И алый раскат шерсти твоей

Пришествие неизвестной дамы в черном и ее спутника. --- Утро выходного встретило капитана не так, как он себе представлял его. Оно началось даже не с кружки кофе или же вкусного завтрака в охотнике, как привыкло начинаться. А с громкого, требовательного стука в дверь, одним не обошлось, тут же градом посыпалось еще с десяток таких же. Стучали так, что казалось бы, сейчас выбьют дверь! И игнорировать такое Кейа конечно не мог, не тогда, когда он все еще хотел спать, а ему мешалось. Капитан поднимается с кровати и тут же падает назад, несмотря на то, что удары в дверь не прекращались и требовали его внимания, головная боль от вчерашней попойки в таверне названного брата никуда не девалась. И явно недоброжелательно отзывалась эта боль на громкие звуки. Тяжело простонав от навалившейся вдруг усталости, незапланированного почти раннего подъема и головной боли, Альбериху удается сесть на кровати, найти повязку где-то на полу и на ходу нацепить на глаз. Уже идя к двери Кейа старается зачесать свои волосы в более опрятный вид, протереть единственный видный на данный момент глаз и не обтереть боками каждый угол в небольшой квартирке. Да и выглядеть хоть немного по приятному. Подойдя к двери он заглядывает в глазок и, что удивительно, ничего не видит. Неужели закрыли чем-то? Да кому это надо? И все же ему приходится открыть дверь. Кейа не открывает ее нараспашку, а лишь на большое расстояние, чтобы было удобно взглянуть на того, кто же пожаловал. Он слегка щуриться от солнца, что ярким лучом с точностью лучшего лучника тайвата ударило точно прямо в глаз, а после смотрит на того, кто потревожил его сон в законный выходной. Выходной, на который он, между прочим, работал! - Добрый день? Не совсем понимая, что от него хотят капитан обратил внимание на пришедшего человека и полностью открыл дверь. Вид его был помятым. Капитан был одет в легкую рубашку и пижамные штаны, весь его вид так и показывал, от чего не оторвали. За дверью оказалась девушка, облаченная в черное, достаточно пышное платье с синими вставками с мелкими белыми пятнышками, что усеяли синюю ткань как мелкие звездочки на ночном небосводе. Девушка имела небольшую накидку, такую же как и вставки. На голове у нее была черная шляпка, с боку которой крепилось несколько черных и синих роз с вкраплениями фиолетовыми точек, из них выходило несколько ярких перьев какой-то экзотической птицы. Лицо девушки прикрывала полупрозрачная черная ткань, не дающая разглядеть его, да и сама она была ниже капитана, что тоже не было удобно для рассмотрения. Но Кейа смог подметить слегка бледную кожу и, кажется, небольшую темную точку-родинку возле губ. Она не выглядела как выпуклость и почти не бросалась в глаза, но привыкший всегда все подмечать капитан, даже после сна, полностью не отойдя от него, подмечал кое-какие детали. У нее были каштановые волосы, заплетенные в мудреную прическу и почти полностью спрятанные под шляпкой, но некоторые прядки все же выглядывали из под нее или же так и было задумано Кейа не знал. Но кое-что помимо родинки у губ все же капитану удалось высмотреть. На талии барышни был корсет украшенный несколькими подвязками из шнурков. Так же присутствовал пояс, на котором крепилось множество разных склянок с разного цвета жидкостями внутри. Рукава дивного платья были широкими и заканчивались манжетами с кружевами, на ладонях ее были черные перчатки обрамленные драгоценными камнями в форме ромбиков. Весь ее стиль чем-то напоминал стиль костюмов фонтейна, возможно, барышня пожаловала как раз из региона гидро архонта. Но что же ей понадобилось от капитана? В своих, скрытых одеждой, руках она держала… кота. Рыжего, большого, пушистого, чем-то напоминающего батон хлеба из-за объема его точно мягкой шерсти и почти коричневым полоскам поперек спины. Тот недовольно на все смотрел, почти прижимал к голове ушки и двигал пушистым хвостом из стороны в сторону показывая не только хмурым взглядом, но и хвостом недовольство своим положением и всем происходящим. - Капитан Кейа? Обратилась девушка, голос ее почему-то показался Альбериху смутно знакомым, но припомнить хоть одну даму, которая могла носить такое платье, скрывать лицо и свою личность так и не смог. Да и голос лишь смутно похож, разве кто-то из его круга общения, да и вообще во всем мондштате когда-то вел себя так, носил ли такие платья и имел такой голос? Да нет, вроде никого. Кейа то знал, он часто общался с жителями да и все знали его, как не знать хваленого капитана Альбериха? О нем и легенды слагают и разные истории выдумывают! И песни даже слагали! Все было, никто не обошел бы его не поздоровавшись, уж Кейа об этом позаботился. - Да Легко подает ответ он, а сам внимательно рассматривает дальше, пытаясь понять,кто же эта барышня и что она от него хочет, особенно в выходной. - Случилось небольшое происшествие, думаю вы со всем разберетесь и сами Она нагло, вытягивает руки с котом вперед, так, что Кейа ничего не остается делать кроме как принять бедолагу в свои, дабы тот не упал. А после она резко убирает свои и наспех произносит. - Это мастер Дилюк, думаю вы, как его брат, сумеете за ним присмотреть. Вот доказательства - Э… чего?! Как Дилюк… это же ко… Не успел Кейа одуматься как неизвестная тут же сделала неожиданное, напоследок запихнув капитану в руки еще и пару фотографий странного содержания и кинув с пояса какой-то стеклянный пузырек в форме ромба с неизвестной фиолетовой жидкостью себе под ноги так, чтобы он точно разбился, исчезла под созданную содержимым пузырька фиолетовую дымку с сладким запахом. - Т… Договаривает Кейа уже в пустоту. Как только неизвестный дым добрался и до капитана он тут же помахал перед своим лицом рукой с фотографиями, прижал потеснее к себе кота, которого так и не выпустил из рук и не успел вернуть и огляделся. Дым быстро рассеялся, а вот девушки не было уже на месте. Кейа осмотрелся по сторонам в поисках хотя бы небольшого напоминания о ней, но ничего не нашел. Зато ему оставался недовольный кот, фотографии и совершенное непонимание произошедшего. Альберих закрывает дверь и проходит дальше в квартиру, кладет фотографии на стол, не обращая на них сейчас внимания. Голову забивает полное непонимание происходящего с самого утра. Он был совершенно к такому не готов! - Ну и как это понимать?! С недовольством и удивлением произносит он, выставляя перед собой кота и прищурившись на него смотрит. И названный Дилюком явно не оценил такого взгляда, а потому заехал своей пушистой большой лапой прямо по лицу Альбериха. И там же оставил, пару секунд продержал так и элегантно убрал. Без когтей, просто ощутимо ударил и подержал. А следом выкрутился из рук и, приземлившись на все четыре лапы, мотнул пушистым хвостом и, подняв его трубой кверху, зашагал дальше по квартире. Возможно именно хвост он и не контролировал. - Дилюк значит, говорите… Задумчиво протянул Альберих, отойдя от того, что сейчас произошло. И тогда его взгляд снова упал на фотографии. В подтверждение слов девушки он решил их все же рассмотреть. Не имел он привычки доверять всем подряд, да и не верилось ему, что кот, который совсем недавно был у него на руках был Дилюком. Приехали, вспомнил у кого в таверне пил и тут же сам он пришел. Не доверяя незнакомке и не веря происходящему он захотел во всем убедиться лично. Таков уж был он - капитан кавалерии. На белых краях, что окружали цветное изображение, были пометки в виде аккуратно выведенных циферок и именно по ним Кейа стал раскладывать фотографии. Видимо эта была нумерация порядка их создания или же рассмотрения. На одной стоит мастер Дилюк…. На другой уже опешивший кот с поднятой везде шерсть, растопыренными пальчиками и выпущенными когтями. И все же вразнобой почти ничего не понятно, зато когда все фотографии были разложены по нумерации, так услужливо оставленной неизвестной барышней, то картинка сложилась полностью и четко. На первой Дилюк стоит спиной к фотографирующему около виноградника, чем-то там занимаясь, видимо и сам вышел поработать. Одет он был в легкую просторную белую рубашку и свободные черные штаны. На ногах ничем не выделяющиеся ботинки. Алые волосы были завязаны в низкий хвост. На следующей фотографии Дилюк уже обернулся на фотографирующего. На лице магната проскользнуло какое-то недовольство и привычная хмурость. По видимому он встретил кого-то, кого знает, ведь не было ни тени непонимания и удивления. На следующей он прикрывается руками от какой-то жидкости,на фотографии не разобрать что это точно, но точно можно сказать, что это не обычная вода. На фотографии под номером четыре Дилюк уже стоит на одном колене и держится за голову. А на пятой у него появляются маленькие ушки среди копны алых волос. Шестая фотография показывает и длинный пушистый хвост, что сейчас ходит бродит где-то рядом вместе со всем телом кота. Рассмотреть ту фотографию, на белой части которой нарисована цифра семь мешает сам котоЛюк. Он запрыгивает на стол, после чего с важным видом проходится по нему и садится напротив капитана. Мордочка его хмурая, недовольная. А ставшие из алых глаз почти золотыми смотрели еще более недовольно и, кажется, уставше. Ну точная копия Дилюка, что отражала его только в теле кота. Альберих аккуратно треплет кота по голове, слегка приминая его ушки, пока Дилюк сам не отстраняется, убегая от прикосновений. И Кейа возвращается к просмотру интересных фотографий. С каждой он все больше убеждался в правдивости их изображений. На седьмой, где его прервал Дилюк, был изображен белый свет, как раз на том месте, где до этого стоял винный магнат. Последняя фотография, что шла под номером восемь была самой интересной. С нее на Альбериха смотрел рыжий большой кот, такой, какой сейчас сидел прямо перед ним, и смотрел так ошарашено. Вся его шерсть встала дыбом, глаза широко раскрыты, хвост поднят трубой, а лапы расставлены во все четыре стороны. Своими когтями он вцепился в собственную одежду… если верить тому, что Дилюк - это кот. Хотя фотографии прекрасно это доказывали. - Так значит, ты и вправду Дилюк…, поразительно… Ну и что мне с тобоц делать? Не уж то на винокурне тебя таким не приняли? Вновь задумчиво произнес Кейа, выставляя фотографию подальше от себя, рядом с котом, что смотрел на него и будто взглядом говорил: “долго же до тебя доезжало” Вопрос он задавал больше для себя и в пустоту, ведь вряд-ли Рагнвиндр в таком состоянии мог ему ответить. Думы капитана кавалерии прерывает урчание живота. Правда, он ведь ничего не ел с того времени, как поднялся. Да и головная боль лишь на немного отступила. Тяжело вздохнув он собрал все фотографии и, встав из-за стола, поплелся в спальню. Но не прошел он и двух шагов, как вскрикнул от того, как больно впились в его спину чужие когти. Это оказался, как ни странно, Дилюк, который решил использовать капитана как транспорт, а потому, несколькими секундами ранее, он присел на краю стола, после приподнялся и, напрягши мышцы задних лап, оттолкнулся от стола. Полет выдался не слишком долгим, но удачным. Передние лапы он расставил в стороны как при объятиях, выпустил коготки и приземлился прямо в цель - на капитана кавалерии. - Ай, ай, ай! Что творишь! Даже неожиданно для себя возмущался Кейа, все же чужие когти хорошо так полоснули по спине, кажется, порвали ему рубашку, да и оставили красные полосы на спине. Зато Дилюк полез дальше и забрался на плечо капитана. - А ну слазь! Ишь, что удумал! Наглость! Стоило Кейе сделать неаккуратное движение как его ухо тут же прикусили, а затылок огрел ударом большой хвост. Такой наглый, пушистый и вредный, прямо как его хозяин, что в теле человека, что в теле кота. И последний явно отказывался слезать с такого вида транспорта. Кейе же, осознав это, пришлось лишь отчаянно смириться с тем, что придется побыть транспортом. - Не знаю как ты, а я хочу себе завтрак. Я еще ничего не ел! Устало произнес капитан. На мордочке Дилюка не отразилось никакого удивления, все потому что один вид капитана говорил о том, что его подняли прямо из кровати таким нерадостным вторжением. И конечно он еще ничего не сделал. Кажется, Рагнвиндр поднял свою пушистую бровь, пусть Кейа этого конечно не видел. Не велика беда, ведь видеть ему этого и не обязательно. Уже в спальне, Дилюка нагло хлопают по рыжей попе, и подталкивают спрыгнуть с плеча, а тот и вовсе не слишком упирается. Спрыгивает на кровать и тут же падает на нее боком, с важным видом, присущим королям и важным аристократичным особам, он укладывается и растягивается на ней для отлеживаний рыжих боков. Ну точно королевские замашки. Кейа, наблюдая за этой картиной лишь весело хмыкает, а после подходит к большому шкафу. На вид тот сделан из добротного дерева, резные ручки - дело хорошего мастера как и все узоры на Мондштатский манер на шкафу. Он выбирает оттуда простой и такой привычный костюм, легкая голубая рубашка с глубоким вырезом на груди, привычный корсет и обтягивающие стройные бедра темные штаны и другие элементы одежды. Все как обычно, даже накидку надел вместе с мехом. Вся одежда была уложена на кровать, пока Кейа в быстром и уже привычном для себя темпе стягивал пижамные штаны и майку. Сейчас Дилюку открывался прекрасный вид на тело Альбериха. Он как важная особа, развалившись на диване ярким рыже-алым пятном следил золотыми глазами за происходящим. И конечно ему в глаза бросились разного вида шрамы на смуглом теле. Тонкая полосочка на бедре и более широкое и продолговатое пятно на боку возле ребер, несколько тоненьких ниточек шрамов на руках и несколько пятнышек на ногах. Казалось бы, их не так много, но в то же время было видно, что их достаточно много. Несколько светлых пятен-шрамов оказалось и на спине, по размеру они были разными, но значительно больше, чем в других местах. Кейа не сразу научился прикрывать свою спину сам и допускал множество ошибок. А так же, подобный на шрам от ожога был на плече капитана, он перетекал на спину и дотягивался до лопатки. Стоило подметить, что телосложение у Кейи сильно изменилось с того времени, как они были юношами. И это тоже бросалось в кошачьи глаза. Дилюк, конечно, и до этого это знал, но сейчас мог рассмотреть во всей красе. Мало того, что Кейа стал выше его, так и талия у него оказалась достаточно выражена, в плечах Альберих стал шире чем раньше, да и другие места не были такими же как раньше. Со временем Кейа стал лишь красивее, как самое дорогое вино из погребов самой винокурни. Выдержанное, трепетное и желанное на вкус, его держали в нужных условиях долгое время, все для лучшего, изысканного вкуса. И с годом в год оно становится только лучше, прямо как и Кейа. С годом в год он из маленького запуганного мальчишки, что шарахался громких звуков и боялся резких движений, становился все больше похож на красивого, уверенного в себе мужчину с экзотической внешностью не свойственной этим краям свободы и харизматичной личностью, к которой так и хотелось прикоснуться и узнать побольше. И сейчас был в расцвете своих сил и красоты, как вино. Быстро исчезнув в ванне Кейа так же быстро вернулся. Холодный душ сделал его свежее да и охладил голову, уменьшив немного боль. Под наглым, исследовательским взглядом кота Кейа натягивает на себя всю свою одежду, приводит в порядок мокрые волосы и с помощью теплого масла, что очень часто покупает у Альбедо пачками, и полотенца быстро высушивает волосы. И вот теперь капитан больше всего похож на себя. Такого открытого, с улыбкой и хитрым огоньком в глазах. Прежде чем выйти и покинуть свою обитель на некоторое время Кейа полез в шкафчики на кухне. Их было немного да и большая их часть была просто пуста, но в одном он все же нашел то, что давно уже не использовал. Как-то раз он уже брал у Альбедо успешные таблетки от похмелья, что должны снижать головную боль. Ими то Кейа и воспользовался. Мех на накидке оказался не таким противным, как ранее казалось Дилюку. Этот вывод он сделал, когда они вышли на улицу. Конечно, куда он мог отпустить Кейю без себя на плече? Находится в квартире одному хоть и могло быть полезным и интересным, тем более приятным. Но не таким желанным. Наконец-то Рагнвиндру попалась возможность наблюдать за всеми похождениями капитана лично. Не то чтобы он сильно горел этой идеей. Потому, пристроившись на уже, по-видимому, излюбленном месте - плечах, Дилюк использовал капитана кавалерии как транспорт в очередной раз. Да еще и с такой мордочкой, будто все так, как и должно. Кейе же он даже не слишком и мешал, да и понравилось ему чувство тепла и мягкости, что дарила эта огненная шерсть. Потому возражать он не стал, покорно принимая свою судьбу. Вскоре они оказались у охотника. Всю их короткую дорогу Кейа ловил на себе удивленные взгляды, иногда даже восхищенные. Он приветствовал всех, кого встречал. В городе жизнь кипела несмотря на то, что был выходной день! В очереди покоя ни капитану, ни коту никто не давал, да и кажется, жители совершенно не собирались этого делать. Девицы, чуть ли не каждая, что тоже решили перекусить этим утром в охотнике или же просто проходили мимо, не могли отлипнуть от надувшегося и распушинистого котоЛюка. О нем много спрашивали, самые разные вопросы и каждая просилась погладить. Кейа не знал даже что им отвечать! Он отказывал им в глажке, пытался отвечать на вопросы как можно убедительней, что у него прекрасно выходило. А в виде клички подобрал Дилюку ласковое имя - огонек. Может тот и остался недовольным, но кусаться, биться и царапаться не спешил. Кейа не знал, как поведет себя Рагнвиндр, но, помня то, какой он стал не тактильный в последнее время, оказал ему услугу и отгонял каждую нежную девичью руку, стремящуюся погладить рыжего мохнатика, и мужские руки постигала та же участь. - Он очень привередливый и вредный, еще укусит Оправдывал он себя и свое нежелание давать людям гладить кота. И вот Кейа заказал свою порцию заслуженного завтрака и, получив, уселся за стол. Дилюк же присел рядом, только уже на соседний стул, совсем как человек занял место. Альберих, заметив то, где расположился кот пододвинул его стул поближе к себе, чтобы Дилюку было удобнее быть рядом и тот не пропадал из поля зрения. На завтрак у капитана оказались куриные шашлычки. Несколько шпажек аппетитно лежали на белоснежной тарелке. Одним взглядом Кейа мог их съесть от своего утреннего голода. - Приятного мне аппетита В улыбке растянулись его губы, после чего Альберих взял одну и стянул с нее мясо вилкой, наколол ее и потянул уже к себе в рот. Но попасть туда кусочку сочного мяса было не суждено. Наглая большая рыжая лапа остановила его руку, схватив когтями за одежду и притянув удивленный взгляд. А после мяса коснулся розовенький носик, пару раз он дернулся, втягивая запах сочного мяса, и следом в мясо вонзились белоснежные зубки кота. - Эй, эй, эй! Ты куда! Это моя еда! Завозмущался Кейа. Тяжело вздохнув он берет салфетки, что ему выдали при получении порции, кладет перед котом и аккуратно укладывает схваченное Дилюком мясо на нее. - Вот, ешь так, а не кради у меня с вилки Он даже аккуратно разрезает мясо, чтобы сделать это ему приходится еле как оторвать оказывает голодного Рагнвиндра от мяса. Сделано это все было чтобы Дилюк было удобнее поедать его новым маленьким ртом. Тот оказался явно доволен такой заботой и помощью. Не заметив того, что начал довольно мурлыкать, он поедаел все за обе пушистые щеки и позволил капитану взять другой кусок и со спокойной едой его съесть. Кейа даже замер, когда услышал это мурчание, замер, прислушался и глаз его так по детски засветился, что казалось бы, будь сейчас ночь, он бы осветил все в округе. И от удовольствия вкуса Кейа довольно, тихо и бархатно простанать. После вчерашней попойки и утреннего голода куриный шашлычок ощущался как нечто, посланное самим Барбатосом. Через несколько минут Дилюк полез за следующим кусочком шашлыка, но по носу тут же стукнули пальцем. А после отвесили небольшой слабый щелбан по мягкому лбу. - А тя тя, дай я тебе сейчас порежу, не торопись Произнеся это Кейа наложил на салфетку еще два кусочка мяса и аккуратно разрезал на небольшие порции, в это же время он старался отрывать от неготовой порции недовольного Дилюка. - приятного тебе аппетита, котенок~ С улыбкой так же произнес синеволосый, а после продолжил свой завтрак. Он даже позволил себе назвать Дилюка котенком, хотя до этого, таких мыслей не было даже и в помине. Так они и провели утро. Пока Кейа оплатил их завтрак и даже купил еду на вынос, чтобы в обед можно было бы сегодня тоже покушать, Дилюк с важным видом вылизал свою мордочку и сверкнул глазом на ближайшего голубя. Напасть на птичку ему не дают злые предатели-смуглые-руки. Но все же довольные и совершенно не голодные они двинулись назад в квартиру. - У меня сегодня выходной, так что мы проведем его дома, тем более тебя надо помыть и привести в порядок, а то ты пыльный Теперь Кейа стал заметно разговорчивее, каким обычно он был в таверне, да и в других местах тоже - О не бойся, я буду нежен ~ До дома они делись еще быстрее чем оттуда выползли. Видимо сказался пустой и полный желудок. И тогда началась игра. По приходу домой Дилюк спрыгнул и направился в кровать но не тут то было. Его тут же перехватили смуглые предатели и против воли потащили в ванну. Закрыв за собой дверь в это помещение Кейа, одетый уже в домашнюю одежду в виде легкой рубашки с таким же глубоким вырезом что и на рабочей и просторными штанами, постелил на дно самой ванны полотенце, после набрал в нее небольшое количество воды. Приготовил шампунь и теплые масла. О, Дилюк явно чувствовал что ему не понравится процедура, а потому все это время, не желая мириться с уготованной ему судьбой помытого кота, сражался с дверной ручкой, пытаясь с напряга ее дернуть и открыть дверь. Именно за таким действием его и поймали. Капитан аккуратно поставил сопротивляющегося Дилюка на полотенце и погладил по приподнявшейся шерсти. - Ну тише тише, Дилюк, ты взрослый бывший человек, веди себя хорошо, я сделаю все аккуратно будь уверен в этом и не сопротивляйся Кейа вновь выбрал тактику слов, а не насилия и решения все грубой силой. Когда Дилюк более менее успокоился, о чем свидетельствовал его хвост Кейа аккуратно стал мочить его шерстку теплой водой. Вскоре Дилюк сам уселся в воду и позволил руками бывшего брата делать то, что хочет капитан. Пусть не без проблем, не без вывернутых нескольких баночек шампуня, нескольких десятков царапин и укусов на руках капитана и стен окропленных шампунем и водой, Дилюка все же отмыли. Поначалу ему казалось, что ощущения его обманули и процедура будет более приятной чем он думал, но позже все стало намного хуже. И пусть Кейа сделал все приятно и красиво, так как надо, скорее из-за кошачьего тела, а не других факторов, Дилюку происходящее не нравилось. И он стал бушевать. Зато в конце концов он был чистый, готовый сушиться. О, процесс сушки был самым приятным. Его гладят, хвалят, чешут, вытирают и мерзкое ощущение влажности на шерсти постепенно исчезало, под теплом от полотенец и рук капитана. Он даже подставил свой светлый животик, вытянувшись на всей кровати. В это время Дилюк себя не контролировал, его телом управляла кошачья часть, что так и делала ласки и любви. Рагнвиндру оставалось лишь наслаждаться, корить за то, что позволил себе такую слабость, пусть и не специально, он будет потом. Но потом его завернули в теплый, мягкий пледик… Стоп… Завернули в плед?.. Для чего? Зачем? Разве это нужно? Поздно почуяв неладное после такого расслабляющего массажа Дилюк уже был обездвижен. И совершенно беспомощен. - Раз тебе не понравилась ванна, значит не понравится и это… ну ты уж прости… так надо Дилюк бросил на подозрительного капитана удивительный, невинный взгляд, после чего понял, что его нагло предали… и… Где-то рядом блеснула сталь ножниц и Дилюк все понял. И… столь отчаянного мяу не было слышно никогда. Запрокинув голову кверху, крутя ей из стороны в сторону Дилюк издал звук, на который ранее думал, что не способен. Он вырвался, недовольно урчал и даже пытался царапаться, кусался за все, что попадалось, но Кейа с непонятным мастерством обрезал тому когти, приговаривал ему быть тише, что все хорошо и говорил ему успокаивающие вещи. Когда процедура закончилась крепко обнял рыжего беса. Прижал к себе и поцеловал в лоб. - Ну все, все, больше не обрезаю, тшш, все хорошо, успокаивайся, Дилюк Через несколько минут он и вправду успокоился и тогда Кейа разжал тиски своих объятий. - Видишь, стоило немного лишь потерпеть, зато теперь ты красивый, прекрасный и ухоженный кот, может тебя еще и вычесать?... Стоило освободить Дилюка, как он недовольно выпрыгнул словно на пружинах и, приглалив шерстку на плече шершавым язычком, злобно зыркнул на капитан. Приподняв и развернув к себе лапу он выпустил когти, оценивая потери. Злобный, пронзительный взгляд столкнулся с невинным капитанским. - Ладно ладно, не буду тебя вычесыаать. Пока что. И тогда Дилюк слегка успокоился, хотя желание мести никуда не исчезло. Он тут же осмотрелся и, найдя орудие мести запрыгнул на стол. - Ну нееет, ты не посмеешь! Дилюк посмел. Кейа не сразу понял, что же хочет сделать кот, но одно было ясно - ничего хорошего. На столе все еще лежало несколько готовых трудоемких отчетов и полуприкрытая чернильница с пером. Именно чернильницу Дилюк лапой пускает в полет на документы, а после, видимо не удовлетворенный огромным сине-черным пятном-лужей чернил на них ткнул в эту лужицу лапками. Брызги испачкали несколько других бумаг и вещей, попали на шторы и, что немаловажно, чернила испачкали лапки рыжули. “Месть продолжается” - звучало в глазах кота, когда к нему кинулся Кейа, желая остановить это издевательство над его работой. Но не тут то было. Даже в новом теле Дилюк был проворливым и ловким он спрыгнул с со стола и оставил на шортах Альбериха два красивых пятна, в середине которых были отпечатаны подушечки кошачих лапок. А после рыжий мститель побежал по всей квартире, оставляя за собой много синих отметин. После круга по квартире он забрался на стол вновь и, уперевшись головой в стопку готовых отчетов, добытых Кейей чуть ли не потом и кровью, скидывает их на пол, мешая между собой и устраивая полный беспорядок. Балаган. А следом, вновь пачкая лапки в чернильной луже, прыгает за бумагами. И прыгает по ним, оставляя пусть и нелепые, но местами красивые отпечатки своих лап. Такие документы на стол магистра уже не положишь, да и никуда они не годятся. Продолжить грязное пиршество ему не дает сам кавалерист, который хватает наглеца под лапы и представляет перед собой. На его губы тут же становятся грязными лапками, оставляя и там два пятна. А после Дилюк смотрит так невинно и ласково, вдобавок с с расширенными зрачками и чуть ли не звёздочками в них, да так тоненько мяукает, что теперь его ругать совсем не хочется. И гнев за беспорядок, чернила и все то, что Дилюк устроил куда-то испаряется. Названный даже лапки убирает с губ капитана. Все для безупречной репутации и спасения своей мохнатой рыжей шубки. - Дилюк! Что ты тут уже устроил! Кто плохой кот?! Нельзя так! Теперь бывший человек совершенно не сопротивляется ванне, не мешает себя мыть, вновь сушить. Зато терпит это с таким довольством и гордостью, будто всю жизнь жил этой местью. Еще долго, чуть ли не весь день до позднего обеда по квартире капитана были слышны разочарованные вздохи, стенания и звуки страданий, будто тут кого-то мучают. На деле это же капитан кавалерии - Кейа Альберих разгребает все то, что осталось после мести кота. Оттирал первым делом шторы от чернил. Ели удалось из спасти оставив небольшие пятнышки совсем незаметными, после оттер весь пол и вещи, что стали грязными, собрал все документы… и совсем забыл про то, что одежда тоже испачкана по воли наглеца. Когда он привел все в порядок, Дилюк, наблюдавший за всем этим со стороны кровати и ракурса лежащего короля, соизволил встать, потянуться, встряхнув все мышцы в небольшом, по его мнению, теле, и зашагать к Альбериху. Стоило тому довольно все осмотреть как ему на ногу, ровно в том месте, где и были оставлены отпечатки приземляются лапки и хмурый взгляд. А после их убирают. - Точно… Тяжело вздохнул капитан, после чего махнул на дело рукой. Поздно уже. - Пусть, я устал, даже миленько смотрится… зато потом будут шорты с синими подтеками, эх… Следующим наглым действием привычно хмурого Дилюка было то, что он, ударив капитана по ногам хвостом отправился на кухню. Своей тяжелой батонистой походкой он доходит не спеша до стола, лениво запрыгивает на него и требовательно мяукает, пока Альберих, удивленный таким поведением не придет на его зов. Зато встречает его уже недовольный взгляд и важная гордая посадка на столе. Дилюк топает по столу лапами достаточно громко, напоминая о том, что он желает свой обед. И вообще, где его тарелка с порций поданные особым слугой? Альберих какое-то время стоит перед ним почесывая свой затылок, а после тяжело вздыхает. - Даже в теле кота ты не меньше меня выматываешь, Дилюк. Кейа произносит это так укоризненно, так устало, что на мгновение Рагнвиндр задумывается о том, что возможно был слишком несправедлив в своей мести с капитаном. Да и во многом тоже. Но этого мгновения явно недостаточно, чтобы переубедить и почувствовать вину Дилюку. Через несколько минут на столе красуется две тарелки с едой, на месте, где Дилюк чуть позже уселся было уложено несколько коробок, дабы тот мог не опираться лапками, а более удобно кушать почти как человек. На обед были легкие рыбацкие бутерброды и цыпленок в медовом соусе, Кейа часто так обедал по выходным, когда на такой прием пищи не ограниченное время. Так что для него это не было чем-то новым. Как то раз он уже пытался разнообразить свое меню, но что-то явно пошло не так. И идеи разнообразить его так резко больше не появлялось, к счастью. - приятного аппетита Спокойно произносит капитан. Видимо более менее задумавшись он не спешил что-то говорить, что-то узнавать или делать во время еды. Что было приятным бонусом для Дилюка. Блаженство - сказал бы он, если мог. Вечная болтовня капитана утомляла, хоть и казалась чем-то смутно приятным, чем-то, от чего пахнет как в детстве, чем-то, что он уже забыл за временем, обидами, ссорами, сражениями и ненавистью. Но чем-то, что почему-то отдавалось в пусть и кошачьей но груди теплом. После обеда Альберих ушел в комнату, пока Дилюк принялся вылизываться все еще сидя на своем месте. Внимание Рагнвиндра привлекло постоянно шуршание в спальне. Кейа точно что-то там делал, что-то доставал, перетаскивал. Вообщем, вел активную шуршащую деятельность и конечно привлек этим внимание. С кошачьим и не только интересом Дилюк идет в спальню и, сев на пороге, осмотрел нововведения. Кейа вытащил откуда-то большую доску на самодельных колесиках, похожая висели для объявлений на улицах монда. Но эта была значительно больше и явно была предназначена не для объявлений. На нее уже были прикреплены фотографии с превращением Дилюка, несколько маленько бумажек с какими-то записями и даже зарисовки. - что ж, такой ты, мягкий и батонный, Дилюк, очень даже нравишься мне, но думаю тебя надо возвращать в нормальное тело, что думаешь? Закончив свою речь Кейа обратил внимание на сидящего уже на его рабочем столе, что как кстати оказался напротив доски, Дилюка. Тот своим недовольным взглядом осматривал то, что сделал Альберих в его отсутствие. - Завтра наведаемся к Альбедо, сделаем работу в ордо и сходим на то место, где тебя превратили С задумчивым видом произносит Кейа, прикоснувшись в этой задумчивости пальцами к подбородку. Он отчего то решил за них двоих, пойдет кот с ним или нет. Дилюк, кажется, против такого исхода не был. Он раздумывал о странных словах Альбериха, что кинул тот на кухне. Да и из похода в столь ненавистный ему орден можно было изъять свою хоть какую-то пользу. Когда удастся еще так легко проникнуть во все уголочки ордена, получить всю, даже лишнюю информацию, и все это от одной поездке на синевласом скакуне! А сколько их может быть?! Удача все же была на его стороне, несмотря на то, что теперь он был заточен в теле кота. Кейа значится решил расследовать его дело превращения в кота, это становится с каждым разом все интереснее. Особенно то, что оно по видимому затянется на долго. О, Дилюк все так же был уверен в том, что Кейа возьмется за дело не сразу, что опять дело пролежит долгое время не нужным хламом. И этого допускать ой как не хотелось, ведь это тело хоть и было красивым и приятным местами, но хотелось вернуть свое. Тем более за пределами города была винокурня, что потеряла хозяина без всяких на то причин и объяснений.