Виски

      Спортакус никогда не пил ранее. Он ведь должен подавать пример детям, вести здоровый образ жизни, а алкоголь — зло! Непозволительно ходячему спорту пить что-то крепче чая! — Ну, чисто визуально это чай, — задумчиво сказал Робби, протягивая стакан с виски Спортакусу.       Эльф задумчиво вертел сосуд в руках, не решаясь отпить. Лед тихо позвякивал в стакане, напиток янтарем отливал в теплом освещении барной стойки. Где-то играла неспешная мелодия. Было достаточно тихо: бар не пользовался популярностью (особенно в вечер буднего дня), помимо Робби и Спортакуса, в зале сидело всего пару одиноких людей. Поэтому они могли говорить даже шепотом и слышать друг друга. — На случай, если тебя развезет с пятидесяти граммов, тут есть я. Так что пей уже, — уже раздраженно произнес Роберт, изящным жестом потирая переносицу. В целом его образ можно описать словом «изящно»: идеально зализанные черные волосы, лиловая пастельная рубашка с закатанными рукавами мешковато сидела на худых плечах, темно-фиолетовые вельветовые брюки подчеркивали талию. Он расслабленно покачивал своим уже пустым стаканом. — Я… Кхм, мне просто неловко, пока ты смотришь, — отвел взгляд и пробормотал Спортакус. Он и сам был одет необычно: голубая легкая рубашка и темно-синие брюки — заслуга Робби, который отыскал в гардеробе спортсмена единственную «приличную» одежду. От шапочки пришлось отказаться, потому что «сними это убожество, не порть мне вечер». — Мы как будто уже в постели, — прошипел Роберт, но все же отвернулся.       Спортакус сдержал возмущение по поводу слова «уже» и залпом выпил, ибо иначе пить такую горькую жидкость он не смог. Горло приятно окутало теплом. — Заешь. — Робби пододвинул к спортсмену деревянное блюдце с порезанной грушей. Спортакус последовал совету. Роберт повременил с полминуты и спросил. — Как ощущения? — Я пока не понял, — пробормотал эльф, откусывая от груши.       Зато Робби понял. Щеки Спортакуса горели, а его движения стали чуть расслабленнее. Даже кончики ушей стали красными. От алкоголя ли? Роберт завороженно смотрел, как волнистые волосы эльфа отливают золотом в теплом освещении бара. Вечер лениво тянулся и обещал быть приятным.

***

— Постарайся просто не упасть.       Они вышли из заведения уже под утро, когда Спортакус закономерно начал засыпать за столом. На небе занимался рассвет, утренняя прохлада приятно освежала разгоряченные алкоголем лица. На улице было пусто. — Т-ты сам в этом виноват… — еле складывая слова в предложение, выговорил Спортакус.       Он умел делать сложнейшие трюки, но сейчас пройти ровно хотя бы пять метров было невозможной задачей. Потому спортсмен то и дело опирался на Робби, которого, казалось, алкоголь ни капли не тронул. — Ох, мне так жаль, — нарочито наигранно раскаялся Роберт.       На пути показалась спасительная скамейка: Робби порядком устал тащить на себе эту гору мышц. Сидя рядом, Спортакус положил голову на расслабленное плечо Роттена и тихо засопел. Тот довольно хмыкнул и запустил тонкие пальцы в золотую шевелюру его эльфа. Утренний оркестр из птиц и шуршания травы приятно ласкал уши. Роберт закрыл глаза, откинул голову и облегченно выдохнул. Вечер и правда был приятным.