«Солнце взойдет»

      Столас зря пришёл на анти-блицовскую вечеринку. Плейлист у диджея был ужасен.       Принц стоял у барной стойки, прося у беса четвертый — или пятый? Он не помнит — бокал алкоголя за вечер. Обычно Гоэти хватало одного стаканчика, чтобы неплохо опьянеть, но сегодняшний день отличался своим обильным количеством желчи. Да, без неё в жизни никуда, но сегодня... Сегодня её было намного больше, чем мёда. А Столас, несмотря на присутствие Стеллы в его жизни, к такому готов не был. Даже танец с каким-то инкубом — или суккубом, сквозь пелену слёз он не разглядел — не смог хоть что-то изменить. Да, принц целовал его, улыбался, но... Но весь вечер перед глазами плавало лицо Блица. Кажется, бес даже явился на вечеринку и что-то пытался ему втолковать, но разве поймёшь, правда это или его больная фантазия? Быть может, никто и не приходил.       Столас осторожно взял бокал с коктейлем в трясущиеся руки и направился к выходу. Ему нужно поспать. И выпить таблетки. Голова раскалывалась, и он не хотел собирать и её осколки. Сердца хватило.       Многие гости уже выбились из сил и валялись кто где. Трое чертят сидели на лестнице, прислонившись друг к другу; бармен клевал носом; Веросика сидела у края сцены, поглаживая какую-то гончую. А те, у кого ненависть ещё не высосала всю энергию, кружились на танцполе под тихую мелодию. Принц не понимал, как они всё ещё держатся на ногах. Сам он еле-еле доковылял до выхода.       Ветер мягко прошёлся по его перьям, даря прохладу. Взгляд скользил по редким прохожим в разнообразных костюмах. Ах да, сегодня же Хэллоуин, как он мог забыть. Принц всегда проводил его в мире живых. Сперва это был повод сбежать от дворецкого, потом — от Стеллы, а теперь... От чувств. Но от них сбежать не вышло. В груди что-то сжалось, в уголках глаз вновь начала копится влага. Столас залпом опустошил бокал, что всё ещё скучал в его руке, а после выкинул его прямо на дорогу. «На счастье», — криво усмехнулся Гоэти, слыша, как причина его невозможности устоять на ногах разбилась. Сколько раз он бил посуду «на счастье»?       И хоть раз это «счастье» пришло?       Нет. У него словно написано где-то было огромными буквами «ЭТОМУ ЗАПРЕЩЕНО БЫТЬ СЧАСТЛИВЫМ». И Столас так и не понял, где именно. И не нашёл средство, чтобы стереть надпись. Навряд ли она смоется обычной водой или слезами.       По-хорошему надо было открыть портал сразу в свою спальню и завалиться спать, но рука дрогнула, только принц её поднял, дабы произнести заклинание. И после этого провала Столас не выдержал. Он упал на колени, выпуская рыдания наружу. Неудачник, слабак, идиот...       Всё тело раз за разом пронзала боль, а мозг — воспоминания. О Блице. Тот бы не поверил, увидев сейчас принца здесь, жалкого и ничтожного.       — Столас?       Гоэти поднял голову, не веря своим ушам. Нет, они его не обманули. Видимо правда,что вспомнишь солн-... О говне, вот оно и тебе.       Блиц стоял перед ним с цветастым пакетом в руках. Заметив, куда направлен взгляд принца, бес пояснил:       — Я коллегам подарков решил прикупить. Праздник всё-таки, они это заслужили.       Столас кивнул. Команда «Б.О.С» отличалась своей сплоченностью, он не удивлён, что Блиц к ним привязался. Жаль, что он сам не достоин такой привязанности.       «Достоин, достоин!..» — воскликнула бы Веросика, но её рядом не было. Зато был Блиц, что всё ещё стоял перед ним в смятении.       — Эээ, ну эт, в общем... Тебе помощь нужна?       — Нужна, — эхом ответил принц.       Как бы Столас не хотел гордо сказать «Нет», а после, высоко подняв голову, уйти, он просто не смог этого сделать. Как, если у него даже кончики пальцев тряслись?       Его подняли на руки. Странно, как Блиц это провернул? Гоэти казалось, что накаченный алкоголем он весит целую тонну. Да ему много чего казалось. Что он уделяет Октавии достаточно внимания, что способен сломать стену между собой и Блицом, что может стать счастливым. А на самом-то деле...       Бес открыл портал в Ад и уже было шагнул туда, как вдруг в глаза Столасу ударил свет. От неожиданности он вскрикнул и упал на асфальт.       Все ладони были в ссадинах, но принца это не волновало. Он быстро перевернулся на спину и взглянул на небо.       Из-за горизонта выглянуло солнце.       Блиц недоуменно смотрел на то, как Гоэти завороженно глядит на яркий диск, медленно, но верно поднимающийся всё выше и выше. Да, возможно он думает, что Столас о-очень пьян или сошёл с ума... Нет. Когда сходишь с ума, на душе не становится так легко и светло.       — Солнце всходит, — прошептал принц, переводя взгляд на Блица. Тот, изогнув брови, кивнул. Бес явно не понимал, что так впечатлило Гоэти. Да и сам Столас сказать не мог.       Он просто улыбался. Смотрел на солнце, на Блица и улыбался. Пелена тьмы перед глазами исчезла, ночь прошла. Взошло солнце, наступило ясное утро.       Воздух вздрогнул, когда Столас начал смеяться. Он смеялся и плакал, не переставая улыбаться. Даже попытался встать на ноги, но снова упал. Больше он падать не будет, принц уверен. Даже если это всё сон или иллюзия, даже если Блица здесь нет...       — Думаю, с тебя хватит, — бес поднял его на руки, открыл портал и, теперь уже не медля, зашёл в него.       И вот они в Аду. Там, где нет и никогда не будет света. Но в глазах Столаса всё равно мелькают солнечные блики. Он улыбался, смотря в зеркало напротив. Какая разница, что будет тогда, когда Блиц его отпустит? Или он развяжет беса из своих любовных пут?       ... В его жизни рано или поздно всё равно взойдет солнце.