Молчание

После провального истребления Лют сразу же полетела к Лилит, а после отчитываться к Сэре. Та дала ей неделю, чтобы оправиться от ранений. Потом надо было продолжать тренировки. Лют должна была думать о количестве потерь, новой стратегии и о чём-то подобном, старалась об этом думать... Прошло 3 дня после истребления. Жила она как обычно. Подъём в 7 утра, гигиена, завтрак. Это все было привычно и делалось на автомате. Потом она шла гулять. Одна. Раньше она проводила выходные с Адамом, но теперь все изменилось. Она ходила по улицам рая, не осознавая, в какую сторону и куда шла. Ей было просто всё равно. Экзорцистки с тревожностью глядели ей в след, но никто не решался подойти. Боялись. Лют не знала, радоваться этому или нет. С одной стороны, никто не пристаёт, но с другой... - А впрочем, плевать! - еле слышно шепнула она себе под нос, глядя на очередных жителей рая, глазевших на нее. Казалось бы, все на своих местах, как обычно. Но нет. Сейчас Лют не понимала, зачем просыпается каждое утро, зачем ест, зачем прямо сейчас куда-то идёт. Не хотелось понимать. Она не плакала, нет. А хотелось плакать? Возможно. Но было страшно. Лют никогда бы не призналась, но она боялась чужого мнения, осуждения в свою сторону. Боялась доверится кому-то. Поэтому показывала эмоции редко, ведь знала, что за это чаще всего и осуждают. Даже у себя дома, где она была скрыта от чужих глаз, забивалась в углу, сжималась в комок и только тогда осмеливалась выпустить эмоции наружу. Она проходила мимо главного здания рая. Все бы отдала она, чтобы пройти здесь на пару секунд раньше. Но нет. Вышедшая из здания сестра старшего Серафима все же заметила ее. - Привет, Лют! - помахала рукой Эмили. Лют проигнорировала и стала идти быстрее. Не хотелось общаться. Эмили будто поняла это, нахмурились и поспешила за ней. - Подожди, Лют! Уже отчаявшись догнать нового лидера экзорцистов крикнула Эмили. Теперь было не отвертеться. Лют замедлила шаг, и позволила Серафиму догнать ее. - Что хотела? - менее дружелюбно, чем хотелось бы Серафиму, поинтересовалась Лют. Эмили не знала, что ответить. Настоящие ее намерения были поговорить с Лют, помочь разобраться в собственном состоянии. Но сейчас, столкнувшись с ней лицом к лицу, Эмили медлила воплощать цель в жизнь. Она всегда остерегалась лейтенанта, уж слишком та была закрытой. Но сейчас, что в глубине души осознавала и сама Лют, ей была необходима поддержка. - Я хотела поговорить с тобой, - набравшись смелости начала Эмили, - Я знаю, что вы с Адамом были очень близкими друзьями, и я... - Мне не нужна твоя поддержка! - отрезала Лют, перебив Эмили. - Но Лют! - Скорее удивлённо воскликнула Эмили. Ей всегда открывались сразу, и она не понимала, что не так сейчас. Лют снова зашагала быстрым шагом, начиная совсем немного сожалеть о том, что не дала Серафиму договорить. - Да ты просто боишься! Боишься снова привязаться к человеку! Боишься доверять другим! Ты слишком закрыта! - сорвалась Эмили. Хоть с ней это бывало крайне редко, но ее начало бесить поведение Лют. Сама экзорцист в свою очередь ненавидела, когда на нее кричали или давили с подобными вопросами. Она остановилась. - Я просто не вижу смысла в том, чтобы ныть каждому прохожему, говоря о том, насколько мне плохо! - повернувшись к Серафиму, гневно ответила Лют. - А лучше скрывать, да?! Лучше жить так, как ты, не понимая зачем дышать? Ты поступаешь глупо! Хочешь казаться такой холодной, но на деле просто боишься разговаривать с людьми! - Эмили хотела хотя бы таким путем добиться от Лют хоть немного ее эмоций. - ДА БОЮСЬ, ДА ХОЛОДНАЯ! Я НЕ ХОЧУ КАК ВСЕ ТУТ, ЖИТЬ С УЛЫБОЧКОЙ И КРИЧАТЬ О ТОМ, ЧТО ВСЕ ХОРОШО! ТЕМ БОЛЕЕ, ЭТО НЕПРАВДА! УЖ ЛУЧШЕ ЭМОЦИИ И БОЛЬ ПРОСТО БУДУТ УБИВАТЬ МЕНЯ ИЗНУТРИ, ЧЕМ Я ОТКРОЮСЬ ЧЕЛОВЕКУ, А ОН МНЕ СКАЖЕТ "ПРОСТО УЛЫБНИСЬ И ЖИВИ ДАЛЬШЕ", - на глазах начали выступать слёзы, - НЕТ УЖ, СЛИШКОМ МНОГО ОПЫТА, НЕ ХОЧУ ЕЩЁ ОДНОГО! Эмили с округлёнными глазами смотрела на Лют. Та поняла, что сказала то, чего не стоило говорить. Чего не должны знать. Поддавшись боли сказала лишнего. Она побежала. Побежала так, как не бегала на тренировках, одновременно закрывая лицо запястьем одной руки. Добежав до берёзовой рощи, она остановилась. Увидев лавочку, села на нее. Точнее не села, а завернулась в комок, обнимая уцелевшей рукой прижатые к груди колени и закрываясь крыльями. У нее началась истерика. В этой роще никто никогда не ходил, но Лют любила здесь ходить. Они с Адамом любили здесь ходить. И сейчас ей никто не мешал биться в рыданиях, кричать. Спустя пару минут Эмили залетела в рощу и увидела Лют. Ее сердце сжалось. Ей было жаль экзорциста, она чувствовала некоторую вину за свои слова. Серафим медленно подошла к дрожащей Лют и села рядом. Немного погодя положила руку ей на плечо. В другое время Лют бы отпихнула надоедливого Серафима, но не сейчас. Это было как-то правильно. - Прости, - сказала Эмили. Сказала только это, но Лют стало немного легче. Она почувствовала, впервые после истребления, что может довериться человеку, рассказать ей хоть что-то. Молчать стало просто невыносимо. - Я т-так больше н-не могу! Все б-будто рады тому, я-то мне плохо, РАДЫ В-ВИДЕТЬ МЕНЯ Т-ТАКОЙ! - срываясь на крик и дрожа выдавила из себя Лют. Больше она не могла. Новая партия слёз захватила ее. - Даже не стану говорить, что понимаю.. это невозможно понять, не пережив подобное, - тихо, будто боясь спугнуть Лют, сказала Эмили. Экзорцисту стало легче. Через время она более менее успокоилась и села нормально. Ее всё ещё немного потрясывало, но уже не так сильно. Лют чувствовала рядом поддержку. Появилось желание жить дальше. Желание, которое до поры до времени заглушала сильная боль и страх довериться.