Мечтательные зарисовочки по бродяжкам :3

Когда ты сошла с последнего ночного поезда, воздух Йокогамы встретил тебя освежающей прохладой. Ночные улицы бесшумны, и ты их хорошо знала. Твои туфли щелкают по тротуару, и ты идешь по знакомым переулкам, пальто плотно натянуто от ветра. Ты уже несколько месяцев работаешь в детективном агенстве, а потому тебе приходилось пересекаться с некоторыми пикантными личностями Йокогамы. Это часть работы, и ты к этому привыкла. Тем не менее, есть что-то тревожное в том, чтобы увидеть такого человека вне работы. Вот почему, когда ты заметила мужчину в подозрительно знакомой шляпе, прислонившегося к фонарному столбу, ты не могла не почувствовать укол беспокойства. Ты узнаешь в нем члена Портовой Мафии, с которым как-то разговаривала в прошлом, хотя у вас никогда не было дружеских отношений - Чуя Накахара. Он неуверенно покачивается, его глаза полузакрыты. Видно, что он пьян.. На мгновение ты колеблешься, раздумывая, подойти ли к нему или оставить его в покое, но что-то внутри подсказывает тебе, что эту ситуацию нельзя игнорировать. Ты по-кошачьему приблизилась к нему, сохраняя безопасную дистанцию. — ‘Эй,’ — тихо зовешь ты, не желая его напугать. 'Ты в порядке?' Чуя все равно вздрагивает, его глаза распахиваются, и он в замешательстве, с привычным тебе раздражением в глазах, оглядывается по сторонам. Он кажется дезориентированным, и на мгновение ты задаешься вопросом, узнает ли он тебя вообще. ‘Детектив Гавальда?’ — бормочет рыжий парень, щурясь на тебя. 'Что ты здесь делаешь?' ‘Я могла бы спросить тебя о том же’, — отвечаешь ты, сохраняя свой голос спокойным. — ‘Похоже, ты не в состоянии находиться здесь один.’ Мужчина кряхтит, снова покачиваясь. — ‘Я в порядке,’ бормочет он, отмахиваясь от тебя. — ‘Просто..мне нужно было немного воздуха.’ Но даже пока он говорит, в его небесно-голубых глазах можно увидеть ложь. Он не в порядке. И что бы его ни беспокоило, это нечто большее, чем просто запой. Ты быстро принимаешь решение и обнимаешь его за талию (что, непривычно для тебя, была без плаща) , чтобы поддержать. ‘Давай’ , — твердо говоришь ты. —  ‘Я отведу тебя в безопасное место’. Накахара сначала протестует, но ты успешно игнорируешь его и ведешь по улице к единственному месту, которое, как ты знаешь, будет открыто в такой час. Это небольшой ресторанчик лапши, который обслуживает ночную толпу. Владелица — грубая, серьезная женщина, которая не любит пьяных посетителей, но ты знаешь, что она, по крайней мере, даст мужчине место, где он может протрезветь. Оказавшись внутри, ты усаживаешь его за столик в углу, заказывая ему тарелку лапши и чашку крепкого черного кофе. Он подозрительно смотрит на тебя, когда ты садишься напротив. 'Зачем ты это делаешь?' — спрашивает он, его слова все еще невнятны. ‘Ты детектив. Тебе следует заниматься раскрытием преступлений, а не присматривать за мной’. Ты слегка улыбаешься ему, протягиваешь руку через стол и аккуратно кладешь свою ладонь на его. ‘Я делаю это, потому что это правильно’ , — тихо говоришь ты. — ‘И потому что мне на тебя не плевать.’ Чуя смотрит на тебя, в его глазах мелькает удивление. Видно, что он не знает, что на это ответить. Он не привык, чтобы о нем заботились люди без задней мысли.. — ‘Я тебя видела’, — продолжаешь ты, сохраняя свой голос нежным. ‘Мы разговаривали. И я знаю, что ты не просто какой-то вспыльчивый преступник.. Ты человек с чувствами, надеждами и мечтами. И прямо сейчас тебе больно.’ Он вздыхает, опуская взгляд на стол. Какое-то мгновение он молчит. Когда он заговорил снова, его слова показались тебе невероятно новыми… он начал болтать о своем детстве, своей потерянной любви, радостях игры с котятами, жизни в мафии, и как ему одиноко. Ты терпеливо слушала, время от времени предлагая слова поддержки. Ты наблюдала за ним, его обычно раздраженное поведение смягчалось усталостью от опьянения. На мгновение ты увидела не могущественного мафиозника, а одинокого человека под фасадом. С внезапным уколом сочувствия ты осознала, что Чуя так же потерян, как и пропавший кот, которого ты когда-то искала.И когда вы сидите там, окруженные неприятным искусственным и суетой ресторанчика, ты знаешь, что именно поэтому ты делаешь то, что делаешь. И когда позже той же ночью ты выходишь оттуда, слова этого человека эхом отдаются в твоей голове, ты не можешь не почувствовать чувство выполненного долга, и в твоей груди возникло приятное покалывание, может быть, потому, что ты сделала доброе дело, или может быть, потому что вы с ним всегда были невероятно похожи.