baby I'm preying on you tonight

      Сюэ Мэн был так близок к тому, чтобы задушить Мэй Ханьсюэ, что практически чувствовал, как его пальцы сжимают горло парня.       Он чувствовал себя выставленным напоказ, таким уязвимым, что не желал ничего, кроме как спрятаться за спиной Мэй ХаньСюэ. На нём было очень мало одежды: только корсет и кружевные трусики, едва прикрывающие его выпуклость.       Это была часть сцены, которую они задумали для своих зрителей, объяснил ему Мэй Ханьсюэ, как их особое мероприятие ко Дню святого Валентина. Сюэ Мэн не был уверен, почему он согласился поучаствовать в их особом мероприятии, может быть, потому, что было трудно сказать «нет», когда близнецы смотрели на него с таким желанием, уговаривая его присоединиться к их затее красивыми словами и обещаниями.       Сюэ Мэн хотел угодить им, заставить их гордиться им. Как он мог отказать им?       Кроме того, ему было любопытно узнать, чем занимались его парни во время своих сеансов. Не то что бы он не подписался на них в припадке безумия ещё до того, как они встретились! А если и подписался, то только потому, что беспокоился за них. А вдруг какой-нибудь странный извращенец начнет приставать к ним? Он должен был знать, ради их же безопасности!       Он пошевелился в корсете, пытаясь не обращать внимания на близнецов, устанавливающих камеру, и на то, как черные халаты почти не скрывали их тела, прозрачная ткань обнажала их перекатывающиеся мышцы, когда они двигались.        Сюэ Мэн должен был признать, что вкус Мэй Ханьсюэ был безупречен как всегда.       Корсет, который он ему подарил, казался дорогим на его коже, и каким-то образом Сюэ Мэн почувствовал, что ткань была отшита так, чтобы подстраиваться под каждый изгиб его тела. Это был цвет белого нефрита, разбавленный зеленым, который дополнял его цвет лица, с виноградными лозами и цветами. Но больше всего Сюэ Мэн любил узор, вплетенный в него: золотые прожилки, намекающие на косточки корсета.       Он чувствовал себя уязвимым и выставленным напоказ, но не смог сдержать дрожь, когда увидел себя на экране: его грудь была приподнята, почти вываливаясь из чашек, а талия была туго затянута, что делало его похожим на куклу.       Однако его внимание вскоре было отвлечено звуком включающейся камеры.       Сюэ Мэн вошел в роль, о которой они с близнецами договорились заранее: они собирались разыграть двух хозяев, наказывающих своего питомца. Было бы ложью сказать, что они никогда раньше ничего подобного не делали, но парень был слишком смущен, чтобы думать об этом, когда вышел из спальни. – Привет всем. – Мэй ХаньСюэ поприветствовал людей, которые входили в виртуальную комнату. Его голос отличался от обычного, как будто он перевоплотился в совершенно новую личность – более глубокую и властную.       Мэй Ханьсюэ, с другой стороны, не упустил возможности подразнить свою аудиторию. – Добрый вечер, котята.       Сюэ Мэн смутился вместо него, кто, черт возьми, использовал такие прозвища? Ах да, его тупой кузен с собачьими повадками. – Сегодня у нас особый гость, я думаю, что некоторые из вас уже знают нашего парня Мэнмэна. – Мэй Ханьсюэ жестом пригласил Сюэ Мэна выйти вперед и расположиться между их телами.       Сюэ Мэн ненавидел, когда его называли Мэнмэном, но у него не было ни малейшего желания, чтобы эти люди знали его имя, у него все еще была репутация! Он был почетным студентом университета, который, по-видимому, любил иногда баловать своих парней. – М-м, привет, – он взглянул на экран, изо всех сил стараясь игнорировать комментарии, льющиеся в чате.       Мэй Ханьсюэ усмехнулся, проведя пальцем по подбородку, чтобы приподнять его. – Да ладно, не стесняйся, пташка.       Пташка. Он собирался его убить, кто сказал ему, что его можно так называть? Да пошел он со своими странными прозвищами, сколько раз он его отчитывал?       Мэй ХаньСюэ чуть не поднял глаза к потолку, но в последний момент сдержался. Он взглянул на чат, довольный тем, что количество зрителей больше обычного.       Сюэ Мэн наклонился вперед, увидев, что сообщения по большей части предсказуемы. Несмотря на это, его уши и щёки начали стремительно краснеть. sigma69: не могу дождаться, чтобы увидеть, как его милая киска будет полностью уничтожена – Не волнуйся, мы скоро доберемся до этого, – промурлыкал Мэй Ханьсюэ, и Сюэ Мэн почувствовал, как дрожит, предвкушая это событие. – Я вижу, ты теряешь терпение, так что начнем. – Губы Мэй ХаньСюэ изогнулись в чем-то злобном, сочась уверенностью и силой. – Слезай с кровати, Мэнмэн, давай покажем им, какой ты хороший питомец.       Сюэ Мэн бы рассердился на это, но он принял условия игры, и мог только утопать в этом странном и теплом чувстве, что наполняло его грудь. Ему действительно это нравилось? У него не было времени размышлять об этом, не тогда, когда все ждали, когда он двинется.       Он сделал, как было приказано, слез с кровати и занял свое место на полу. Плитка была холодной для него, но он знал, что должен был заслужить своё место на кровати. Мэй Ханьсюэ так и сказал, пока они обсуждали свой сеанс, он знал, что зрителям это понравится.       – На колени, а потом пусть они увидят, как ты жаждешь наших членов, – приказал Мэй Ханьсюэ, задевая его бедро ногой.       Сюэ Мэн прикусил губу, пытаясь не обращать внимания на то, как постепенно поднимался его член, или на румянец, подкрадывающийся к его шее и груди. Но он должен был быть хорошим мальчиком, поэтому он встал на колени и раздвинул бедра. Его грудь упиралась в пол, и ему пришлось подавить вздох, когда его соски коснулись ледяной плитки – тупые ублюдки, они могли бы хотя бы дать ему подушку.       Он выгнул спину, представляя себя публике. Сюэ Мэн знал свое тело, он часами крутился перед зеркалом и восхищался им, и он знал, какую соблазнительную картину оно рисовало в данный момент. Он приподнял задницу и раздвинул трусики в сторону, чтобы показать спрятанные там складки.       Сюэ Мэн сгорал от стыда, что подумают Чу-лаоши и его родители, если когда-нибудь увидят его таким? Почти голым и жаждущим членов братьев? Может быть, ему лучше не думать об этом прямо сейчас, в конце концов.       Он раздвинул упругие половинки своей маленькой задницы, чтобы зрители могли всё увидеть, как и приказали близнецы Мэй. – Как видите, он всё ещё мягкий с утра, – заметил Мэй Ханьсюэ с немалым самодовольством.         Мэй ХаньСюэ потянулся, чтобы погладить его по щеке. – Он такой хороший питомец, даже сумел удержать всю нашу сперму.       Сюэ Мэн только успел всхлипнуть, смущенный мыслью, что люди каким-то образом могли бы это увидеть, если бы он чуть шире раздвинул ноги. Он сделал именно это, потому что ему было приятно получать похвалу от близнецов, а звук получаемых чаевых был лишь приятным бонусом.       Он прижался задницей к руке Мэй ХаньСюэ, просто чтобы увидеть, как близнецы ласкают себя поверх нижнего белья, их члены быстро твердеют от представления, которое устроил для них их Мэнмэн.       Сюэ Мэн почувствовал, как его эго раздулось от гордости, зная, что он способен возбуждать своих партнеров таким образом. Но этого было недостаточно, он хотел утащить их вниз вместе с собой, чтобы они тоже могли сгореть вместе с ним в пожирающем его душу огне.       Сюэ Мэн взял смазку, которую он приготовил ранее, и смазал ею свои пальцы. Он, возможно, был возбужден, но не хотел рисковать. Он кружил вокруг колечка мышц, дразня себя для своих покровителей: они умоляли его трахнуть себя пальцами. Его дырка сжималась и разжималась, отчаянно, как и зрители, жаждущая получить награду от своих хозяев.       Его член напрягся в кружеве его трусиков, пуская предэякулят на пол. Он не обратил внимания, не тогда, когда он наконец просунул два пальца во вход. Он чувствовал, как горячие стены сжимают его пальцы, пытаясь всосать его, дать им больше. – Достаточно ли я хорош? Мне не терпится ощутить ваши члены во мне, – голос был приглушенным, но недостаточно, чтобы люди в чате не услышали его.       Он входил и выходил, отчаянно пытаясь достичь того места, которое заставило бы его кричать от удовольствия. Но он не мог его найти, его пальцы были недостаточно длинными для этого. Он должен был сделать это быстро, он больше не мог выносить эти бесконечные поддразнивания. Тихие крики и всхлипы вырывались из его губ, но Сюэ Мэн был слишком отвлечен, чтобы переживать об этом. – Ты потрясающий, такой послушный, пташка, ещё немного, и мы дадим тебе твою награду. Ты хочешь свое угощение, не так ли? – Мэй Ханьсюэ подбадривал его, но всё ещё отказывался прикасаться к нему. – Да, я хочу, – он прикусил губу, кивая с энтузиазмом. Он засунул еще один палец, растягивая свою дырочку еще больше. – Да, что?       Губы Сюэ Мэна сжались в тонкую линию. Он подождал немного, прежде чем сдаться. – Да, хозяин. – Хороший мальчик, Мэнмэн.       Он был болезненно твердым, уже некоторое время, его член покраснел у головки и размазал по плитке капли предэякулята. Сюэ Мэн чувствовал себя как собака в течке, прижавшись лбом к полу и касаясь сосками плитки в поисках какой-то стимуляции. Он чувствовал себя таким пустым, его дырочка сжималась вокруг пальцев, а он негодовал из-за пустоты, потому что даже после того, как он подготовился с помощью масла и пальцев, его до сих пор не начали трахать.       Они хотели, чтобы он умолял, пресмыкался на полу и поднимал свою задницу, как хорошая сука, выставляя свои самые интимные места напоказ публике. Его гордость в тот момент ничего не значила и не могла сравниться с тем безумным желанием, которое никто не торопился удовлетворить. Ему было всё равно на зрителей, ему просто нужно было чувствовать себя наполненным и использованным.       – Мэнмэн, иди сюда. – Строгий голос Мэй ХаньСюэ разнесся по всей комнате, приказывая ему так, что в нем загорелась искра надежды.       Сюэ Мэн не хотел подчиняться приказу, но его тело последовало за ним, прежде чем разум успел его остановить. Он поднял грудь с пола, игнорируя камеру позади себя, пока полз к близнецам.       Его член подпрыгивал с каждым движением, наклоняясь к животу и проливая жемчужные капли предэякулята, словно плача от боли – Хозяева, – хрипло вздохнул, не отрывая глаз от пола, чувствуя, как жадные глаза близнецов устремлены на каждый дюйм его тела. Он хотел большего, он жаждал большего, независимо от того, как низко ему придется наклониться. – Хозяева, Мэнмэн нуждается в вас, – во внезапном порыве смелости он подполз ближе, пока не оказался у подножия кровати, прижавшись щекой к выпуклостям, скрытым за одеждой.       Он постарался уделить внимание им обоим. Сюэ Мэн прижался мокрым поцелуем к кончикам их членов, прежде чем сомкнуть губы вокруг головки, посасывая и смачивая их халат слюной. Он потерся щеками об их выпуклости, дрожа от предвкушения и желания.       Близнецы помогли ему забраться на кровать, его суставы протестовали в каждый момент после столь долгого нахождения на полу.       Он позволил себе растаять на груди Мэй Ханьсюэ, вздохнув от удовольствия, когда его парень начал расшнуровывать корсет. Он был очень красивым, но в данный момент больше подавлял и сдерживал, чем украшал.       – Мне нравится, когда ты послушная сучка для нас, Мэнмэн, ты сделаешь всё, что угодно для наших членов, – проворковал ему на ухо Мэй Ханьсюэ, слегка покусывая и целуя его мочку.       Его соски были опухшими и огненно-красными, две маленькие вишенки сидели наверху его груди и умоляли, чтобы их пососали и покусали. Близнецы заставили его играть с ними перед стримом, просто чтобы увидеть, как он будет стонать и извиваться каждый раз, когда они будут давить на корсет. Садистские ублюдки.  – Мы позаботимся о тебе, не волнуйся.       Мэй ХаньСюэ устроился между его бедер и сосредоточился на том, чтобы лишить его всего оставшегося здравомыслия, оставляя легкие поцелуи на его коже. Мэй Ханьсюэ выбрал этот момент, чтобы провести большим пальцем по его набухшему соску, сначала нежно, просто чтобы помучить его. Затем он ущипнул оба его соска, перекатывая их между пальцами медленным мучительным движением. Сюэ Мэн уронил голову на плечо Мэй Ханьсюэ, тяжело дыша и скуля, как жалкая сучка.       Он схватил Мэй ХаньСюэ за волосы и прижал бедра к его лицу, бесстыдно трясь. – Разберись с этим, перестань меня дразнить. – Засранец, – усмехнулся Мэй Ханьсюэ, и старший близнец укусил его за бедро, словно зверь, которым он и являлся.       Сюэ Мэн любил носить отметины близнецов на своей коже, окрашенные в фиолетовые и красные оттенки от их прикосновений. Не то чтобы он когда-либо признается в этом.       Мэй Ханьсюэ зацепил большими пальцами ткань трусиков и стянул их вниз, наконец, обнажив эрекцию Сюэ Мэна. Мэй Ханьсюэ выбрал этот момент, чтобы закрепить что-то на шее Сюэ Мэна: это был белый воротник из кожи с мягкой меховой подкладкой внутри. Он заметил, что посередине что-то свисало, зеленый камень, напоминающий цвет глаз близнецов.       Он почувствовал, как рука старшего обхватила его эрекцию, и спустя пару мгновений пропала. – П-пожалуйста, мне это нужно.       Мэй Ханьсюэ промычал: «Что тебе нужно, малыш?» – Ваши… – он закрыл глаза, чувствуя, как желание скручивается глубоко внутри него. – Ваши члены, хозяева. – В твоей распутной пизде? Или в твоем грязном рту? Мы можем сделать и то, и другое, Мэнмэн, тебе просто нужно использовать свои слова. – Мэй Ханьсюэ подбадривал его, поглаживая его бок легчайшим прикосновением. – Я хочу, чтобы вы оба были в моей… в моей киске. – Очень хорошо, малыш. Мы собираемся трахнуть, просто подожди.       Он наблюдал за ними полуприкрытыми глазами, пока они сбрасывали одежду, облизывая губы в ожидании того, что должно было произойти.       Он едва мог дождаться, когда Мэй Ханьсюэ ляжет на спину, прежде чем забраться к нему на колени и потереться задницей о его толстый член, словно он отчаянно этого хотел.  Ну, он правда этого хотел.       Сюэ Мэн был нетерпелив, поэтому решил взять дело в свои руки. Он схватил член Мэй Ханьсюэ у основания, удерживая его на месте, пока медленно опускался на него, смакуя каждый дюйм, раскрывая и заполняя себя так, как мечтал уже какое-то время. – Кто-то здесь очень отчаянный, желает, чтобы его отымели как следует. – Заткнись, Мэй Ханьсюэ. – Сюэ Мэн выпалил в ответ, начав трахать себя на члене, используя его как простое дилдо.       Мэй Ханьсюэ начал в него входить, его горячий и толстый пенис ударял по всем точкам, которые заставляли его рыдать и стонать. Он был уже близко, если судить по нарастающему в нем удовольствию. – Присоединяйся, гэгэ. Я тоже хочу тебя почувствовать.       Он ахнул, когда Мэй ХаньСюэ подошел к нему сзади и вставил пальцы в раскрытую и растраханную дырочку Сюэ Мэна. Он чувствовал растяжение, но его тело настолько привыкло вмещать два члена, что он не чувствовал никакого жжения.       Мэй Ханьсюэ укусил его за шею, прося его внимания, как переросший ребенок, которым он и был. Сюэ Мэн почувствовал себя достаточно щедрым, чтобы повернуться к нему и глубоко поцеловать мужчину: грязное шоу для зрителей – даже если он мало заботился о них в тот момент. Он облизывал и посасывал язык младшего, беспомощно застонав, когда Мэй ХаньСюэ убрал свои пальцы, прижимая смазанную головку к входу Сюэ Мэна.       Мэй Ханьсюэ остановился на мгновение, давая своему брату необходимое время, чтобы полностью засунуть свой член в Сюэ Мэна, после чего они продолжили трахать своего питомца с ещё больше силой чем раньше. Звуки их совокупления были непристойными и сладкими, перемешиваясь с стонами удовольствия близнецов и криками Сюэ Мэна. – Блять, ты великолепен, Мэнмэн. – Твоя маленькая киска такая жадная, такая маленькая шлюшка для нас.       Сюэ Мэн потерял контроль, когда Мэй Ханьсюэ сел и засунул свой член ещё глубже. Мэй Ханьсюэ потребовалось несколько толчков по его простате, чтобы заставить его кончить, выплеснув сперму на его и Мэй Ханьсюэ грудь. Он уткнулся лицом в шею младшего, тяжело дыша, пока его трахали до потери сознания.       Близнецы вбивались в него с невиданным энтузиазмом, каждый из них был слишком сосредоточен на погоне за собственным удовольствием, а не на Сюэ Мэне, его дырка была слишком чувствительна из-за их действий.       Они использовали его как свою насадку для членов, но его это не волновало, так как был потерян в своем собственном блаженстве, загипнотизирован видом близнецов Мэй, целующих друг друга, зрелищем настолько непристойным, что оно жило только в его худших мокрых снах.       Вскоре они вошли в него, оставшись так глубоко внутри, что он чувствовал их в своем животе. Они оставались там, оставляя следы на шее Сюэ Мэна. Он даже не заметил, но они укусили его в плечо, два отпечатка с разных сторон, которые украшали его тело, как самые прекрасные драгоценности.       Они вышли из него, и на мгновение ему стало грустно из-за ощущающейся пустоты.       Внутри него было так много спермы, что он чувствовал, как она медленно капает из его раскрытой дырки, теперь выставленной на всеобщее обозрение.       Ему следовало бы устыдиться или, по крайней мере, попытаться прикрыться. Но вместо этого он просто выдвинул свою задницу, чтобы зрители могли наблюдать, как выглядит его задница, распухшая и пронзенная двумя членами. – Вам нравится то, что вы видите? Тогда обязательно оставьте хорошие чаевые, вы, похотливые скотины. – Ах, наш Мэнмэн так добр к нам. – Мэй Ханьсюэ вздохнул, мечтательно глядя на его лицо. – Надеюсь, вам понравилась наша маленькая валентинка, если вы хотите что-то попросить для нашей следующей трансляции, вы знаете, где нас найти. – Он подмигнул камере, затем отключился от трансляции.       Когда взгляды близнецов упали на него, он наконец понял, что он сделал. Он направился в ванную, надеясь избежать встречи с ними, но Мэй ХаньСюэ быстро обняла его за талию. – Кто знал, что Мэнмэн такой наглый.       Лицо Сюэ Мэна побагровело. Он посмотрел на близнецов самым возмущенным взглядом, на какой только был способен: «Заткнитесь, кобелины!»       Он услышал, как они захихикали, а затем их губы поцеловали его в плечи. – Не сердись, Мэнмэн, мы так гордимся тобой.       Они собирались его погубить, эти глупые близнецы.