Скрытая правда

            Ливень бушевал за окном, разрывая небо на куски. Ветер воем ворвался в узкие уличные переулки, сбивая с ног прохожих. В офисе на последнем этаже здания Хокаге за рабочим столом сидел Герой Скрытого Листа, погруженный в свои мысли. Ему было тяжело после прочтения отчета седьмой команды, и дождь казался отражением его состояния.             Внезапно, ливень ударил по окну с такой силой, что стекло зазвенело. Стук был глухим и резким, словно сама природа пыталась пробудить Лорда Хокаге из его мыслей зазывая в реальность. Он поднял глаза и увидел, как капли дождя бились о стекло, словно хотели проникнуть внутрь. Звук удара отдавался эхом в голове Хокаге, пока он прокручивал одну и туже фразу: больше не просыпался.             На данный момент Узумаки Боруто был госпитализирован, и подключен к аппарату жизнеобеспечения. Журналисты каждый день толпами стояли у здания Хокаге надеясь узнать хоть что-то о состоянии его сына. За целую неделю пару смельчаков пытались пробраться в палату к пострадавшему. Особо удачливым все же удалось узнать о коме его сына из-за чего в сети стали появляться разные теория по поводу принудительной комы и техниках для ее реализации. И также было парочка журналюг, которым удалось пробраться в здание Хокаге, где видимо подкупив пару сотрудников на ресепшене выяснили некоторые детали миссии, после чего стали появляться новые негативные посты о том, что Деревня Скрытого Листа слабеет с каждым днем, раз сын самого Седьмого Хокаге пострадал на какой-то простенькой мисси по сопровождению. В тот же день, когда вышел пост, отряд Амбу вычислил человека, слившего информацию, после чего сотрудника уволили лишая всех предусмотренных льгот.             По кабинету раздался глухой стук кулака по двери, он был настолько тихим что, если бы ливень не утих, его бы и слышно не было; будто человек стоявший сейчас за дверью был не уверен заходить сейчас или подойти позже. После, коротко брошенного, войдите. Дверь со скрипом открылась и в кабинет зашла глава Разведывательного Отдела Скрытого Листа.             - Что с ним? - не став дожидаться, пока Ино дойдет до его рабочего места. Седьмой Хогаге резко подскочил с места, подходя к давней подруге, и то с каким волнение сказал Седьмой не укрылись от девушки.             – С ним пока все хорошо.             – Что значит пока, – удивленно произнес седьмой в который раз за день надкусывая губу.             – Эта старая техника запечатывания воспоминаний, какой раньше пользовались во время Второй Мировой Войне Шиноби. – спокойно произнесла Ино, собираясь продолжить объяснения, но была прервана, Наруто.             – Так, а в коме то он из-за чего? – непонимающе взглянул тот на Ино, которая сначала недовольно посмотрела на него, но уже через минуту мягко улыбнулась и продолжила, – Эта техника была специально разработана против моего клана, для того, чтобы замедлить чтение воспоминаний и помешать быстрому получению информации, так как для начало нужно избавиться от печати, а это занимает не один день, если у человека мало чакры. В общем эта техника не опасна. И мы можем ее снять. После ее слов Седьмой заметно расслабился.             – Так и почему же вы еще не приступили к чтению? Чакра ведь не проблема, если надо я…             – Нет проблема, - недовольно фыркнула Ино, – Для тебя может и нет, но для других это еще та проблема, у меня и моих соклановцев не достаточно чакры, чтобы решит эту проблему за день, так как ты хочешь. И, к сожалению, один человек с этим не справиться, так что мне нужно будет еще пору человек для погружения в сознание Боруто. По кабинету разнесся усталый вздох.             – Хорошо, я тебя понял, – устало произнес Седьмой возвращаясь на свое рабочее место, – завтра тебе выделят отдельную палату. После он взглянул на девушку и сев в кресло продолжил: – Предположительно сколько тебе понадобиться человек?             – Примерно человек семь, – задумчиво произнесла Ино уже прикидывая кого она может взять на это задание.             – Хорошо.             После разговора с главой Разведывательного Отдела Скрытого Листа, уже            спокойный Хокаге смог продолжить свою работу, не отвлекаясь на тревожные мысли. С его сыном все хорошо. Ему ничего не угрожает. Эти мысли действовали лучше всей выпетой за час валерьянки, которую подмешивал ему Шикамару, так как сам Наруто от нее отказывался. Ему осталось только подписать пару документов и разобраться с остальными проблемами, а также договориться с Сакурой об отдельной палате для Ино. С такими мыслями Наруто Узумаки повернулся на стуле к окну, поднимая свой взгляд на небо. Тучи медленно расходились, а солнечные лучи, словно по команде, медленно начали проникать в кабинет через обнаженные окна. Отсутствие штор позволяло им свободно играть на стенах и полу, создавая мягкие пятна света. Седьмой, сидящий за столом, ощущал, как напряжение покинуло его окончательно. Веки стали тяжелыми и не в силах сопротивляться этому давлению Хокаге закрыл глаза, и с каждой минутой, его, дыхание становилось все глубже. Если продолжить так сидеть в кресле, откинув голову на спинку с закрытыми глазами риск уснуть, после бессонных ночей, проведенных в стрессе и работе, увеличивался много кратно. Подмешанная валерьянка только       способствовала желанию Хокаге уснуть.             Несколькими часами позже. В бургерной собрались чуть ли не все гинины Конохи. В самом кофе было шумно и многолюдно, свободных столиков почти не было. Рабочие в панике выполняли заказы, которых с каждой секундой было все больше и больше.             – Я больше этого не вынесу, – отчаянно простонал один из рабочих коллеге по несчастью, что с тряпкой в руках проходил мима столика собравшихся подростков, которые что-то бурно обсуждали.             – Подожди Иноджин, ты сейчас серьезно? – Шикадай не верил, что простым генинам позволят принять участие в спасении Боруто.             – Да, блин Шика, не бузи. Я серьезно, – предав своему тону твердости Иноджин, отложил взятую картошку фри назад в пакет. Надеясь, что хотя бы его серьезный вид заставит их поверить.             – Я вот тоже не сильно в это верю, – сказала девушка с черными как смоль волосами, облокотившись на спинку кресла, складывая руки на груди.             – Да что вы все сговорились что ли? – возмущенно вскинув руки Иноджин посмотрел на единственного члена команды, который до сих пор ничего не сказал. Чочо непонимающе уставилась на три пары глаз, что сейчас смотрели прямо на нее ожидая ответа. Она проглотила последний кусочек своего бургера, отчаянно понимая, что увлеченной трапезой прослушала какой-то очень важный разговор, вытерла рот салфеткой и посмотрела на Сараду, в надежде что та ей намекнет. Но та лишь закатила глаза.             – И так, если я все правильно поняла, то твоя мама должна проникнуть в сознание Боруто, и распечатать все его воспоминания, и для этого ее нужны именно мы?             – Не совсем так, но да, – кивнул Иноджин соглашаясь.             – Почему именно мы? – задал, всех интересующий вопрос Шика, который не совсем понимал зачем главе Разведывательного Отдела Скрытого Листа понадобились какие-то генины и те, кто только-только получил звание чунина.             – Ну, тут все просто, – недовольно фыркнул Иноджин и обмакнул картошку фри в соус, а после продолжил объяснять лекторским тоном, как глупым студентам: – Она сначала сомневалась брать нас или нет, но потом как я понял она решила, что для меня это будет охренительная тренировка. Аргументируя еще тем, что нечего незнакомцем там лазить.             На минуту все подростки замолчали. Кто-то обдумывал только что полученную информацию, кто-то просто ел. Разговоры и только что начавшийся спор между двумя посетителеми в кафе ничуть не мешал, хотя для Шики он слился в один сплошной шум. Он думал о том какой же это отстой мало того, что геморрно, так еще как ему потом в глаза Боруто смотреть, зная все.             – Так понятно, и сколько человек ее нужно, или она уже выбрала кто пойдет? – тяжело вздохнув молодой гений клана Нара взглянул на Иноджина, что уже расправился со своим обедом.             – Она сказала, не меньше 7. Хотя, я думаю, с нашими объемами нужно больше людей.             – Семь не получится, – прервала их беседу Сарада.             – Чего это?             – Команда Денки на задании, как и команда девочек. Сейчас все наши знакомые за пределами Конохи. – объяснила до этого молчавшая Чочо.             – И того получается только 6, – хмыкнул гений клана Нара.             – Я думаю, это не такая уж и проблема просто провозимся дольше, – отозвался Яманака.             – И когда мы…             – Завтра в 8:30, – перебив Шикадая Иноджин встал из-за стола и уходя добавил: – палата № 679, передайте еще Каваки и Мицуки. Когда Яманака вышел из кафе троится переглянулась.                     Утром проснувшись Шикадай был в ненастроении. Он в принципе утро ненавидел, и всю дорогу до больницы, мог думать лишь о том, что совершает огромную ошибку, ему казалось все это неправильным. И стоя уже у дверей, он не решался туда зайти. Но ему и не пришлось с другой стороны ее уже открыла Сарада. И по тому, как она выглядела молодой гении мог с полной уверенностью сказать, что она чувствует тоже самое, что и он сам.             – Заходи.             – Ага.             В палате, воздух был пропитан запахом дезинфицирующих средств и какими-то лекарствами. Боруто лежал на кровати, его глаза были закрыты. Видеть его спокойным было непривычно, казалось, что он сейчас вскочит и прокричит, что все это шутка, а они повелись в конце улыбаясь своей фирменной улыбкой. Но этого не произошло.                   Шика подошел к нему, осторожно садясь на стул рядом с кроватью. В комнате было тихо, только слабый гул аппарата жизнеобеспечения нарушал молчание.Через пару минут Шика вышел из какой-то прострации и осмотрел палату. У настежь открытого окна тихо стояли Мицки, Каваки и Чочо мрачно смотря на него. Сарада все это время стояла позади него положив одну руку на его плече, молча оказывая поддержку. Тишину прервала открывающаяся дверь. В проеме показалась блондинестая шевелюра, а затем лицо самого Яманаки. Тот улыбнулся, открывая дверь полностью заходя в палату.             – Чего такие кислые? – с усмешкой произнес блондин.             – Тебе в морду прописать? – отстранившись от стены, Каваки сделал шаг по направлению к Яманаке, намереваясь вдарить кулаком прямо по смазливому лицу. Но рука Мицуки схватила его быстрее чем тот успел до того добраться. Обернувшись на сына Орочимару Каваки, лишь недовольно фыркнув резко вырываясь из захвата возвращаясь в исходное положение. Такое поведение Каваки хоть и было привычным, но в большинстве случав тому было вообще все равно, что происходит вокруг, если это не касалось Кары или Седьмого.             – Во-у, полегче, мы же не у тебя в голове копаться будем, с чего такая агрессия? – подняв руки в верх в сдающемся жесте Иноджин медленно подошел к Сараде с Шикой отпустив руки: – Будто вам не интересно, как это идиот решения свои принимал, ну, или думал.             Судя по тому, как все отреагировали, никто до этого, об этом даже не задумывался. Пока шла перепалка в палату тихо зашла Сакура.             – Окно так и должно быть открыто? – замечая ту обратился Шикадай к стоящей у входа Сакуре.             – Нет, скорее всего Наруто дубина опять забыл его закрыть, – недовольно пробурчала та, проходя к кровати Боруто, начиная менять капельницу, а затем проверять пульс. Закончив все свои манипуляции, Куноичи окунула присутствующих строгим взглядом, но уже через минуту глаза ее подобрели, и она мягко улыбнулась.             – Окно закройте и не буяньте, – с этими брошенными напоследок словами она вышла из палаты оставляя детей на едине со своими мыслями.                    Долго сидеть в тишине не пришлось, через десять минут в палату двери снова открылись.             – По кроватям, – сразу скомандовала глава развед отряда, закрывая за собой дверь. Не став медлить все принялись выполнять приказ. Послышались скрипы и шелест ткани. Простыня была белоснежной и мягкой. Шика чуть поерзав принял удобное положение, мимолетом вспоминая как неохотно тот вылазил из теплой кроватки, чтобы залезть на холодную больничную. Шило на мыло. Фыркнул тот про себя, отмечая, что та была твердой.             – И так при перемещении Вас может немного подташнивать, техника старая, – и не став дожидаться вопросов Яманака начала быстро складывать какие-то печати. Но Шикадай уже не смотрел, он закрыл глаза. А когда открыл, то уже был в чужом сознании. В отличи от Чочо, которая схватилась за свой живот, его не крутило и не тошнило, что определенно было хорошо. Хотя, наверное, тут стошнить наверняка и не сможешь. Осмотрев место куда он попал, Шика понял, что понятия не имел есть ли у этого места конец, сплошное темное пространство с дверями, выстроенными вряд словно коридор, уходящий в даль.             – Ну, что ж все здесь?             – Да, все вроде как на месте, – не уверено отозвалась Сарада, подходя в собравшейся круг утягивая за рукав осматривавшего все вокруг Шикадая. Гений клана Нара последовал за ней не сопротивляясь.             – Подождите минуту, я не поняла, нам все эти двери нужно распечатывать? Ну, то есть, каждую по отдельности? – растерялась Чочо, – Или мы можем распечатать все и сразу?             – И так, пока вы не закидали меня еще большим количеством вопросов объясню все по порядку. Сейчас мы находимся в подсознании Боруто. Двери –это проход, которые открывают доступ к воспоминанию. Сейчас они запечатаны так же, как и сами воспоминания. Ваша задача вливать в печать свою чакру до тех пор, пока поток чужой чакры не разрушится вмессте с печатью. Все всем ясно?             – То есть мы снимаем печать с двери, а Вы распечатываете само воспоминание?             – Да, ты прав Мицуки, – улыбнулась куноичи, подходя к ближайшей двери, – Ну, что приступим.             Подойдя к двери, каждый приложив ладонь стал вливать свою чакру. Звучало просто вливай свою чакру в печать и не парься. Ага как же, эта чужая чакра пыталась вытолкнуть обратно всю их влитую в печать чакру, так что пришлось попотеть, борясь с ней. Хотя как сознание может потеть. Пока Шика летал в облаках, у двух петухов снова началась перепалка.             – Каваки, не филонь, чуть-чуть осталось, – просипел Иноджин чувствуя, что поток вливаемой чакры с права стал меньше.             – Без тебя знаю.             – Да заткнитесь вы оба, – так же устало просипела Чочо вытирая пот со лба, – не ртом работайте, а чакрой! Чего расслабились!             В этот момент печать треснула, и стала медленно распадаться на маленькие горящие кусочки и также медленно исчезая. Зрелище было завораживающим, в темноте это смотрелось куда круче чем днем, при обычном распаде печати. Неловко Чочо дернула за ручку двери открывая ее.             В лицо дунул свежий поток ветра, принося с собой запах травы и недавно прошедшего дождя. Но все было каким-то не таким. Блеклым. Можно было даже сказать серым. Когда все зашли в воспоминание, Ино сложила сложный ряд печатей. Кажется, из-за этого ей понадобилось целых 5 минут, для ее завершения. Как только глава развед отряда сложила последнюю печать, воспоминание стало приобретать краски, словно кто-то, с начало обмокнув кисточку во все краски, а затем сунул ее в воду давая кисточке намокнуть, легким движением руки провел ее по холсту окрашивая воспоминания. На это можно было смотреть вечность, то насколько это было красивым и словами не передать, хотелось, просто вновь и вновь перематывать на этот момент, любуясь. Пока, подростки, завороженно раскрыв рты смотрели за окраской воспоминания, Ино не теряя времени осматривала действия происходившие в воспоминании.             Они находились в переулке между домами. Два ребенка лет 8 или 9 стояли общались между собой. Один был одет в серую майку с черными шортами, а другой был одет в майку и шорты одного цвета – зеленого. Одним из них был 8-ми или 9-ти летний Боруто это было не сложно понять, по цвету волос. Пацан в зеленой майке протянул, пару купюр рё Боруто, а тот в свою очередь фигурку с автографом Седьмого. Обменявшись еще парой фраз те распрощались.             К этому моменту воспоминание полностью приобрело цвет и ранее приглушенные звуки, стали слышны четче, как и его мысли. И теперь все внимание семи человек был направлено на мальчишку, который шел, насвистывая какую-то веселую мелодию. А, они следовали за ним.             – Я думаю ему восемь, – задумчиво произнес Шика.             – Я не знала, что он продавал автографы Седьмого, – удивленно произнесла Сарада.       После очередного поворота, мальчишка резко остановился. Это действие заставило остановится и компанию.             – Ого, какие люди, – злорадно ухмыльнулся мальчишка во главе трех других, выходя в перед.             – Ох, блять, а день так красиво начинался, – внутренне простонал Узумаки младший. Внимательно осматривая их. Скорее даже оценивающе, скольким он успеет вмазать до того, как его схватив заломают.             – Давно не виделись, Пай – фыркнул блондин в ответ на приветствие, замечая, как еще двое подходят сзади компании. Прошлый конфликт так и не был решен.             – Зачем как девчонка, фингал под глазам замазал, теперь даже не полюбоваться на великолепно проделанную работу, – притворной грустью протянул тот улыбаясь. Компания парней медленно начала подходить к Узумаки.             – Какая жалость, – саркастично произнес Боруто, закатывая глаза. Уже понимая, что вмазать никому не получится, так как их мать твою шесть, а техника теневого клонирования не натренирована. Они до сих пор только сдуваться и могут, превращаясь в какую-то лепеху.             – Ты ж только и можешь как ссыкло драться. Один на один слабо, – после его слов Пайлон заметно напрягся, стискивая кулаки.             – А, по мне так все честно, – выкрикнул один из его шестерки.             – Ты же у нас недо-шиноби, – под дакнул кото-то из мальчишек слева.             Поняв, что дело пахнет жаренным, Узумаки решил использовать свою лучшую технику.             Невзначай посмотрев на верх, со спокойным лицом, он быстро взглянул на подходивших все ближе мальчишек, но тут же перевел свой взгляд на правый верхний угол здания, где был расположен балкон, делая удивленное лицо: – И зачем он только техники на балконе отрабатывает ?             Все мальчишки, не удержавшись обернулись назад, пытаясь найти этого гения. И в этот самый момент Узумаки младший дал дёру.             – Идиоты, за ним!