мрачноватый дом. Внутри была какая-то пустота. Света не было, всего одно окно в комнате. Непроглядная темень могла таить в себе много опасностей. Например заражённых. Или других выживших, что могли быть враждебны. Шаги паренька громко раздавались по дому, эхо отскакивало от высоких голых стен. Наира стояла на входе, вглядываясь в тьму. – слушай, у тебя не фонарика или чего-то подобного? Так было бы намного легче. – произнес Патрик, вглядываясь в тьму. – ты думаешь, я тебя просто помучить хочу? Есть конечно, но единственное батареек нет. Услышав резкий ответ, пудель вздохнул и наконец пошел к окну. Девушка пошла за ним, оглядываясь по сторонам. Дверь они на всякий случай закрыли. Первым делом художник пошел в комнату. Удивительно, что стены в ней были обклеены обоями, но вот во многих местах те были оборваны. Причем не просто кусками, а словно какой-то зверь их расцарапал когтями. Да и сама стена имела много глубоких царапин. Возможно, что однажды тут побывал заражённый. Или хозяин дома сошел с ума? Кто знает каков был ответ на вопрос. Гривистая волчица зашла следом и стала обыскивать шкаф. Патрик в это время молча стоял рядом и смотрел на то, как Наира искала что-то. Скорее всего карту. Чувствуя свою ненужность, тот все же решился спросить: – а мне что делать? – ну не знаю. В других комнатах поройся, ещё что-нибудь поделай. Я не знаю чего ты хочешь. – сухо ответила девушка, ибо была занята. Патрик кивнул и пошел на кухню. Тут было ужасно темно. И как назло нет фонарика. Пудель стал искать еду, которую они бы могли захватить с собой. В подобие холодильника были какие-то консервы, их он взял с собой. Как вдруг парень услышал скрежет чем-то острым по входной двери. А потом скрип и удар. Юноша подошёл к входной двери, прислушиваясь к звукам. Раздались тяжёлые шаги, а позже все прекратилось. Как только звуки затихли, пёс решил открыть дверь. На улице всё было тихо, никаких следов, ни одного заражённого на улице не было. Только вот калитка была заперта. Теперь заперта. Но разве они ее закрывали? Пуделя охватила дрожь. Что если он снова встретит заражённого? Что если он убьет их? Или его? Или Наиру? – эй? Все нормально? – как оказалось, Наира все это время стояла сзади него. – там калитка закрылась.. - голос Патрика слегка дрожал от напряжения. – ну и? Ну закрылась, бывает, ветер подул наверное. Не стой на пороге. – она слегка оттолкнула пуделя и прошла вперёд. В ее голосе слышались нотки раздражения. – а, ну хорошо тогда. Куда нам теперь? – пудель осмотрелся по сторонам. – просто иди уже в дом, где ты был ночью. Я скоро вернусь. – агуарачай подтолкнула его к дому, где те ночевали. Патрик послушно поплёлся к дому, осознавая что спорить сейчас бесполезно. Это только ухудшит их взаимоотношения, но никак не поможет. Пудель ещё раз бросил взгляд в сторону девушки и зашёл в дом. Наира же пошла до конца поселения, до самого последнего дома. Гуара зашла в последний дом поселения, что был самым крупным. Скорее всего, это был дом их лидера. В самом доме было не так уж и плохо: в отличие от других домов тут был свет, сам дом был куда просторнее, а так же имел немало шкафов. Было несколько комнат: кухня, ванная комната, спальня и что-то вроде небольшого чулана, а может и подвала. Окна были почти везде: в спальне и кухне, и выходили те на главную площадь поселения. Скорее всего этот дом был построен куда раньше, нежели начало инфекции, ибо был он уж слишком чистым и ухоженным. Да и было тут куда теплее, чем в любом другом доме, что был в данном поселке. Наира пошла в спальню, где было просторнее всего. В ней была кровать, шкаф, какие-то коробки на полу. Но все это ее не интересовало, ибо ей нужна была карта. И вот, наконец-то девушка ее нашла: та висела на стене и судя по качеству бумаги ещё была новой. Возможно, что ей было около недели или двух, если не меньше. Волчица содрала карту со стены, но заметила ещё одну вещь: под ней были трещины и вмятины на стене, точь в точь как те, что были в больнице. Та напряглась, осознавая что некогда тут побывал заражённый. А может он и сейчас есть? Однако вместо опасений по поводу заражённого воинственная девушка решила продолжить изучать комнату. Заинтересовали ее коробки, что стояли на полу. Открыв одну из них, Наира обнаружила стопку документов. Взяв их в руки, агуарачай стала их изучать. Первый лист содержал фотографию женщины и ее личную информацию. Это была сова средних лет пухлого телосложения с большими желтыми глазами, немного поседевшими волосами и перьями. Имя ее было Райли Эррера. Дальше всё было написано неразборчивым почерком, но чётко были написаны лишь годы жизни и смерти, деятельность и самое пугающее было то, что там была причина смерти – "Райли погибла от рук своего супруга. Было найдено пару записей в ее дневнике о его странном поведении. Одна из записей была о том, что за 10 дней до смерти самой Райли муж вернулся куда позже, нежели обычно. Пришел домой он в весь в кровоточащих шрамах, вероятнее всего он был избит кем-то. По словам Райли самым пугающим было то, что глаза у того изменились. Они стали темными, как уголь, хотя ранее были янтарными, чистыми и проницательными. Само поведение изменилось: он стал куда агрессивнее, ревнивее. А потом он убил свою жену. Причина неизвестна, ибо сам убийца повесился в собственной комнате. Как оказалось, те снова стали янтарными.." – запись оборвалась. По спине Наиры пробежали мурашки, загривок приподнялся. Та отбросила лист и пошла к выходу из комнаты. Пугающим для нее была не столько причина смерти, сколько то, что эта история с цветом глаз и поведением мужа Райли была похожа на историю ее нового друга Патрика. В это время Патрик все не мог найти себе занятие и переживал за свою подругу. Пудель не мог найти себе места: он то садился рисовать, но позже вставал и наворачивал круги по комнате, то порой выходил на улицу и ждал Наиру, то садился на кровать и просто смотрел в одну точку. И до сих пор пёс не слышал больше этих ударов по окну, скрипов, скрежета. Но внезапно раздался скрежет по двери дома и несколько ударов. Кто-то явно знал, что он там есть. У паренька прибавилось уверенности, что для него было несвойственно, и он подошёл к двери. Повезло, что тут был глазок и дверь не прошлось открывать, ибо опасность могла только этого и ждать. Он глянул в глазок, а там ничего нет. Пусто. Словно у того, кто это все делал не было тела. Патрик открыл дверь и осмотрелся. Теперь он увидел то, что скрежетало по двери: это были выжившие, которых он почти изгнал отсюда вчера. И самое страшное было то, что те направлялись к дому, где была Наира. В это время гуара только вышла из дома. Она даже и не думала, что где-то поблизости есть те, кто жаждет мести. Убить ее, лишить жизни. Ведь до этого момента всё было спокойно, тут не было ни одного заражённого, ни одного человека в общем, кроме нее и Патрика. Тем не менее, они нашли их. Наира подняла глаза от карты, осматриваясь, и тут же заметила приближающегося Патрика. Он бежал к ней и что-то кричал, но гуара не понимала его криков. Парень страшно запыхался от непривычного бега и остановился у входа в дом. Наконец его слова донеслись до нее: – выжившие деревни! Они.. в общем, они тут уже. Пойдем быстрее, пожалуйста. – пудель коснулся дрожащей рукой ее руки и слегка потянул на себя. – что ты несёшь? – Наира с подозрением глядела на Патрика, пытаясь понять что тот вообще хочет сказать. – ну там они.. те, кто ранее жил тут. – уйди пожалуйста. Хватит шутить. Ты итак делов натворил. – но я не шучу! Они там, собираются на тебя напасть. – да уйди я сказала! – с этими словами гуара оттолкнула его от себя, а тот в свою очередь грустно и виновато отошёл в сторону. Волчица оттряхнулась и подняла загривок, как вдруг из одной из сторон на нее набросилась одна из выживших. Это была ласточка лет 19, на ней было меньше всего бинтов и шрамов в принципе. Отбросив волчицу в сторону, та пыталась ножом перерезать ей горло, как вдруг гривистая ударила ласточку в живот ногой. Та пошатнулась, что сыграло на руку Наире и волчица скинула ее с себя. Не успела она толком подняться, как на нее со стороны спины кинулся крот, а с другой стороны одноглазый лис. Трое против двоих. Или одного? Пока Наира сражалась с тремя выжившими, Патрик со страхом наблюдал за всем этим. Порой она могла начать выигрывать в этой драке, но лишь на время, ибо битва была нечестной. Пудель уже собрался кинуться на помощь своей подруге, как вдруг его остановила чья-то рука, что ему положили на плечо. Это была та самая крыса, с которой он дрался вчера. – ну привет. Что, кинешься как герой на помощь своей подружке, а? - голос ее был противен, словно скрежет мелом по школьной доске. Патрик рванул вперёд, но руки девушки крепко держали его. Тогда парень собрался с силами и ударил крысу в грудь, попутно извиняясь за поступок. Та взвизгнула от боли и потёрла только что ударенное место, но преследовать не стала. Кажется, у нее была другая цель. Или она чего-то боялась? Тем временем Наира уже успела откинуть от себя ласточку, что потеряла сознание и теперь гуара боролась с кротом и лисом, и если первый использовал в основном маневры, связанные с нападением со спины или атаковал оружием, то лис дрался честно и куда лучше Наиры. И вот очередной удар, на руках агуарачай появились шрамы, горевшие огнем. Густая красная кровь потекла с руки, шерсть вокруг шрамов спуталась и намокла от крови. Девушка сжала потемневшую руку, пытаясь остановить кровотечение. Но и остальные части тела не выглядели лучше: одежда была вся в пыли и грязи, шерсть тоже. Появились синяки, которые не были видны из под меха, а так же появились небольшие царапины. Наира рычала и тяжело дышала, в то время как лис ни разу не запыхался. На его теле точно так же были шрамы, царапины, синяки, но был он выносливее. Патрик бросился на помощь Наире. Он кинулся на лиса, сбив его с ног внезапно врезался в него и оба покатились вниз, прямиком к воротам поселения. Пёс, шерсть которого уже потемнела от пыли и земли успел затормозить и остановиться у ворот, а вот лис со всей дури врезался в ворота. Но тут подуспела Наира: та подбежала к лису и прикончила его быстрым ударом в голову своим тесаком. Темно-красная, густая кровь хлынула из раны, нож кажется прорубил череп и ввязался во что-то мягкое. Кажется, это был мозг. С омерзением волчица вытащила нож и кинула взгляд в сторону крота. – с ним-то я точно разберусь. Ну, это все? В это время Патрик с ужасом смотрел на тело лиса. Он вскрикнул, его голос слегка задрожал: – убили? Нет, что ты. Мы защитились. Поверь, мы сейчас в таком мире, что придется пойти и не на такое. Может, друг-друга убьем, может к каннибализму прибегнем, может ещё что-то. Мир жесток, а в это время особенно. – она поднялась с земли и отвернулась от пуделя. Крот в это время добежал до бродяг и достал серп. Наира кинулась на него с тесаком, но Патрик за дракой теперь не следил. Он искал глазами ту самую крысу. И вот она вышла из своего укрытия, сжимая что-то в руках. Это был автомат, причем заряженный. Крот поднял голову и закричал: – послушайте, Рэйчел! Это выходит за рамки нашего плана, мы ведь планировали... – да плевать я хотела на план! Захочу - хоть тебя расстреляю. Они этого заслужили. – с этими словами она направила автомат на Патрика. Белый пудель в свою очередь вздрогнул. Огнестрельное оружие было одним из главных его страхов. Пёс нервно задёргал задвижку на воротах. Те поддались и со скрипом отворились. Наира услышала это все и закричала своему другу: – а ну вернись, предатель! Но Патрик даже не слышал этого всего. Он снова позорно проиграл, снова позорно сбежал с поля битвы. Кудрявый парень с хрипом и тяжёлым дыхание побежал по мокроватой изумрудной траве, сам не осознавая куда несётся. Он хотел бы оказаться где-то далеко отсюда, не драться и просто сидеть и рисовать. Может, зря он сбежал с банды? Может, зря он считал, что жизнь в одиночку – лучшее, что он мог видеть? Глаза слегка намокли, где-то сверху раздался гром. Крыса последовала по его следам, бегство пса только раззадорило ее. Пудель посмотрел на тот самый обрыв, с которого они и увидели это поселение. У него в голове начал появляться план. Он побежал к пологому склону и стал забираться на обрыв. Рэйчел последовала за ним, даже не подозревая причины этого резкого решения сменить направление. Она воспринимала это как игру, как догонялки, ну или игру в кошки-мышки, где концом игры будет выстрел в голову врага. Тут Патрик резко остановился и достал одну из бомб с красками о поджёг ее. Осталось у него всего-то три бомбы, но помочь они должны были. Кинув бомбу в крысу, он залил весь склон ярко-зелёным цветом. Рэйчел взвизгнула, потеряв на какое-то время видимость. В это время раздался ещё один глухой грохот на небе, словно рычание свирепого пса и начался дождь. Изначально он был слабым, поэтому пудель не обратил на него внимания. Он потянул ну себя автомат со всей силой и выхватил его из рук теперь уже зелёной крысы. Откинув его подальше Патрик встал над Рэйчел, рассматривая ее. Израненная крыса извиваясь поднялась на ноги. Пудель понимал, что оружия у него больше нет. Осознавая весь ужас ситуации, он решился на страшный для него поступок, на который ранее он бы вряд-ли пошел. В это время Наира покончила разборки с кротом и побежала на поиски творца. Дождь барабанил по земле, а туман скрывал почти весь путь белой пеленой. Шерсть гуары намокла, потяжелела. Волчица покрутила головой, пытаясь сориентироваться и найти Патрика. Наконец она уловила краем глаза тот самый обрыв. А по нему в драке бьются белое и зеленоватое пятно. Гуара со всех ног помчалась туда по мокрой траве. – а ты не такой трус! – крикнула Рэйчел, нанося очередной удар. – думала, испугался стрелялки, а ты оказывается драчун ого-го! Патрик ничего не отвечал, а лишь молча бил крысу и уворачивался от ее ударов, но воли наносить по настоящему сильные удары, а не в пол силы ему не хватило силы воли. Он слишком боялся причинять боль. Рэйчел же воспользовалась этим, нанося серьезные побои в драке. То царапая, то кусая, то избивая она делала ему все больнее. Наконец пудель осознал, что продолжаться так больше не может, и раз у него не хватает смелости убить ее своими руками, то он убьет ее жертвуя собой. Мечтатель схватил ее за плечи и потянул за собой к обрыву. Крыса взвизгнула и попыталась его спиной оттолкнуть назад, скинуть с обрыва, но Патрику это было только на руку. Схватив ее со всей силы за плечи, пёс снова потянул на себя и полетел с обрыва. Перекувыркнувшись пару раз, они с Рэйчел упали на землю. Благо парень приземлился сверху и почти не покалечился, упав на крысу. Но в глазах потемнело: он не понимал происходящее, не понимал боли и своих мучений. Когда Наира наконец подбежала к Патрику, то Рэйчел уже затихла, ее глаза остекленели. А сам пудель от боли и усталости сомкнул зелёные глаза. Дождь забарабанил по земле, словно оплакивая крысу и пуделя. Гуара опустилась рядом с ним и затрясла его за плечи: – ты меня слышишь?! Патрик, поднимайся давай! Эй, ты оглох? – но ответа не последовало. На глазах Наиры выступили слезы. Неужели она потеряла своего нового друга? Так глупо увидеть смерть нового для нее человека: только начать доверять, но резко потерять доверие и начать холодно относится. Все таки Патрика она ценила, хоть и была с ним так мало знакома. Хотя скорее всего на это повлияли условия нового мира, когда людей почти нет, а найти того кто тебе поможет и пожертвует собой ради тебя – практически невозможно. Гуара прислушалась к дыханию паренька. Дышит. Слегка улыбнувшись, израненная девушка взяла его на руки и пошатываясь побрела к поселению. Он должен выжить, и неважно какой ценой.