Поттеры и Тайная комната

Вскоре все наладилось. Ну, более-менее. Гарри исправно ходил на отработки, на новые и старые. Перед Линой извинился, благо, та его быстро простила. Сестра всегда его быстро прощала, что бы то ни было. А вот перед Малфоем... Он бы не стал, но понимал, что нужно. Хотя бы ради галочки. И чтобы Макгонагалл перестала на него косо смотреть. Извинился на перерыве, когда Драко в компании Крэбба и Гойла стоял в коридоре. Он подошел, склонил голову и извинился. Сначала Малфой даже не понял, что да почему, а потом сообразил. Послал его, правда, куда подальше, но Гарри было все равно: извинившись, он тут же ушел, не став ожидать ответа. Лина довольно смотрела на него, улыбаясь, игнорируя Малфоя. Правда, некоторые однокурсники начали странно поглядывать на него, но Гарри не обращал на них внимания. Пусть смотрят. Что нужно, он сделал. Прошла неделя. Он старался вести себя хорошо, учить уроки (с зельеварением ему помогала сестра, но он правда старался!), и вроде все встало на круги своя. И тут и ему, и Лине, наверное, пришлось столкнуться с новой стороной волшебного мира. Гарри шел вместе со своей командой по квиддичу на тренировку. Сегодня было мало занятий, погода была хорошей, солнечной - прекрасное время для тренировки! Оливер решил ее провести, собрал команду и теперь все весёлой походкой шли на поле, но оно было занято. Слизеринской командой. Естественно, началась перепалка. Оказывается, команда Слизерина получило официальное разрешение от своего декана на использование этого поля для тренировок по причине появления нового ловца. Им оказался Драко Малфой, к всеобщему удивлению. Присмотревшись, можно было заметить новенькие, блестящие от тёмного лака мётлы. Нимбус 2001. Рон вместе с Гермионой и Линой, которые пришли посмотреть за тренировкой, заодно порешать домашнее задание, уже шли к месту конфликта. Именно он озвучил общую мысль: - Нимбус-2001... Это совсем новые мётлы! Где вы взяли их? - Отец Драко их купил. - довольный ответил Маркус. Драко самодовольно вышел к ребятам, поставив перед ними свою новенькую метлу. - Видишь ли, Уизли, мой отец может позволить себе купить мне самое лучшее... В отличие от некоторых. - взгляд Малфоя упал на перемотанную скотчем палочку Рона и на его потрепанную временем мантию. Рор покраснел от злости. Ещё бы чуть-чуть и точно бы началась драка, но Гермиона ответила за него. - По крайней мере, в нашей команде никто не покупал себе место! Каждый игрок попал в команду благодаря своему таланту! - громко сказала она, подняв голову и бесстрашно смотря в глаза Драко. Лина же усмехнулась наблюдая за ней. За то время, что они общаются, кажется, Гермиона чему-то научилась. Хотя Лина не обладала такой смелостью, чтобы сказать прямо, что она думает о других, но свои мысли ясно и точно описывала Падме и Гермионе. Драко это замечание не понравилось. Подойдя к ней ближе, он сморщился, прищурился, глядя на неё: - Твоего мнения никто не спрашивал, поганая грязнокровка. Каждый на это заявление отреагировал по-разному: слизеринцы равнодушно, гриффиндорцы возмутились наглости этого мальца; Гермиона, судя по мигом взмокшим от слез глазам, была расстроена; Лина была озадачена: она не совсем понимала смысл этого слова, но внутри нее что-то откликнулось на это оскорбление, будто это было адресовано ей... Ощущение, будто она это уже слышала; Гарри же почувствовал такую неимоверную злость к этому наглецу, что с силой сжал метлу, та аж хрустнула от боли (благо, не напополам). Гарри сдерживал себя как мог, чтобы не разукрасить лицо Малфоя снова. Рон же сдерживаться не стал. Почувствовав себя благородным рыцарем, он решил защитить честь своей подруги: нацелился палочкой на Малфоя и использовал заклинание. Правда, Рон не подумал, что сломанная палочка будет действовать несколько по-другому. Как итог, теперь слизнями плевался не Драко, как было задумано первоначально, а Рон. Гарри и Гермиона мигом подбежали к Рону, помогая ему встать. Слизеринцы же смеялись с неудачной попытки атаковать противника. Особенно Малфой, что неимоверно выбесило Лину. Не выдержав, та довольно злобно взглянула на него. - Да, как красиво... Оскорбить девочку и довести ее до слез... Я всё расскажу Флитвику. Спрошу у него, что это за слово такое интересное. Ему будет ой как интересно узнать, из чьих уст я его услышала. - сказала Лина тихо, наблюдая, как лицо Малфоя сменяется с веселого на презрительное. - Ах да, я ж совсем забыл. Вы, Поттеры, выросли у магглов. Вы ничего не знаете о магическом мире... Вы почти такие же, как грязнокровки, только наполовину, но это не меняет сути. Лина сжала губы в узкую полоску. Ей так хотелось врезать Малфою по лицу, но сдержалась. Где-то внутри нее что-то сникло: он был прав. Они не все знали об этом мире, как он, они выросли совершенно в другом мире, и теперь они должны узнавать законы и закономерности другого, но в душе горела обида. Он не имел права так говорить! - Лина, пойдем! Рону очень плохо! Лина ушла, так и ничего не ответив, чувствуя себя паршиво от ощущения победного взгляда на себе.

***

- Скажи мне, почему мы пошли к Хагриду, а не к Мадам Помфри? - Он был ближе! Лина недоуменно смотрела то на брата, то на Хагрида, который принес ведро и дал его бледному Рону. - От этого нет лекарства! Нужно просто... пережить это. И выплюнуть этих слизней. Всех до одного! Рону стало плохо. Прозвучали тошнотворные звуки в ведре, куда было опущено его лицо. Лина сморщилась и отвернулась, а Гарри придерживал друга, хотя ему самому картина страдающего друга была неприятна. Гермиона же сидела у окна, еле сдерживая слезы. - И кто ж на тебя наложил такое противное заклятие? - спросил Хагрид, когда дети отказались от его с любовью сделанных им кексов (которые невозможно было есть, настолько они были твёрдые). Пришлось рассказывать всю историю с самого начала. Хагрид нахмурился и подошел к Гермионе, сочувственно погладив ее по спине. - А что значит это слово? - озадаченно спросил Гарри. - Так называют детей, которые были рождены от магглов, не волшебников. Такими словами не разбрасываются воспитанные люди. - ответила Гермиона тихо, стирая с щек дорожки слёз. - Гарри, Лина, - к ним обратился пооувеликан - это очень плохое слово! Ими разбрасываются в основном чистокровные волшебники, вроде Малфоев, которые считают, что раз их родители из поколения в поколение волшебники, значит им все можно! Но это не так. Гермиона, - тут он уже с улыбкой обратился к гриффиндорке - не слушай ты этого слизняка! Он силен только в словах, так сказать. А ты, вон, знаешь всё! Не знаю даже, есть ли такое заклинание, которого бы ты не знала! Гермиона хихикнула. Кажется, слова лесничего ее подбодрили. Гарри тяжело вздохнул, похлопывая Рона по плечу, когда тот сплевал еще одного слизняка. Лина же оставалась задумчивой.

***

- Лина, цветочек мой, подойди ко мне. Лина обернулась. После того, как у Рона закончились слизни, девочка силком отправила их к Мадам Помфри (на всякий случай), а Гермиона молча ушла в башню Гриффиндора, сказав, что хочет побыть наедине. Признаться, Лине тоже нужно было уединение: она не ожидала открыть для себя магический мир с такой стороны. Казалось, будто раз тут магия, то тут все должно быть идеально, но нет. Наверное, ни в одном мире не может быть всё идеально. Пока она размышляла об этом, задумчиво бродя к башне Рейвенкло, к ней незаметно подошла её мать. Впрочем, как всегда. Ее шаги всегда были бесшумны, словно лёгкое дуновение ветра. Она бесшумно подходила к дочери, и только по цветочному запаху её духов дочь понимала, кто к ней пришел. Лина послушно подошла к матери, которая стояла, смотря в сторону школы, словно что-то высматривала там. Какое-то время они молчали. - Мам, что случилось? Лили повернулась к дочери и ласково улыбнулась. Она осторожно коснулась к лицу дочери и погладила её худую щеку. Лина почувствовала холод, отчего по коже пошли мурашки. - Ты ведь знаешь, что мы очень похожи с тобой? Рыжие волосы, зелёные глаза, цвета весенней травы, даже ямочки на щёчках! Вся твоя красота досталась тебе от меня. - Лили мигнула. Лина улыбнулась, прижимаясь к руке матери, но та ее убрала. - Но есть то, что отличает нас: ты куда сильнее меня. - Сильнее? - удивлённо пробормотала Лина. Лили прикрыла глаза, все также улыбаясь - Ты пока не понимаешь свою силу, девочка моя, но придет время, ты поймёшь... Лили снова посмотрела на дочь, взяла обе её руки, наклонилась к ней и посмотрела ей в глаза: - Неважно что было вчера, что было несколько лет назад, что было до того, как ты родилась. Главное, кем ты являешься на данный момент времени. Ты - Эвелина Лилиан Поттер, родная и любимая дочь Джеймса Флимонта Поттера. Твой отец подарил тебе огромное состояние, ключ к высшему обществу в мире магии, огромные возможности. И когда ты вырастешь, ты сможешь этим всем воспользоваться без труда, потому что ты Поттер - дочь главы рода Поттеров, великого рода зельеваров, артефактологов, изобретателей и многих других великих волшебников! Их кровь течет в тебе! Не забывай об этом! Лина замерла. Лили прижала руки дочери к губам, целуя их. - И никогда не позволяй никому оскорблять себя и свой род! Ты такая же сильная, необыкновенная, ты... Не хуже Малфоя. Даже лучше. В разы. Он еще ни раз пожалеет о своей фамилии. Девочка не поняла последнюю фразу матери. Почему Драко будет жалеть о фамилии, которую носит? Но Лили прервала ее. - Не думай о нём. Думай о себе. Не забывай, кто ты, и не позволяй никому принижать себя. Придет время, и все те, кто насмехался и издевался над тобой, будут ловить твои взгляды, восхищаться тобой... А может даже бояться тебя. Девочка отвела взгляд от смущения. Бояться? Её? Брата может быть, но не её. Лили засмеялась и обняла свою девочку, прижала к себе и поцеловала ее маленькую голову. - Всему свое время, моя милая. Ты будешь сиять, сиять ярче, чем твоя мама когда-то при жизни. -"Это вряд ли" - думала Лина, прикрыв глаза на миг. Открыв, мамы уже не было. Пришлось продолжить свой путь до башни Рейвенкло. В голове теперь вертелись слова матери...