Пусть горит этот милый дом и все, кто в нем

      Руслан лежал на диване один. Холод пробирался в самую его глубь. Парень свернулся комочком. Его бил озноб. Волосы, его светлые мягкие волосы, спутались из-за того, что немец в порыве злости наматывал их на кулак. На бедрах до сих пор чувствовалась яростная хватка немца. Глаза горели от слез. В голове был полный хаос. Одни мысли текли по стенкам мозга мерзким слизнем, а другие, словно бегущий табун, летели по кругу галопом. Голоса гудела.       Руслан обнял себя за плечи. Он лежал, пустым взглядом рассматривая уже взошедшую на небосклон луну. Она была сейчас так же одинока, как и он сам. Сердце защемило. Оно ныло, скулило, просилось к Герману, но Руслан боролся с самим собой, со своим нежным существом внутри, чтобы не пойти к немцу. Душа его разрывалась на тысячи и тысячи мельчайших осколков. И каждый этот осколок, словно маленькая льдинка, как в сказке о Снежной королеве, врезалась в сердце, отдаваясь колющей болью в груди.       Руслан дрожал. Дрожал от страха и злости. От злости на себя. Он опять выставил немца мудаком. За что и получил по заслугам. Герман был прав — Руслан не имеет права говорить, что немец плохой, пока сам блондин не изменит себя…       Худые пальцы вписались в бледные плечи, ногти драли тонкую кожу под собой. Новая волна истерики накатила с большей силой, чем в прошлый раз. Слезы потекли по щекам. Глаза щипало. Они горели огнём, но плакать прекратить Руслан не мог: ему было больно. Больно в душе. Сердце разрывалось, ныло, скулило, словно брошенная собачонка возле магазина. Руслан тихо заскулил. Он боялся, что немец услышит. Боялся, что вновь его возьмут силой. Руслан закрыл рот рукой. Боль разрасталась в груди, оплетала легкие, сдавливала их своими канатами.       Перед глазами все еще были дикие глаза немца. Уши еще помнили мольбы Руслана остановиться, одуматься. Как парень кричал и рыдал. Кожа ощущала грубые касания, шлепки и удары. Ярые толчки. Рык немца на любое неповиновение. Он был схож с громом, от чего Руслан вздрагивал каждый раз.       Тело ныло. Его словно избили бейсбольной битой. Руслан просто боялся смотреть, что случилось с его бедрами и талией. Кожа на них горела огнем. Шея также саднила. На ней явно тоже остались синяки… Он припадочно тер глаза, пытаясь стереть всю мерзость, что с ним делал немец. Руслана затошнило. Сердце забилось в груди, словно бешенное. Тело с начала резко бросило в жар, после он сменился ознобом.       Парень соскочил с диванчика, закрывая рот рукой. Голова его пошла кругом, и он чуть не налетел на дверной косяк лбом. Он уперся ладонью в дверной проем, чтоб не упасть. Руслан сдавленно вздохнул. Его поясница и бедра ныли. Даже не так. Они скулили от боли. Под штанами не было видно, насколько печальны следы на них, но Руслан телом чувствовал, что там было месиво.       К горлу начали подступать рвотные массы. Руслан залетел в туалет, и только он обнял черный керамический унитаз, как все нутро его вышло наружу. Парня трясло. Он даже волосы убрать не успел, а потому, несколько прядей были испачканы. Блондин рыдал от боли, раздающейся по телу. Из-за рвотных позывов мышцы пресса и поясницы напрягались, и резь, раскатом молнии, ударяла по позвоночнику.       Когда чувство тошноты отступило, парень поднял глаза и тупым взглядом уставился на поднятую крышку унитаза. Голова его гудела. Но мыслей в ней не было от слова совсем. Голая пустыня. Без кактусов и перекати-поля. И лишь ветер гулял на этом просторе. Руслан отмотал туалетной бумаги и как смог вытер лицо и волосы. Нажал на кнопку слива и вышел из туалета. Он делал это все нерасторопно. Сознание его было затуманено. Яркими лишь были проблески действий немца, его ярости.       Руслан включил свет в ванной комнате. Еле шевелясь, подошел к раковине. Он поднял глаза на зеркало и отшатнулся. Это был совершенно не он. Спутанные грязные волосы, зареванные тусклые глаза. Его губы скривились в ухмылке. Но ухмылка эта была лишь словом. Ссохшиеся, потрескавшиеся губы делали эту ухмылку тошнотворной. Глаза его бегали по замученному лицу. Он смотрел на себя, жалость сжимала грудную клетку. Неужели он так изменился из-за Германа? Но прошел же всего день… как можно было так сильно поменяться? Руслан приложил ладонь к груди. Сердце его все также билось, как сумасшедшее. Нервно сглотнул. Во рту все еще чувствовался мерзкий привкус рвоты.       Руслан выкрутил вентиль, подающий холодную воду, на максимум. Кран запыхтел, а после из него мощной струей хлынула ледяная вода. Блондин набрал в ладони воду и брызнул на свое лицо. Кожу неприятно обожгло холодом. Руслан сморщился, рвано выдохнув, но продолжил умываться. От холода руки начали неметь, однако парень по инерции набирал воду, брызгал на свое лицо, протирал его ладонями, и вновь набирал воду. Он набрал воды в рот. Зубы неприятно закололо из-за холода. Но, проигнорировав это, Руслан прополоскал рот несколько раз ледяной водой. Противный привкус все еще остался на языке, но было уже плевать. Руслан опять набрал в ладони воды, плеснул на лицо. Он рвано выдохнул. Тело не прекращало трясти.       Парень оперся ладонями о раковину. Ледяные глаза казались безумными. Руслан опешил от такого бешенного взгляда. Он осмотрел свою шею. На ней красовалось несколько отметин от пальцев немца. Они крупными синяками расползались по шее. Где-то виднелись желто-зеленые вкрапления. Он ожидал увидеть все что угодно, но не такое. Парень истерически засмеялся. Хотелось кричать. Сорвать голос к чертям собачьим, если он не был сорван.       Парень согнулся. Его пробрал кашель. Долгий, измучивающий кашель. Он не давал сделать вдох. Руслан в попытках вдохнуть хотя бы толику воздуха, задыхался еще больше. Воздуха стало критически мало. Парень стучал по груди кулаком, пытаясь перестать кашлять. Вздохнуть все не получалось.       Руслан сполз на пол. Горло и грудь пылали, как от длительного бега. Кашель стал спокойней, но вот вздохнуть все равно не получалось: только Руслан делал глоток воздуха — кашель усиливался. Из-за этого парень даже не услышал шаркающих шагов в сторону ванной комнаты.       В пороге показался Герман. Он зевнул, сонно уставившись на Руслана. В его глазах не было ни грамма беспокойства. Немцу было плевать. Он вздохнул, протерев лицо ладонью: — Чё с тобой? — фраза, полная безразличия, донеслась до блондина. Он ошарашено проводил взглядом немца, когда тот прошел в ванную. Руслан хотел было огрызнуться, что ему хреново. Пиздец как хреново из-за немца. Прокричать, что он его ненавидит. До глубины души ненавидит. Но кашель, раздирающий горло, не давал ему даже передохнуть.       Герман молча оценил общее состояние блондина и ушел. Руслан все также сидел на холодном кафельном полу, прислонившись голой спиной к ванной. Ледяной акрил обжег кожу, от чего парень дернулся, вновь разразившись диким кашлем. Он прижал к своей груди колени. Была надежда, что получится расслабить в таком положении диафрагму. Но это не особо помогло.       — На. — Герман протянул стакан воды Руслану. Парень поднял взгляд на того. Немец с полным равнодушием осматривал его, словно он каждый день видит задыхающегося человека. Руслан стакан не принял. Он демонстративно отодвинул руку немца, продолжая расходиться кашлем. — Пей, блять. Мне тут труп не нужен. — Герман невозмутимо вновь протянул стакан обратно Руслану. — Зай, если ты не выпьешь сам, то я в тебя волью эту воду.       «Зай-зай-зай-зай» — эхом разнеслось у Руслана. Какой «зай». Никогда так не звал, а тут выдал. Он зыркнул на немца. Тот лишь отвел взгляд, все также протягивая руку со стаканом.       Руслан взял стакан трясущимися руками. Попытался отпить хотя бы немного, ибо руки его и в правду нещадно тряслись, словно он пил несколько дней в подряд. Увидя это немец выхватил стакан из его рук и сам подставил стакан к тонким губам. Руслан сделал глоток и закашлялся. Парень шумно втянул носом воздух. Вроде кашель отступил. Герман подождал, пока состояние Руслана не станет более спокойным и вновь поднес к его губам стакан. Блондин пил жадно. Будто не чувствовал ничего вкуснее воды. Когда Руслан осушил стакан, Герман оттянул его от губ и хотел было уйти на кухню, но блондин вцепился в штанину немца, зарыдав.       — Не уходи… пожалуйста… не уходи!.. — Руслан отчаянно сжимал тонкую ткань штанины пальцами. Послышался глухой вздох. Герман сел рядом, притянув Руслана к себе. Тот мокрой щекой уткнулся в плечо немца, разразившись в истерике. — Прости… я ерунду сморозил…       Немец гладил того по спутанным волосам. Шептал что-то успокаивающее. Руслан не слышал, что именно. Его пробирала мелкая дрожь. Он лишь сдавленно вздыхал и крепче вцеплялся в футболку немца пальцами. Герман сидел, покачиваясь из стороны в сторону, пытаясь успокоить Руслана.       — Я тебя прощаю. Сними штаны и встань, — Прошептал Герман, отстранившись от блондина. Руслан испуганно вытаращил на того свои синие глазища. — Я просто синяки обработать хотел… Ты прости, что так жестко… я был зол…       — Да это я виноват… — Руслан потупил глаза в пол. Потом потихоньку стянул с себя штаны. Его бедра были усыпаны гематомами. Они, словно витилиго, растекались по белой коже. От одного вида стало страшно. И так большие глаза Руслана стали еще больше. Он осмотрел обе ноги, но не успел воскликнуть, как его мысль озвучил немец:       — Пиздец…- прошипел тот и вылетел пулей из ванной, оставив блондина наедине с синяками, которые он со страхом рассматривал, крутя ноги и растягивая кожу.       — Так, не трогай, — Герман вновь появился в ванной комнате. В руках он держал какой-то тюбик, который нервно крутил пальцами. Брюнет присел перед Русланом. Открыл тюбик. Выдавил немного мази на пальцы, разогрел ее и нанес на поврежденные участки кожи. Руслан же завороженно наблюдал за действиями немца, словно не он пару часов назад избил блондина до этих самых синяков. Мазь неприятно обожгла кожу холодом, из-за чего Руслан поморщился, шикнув. — Все норм? — Герман поднял янтарные глаза на Руслана. Они встретились взглядами. Руслан надеялся, что такие родные карамельные глаза вновь одарят его своим теплом и лаской. Но… они больше не грели. Глаза немца смотрели на него равнодушно, хоть голос и выражал любовь.       — Д-да. — Руслан смотрел в пустые глаза Германа и хотел разреветься вновь. Где то обожание, с которым брюнет смотрел на него? Куда оно делось… может, его вообще не было? Может, Руслан сам себе все придумал? По телу пробежали мурашки, от чего парень дрогнул.       — Замерз? — Герман закрыл тюбик с мазью и положил его на раковину.       — Немного… — Руслан поежился, обхватив себя руками. Он натянул штаны, потупив взгляд в пол.       — Пойдем, — Герман взял Руслана за руку и потянул в сторону выхода из комнаты. Руслан повиновался. Он вышел за немцем, глядя на смуглые пальцы, сжимающие тонкое запястье. Они шли в сторону спальни немца. Парень ступал тяжело, словно шел на казнь.       Герман усадил блондина на кровать. Руслан аккуратно лег на бок. Шелковое постельное белье (тоже черное) приятно холодило кожу, обволакивало и окутывало нежностью. Оно явно было свежее. От наволочки и пододеяльника приятно пахло чистотой. Руслан уткнулся носом в подушку, обхватив ее руками. Успокоиться не получалось. Сердце все также бешено колотилось в груди. Перебирая мягкую ткань наволочки пальцами, Руслан вдыхал спокойный запах лаванды. С другой стороны на кровать залез немец. Его движения были настолько аккуратны, что казалось, это был не человек вовсе, а кот. Герман лег рядом с Русланом, притянув его к себе за талию. Парень поддался сильным рукам и не стал сопротивляться. Как только он почувствовал тепло немца, то все его беспокойство прошло. Сердце вернуло спокойное биение, гул в ушах пропал. Наступило лишь спокойствие и тепло, отчего Руслан быстро уснул. ***       Проснулся Руслан от того, что прозвенел будильник немца. Протянул руку к тумбочке, которая стояла подле кровати, и прикоснулся к часам. Те перестали истошно орать, и, Руслан, потянувшись, глянул на Германа. Тот, свернувшись калачиком, спал без одеяла и подушки. Выглядел он до безумия мило. Его растрепанные волосы рассыпались по простыне, руки он положил под голову, словно маленький ребенок. И ради такого Руслан был готов простить ему все, включая вчерашний инцидент. Блондин улыбнулся и лег рядом с немцем, сгребая того в объятиях. Брюнет заметно расслабился, почувствовав тепло, и засопел. Руслан чмокнул его в лоб, потом в нос. Тогда Герман недовольно замычал, открывая один глаз. Он сонно водил взглядом по лицу Руслана, словно не узнал его, а потом уткнулся в его грудь, прильнув губами к коже. Руслан хохотнул и поцеловал в макушку Германа. Тот заерзал, а потом резко поднялся, вытянув губы для поцелуя. От такой картины у Руслана ёкнуло сердце. Герман никогда еще не выглядел при Руслане таким… беззащитным и нежным. Он всегда был собран. Даже после сна. Но за месяц он как-то слишком кардинально изменился. Немец коснулся губ Руслана, чем вывел его из рассуждений.       — Доброе утро, сонне, — сонно прохрипел Герман.       — Доброе утро, — Руслан лишь улыбнулся в ответ немцу. Тот еще раз поцеловал блондина в губы и приподнялся на локтях.       Герман сел, потирая глаза. Потом зевнул. Все это делал он так же мило, как и котенок. И Руслан не мог налюбоваться этим зрелищем. Он присел к Герману с спины и чмокнул в щеку, потом во вторую, коснулся губами шеи, плеча. А после крепко обнял. Герман лишь хмыкнул. ***       Завтракали они молча — разговор никак не вязался. Руслан жевал бутерброды с сыром и маслом и не мог найти себе места. Утром ему хотелось нежностей с Германом, а сейчас парня воротило от немца. Герман сидел напротив него: он пил кофе, совершенно не глядя на своего парня. Поди разбери, что у него в голове, потому как выглядел он чересчур спокойным, даже отстраненным. Руслан подпер щеку рукой, тяжело вздохнув. Потом глянул на время в телефоне. Было уже ближе к восьми часам утра. Пары у Руси начинались в девять ровно.       Руслан встал, прихватив грязную кружку. Поставил ее в посудомойку и глянул на Германа. Они встретились глазами. Карие глаза, когда-то горевшие нежностью, обожгли холодом. Блондин поежился. Руслан хотел как можно быстрее сбежать от этого взгляда, от человека, казавшегося для него самым из всех самых.       — Русь… — Руслан вышел из кухни и уже сбирался зайти в зала за вещами, но услышав, как Герман его позвал жалобным голосом, остановился лишь на секунду. Он мотнул головой, словно ему почудилось и пошел в комнату.       Руслан оделся быстро — ему же не надо было выбирать, что надеть. Но вот натянуть узкие джинсы на бедра было той еще задачкой со звездочкой. Гематомы напоминали о себе искрой боли, когда блондин пытался втиснуться в джинсы. Но натянуть у него их все же получилось. Посмотревшись в зеркало, Руслан заметил отметины пальцев Германа на шее. Три яркие отметины напомнили о прошлой ночи:       Руслан попытался вырваться из-под немца: брыкался, кусал руки того и кричал. Немец двигался в нем яростно, будто хотел пробить в животе блондина дыру. Боль раздавалась по телу мелкими ударами тока. Сил вырываться не было, но казалось, что если Руслан сейчас не выберется, то он умрет. И парень, вырвав руки из сильных пальцев немца, попытался ударить того по голове. Не получилось. Герман сел верхом на Руслана и влепил тому пощечину. Еще одну. Еще. Когда Руслан закричал от боли, немец сдавил пальцами тонкую шею.       Герман душил блондина. По щекам Руслана катились слезы. Он не мог вздохнуть, и лишь хрипел, пытаясь стянуть руки немца с шеи. На лице Германа не было видно ни грамма сожаления или страха. Он словно планировал убить Руслана. При чем планировал это очень давно. И это добавляло ужаса. Руслан попытался приподнять таз, чтобы скинуть немца с себя. И у него получилось. Брюнет упал на пол. А Руслан сел на диване хватаясь за горло и, закашлявшись, наконец-то начал дышать…       — Надо как-то это скрыть… — Руслан рассматривал синяки. — Даже тоналки нет с собой…       — Они на засосы похожи… — Герман появился на пороге комнаты совершенно бесшумно. Руслан краем глаза заметил его силуэт в дверном проеме, но от резкого тона в голосе парень все равно вздрогнул. По спине пробежали мурашки. Руслан все также рассматривал синяки, словно они могли просто так исчезнуть. Не могли конечно. — Ну, я имел ввиду, что никто не подумает, что… ну, ты понял… — Герман мялся в пороге, будто не он ночью додушил Руслана до ЭТОГО.       — Зато подумают, что я шлюха. Отличная идея. Про меня и так слухи ходят, что я даю за курсовые. Молодец, Гер. — Руслан хмыкнул. Отошел от зеркала. Покрутился, рассматривая себя, чтобы нигде больше не было видно синяков.       Одевшись, Руслан, не обратив никакого внимания на Германа, вышел из комнаты, войдя в залы. Немец что-то хотел ему сказать, однако Руслан сейчас его вообще слушать не хотел. Парню нужно было все переварить.       Блондин собрал все свои вещи. Выставил их в прихожей. Уже было сам начал собираться, так как уже нужно было бежать на автобус, Герман бы навряд ли его увез. Но, немец недоуменно осмотрел обувающегося Руслана, когда тот пытался завязать шнурки на кедах (на синяки неприятно давила плотная ткань джинс, что заставляло лицо парня искривляться от боли). Попытки оказались тщетны. Руслан оперся о стену, вздохнув. Герман присел перед ним, завязывая шнурки на бантики и спрятал заботливо концы бантиков под язычок кед. Потом поцеловал руку Руслана, положив голову к нему на колено. Потерся щекой о его ногу и поднялся. Немец словно прощался с Русланом, ибо он не был так заботлив с парнем ни разу за три года их отношений.       — Я увезу тебя. Подожди, пожалуйста… — Герман виновато поджал губы и ушел в комнату переодеться в парадное.       Собрался он быстро. Уже через пять минут Герман стоял в прихожей, надевая свои отполированные до блеска черные туфли. Он, по своему обыкновению, был в идеально выглаженной белоснежной рубашке, поверх которой был накинут жилет. Его черные волосы были зачесаны гелем назад.

***

      Руслан с Германом ехали молча. Руслан лишь смотрел в окно и мечтал поскорее выйти из этой душной машины. На самом деле в машине было даже холодно из-за кондиционера, но Руслану было душно из-за нахождения рядом немца. Тот бросал редкие взгляды на блондина, от которых Руслана передергивало. Парень сильнее вжался в кресло.       Они уже подъезжали к универу Руслана. Герман завернул на парковку и повернул голову на своего парня.       — Русь… я хотел… — но договорить ему Руслан не дал: парень на автомате отщелкнул ремень безопасности и открыл дверь.       — Я уже понял. Ты сегодня опять занят. Не впервой. — Руслан попытался выйти из машины, но Герман схватил его за запястье. Парень недоуменно рассматривал немца. Дернув пару раз рукой, стало понятно, что вырваться не получится.       — Я на месяц пропаду опять… прости, пожалуйста… — голос брюнета дрогнул.       — М-м-м… А что на этот раз? Папа рожает или мячик утонул? — Руслан улыбнулся. Сарказм Герман ненавидел, а потому лицо его перекорежило настолько, что казалось, будто он съел что-то очень противное.       — Нет… Отец просит приехать.       — Понятно. Ну, привет папочке. — Руслан выдавил еще шире улыбку и вырвал запястье из пальцев немца. Герман ошарашено посмотрел на него. Руслан выскочил из машины, выдохнув. Сердце колотилось, словно птица в клетке. Приятный ветерок обдавал прохладой, ласкал своими вихрами щеки, словно и вправду хотел утешить блондина. Руслан посмотрел в небо: лазурное море, по которому плывут мягкие белые кораблики — облака, и стало как-то резко легко.       Руслан открыл дверь салона, забрал вещи и хлопнул демонстративно дверью. Подняв голову, он деловито зашел на тротуар с парковки. Герман же недоуменно и совершенно недовольно побибикал парню вслед, на что получил бесцеремонно поднятый аккуратный, словно для этого и созданный средний палец. Возле ступеней, восходящих к университету, стояла приятной наружности девушка в яркой кислотно-зеленой кофте. Она все поправляла свои длинные каштановые волосы, которые ветерок все норовил закинуть ей в лицо. Параллельно, девушка что-то печатала в телефоне. Тут Руслану пришло сообщение. Свободной рукой парень еле-как достал смартфон. Писала Катя — его лучшая подруга.       «Ты где???»       «В сторону парковки посмотри» — Руслан, написав это, помахал девушке в зеленой кофте. Та, прищурившись, помахала радостно в ответ.

***

      Пары. Пары. Пары. Консультации. Рисунки. Рисунки. Рисунки. Рисунков много не бывает? Оказывается — бывает. От такого количества изображений уже рябило в глазах. Разборы ошибок, снова разборы и еще. Утренние переживания ушли даже не на второй, а на план десятый. Сильная загруженность заставляла думать только о сне и еде. О Германе Руслан забыл, как о страшном сне. Наверное, впервые в жизни Руслан чувствовал себя настолько свободно. Оказывалось — нужно было лишь выкинуть из головы этого чертового придурка.       Устало вздохнув, Руслан вышел из здания университета. Яркий, ослепляющий свет ударил в глаза. Парень рефлекторно зажмурился, привыкая к свету. Солнце светило ярко, но не палило, а лишь ласкало тонкую бледную кожу. Ветра практически не было: лишь легкие порывы изредка обдували, зашедшие испариной, шею и лицо. Зеленеющая трава изумрудами поблескивала на фоне мертвых, голых участков земли. Студенты, группами или по одному, покидали университет. Кто-то стоял и прощался с друзьями, кто-то наслаждался долгожданным теплым денечком, которых в городе W было не так уж и много, а кто-то, как Руслан, стоял и ждал своих друзей-капуш.       Наконец-то Катя вышла. Девушка что-то рассказывала, но парень просто этого не слышал. Эго внимание заняла парковка. На ней не было ни машины Германа, ни машины Жени. Руслан забыл, Герман не сможет его сегодня забрать, а папе Руслан просто на просто не позвонил, да и он занят был на работе. Что было очень печально. Не хотелось ехать домой одному…       — Русь, ты чего завис? — Катя дернула его за плечо. Руслан недоуменно на нее уставился, словно первый раз в жизни увидел ее.       — Ты что-то говорила?       — Вообще-то да. — Обиженно девушка скрестила руки на груди.       — Ну, прости… я не слышал… — Руслан посмотрел в глубокие темные глаза подруги. Та все также обиженно дула губы, а потом взмахнула рукой:       — Понятно. Ну, не важно. Есть у нас один пидор-препод. Он меня все завалить пытается, рассчитывает на то, что я к нему в койку за тройку прыгну. Щас, бегу и тапочки теряю! Ты представляешь?!       — Вот мудила. Ты ходила в деканат? — Руслан вскинул бровь, глядя на подругу.       — Ходила. Мне сказали, что я выдумываю. Ну, мне одна пересдача осталась — дальше перед комиссией. Уж на этой пересдаче он валить не будет, старый хрыч. — пробубнила она, высматривая что-т она парковке. — Слушай, а тебя Герман сегодня забирает разве?        — Он сказал, что занят. Сам поеду. Даже если бы он был не занят, я бы с ним не поехал — мы поругались. — Катя недоуменно уставилась на друга. — Очень сильно. — Добавил Руслан, ставя точку в этом вопросе. Парень закинул рюкзак на плечо. Все вещи для академического рисунка преподаватель разрешал оставлять у себя в мастерской, а поэтому Руслан был налегке. Он расслабленно зачесал выбившиеся из хвоста прядки волос и подставил взмокшую шею порывам прохладного ветерка.       — Русь. Ты уверен, что Герман тебя не забирает? Там машина его стоит… — Руслан недоуменно уставился на руку девушки, которая указывала на парковку. И действительно — на парковке стояла черная ауди немца. Машина была словно из мойки: блестела и сверкала под яркими лучами солнца, как начищенные до блеска лакированные туфли. К авто подошел высокий паренек лет двадцати-двадцати двух. Он был широкоплечий, однако его тело было худо и сам он был довольно тонок. Его блондинистые волосы, такие же белые, как у Руслана, зализывал назад ветерок. Руслан парня этого знал — даже издалека выбивался его скандинавский профиль и гордый, надменный по-кошачьи, шаг.       Это был Фил. Красивый снаружи, но, как часто это бывает, гнилой внутри. С Филом Руслана Герман познакомил еще в тот момент, когда сам немец играл со скандинавом в одной инди-группе. И Фил, мягко говоря, не произвел на Руслана никакого впечатления, кроме отвращения. Характер у него был мерзким. Фил отличался особенным желанием выстилаться перед другими и угождать всем и каждому. Однако, за спиной он придавал любой конфуз своих «друзей» огласке. В простонародье его назвали бы крысой, и это прозвище очень подходило бы ему. Но больше всего Руслана в этом парне бесила его манерность. Он был таким жеманным и слащавым, что с первых секунд начинало тошнить. Но даже не понятно с первого раза было бы — тошнит тебя от его манерности или от его дешманского одеколона. Из машины вышел Герман. Такой же опрятный, как и утром. Черные волосы, зализанные гелем назад, поблескивали под солнечными лучами. Немец улыбнулся, обняв Фила, а после, коснувшись щеки того губами, отстранился. Блондин засмеялся, проведя пальцами по мощной шее немца. Руслана передернуло. Тело само рвануло вперед. Катя только и успела, что схватить парня за запястье. Блондин недоуменно уставился на пальцы, сжимающие белую кожу.       — Русь, не пачкай об это дерьмо руки. Напиши ему, что вы расстаетесь. Прямо сейчас. — Катя отчеканила последнюю фразу и посмотрела в синие глаза.       — Я и не собирался. — Руслан сконфуженно улыбнулся. На душе заскребли кошки. Они, словно по металлу, шоркали своими коготками и от этого становилось еще более тошно. Мелкая дрожь прошлась по телу. Слезы сами выступили на глазах, но Руслан постарался их быстрее стереть с лица. — Я поговорю с ним вживую. Я не хочу с ним расставаться… — сердце больно сжалось. Не хотелось расставаться. Каким бы не был Герман — Руслан его любит… или нет? Может быть Руслан, кроме как привязанности, ничего больше не испытывал ничего? Может. Но парень благополучно игнорировал и боялся смотреть правде в глаза. Больно это — видеть всю правду и ничего не делать.       — Ты уверен? Не думаю, что это, — девушка провела пальцами по темному пятну на шее парня, — он сделал просто так. От тебя бил? Сердце пропустило удар. Еще.       — Н-нет… Это засосы просто…- Руслан отвел взгляд. Однако Катя была не из тех, кто не чувствует лжи. Девушка вздохнула, вцепившись в плечо блондина пальцами, чтобы он не отворачивался от нее.       — Я не такая дура. Знаю, как выглядят засосы. А это — синяки. — Катя пальцем ткнула в гематому на шее. — Русь, бросай его, пожалуйста. — Катя обняла парня, обхватив того за шею. Руслан так и стоял столбом, лишь закрыл глаза, чтобы успокоиться.       Желание убить немца приобрело колоссальные масштабы. Парень сжал руки в кулаки, медленно выдохнув: «Людей убивать нельзя», — проносилось в голове. Верно, людей убивать нельзя: «Убей его… Убей…» — Руслан открыл глаза. Шок сковал все тело. Откуда такие мысли? Они амброзией разливались по венам, наполняя тело сладостью. Искушали совершить преступление, словно Змей из райского сада. И от этих побуждений одновременно становилось еще и страшно. Руслан мотнул головой, пытаясь выгнать эти грязные мысли из своей головы.       — Тебя кто-нибудь забирает? — Руслан постарался перевести тему. Катя расцепила свои руки на гусиной шее блондина и задумчиво уставилась в телефон.       — Да. Матвей скоро подъедет. Ты с нами? Не хочу оставлять тебя в такой ситуации одного. — Катя взяла друга за руку, посмотрев тому в глаза. Руслан помотал головой, сжав пальцы Кати, успокаивая ее. Девушка недовольно поджала губы, но настаивать не стала. — Ты Жене скажи. Это нельзя оставлять просто так. И расстанься с этим мудаком. Прошу тебя. — Катя еще раз обняла блондина, на прощание чмокнув того в щеку. — На связи. — Девушка помахала рукой, побежав к желтой Логан Рено, из которой Руслану помахал брат Кати — Матвей. Руслан отсалютовал ему левой рукой приветствие и развернулся в сторону парковки. Фигуры Фила и Германа виднелись вдалеке.        «У что ж, прогуляемся.»

***

      Руслан мягко ступал на асфальт. Он следовал за парочкой по дворам. Азарт бурлил в крови. Парень уже представил, как унизит немца и насколько сладко ему будет после. Ничего не подозревая, Герман и Фил шли буквально в десяти метрах от блондина. А он, смеясь внутри, шагал следом. Улыбка не слезала с лица. Руслан даже не скрывался. А зачем? Герман, впервые в жизни шел так: приобнимал свою пассию за талию и не обращал внимания на остальных. Он словно растворился в разговоре со скандинавом.       Руслан шел медленно, как кот. Не куда было торопиться. Жертвы уже никуда не денутся. Внутренности кипели от возбуждения. Столько сил не бывало у парня отродясь, а потому они вызывали в нем такую бурю эмоций. Хотелось догнать Германа и вмазать ему. После Филу — он знал о Руслане. Прекрасно знал. Но видимо сучья натура взяла верх. От таких раздумий ёкнуло сердце. Руслан облизнул губы, предвкушая то, как будет избивать Германа, как выхватит его дружок.       Герман с Филом завернули за угол — к гаражам. Руслан остановился. Дух словно выбило из тела. Голова пошла кругом. Что же он делает? Это не он…это не его желания… Парень схватился за голову, прижавшись спиной к ледяной плите хрущевки. Она тут же обожгла спину холодом, и блондин вздрогнул.       — Что же я делаю… — Руслан скатился по стене. Мелкая дрожь пустилась по телу. Он рвано вздохнул. Слезы подкатывали к горлу. Зубами схватившись за запястье, парень пытался успокоиться — любой звук или шорох мог выдать его. Руслан достал смартфон, паника уже начала его отпускать. Парень открыл переписку с немцем и уже написал это заветное «Я тебя бросаю. Прощай», как Герман заговорил чуть громче:       — Я поеду к отцу. Не к этому доверчивому придурку Русе! Как ты не понимаешь? У меня в Германии еще дела. Отец хочет передать мне свое дело.       Руслан уставился в экран смартфона. Тело оцепенело и покрылось мурашками. Крик подступал к горлу, безумно хотелось реветь в голос. Парень закрыл лицо руками. Слезы потекли по щекам, отрезвляя, обжигая тонкую кожу на щеках. «Какой же я придурок…» — Руслан уткнулся головой в колени. Истерика накрыла с головой. Дрожь сковала все тело, и даже дышать стало невыносимо тяжело.       — Ты порвал с этим «придурком»? — голос Фила дрогнул, словно он сейчас расплачется.       — Нет. Зай, мне не до этого. — Отчеканил немец. Так вот откуда это, неизвестное ранее Руслану, «Зай»       Парень поднял голову. Вытер слезы. Да пошел этот мудак. «Я трус что ли? Прямо сейчас и порву с ним.» — Руслан подскочил, отряхнулся. Блондин выглянул из-за угла. Герман стоял напротив сидящего Фила, вытянув руку.       — Солнце. Я, как только приеду — сразу порву с ним… не капай мне на мозги, пожалуйста. Мне этого хватает… — Герман взял лицо скандинава в ладони и чмокнул в лоб.       — Не, Герман. Я тебя бросаю прямо сейчас. — Руслан выплыл из-за угла, словно кот. Улыбка вновь налезла на его лицо. Так было сладко видеть полные шока глаза немца. Фил тоже втаращил свои и так большие холодные глаза. — Вы чего? — Руслан насмешливо оглянулся, будто за ним мог быть кто-то страшнее, — Второе явление Христа увидели? — парень хихикнул, идя неспешно к этим двоим.       — Русь, это не то, о чем ты подумал. — Герман отскочил от Фила, словно ужаленный.       — Герман-Герман. Я слышал достаточно, чтобы понять, что это именно то, о чем я подумал. Браво, спектакль провален. — Руслан похлопал в ладоши. — Герман, я тебя бросаю, чмо ты безродное. — блондин выставил аккуратный средний палец, улыбнувшись. У немца задергался глаз. Он ошарашено переглянулся с Филом. Ситуация забавляла. Особенно рожи этих двоих: бледный, как смерть, Герман и алый, словно паруса Грина, Фил, смотрели друг на друга, анализируя, что вообще происходит. Руслан засмеялся:       — Ой, я не могу. Инь и янь мать вашу. Фил, хоть я тебя и ненавижу до смерти, но бросай этого хмыря. Смотри, что тебя через пару ле ждет, — Руслан расстегнул ширинку и оттянул штанину. Россыпь синяков, сливающаяся в одно сплошное синее-зеленое месиво, заставили глаза Фила расшириться еще сильней.       — Ахренеть…- скандинав приложил ладонь ко рту и глянул на Германа. Тот занервничал: кадык его так и ходил туда-сюда.       — Фил, ты веришь ему? Его со мной даже не было сегодня. — Голос его дрогнул. Нервный смешок вырвался из рта немца.       — Я был у него сегодня. Можешь посмотреть в моем телефоне. Переписка наша. — Руслан достал свой телефон. Удалив сообщение, которое он хотел отправить пару минут назад, парень протянул переписку блондину. Фил спокойно взял смартфон в руки, бегая глазами по тексту сообщений. Герман выпучил гневно глаза.       — Да ты, блять, заебал уже. — Герман подлетел к Филу, вырвал телефон из его рук и «выронил» его на асфальт. Экран телефона разлетелся в дребезги.       — Твою мать! Ты хоть знаешь сколько он стоял?! — Руслан ошарашенно уставился на свой смартфон. Миг — и хрупкий кулак влетел в смуглую скулу. Герман пошатнулся. Злость растекалась по телу жидкой жгучей магмой, застилала пеленой глаза. Руслан налетел на Германа, повалив того на асфальт. Он бил и бил того по лицу. Кровь наполнялась удовольствием от происходящего, вызывая чувство эйфории. Кулаки саднили, но боль эта была приятной. Руслан довольно оторвался от лица немца, улыбнувшись. Но это было фатальной ошибкой. В лицо ему прилетело ногой. Толстая подошва кед угодила парню чуть выше скулы. Руслан слетел с Германа, больно ударившись копчиком.       Блондин глянул на немца. Он лежал на асфальте, шипя от боли. Все его лицо было в крови и кровоподтеках. Фил сел возле него, достав откуда-то влажные салфетки. Хоть лицо и отчистилось от крови, но синяки на скулах и под глазом выглядели ужасно. Руслан посмотрел на свои руки: костяшки были сбиты, а руки были уже не понятно в чьей крови — Руслана или Германа. Выглядело это жутко.       Злость сменилась на страх. Мурашки пробежали по телу. Кровь. Кровь повсюду… Руслан уставился на лежащего Германа, ошарашено бегая по его лицу глазами. Что это сейчас было? Это были не желания Руслана. Животные, хищные, совершенно нечеловеческие желания… Воздух словно выбили из легких. Парень схватился за горло, закашлявшись. Снова, как ночью, дикий кашель скрутил все тело. Дышать стало невыносимо тяжело. Грудная клетка сотрясалась с болью. Руслан сел, поджав ноги. Кашель выбивал воздух, душил своей силой.       — Э, не помирай тут. — Руслана кто-то потряс за плечо. Парень растерянно уставился в холодные голубые глаза. Фил выглядел встревоженно. — Эй, — скандинав пощелкал пальцами перед лицом Руслана. Блондин зажмурился, а позже открыл глаза. Голова пошла кругом.       — Все нормально, — Руслан выставил руку. А после ладонью протер лицо. Оно было мокрым, словно его окунули в бочку с водой.       — Окей. Встать можешь?       — Могу. — Руслан подскочил на ноги. Однако это было плохой затеей: в глазах потемнело, и парень чуть не упал. Фил поймал его тушку рукой и поставил на ноги.       — Слушай, вали лучше отсюда. Пока ментов не вызвал. — Фил посмотрел на уже сидящего Германа. Руслан тоже бросил взгляд на немца. на скуле и возле рта виднелись гематомы. Хорошие такие. Синевато-фиолетовые.       — Да я и не собирался с вами оставаться тут, — Руслан скинул руку Фила и, топая, направился в сторону выхода из гаражей. ***       Руслан шагал шатающейся походкой по улице. Рюкзак на плече перевешивал, и парень то и дело иногда качался из стороны в сторону. В руке у него была бутылка какого-то алкоголя, что-то вроде шампанского, однако запах был отвратный. Блондин завернул в парк. Сев на самую дальнюю от выхода лавочку, Руслан разревелся. Слезы текли градом, обжигая тонкие щеки. Они не приводили в чувство разум, и так опьяненный алкоголем, а наоборот сильнее застилали пеленой глаза. Он закрыл лицо руками, задрожав.       — Да что ж мне так не везет-то… — скуля, Руслан покачивался из стороны в сторону, словно стараясь себя успокоить. Слезы давно кончились, но напоминаниями от них стали лишь мокрые следы на щеках и болящие глаза. Блондин, словно маленький ребенок, утер их кулаками. Он взял бутылку в руку. Сделав пару глотков, парень выдохнул. Шампанское приятным ягодным послевкусием скатилось легко по горлу, слегка обжигая глотку. Руслан сделал еще пару глотков. Шампанское пилось легко и оказалось очень даже вкусным, особенно, если учитывать, что стоило оно не так дорого. Алкоголь ударил голову. Разум замутился окончательно.       — Я хочу к нему… — завыл парень. Он редко пил, и пил обычно по каким-то важным поводам, но сегодня дал себе слабину. Боль разъедала все тело, щемила в сердце, от чего то сжималось от невыносимой тяжести. Руслан сложился пополам, обхватив себя об живот, и продолжил реветь.       — Эй, с Вами все хорошо? — кто-то коснулся плеча парня. Приятный бархатистый голос прозвучал где-то вдалеке. Руслан пьяно поднял глаза. Они видели мутно, однако силуэт мужчины показался ему очаровательным: высокий, широкоплечий, с большими теплыми руками. Больше Руслан ничего не смог разглядеть — алкоголь бил по голове наковальней, и она становилась с каждым разом все тяжелее, да и освещения в парке как такового и не было.       — Да, со мной все хорошо… просто я бросил своего парня сегодня…- Руслан пожал плечами, улыбнувшись. Он посмотрел в лицо мужчины. Яхонтовые глаза серьезно смотрели на блондина. Руслан заулыбался еще сильнее. Было так больно и одновременно весело из-за выпитого спиртного. Мужчина рядом сел на скамью.       — И Вам я так понимаю очень хорошо от этого. — мужчина указал на бутылку дешевого шампанского.       — Не особо. Я хочу к нему. Но он мне изменил и избил меня… — Руслан пожал плечами, а после показал на шею. В темноте было плохо видно, поэтому мужчина приблизился к Руслану, чтобы рассмотреть гематомы на бледной шее. Парень смущенно отвел глаза. Щеки загорели от неловкости данной ситуации. От мужчины приятно пахло мускатом и елью. Хотелось еще раз вдохнуть ненароком этот приятный резкий запах, однако мужчина отстранился от парня.       — Вы сильно его любили? — Руслан не смотрел на мужчину, рассеяно отведя взгляд в сторону. Он с любопытным интересом начал рассматривать свои кеды, которые были почему-то в грязи. Потом его внимание завлекли руки, вернее — ладони: костяшки на них опухли, ссадины на них хорошо просматривались даже в темноте, Руслан их даже не отмыл, и они были все в крови. — Наверное да, раз подрались.       — Как вы поняли…?       — Костяшки и Ваше лицо, — только и сказал мужчина, — это очень видно. — Он мягко прикоснулся к скуле, куда прилетел удар от Фила. Руслан даже в зеркало не смотрел. И как ему продали с таким видом алкоголь? Даже паспорт не попросили. Удивительно. Парень улыбнулся еще сильнее. Ситуация забавляла. Очень даже. — Вам весело? От чего же?       — Да забавная ситуация. Я пришел пострадать об утрате, а тут подсели вы. — Руслан хохотнул и глянул на мужчину мутным взглядом. Он оказался шатеном. Волосы были аккуратно зачесаны назад. Греческий профиль, нос с точеной горбинкой. Идеальный партнер для художника… Руслан помотал головой. Мужчина недоуменно выгнул бровь, однако уголки его пухлых губ приподнялись в ухмылке. Его явно веселило поведение Руслана. — Вы же меня даже не знаете. Да и вы выглядите довольно богатым…       — Ну, это дело мое. Мы должны чаще помогать друг другу, и тогда в мире будет царить гармония. — Мужчина наклонил на бок голову и посмотрел на блондина игриво. Тут запиликал рингтон в смартфоне мужчины. Он встрепенулся, резко достав откуда-то телефон и мгновенно принял вызов. — Да? Я? Тебе какое дело. Решил пройтись по парку. Я устал после работы. — Мужчина устало потер глаза, — Кай, ты серьезно? Я скоро буду… — мужчина раздраженно положил трубку. Руслан в это время зачарованно, или пьяно, он сам не понял своего порыва, рассматривал мужчину. Он старался запомнить каждый миллиметр его лица, тела, голос и приятный аромат, дурманящий голову не хуже этого шампанского. Он явно лыбился как дурак и выглядел сейчас до безумия странно, но было плевать, ибо алкоголь приятно затуманивал разум. — Извините, мне нужно срочно идти… Вам вызвать такси или давайте я Вас подвезу? Вы явно сейчас не в состоянии даже до дома дойти. — Мужчина виновато посмотрел на парня. От чего Руслан вновь в смущении отвел глаза: янтарные глаза мужчины сейчас выглядели как у милого щенка.       — Н-нестоит. Я позвоню папе, он меня заберет.       — Папе? Вы студент что ли? — Мужчина обеспокоенно посмотрел на Руслана. А тому, даже под алкоголем было стыдно смотреть на него в ответ. Парень закрыл глаза ладонью, словно он потирал их.       — Да, студент.       — Вам бы в таком случае поскорее вернуться домой. Давайте я лучше Вас подвезу. — Мужчина глянул на наручные часы.       — Не стоит. Я сейчас позвоню папе, и он меня заберет. — Руслан помахал руками. — «Я больной по-вашему? С незнакомцем в одну машину садиться. Еще чего» — добавил он уже про себя.       — Хорошо. — Мужчина встал со скамьи, отряхнув полы пальто. — Еще раз простите, что вот так вот ворвался в Ваши страдания, — мужчина улыбнулся. — Мне было приятно помочь кому-то. Я столько плохого сделал в жизни, что сейчас хочется делать только хорошее… — добавил он. В голосе его звучала то ли грусть, то ли досада. Не понятно было. Мужчина протянул руку.       — Спасибо вам. — Руслан пожал руку шатену. Ладонь мужчины была такой нежной и теплой, что хотелось прикоснуться к ней щекой. Лечь на нее и заснуть. Парень еле удержал себя, чтобы не сделать этого. Руслан вытянул пальцы их крепких пальцев мужчины.       — До свидания. Может быть, увидимся еще. Наш городок такой маленький, — Мужчина улыбнулся и повернувшись, ушел в том же направлении, что и пришел.       — До свидания. — Руслан помахал ему рукой. С этим приятным собеседником не хотелось расставаться вовсе. Парень печально вздохнул. Достал телефон из рюкзака и набрал номер Жени.       Пип             Пип                   Пип       — Ало, пап… тут такое дело… — Руслан пьяно растягивал слова.       «Да, что случилось, снежок?» — голос Жени в трубке показался очень уставшим.       — Ты можешь забрать меня из парка G? — Руслан нервно вздохнул. Как же стыдно…       «Ты не дома? Почему?» — усталости как будто небывало. Женя встревожено задышал в трубку.       — Да я дома расскажу… забери меня, пожалуйста…- тут слезы потекли градом вновь. Руслан, как маленький ребенок завыл белухой.       «Скоро буду. Иди к выходу.» — и… Женя отключился.       Блондин печально вздохнул, утирая слезы. Он посмотрел на недопитую бутылку шампанского. Взял ее в руку, отпивая напоследок еще немного. А после кинул ее в урну рядом, горько охнув.

***

      Руслан уже ехал в машине с Женей. Мужчина читал ему нотации, параллельно крутя руль. Однако парню было не до этого. В голове был кавардак. Мысли перемешались в кучу. Пьяному думать тяжело. А уж воспринимать какие-то здравые мысли — тем более.       — Русь, ты с чего напился вообще? — голос Жени был раздраженным. Он стучал пальцами по рулю, поглядывая на развалившегося на заднем сидении сына. — Ты же понимаешь, что с тобой все, что угодно могло случиться?       — Понимаю… — Руслан безучастно смотрел в окно. Мимо машины мелькали фонарные столбы, и парень считал их, чтобы не вырубиться. Однако, в машине было так тепло и пахло чем-то родным, что Руслан отключился на пятом столбе.       — Русь, я переживаю за тебя. Ты же понимаешь это? — Женя завернул во двор их дома и подъехал к их парковочному месту. Остановил машину. Ответа на вопрос не последовало. Мужчина повернулся назад. Руслан сладко спал, свернувшись комочком на сиденье, его волосы налезли на лицо, от чего он был похож на беленького котенка. Женя вздохнул, улыбнувшись. — Ну, и что мне с тобой делать…       Мужчина вышел из машины. Открыл пассажирскую дверь. Он потряс сына за плечо, чтобы разбудить его, однако кроме недовольного мычания он не добился ничего. Пришлось вытаскивать пьяную тушку из машины и тащить парня на руках в квартиру. Учитывая, что Руслан был длинным и тощим, это было очень неудобно.       Еле как подняв худое тельце, Женя закрыл машину и направился в сторону подъезда. Вечер был уже прохладным. Небо уже покрылось мелкой россыпью звезд. Редко такое увидишь в городе. Но сегодня, видимо, был день особенный. Женя вздохнул с восхищением и зашел в подъезд.

***

      Оказавшись дома, Женя, не разуваясь, сразу пошел в комнату Руслана. Снял с него вещи, укрыл. Парень, почувствовав тепло, размяк на кровати. Мило обняв подушку, он засопел. Ну, чем не котенок… Умиляясь этой природной мягкости сына, Евгений скинул вещи в коридоре. Походил по квартире, будто она во время его отсутствия могла как-то измениться, особенно, если учитывать то, что Руслана дома тоже не было. Вася прибежал к хозяину, потерся о ноги того, недовольно мяукнув. А после заурчал не хуже трактора. Мужчина наклонился к нему, пройдясь ладонью по мягкой шерсти. Кот вновь недовольно мякнул.       — Тише. Руслана разбудишь, — шикнул Евгений, направляясь в сторону кухни. Насыпав немного корма коту в миску, мужчина улыбнулся, наслаждаясь успокаивающим мурчанием Васи. — Поел? — спросил Женя, когда кот, оторвавшись от миски, довольно облизнулся. — Пойдем к твоему хозяину. — Евгений взял кота на руки, зашагав в сторону комнаты сына.       Женя спустил кота на кровать, который, в свою очередь, аккуратно улегся под животом хозяина, урча довольно. Сам мужчина сел рядом с кроватью, поглаживая нежную щеку парня пальцами. На скуле красовался огромный синяк, а костяшки и вовсе были сбиты. Но сейчас не было смысла будить этого героя-инвалида, чтобы выпытать правду. Женя спросит завтра. А сейчас появилось мгновение, когда мужчина вновь, как еще лет семь назад, когда Руслана еще не тронул подростковый период и не забрал всю детскую красоту парня, может просто полюбоваться нежным и совершенно невинным обликом сына, повспоминать прошлое. Женя вздохнул. Потер устало глаза. Пора бы спать ложиться.       — Я тебя люблю, снежок, — прошептал мужчина, касаясь губами виска парня. Руслан замычал и открыв один глаз, пролепетал пьяно:       — Я тебя тоже очень люблю… — и вновь провалился в сон, чем вызвал лишь улыбку на лице родителя. Женя погладил того по волосам и вышел из комнаты.