-Это конец, мой глупый Дарога

-Прощай, Хатим Сказал Эрик на прощение своему другу, с которым был рядом почти всю свою жизнь и доверие к которому было сейчас подорвано окончательно. Призрак Оперы не мог выносить бесконечных упоминаний Его Величества, от которых кровь застывала в жилах, и что бросало Ангела Музыки в дрожь. Сейчас Эрик не хотел видеть никого. Ни Дарогу, ни эту проклятую дьяволицу Кристину Даэ. Призрак находился в одной из комнат своего большого подземного дома и был на редкость спокоен. Он сидел с абсолютно ничего не выражающими глазами, взирая в одну точку на стене. В какой-то момент его ступор прервала пробирающая всё тело дрожь, из-за которой он обхватил свою голову руками и безмолвно трясся. Казалось, будто тело совсем не слушает Эрика или что в него что-то вселяется. Но кое-что, пожалуй, вселилось в Призрака: сейчас он более всего чувствовал свою никчёмность и ненужность этом миру -Неужели так сложно полюбить беднягу Эрика.. Боль, раздирающая его изнутри из отчаяния была готова перейти в злость, но он не собирался вымещать это убийством очередного несчастного. В этот раз, всё будет совершенно иначе. Эрик по-прежнему неподвижно сидел на стуле в комнате. Казалось, что в его душе уже не осталось ничего, даже злобы на мир, но на самом деле он задумал это. Он понимал, что его уже никто никогда не полюбит, свою жизнь менять он никак не собирается, и проклятая Даэ вовсе не та, которой казалась Эрику всё это время. В его глазах она была человеком, разурушившим его последнюю надежду на что-то в своей жизни. А Дарога... Дарога.. Когда Эрик начинал думать об этом человеке в его горле застревал ком, из-за которого было совершенно невозможно дышать. - Теперь.. вы поймёте, каково было бедняге Эрику... Проклятая Дьяволица... Мы встретимся в аду. Он не мог более ждать. Он достал из тумбы своё лассо и перекинул его через перекладину, висящую на потолке. Что ни говори, но узлы Эрик вязал первоклассные. Он продел в петлю свою голову и затянул её как можно туже. -Это конец, мой глупый Дарога.