Старые раны

      Для лета это было холодное утро, особенно в сравнении со вчерашними тридцатью двумя градусами, которые заставляли половину острова изнывать от палящешо солнца и сухого душного ветра. Архитектор потянулся к окну, ведь Адвокат не любил холодов, закрыл форточку и замер.       Его правая рука так и осталась лежать на щеколде, в то время как всё его внимание было приковано к левой. Тремор от, уже старой раны, был сильнее обычного, а кости от кончиков пальцев до плеча будто умирали в агонии и это отнимало слишком много сил. А ведь он только проснулся... — Архи? Ты чего застыл? — Адвокат сонно зевнул из под одеяла их общей постели и старался внимательно рассмотреть мужчину, когда его и без того плохое зрение было передернуто пеленой сна.       Работник наконец-то оторвался от своих рук и мягко улыбнулся просыпающемуся. Архитектор спокойно подошёл к нему и несильно навис, упираясь руками по бокам от его головы. Такой же как улыбка мягкий и невинный поцелуй, на который ответили по истинно кошачьей улыбкой. Рука заныла сильнее. — Мы даже зубы не чистили, — после этих слов старший работник с наслаждением потянулся, что вызвало смешок Архитектора и он ещё раз, пока тот не закончил, чмокнул его в край губ, прежде чем оторваться. — Ещё рано. Спи, — полу-шепотом произнёс Архитектор, а в ответ получил довольный вздох и поворот на другой бок.       Он бы смотрел на него ещё немного, может быть даже присоединился хотя бы просто полежать рядом в обнимку, но плечо болезненно стрельнуло, стирая утреннее умиротворение. Сильная рука прижала другое плечо к телу, в надежде что давление снимет эту ноющую боль и на удивление он оказался прав. Это помогло лишь немного... может быть, после небольшой зарядки и чая станет легче?       Зарядка проходила на первом этаже, чтобы не мешать другому и включала в себя самые простые движения. Разминка на плечевой пояс показалась ему адом и он сквозь зубы продолжал, но уже с меньшими усилиями. Наконец-то чайник начал свистеть и он благодарно закончил упражнения, чтобы приготовить себе чай. Одуванчиковый, наверное, в самый раз.       Спокойствие разгоряченного стекла в его руках слегка сняло боль и он постарался сосредоточиться на вкусе чая. Несмотря на ноющую боль это было мирное утро и он видел из окна как стремительно светлело небо, сменяя темноту на золото и синеву. Это тучи? Тогда не удивительно почему сегодня так холодно.       Он не знал сколько так сидел, ни о чем не размышляя, как плечо вновь дало о себе знать и мужчина болезненно зашипел. — Ты в порядке? Выглядишь неважно, — на лестнице стоял обеспокоенный Адвокат. Он был в одной футболке и тёплых домашних штанах. Обычно аккуратно уложенные короткие волосы стояли торчком и лезли ему в глаза. Очки уже покоились на его носу. Черт, неужели он его разбудил своим кряхтением? — Прости, я тебя разбудил? Всё нормально, просто неудачно поспал на плече, ничего такого, — он нервно поджал губы на мгновение и заставил себя опустить руки к полу-пустой, уже почти остывшей, чашке.       Адвокат рассматривал его со ступеней, пока не качнул головой в недовольстве и не подошёл к нему. Он мягко положил свою руку ему на спину, а второй отодвинул чашку от него. — Ясное дело – что это неправда. Выкладывай, — Ад аккуратно, как умел, убрал ещё не расчёсанные волосы с лица Архи и нежно повернул его лицо к себе. Тишина казалась невыносимой и даже давящей. И он хотел победить, но... — У меня вся рука... будто кости ноют. Это ничего, думаю, скоро пройдёт, — после тяжелого вздоха он сдаётся и перехватил его руку, чтобы любовно поцеловать ладонь. Адвокат ещё долго рассматривал его и это заставляло нервничать. Спустя, наверное, вечность он проводит мягкими поглаживаниями со спины по плечу и к кисти, чтобы почувствовать дрож самостоятельно. В голове его что-то щелкнуло и он оставил Архитектора в недоумении за стойкой.       Может быть, он и правда посчитал что это ничего такого и решил пойти в душ. Это неплохо, он сможет спокойно допить свой тёплый чай один и пойти готовиться к работе-       Мысли прервал работник, что так скоро вернулся с каким-то тюбиком в руках и эластичным бинтом. Пока Архитектор был в недоумении Адвокат воспользовался этим и приказал ему снять футболку, что он покорно сделал, и принялся втирать мазь в плечо, щедро одаривая шрам и его окружение.       Ужасный холод заставил его вздрогнуть, а неприятные ощущения заставили погрузиться его в тот злополучный день боя... кровь, боль, чувство яда в крови... по спине от самой поясницы до затылка пробежал табун неприятных мурашек. Подождите. Как долго он снова погрузился в этот кошмар? — Ад, что ты делаешь? — все же неуверенно решается он спросить. Его рука блестела от крема, который пока не успел впитаться, и он с неё направил свои серые, потерянные глаза к сочувствующим изумрудным. — У Мела часто, после всех тех травм с работой над камнями, ныли кости в холод, — он закрыл тюбик, когда Архитектор услышал грозу и вздрогнул. Адвокат начал туго забинтовывать его руку, — Особенно в непогоду.       Мужчина растерянно посмотрел в окно, видя как жирные капли разбивались о стекло под светомузыку молний. Красиво.       Строитель вновь посмотрел на любимого, который потянулся к полке за красным пледом, чувствуя как боль начинала отступать, а мазь начинала практически печь под повязкой. Удивительно, но это было приятно. — Так что теперь – это я твоя грелка, — Архитектор поперхнулся в непонимании, пока Адвокат не накинул на них обоих тот самый красный плед, что связала для него Тия некоторое время назад, и не прижался к нему и руке плотнее.       Секунда, две... водянистая улыбка заставила его сделать судорожный вдох. Боль затихла и он благодарно ткнулся носом в волосы Адвоката.       Всё хорошо.