Марафон проебов

Идеальных людей не существует. Каждый обязан систематически приносить в мир хаос, чтобы подтвердить своё право быть человеком. Только Эндрю не понимает, как эти три долбаеба могут создавать настолько несуразную ебаторию. Королева драмы Кевин Дэй – алкаш каких ещё поискать – прячет свои проблемы в алкоголе, а алкоголь в экси. Схема то хорошая, но не без недочётов. Например экспрессивные истерики со швырянием вещей в других существ можно подкорректировать. Можно, но (не)возможно. Аарон поражает своей фантазией с воплощением проблем. Он вообще мальчик нежный, но только сбоку, в районе рёбер. Остальные колючки он, видимо, получил от внутривенных. Его даже трахать без проблем не всегда получается – не одно, так другое вызовет раздражение и, как следствие, побитые костяшки. Аарон так-то неприступный во всех смыслах за исключением прямого. Вот так подставит свой ротик под очередной член, а потом им же будет целовать Эндрю. Это можно предотвратить. Можно, но не(возможно). Нил как всегда занимает почетное место в этом рейтинге партнеров-ебанатов. Его точно хотят все психиатры страны. А он их не хочет, ибо быть таким больным – это тяжёлый труд, и плоды этого заслуживают только его парни. Срывы в пустоту, панические атаки на ринг, триггеры на рыбалку, а самое вкусное – эпизоды, расщепления и психозы – на блюдечке приносит Эндрю, Кевину и Аарону. Это можно попробовать вылечить. Можно, но (не)возможно. Их квартет состоит из жертвы-мученика, Queen-пьяни, дэксовой бляди и монстра-наблюдателя. Если бы они жили в мире соулмейтов, то их постоянные проебы обуславливались поддержанием гармонии, но здесь они только долбятся о лбы во благо общего. Общего долбоебизма и стигматизации. – Ты бросишь меня? – Риторически вопрошает Кевин, кидая многозначительный взгляд на бутылку водки. Будто она виновата во всём кругом происходящем. А она смотрит в ответ и поднимает бровь: «ты сам меня пил». Может галлюцинации не только у Нила. Это передаётся воздушно-капельным? – Ты ебаный мудак, – Отвечает Аарон, злобно-раздраженно скрепя зубами. Бутылка водки не даст ответы на вопросы, придётся снова молиться Господу Богу и нервным клеткам, покуда те ещё остались. – Я знаю, – Дэй не настолько пропил мозг, чтобы отрицать очевидное. Очевидно здесь только то, что Аарон сжимает кулаки до полумесяцев на ладонях и явно рисует в голове картину разбитого лица Кевина. Дэй заслужил – это летит в тот же список очевидного – но через красные подтеки и синие очки он не станет иначе смотреть на мир. То бишь данность можно перенаправить в список бесполезного. – Пиздуй к Нилу, – Аарон отряхивает руки и даже не оборачивается. Потому что оборачиваться не на что. Нил со всей любезностью даст Кевину воду и под рёбра, а затем уложит рядом. К Аарону придёт сонный Эндрю, кинет в него подушку и упадёт на кровать. Если бы они жили в мире соулмэйтов, то эта ночь спасла бы их, но она только отрезвит Кевина и успокоит Аарона. Они продолжат марафон проебов. Потому что (не)возможно.