Сердце не-Бога

      Что-то выбивалось из общей картины. Странно. Чайлд, Тарталья, Аякс. Номер одиннадцать из Предвестников Фатуи, капитан, ученик, лучший продавец игрушек из Снежной, убийца, дипломат, воин. Товарищ, двойной агент, друг. И он отлично знал, что лучшим средством от душевных страданий является принцип — доверять себе. Его не беспокоили разные ипостаси, которые по природе своей должны были конфликтовать. Вода оставалась водой, как бы ни старался окружающий мир. Древние льды Родины и дождевые тучи над горами Ли Юэ, чашка чая в руках и переливы морского прибоя — всё одно.       Тарталья был верен себе. И всё же, уже несколько месяцев его беспоколо… Нечто.       «Думаю, я просто был не в настроении последнее время».       Оправдание. Он был искренне рад встрече со своими старыми приятельницами. И даже больше. Сложно игнорировать всепоглощающие эмоции, что пришли на смену раздражительной ярости. Той, что последнее время занимала все его мысли. Чайлд вообще-то мог бы быть сейчас в так называемом отпуске. И лишь страх навредить близким в порыве чужого гнева вынудили его уехать из Снежной. Последовать зову.       «Наверное, мне ещё много предстоит узнать о себе».       А вот это правда. Слишком искренняя для ответа на простую подколку Паймон. Тарталья слышал, как нечто, что не могло говорить по определению, беспрестанно повторяло его имя. Бездна. Огромный кит. Потерянное детство. Нераскрытые тайны. Но с этим ему предстояло разобраться самому. То, что было куда более важно, находилось сейчас прямо перед ним. Внутренний голос ликовал.       Путешественница. Совсем рядом. Можно протянуть руку — и вот она, реальная и тёплая. Смотрит с улыбкой. Она рада его видеть — приятно удивлена. Тарталья не помнил, чтобы кто-то, кроме родных, был так искренне к нему настроен. А ведь они когда-то были врагами. Быть может, являются ими и сейчас. Но какая разница Номеру одиннадцать — пешке в руках игроков. Люмин не принадлежала этому миру. Она сама по себе, несмотря на помощь столь многим сторонам всевозможных конфликтов. Наблюдатель, герой, инкогнито в не первом мире и, более вероятно, не в последнем. Но почему-то сияние звезды другого измерения приносило ему небывалое умиротворение, воспитаннику Бездны.       Никто больше так не мог. Тарталья умел доверять себе, и почувствовать родную душу для него не составляло труда. Поселить бы её вместе с семьёй в Снежной, быть уверенным в безопасности — мечты. Но Путешественница сильна. Она может за себя постоять. Достойный воин с похожей волей к сражению — многочисленные схватки тому свидетели. Она соединяла в себе многое, а значит, нужно было стать лучше, не уступать. Не упустить.       Чайлд хотел бы продлить момент подольше, но их, как всегда, прервали. Расправа была скорой. Одним ударом две цели. Сбор долгов и возможность повеселить дорогих друзей. Вот только, как и ожидалось, Тарталья не в полной мере владел собой.       Гидро стихия больше не слушалась так, как раньше. Игнорировать знаки — нельзя. Аякс должен собрать себя воедино. Заново. Должен узнать, кто его зовёт. Он должен победить. А потом… Тарталья смотрел на Люмин, как на рассвет, стараясь запомнить до мелочей. Потом она будет его. Новый зверь внутри довольно урчал, затихая. Компромисс — так будет лучше, он станет сильнее. Хороший план. И снова тепло улыбнулся, снимая с пояса и кидая в руки Люмин свою главную драгоценность.       — Вот. Сохранишь его для меня, ладно? — спросил он игриво, глаза смеялись. Решимость вернулась, уверенность в своих действиях тоже. И эти слова — не то, чем он бы стал бросаться на ветер.       «Клянись, клянись, клянись, и клятвы ты держись…»       — Что? Твой Глаз Бога? Ты серьёзно вот так нам его отдаёшь?! — Паймон выглядела ошарашенной. Ещё бы, события охоты на Глаза Бога в Инадзуме не так-то легко забыть.       — Просто немного подержите его у себя. Я заберу его, когда у меня появится свободное время.       — Паймон знает, что у тебя на уме! Ты просто ищешь предлог, чтобы снова с нами встретиться, да?       Металл Снежной и спящая гидро стихия приятно холодили ладонь. Тарталья не был Архонтом, но… Только что он оставил Люмин своё Сердце.       «… Ну а если кто соврёт, то попадёт на лёд. А тот лёд холодный, замерзай, негодный!»       Может, это и был предлог. А может, причина вернуться обратно. Из Бездны - туда, где светит одинокая звезда, которую он хотел бы назвать своей. Аякс с детства был неуёмно амбициозен... Это не раз спасло ему жизнь.