Shots!

Пары должны начаться через пару минут. Мидория бредёт вдоль шкафчиков по длинному коридору, будучи в своих — как всегда — мрачных и грустных мыслях. Он закончил старшую школу и поступил в университет вместе со своей близкой подругой Очако. Сейчас веснушчатый переживает свой не самый лучший период в жизни, так как разочаровался в себе и своей жизни в целом. И всё дело в том, что бедняга безответно влюблён в своего друга детства Каччана. До старшей школы они с ним учились вместе, и не сказать, что их отношения были на высшем уровне, что уже было говорить о дружбе или — боженька, упаси — любви. Конечно, Изуку никогда не говорил о своей ориентации открыто и никогда не признавался непреступному блондину в своих чувствах. Одного острого взгляда красных глаз было достаточно, чтобы понять: это не имеет никакого смысла. Так что, в конце концов, они расстаются не на самой лучшей ноте и расходятся по разным вузам. Мидория убеждён, что их связи конец. И всё же, до этого момента, у них было хоть какое-то общение, которым питался веснушчатый, пока они не закончили школу. А теперь, когда их пути окончательно разошлись, Мидория впал в отчаяние. И Очако видела, как тяжело её другу. Она прекрасно знала обо всех подробностях его личного кризиса не только благодаря их тесной дружбе, но и тому, с чего, собственно, эта дружба и началась. Дело в том, что Очако всю среднюю школу была тайно влюблена в Изуку, путая любовь с простой дружеской привязанностью, из-за чего начала избегать его, думая лишь о том, что творится с её нежным сердцем. Но долго избегать не пришлось, ведь когда им было по семнадцать, Изуку сам проявил инициативу в том, чтобы разобраться в их отношениях, потому что думал, что Урарака его ненавидит или что-то вроде того. Разговор оказался большой терапией для них обоих, и Очако стала первым человеком, который узнал о том, в кого влюблён Мидория на самом деле. А самой Очако стало гораздо легче после её признания, после которого она поняла, что всё это было совсем не серьёзно. Это сблизило их настолько, что в последствии они стали как неразлей вода. Они регулярно оставались у девушки с ночевой, часто гуляли вдвоём, устраивали сплетни, подкладывали друг другу валентинки в шкафчики, чтобы другой не чувствовал себя одиноко и всё в этом духе. Это и сподвигло их поступать в один и тот же университет. Они оба — бедные одиночки и кроме друг друга у них совсем никого нет. Хотя, эти двое слишком сильно себя принижают, учитывая то, что на самом деле были горячей темой для обсуждения в старшей школе. Все эти годы люди гадали: парочка они или нет? И именно эта тесная привязанность к близкому человеку стала отправной точкой следующих действий Очако. — Изуку! — она подкрадывается сзади и хватает его за плечи, заставляя Мидорию вздрогнуть от неожиданности и обернуться через плечо. — Боже, Очако! — он берётся за сердце и выдыхает. Испуганный взгляд превращается в недовольный. — Пожалуйста, перестань уже так делать! Девушка ровняется с ним и они продолжают идти к аудитории вместе. — У меня есть идея! — как всегда с большим энтузиазмом лопочет шатенка и встречает в ответ всё ещё хмурый, но заинтересованный взгляд. Очако не обращает на это никакого внимания. — Мне надоело видеть твою грустную рожу! Тебе нужна перезагрузка! Я понимаю, что тебе трудно и забыть такого человека, как Бакуго Кацуки почти невозможно, но… — теперь она видит ещё более кислую рожу. — А что если тебе нужно просто расслабиться? Релакс, детка! — Что ты имеешь в виду под этим словом, Очако… — с недоверием протягивает Изуку, складывая руки на груди. Очако улыбается так, словно у неё сегодня грёбаный день рождения. — Я имею в виду, что сегодня мы идём в гей клуб! — слова ударяются прямо в мозг кудрявого, отчего тот едва не подсказывается и не падает. — Хаааааа?! — он начинает активно жестикулировать, уже готовясь начинать бормотать о том, почему это плохая идея, но его прерывает оглушительный резкий звонок. *** Подготовка занимает у них больше времени, чем планировалось изначально. Изуку до последнего не понимает, зачем согласился на это, но внутри него разыгрывается свойственное ему чувство — ботанское любопытство. «А каково это вообще? Какие там люди? Какая музыка?» — Он впринципе никогда не посещал подобные места, как и сама Очако. Сборы проходят дома у Мидории, где они продолжительное время выбирают ему одежду, в то время как девушка уже нарядилась в модное чёрное платье. В конце концов они выбирают ему аляпистую рубашку с коротким рукавом, что Изуку заправляет в светлые брюки, стянутые кожанным коричневым ремнём. Последним штрихом стали узкие солнечные очки, что замечательно подчеркивают его… ладно, они ничего не подчёркивают, он похож на зелёную муху. И наверное, если бы вы его увидели, вам показалось бы, что он надел вещи ваших родителей со старых фото. *** Как только они заходят внутрь, сиблингов сразу же встречают громкая музыка, вспышки света и пьяные танцующие люди, разбросанные по всей площади. Играют самые модные треки, а девушки соревнуются, у кого самая короткая юбка на этой тусовке. И глядя на всё это, Изуку чувствует себя некомфортно. Его привычная жизнь задрота не готовила его ко всему этому… «Может лучше смыться, пока не поздно…» Но потом он вспоминает, что оделся максимально стильно и в целом сливается с общим настроением всей толпы. Очако берёт его под руку и они сразу же идут к бару. — Что будем пить? — спрашивает он по пути. — Шоты! — Какие? — Те, что покрепче! *** И тогда Изуку узнаёт, что он очень легко напивается благодаря тому, что он, ну… напивается. И тогда Мидория узнаёт, что ему жизненно необходимо выйти на танцпол и начать танцевать под заигравшую I'm sexy and I know it. Очако тут же подхватывает инициативу друга, и они становятся главным центром танцпола, разделяя странные танцы с большой компанией незнакомцев. Их смех и крики почти не слышно из-за орущей музыки, а глаза слезятся то-ли от переполняемых эмоций, то-ли от слепящих светодиодов. Кажется, кому-то завтра будет очень плохо. *** Очако краем глаза замечает пару жёлтых глаз с другого конца танцпола, что пристально на неё смотрят. Ей становится не по себе; в секунду всё замирает, но затем она видит радостную улыбку Изуку, что сейчас прыгает на месте с поднятыми вверх руками, и в миг расслабляется. Солнечные очки на Мидории смотрятся очень нелепо, но всё же круто. Она считает себя великолепным стилистом. Она продолжает танцевать вместе со всеми и много смеётся, да так сильно, что чуть не обоссывается и в итоге уходит в туалет, оставляя Изуку продолжать выступление одному. Внутри музыка слышится более приглушённо, отчего уши хотя бы временно могут отдохнуть. Сидя на унитазе, девушка понимает насколько она пьяна. Она рада, что её родители сегодня не дома, иначе наверняка бы появились проблемы. Не вставая с места, она достаёт свой Sony Ericsson и смотрит на время. Всего одиннадцать. Они могут не торопиться. Она занята мыслями о том, что сейчас заиграла её любимая песня и, выходя из кабинки, не сразу замечает стоящую фигуру возле раковин. *** Так получилось, что Кацуки всю жизнь борется со своими внутренними тараканами в одиночку. Всю жизнь, не понимая себя, он выплёскивал своё агрессивное отчаяние на людей. Нет, он знал чего хочет от жизни, вы не подумайте. Он всегда был целеустремлённым человеком, и каждый, кто хотя бы немного был с ним знаком, был убеждён в том, что Бакуго Кацуки всегда знает, чего он хочет. И они были правы. Почти. И сейчас у него есть проблема. Он не видел Изуку с выпускного. С ебучего. Мать его. Выпускного. И самым страшным для него было осознать то, что он знает чего хочет. И сейчас он хочет Изуку. Блять, он так скучает по нему. Но гордость, такая сука, не позволяет что-то делать с этим. К тому же, учитывая его недавнее открытие, касающееся его влечения к мужчинам, усугубило ситуацию ещё сильнее. Особенно это усугубило то, что это влечение он обнаружил только благодаря существованию Деку. Ага, всё плохо. Проблема в том, что Кацуки всем видом показывает, что любит себя и ненавидит его. А в итоге получается, что всё совсем наоборот, фак! Усугубляет всё ещё и тот факт, что этот задрот явно сохнет по своей щекастой подружке, которая его френдзонит. Ага. Вот такой вот Кацуки лошара. И конечно он поступил в отличный вуз вместе с ребятами из своей компании (Он до сих пор удивляется, как Каминари смог это сделать) Конечно он не одинок и в целом у него есть всё, что нужно счастливому человеку. Но он несчастен. Ему, сука, одиноко! Одиноко без этого конченного ботаника! Без ботаника, от которого он надеялся поскорее избавиться всю свою осознанную жизнь! А в итоге что. На подсознании он действительно всегда восхищался его добротой и рвением к большему. Наслаждался его смехом и бесконечным бормотанием. Восхищался его упрямству и смелости. Так восхищался, что ненавидел. И в следствии оттолкнул. Он понимал, что он сам во всём виноват, но кто он такой, чтобы подойти и сказать «прости меня, Изуку, я был не прав, но теперь я понял, что я ебучий гей и дрочил на твой образ всё лето только чтобы снова быть друзьями!» — НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕТ, ДА ПОШЛО ОНО ВСЁ НА! Наверное это всё и привело его в это проклятое место. Он до сих пор не понимает, что забыл в ебучем гей клубе. Он даже не собирается знакомиться с кем-то или делать ещё что-то подобное. Фу, в этом блядушнике он точно не хотел бы встретить свою любовь. Ну и гадость. В глаза слепят цветные пятна, Кацуки жмурится, поправляя свою ублюдскую джинсовую куртку в обтяжку. И хоть он приходит сюда совсем один, к его сожалению, он уже успевает пересечься с парочкой имбицилов. Уёбки, как мухи на говно, прибегают к нему пообщаться, не обращая внимания на хмурый перевёрнутый ебальник цели. Сайчас вот к нему подходит какой-то обдолбанный фиолетовый ублюдок с огромными синяками под глазами, который тут же слышит в ответ о приключениях своей матери, а затем и сам посылается нахуй. В смысле не на хуй Кацуки, а на чей нибудь другой. Ага. Он выпивает всего один коктейль, чтобы не чувствовать себя слишком ущербно. Он даже не танцует, ибо «Кто я такой, чтобы заниматься подобной чушью?!» Затем он просто стоит в углу у танцпола, наблюдая за сборищем полуголых голубых уродов, даже не задумываясь о том, что называя их так, оскорбляет и себя тоже. В какой-то момент он понимает, что рядом с ним стоит какая-то странная блондинка, которая смотрит куда-то вглубь танцпола и улыбается, словно поехавшая. — Она такая миленькая! — восклицает она, ещё сильнее обнажая свои острые клыки. Ебать. Он не совсем понимает, о ком говорит эта ненормальная, но по всей видимости она приглядела себе какую-то девчонку. Сука, вот у некоторых людей всё так просто! А он… А у него… СУКА. «И какого хуя она просто стоит и дальше пялится?» Бакуго фыркает и поворачивается к ней лицом. — Блять, ну иди и сожри её тогда! — выкрикивает он так, чтобы блондинка его услышала. Тем не менее звучит он максимально недовольно, немного заплетающимся языком. — Сука, что в этом сложного, а?! Слабо блять?! Девушка удивлённо моргает в ответ, в следующую секунду бросаясь к нему в быстрые объятия. — Ты прав, ты прав! — пищит она с ещё более больной лыбой. — Совсем чокнутая что-ли?! — рычит он, не понимая, что происходит, но девушки уже и след простыл. Встретились как-то яндере и цундере, значит… Бакуго вертит головой по сторонам, пытаясь найти эту клыкастую дуру, но в его поле зрения попадаются лишь танцующие незнакомцы и слепящие глаза прожекторы. Он быстро моргает и уже собирается вызывать такси. По звонку разумеется. Надоела эта клоунада, что он вообще, блять, здесь делает? «Ну хотя бы знакомых не встретил» — думает он, уже потянувшись к заднему карману узких джинс с подворотами, но его внимание привлекают чьи-то громкие возгласы. Он смотрит вперёд и видит, что толпа возбуждённо апплодирует и расходится в стороны, открывая вид на главный пуп танцпола. И в этот самый момент у Бакуго отвисает челюсть. Молодой парень с откинутой назад головой, одной рукой проводит по своим волнистым волосам, одновременно снимая с себя очки. «Нет» Вторая рука находится на груди, судорожно нащупывая верхние пуговицы аляпистой рубашки. «Не может быть» Блаженная улыбка украшает веснушчатое лицо, очки падают и теряются где-то на полу танцпола, и сейчас он плавно расстёгивает рубашку, выглядя при этом словно модель с обложки журналов. «О чёрт» Пот стекает по открытой шее, а большие глаза покрыты пеленой пьянства. «Изуку…» Этот парень… Он словно отключился от всего мира. Он словно… наслаждается этим всем, да? Бакуго так и стоит на месте, уставившись как идиот на всё это ебейшее представление. Толпа оживлённо кричит и повторяет за парнем в центре. *** Очако вздрагивает, как только замечает, что здесь она не одна. Возле раковин, над которыми висит большое зеркало на всю стену, стоит девушка в красивом чёрном платье. И смотрит. Прямо на неё. «Эти жёлтые глаза…» Урарака смотрит в ответ, в то время как на лице незнакомки расползается дьявольская улыбка. — Эй, с вами всё в по… — напряжённо начинает Очако, но не успевает договорить, так как блондинка бросается на неё, мгновенно прижимая к стене и впиваясь в неё холодными мокрыми губами. Очако успела лишь пискнуть. «Она… целует меня?» Не успевая ничего предпринять, она чувствует, как девушка вставляет колено меж её ног, и по телу ползёт странное, до ужаса незнакомое чувство эйфории, смешанное со страхом и ужасом. Заставляя себя оторваться от случайного ответа, Очако хватает её за плечи и отодвигает от своего лица. Она смотрит на неё широко раскрытыми глазами, сердце стучит громче музыки за стеной. Чуть ли не одними губами она говорит «Почему». — Потому что ты очень миленькая! — легко отвечает блондинка. Жёлтые лисьи глаза гипнотизируют и манят к себе. Мозг скандирует: «Я натуралка, я натуралка, я натуралка», а затем по мере того, как она начинает разглядывать удивительно привлекательные черты лица, мысли плавно меняются на: «Что с ней случилось? Почему она это сделала? Я… миленькая? Какая у неё красивая гр–… Почему я всё ещё держу её за плечи? Сколько я выпила? Я вообще сходила пописать?» — Ты не любишь целоваться? — спрашивает она и вдруг выглядит такой несчастной, что Урарака готова сделать тройное сальто, лишь бы она снова заулыбалась. — Что? А… Я… Но почему со мной? Я же, — Урарака подносит запястье ко лбу, обращая взгляд в потолок. — Боже, все девушки так ведут себя в этих клубах? — Ну не знаю! Меня сюда друзья привели! Мне сказали, что тут можно целоваться с кем угодно и никто не будет тебя осуждать за это! Правда круто?! А ещё один мальчик сказал мне пойти и сожрать тебя! Как думаешь, что это значит? Очако моргает. Сожрать? Что за… — Стоп стоп стоп… Мне нужно многое тебе объяснить… «Надеюсь, Зуку не сильно разозлится, если я пропаду ненадолго. совсем ненадолго… Совсем на чуть-чуть…» *** Даби с Кейго разваливаются на диванчике вдали от танцпола. Оба пьяны и оба чувствуют себя просто прекрасно в обьятиях друг друга. Прекрасно, но, кажется, двое их друзей куда-то пропали. Даби на это насрать, но вот Кейго решает приподняться и оглядеться. Не, на Твайса ему тоже насрать, этот утырок вероятнее всего просто заснул на толчке, а вот… — А где Тога? — спрашивает он, продолжая искать блондинку глазами. — Пошла искать себе жертву, — отвечает его бойфренд, что сейчас лениво крутит колечко в нижней губе. — Аааа, — Таками вспоминает их сборы в клуб. — Для поцелуя, да? — Мгм. — Сукин сын, ты же знал, что она воспримет это буквально! — он посмеивается, толкая рядом сидящего плечом. — Ну ты и ублюдок! — Я пидорас, — с гордостью отвечает Даби. — Кто бы сомнева-… Кейго не успевает договорить, так как его рот встречается с губами брюнета. *** В какой-то момент Изуку всё-таки понимает, что остался один. Он совсем не злится на Урараку, наверняка та отошла по очень важным делам, да и к тому же пьяный мозг не желает сосредотачиваться на этой мысли. Вокруг него танцует толпа людей, и он вовсе не задумывается о том, что половина из них хочет трахнуть его в ближайшем толчке. Он настолько пьян, что воспринимает всё как в замедленной съёмке. Музыка, вспышки, цветные лазеры, поднятые вверх руки. Запах пота и дешёвых духов смешивается в единое целое. В такой эйфории недалеко потерять рассудок, и Мидория понимает, что больше так пить он никогда не будет. Но сейчас ему так хорошо и мозг впервые за всё это время смог отключиться от мыслей о нём, что было совсем неважно, что произойдёт в ближайшие несколько часов. Наверное это сподвигает его начать снимать рубашку. Он чувствует себя уверенным в себе впервые за долгие годы стеснений и зажатости. По всей видимости, алкоголь помогает, но, увы, ненадолго и не с самыми приятными последствиями. Расстёгивая последнюю пуговицу, он наконец обращает внимание на эти животные взгляды вокруг себя. Он слегка покачивается на месте, прекращая свой эротический танец. Нетрезвым взглядом он окидывает людей вокруг. Кто-то ударил его по заднице. Ещё какой-то парень подошёл к нему сзади и взял за бёдра, принимаясь покачиваться из стороны в сторону. Изуку чувствует, как тошнота поднимается к горлу, но он не может сделать ничего кроме того, чтобы застыть на месте. Мысли перемешиваются в одну кучу, и единственное, что он может сделать, это попросить парня напротив перестать трогать его сползающую с тела рубашку. У него начинается паника и он уже готов заплакать прямо там на месте, понимая, что вот вот свалится в обморок. «Очако, где Очако?» Он судорожно сглатывает и слегка отшатывается. Перед глазами стоит пелена, всё плывёт, а музыка оглушительно бьёт по ушам. Он будто бы оказывается под водой, а ноги почти подкашиваются от отчаяния. «Нет. Не надо. Я не этого хотел» И словно в замедленной съёмке он видит, как тому самому парню напротив прилетает тяжёлый кулак прямо в челюсть. LMFAO — Shots «Ого» А потом ещё. И ещё. Какой-то симпатичный блондин опрокидывает парня на пол и теперь сидит сверху изврата. Со всей дури он хуярит его прямо по лицу. — СДОХНИ! СДОХНИ! СДОХНИ! Изуку смаргивает. «Сдохни?» Не обращая внимания на Мидорию, блондин снимает джинсовку и накидывается на остальных парней, что были на очереди. — ЁБУЧИЕ ПИДОРАСЫ, ЧТОБЫ ВЫ ВСЕ СДОХЛИ! Даже сквозь музыку слышны его истошные вопли. «К-Каччан…?» — ДАВАЙТЕ ВСЕ СЮДА-А, СУКИ, Я ВАС ВСЕХ УНИЧТОЖУ! — кричит он уже с разбитой губой. Глаза полны ненависти и безумия. На Кацуки наваливается толпа полуголых мужиков. Мидория стоит в ступоре. Расстёгнутая рубашка висит на одних локтях, полностью обнажая подкаченную грудь и пресс, что блестят от стекающего по телу пота. Каччан дерётся с мужиками. Каччан дерётся с мужиками?! ФАК, КАКОГО— *** Кацуки не знает, что правит им в этот самый момент. Его тело двигается само по себе. Как только он видит, что какой-то ублюдок берёт задрота за бёдра, его гнев заполоняет весь здравый рассудок. От этого он пьянеет ещё сильнее. Он готов убивать. Он готов рвать и метать. Он видит, как ещё один парень подходит к Изуку спереди и помогает снять эту безвкусную, конченую рубашку, и это становится его последней каплей. Кацуки засучивает рукава и под громкий бит из колонок быстрым шагом направляется прямо на них. «УБЬЮ, УБЬЮ, УБЬЮ, УБЬЮ» — пульсирует лишь одно слово. Когда он подходит достаточно близко, то разворачивает одного из ублюдков за плечо и заезжает кулаком прямо по морде. Валит его вниз и садится сверху, не переставая наносить удар за ударом. Он кричит и наверняка выглядит как разьярённый зверь, но когда ему было не поебать на это? Особенно сейчас, когда эти разозлённые уроды идут на него ото всюду. А нечего было трогать его задрота. *** Мидория снова готов заплакать. Каччана сейчас просто убьют. Каччана убьют злые геи с недотрахом. Он понимает, что он даже уже и не видит Каччана. Каччан потерялся где-то на полу танцпола, а сверху его хуярит целая толпа недовольных мужчин без маек. Мидория уже начинает плакать, но видит как к этой взбучке подбегает какой-то парень с фиолетовыми волосами и пытается помочь, оттаскивая всех в сторону. Но не успевая переварить происходящее, он видит, как в ту же секунду в толпу прыгает какой-то мужчина в странном костюме и подозрительным вертикальным швом на лбу. — РЕЗНЯЯЯЯЯЯЯЯ!!! Пожалуйста не деритесь! — с этими словами мужчина начинает бить всех кто под руку попадётся, тем самым ненарочно способствуя спасению Бакуго. Кажется, Изуку мгновенно трезвеет. *** — Это не Джин там? — спрашивает Кейго, немного щурясь. Даби, обнимающий его за плечи, несколько секунд молчит, разглядывая происходящее. Он молча встаёт, за ним встаёт и Таками. — Вот же идиот… Идём. — пара направляется прямо к замесу в центре танцпола. *** Кацуки не видит практически ничего. Он видит мелькающие кулаки перед своим лицом и уже даже не пытается отбить удары, так как силы его покинули ещё минуту назад. Он готов умереть. Он умрёт красиво. Он умрёт за свою любовь в гей клубе. С этой мыслью он чувствует, как кто-то берёт его под руки и оттаскивает назад, прогоняя людей прочь. Он смотрит наверх, непонимающим мутным взглядом и видит двух незнакомых парней. Один брюнет в элегантной одежде, второй блондин, одетый как какой-то лётчик. — Э чё за хуй-… бормочет Кацуки, но наверняка его никто не слышит. Над ним встаёт ещё один мужчина в одной алкашке и ото всех его отличает заметный жуткий шов на лбу. «Фрэнкенштейн, это ты?» — КАЧЧАН! — Мидория садится на корточки и судорожно хватается за побитое лицо Кацуки. — Не ссы, твой герой будет жить. — говорит Даби, в то время, как Кейго помогает потерпевшему встать. — Деку… Ты что… реально гей? — невменяемым голосом спрашивает Кацуки, глядя своими нетрезвыми глазищами на зелёноволосого. Изуку убирает руки с его лица и смотрит на него с открытым ртом. «Это единственное, что его сейчас волнует?» — Кажется, нам пора сваливать, — говорит Кейго, увидев, как из другого конца зала к ним направляются охраники. — А где Тога? — Я кажется видел её в туалете с какой-то булочкой! Они такие хорошие вместе! Я чуть не блеванул! — встревает Джин и направляется в сторону уборных. Остальные молча идут за ним следом. *** Дверь в женскую уборную открывается и вся компания смотрит на двух девушек, сидящих на полу. Точнее сказать, одна из них, та, что шатенка, сидит на блондинке, сидящей на полу. Вот. — ОЧАКО?! — вопит Изуку, как только видит свою лучшую подругу. Она медленно поднимает свой взгляд и Мидория понимает, насколько она пьяна. Блондинка же нежно гладит её макушку, даже не обращая внимания на пришедших. — Вставайте давайте, мы уходим, — уставшим голосом говорит Кейго, придерживая ручку двери. В ответ полный игнор, а до Бакуго только сейчас доходит. — Так ты же та клыкастая психопатка… И когда он понимает, что на ней сидит лучшая подруга Изуку, то у него складывается весь паззл. Он пошатывается и вот-вот готов упасть на пол, но Мидория вовремя подхватывает его под руку, создавая устойчивую позицию. Мило. «Каччан так вкусно пахнет спиртом и потом.» — Тога блять, — Даби теряет терпение и подходит к обнимающимся девушкам. — Нам реально нужно идти. — НЕ ЗАБИРАЙТЕ МОЮ ХИМИКО, НЕТ! Даби трёт переносицу. — О боже мой. Вы знакомы от силы минут пятнадцать. С горем пополам они заставляют девушек встать с места. Самыми трезвыми людьми оказываются Химико, Даби и Кейго, потому что остальные ребята выглядят как полный пиздец. Один расстрёпанный Мидория в расстёгнутой рубашке чего стоит. Что уже говорить о побитом Бакуго. Они выходят из туалета и направляются к выходу. Тога не отлипает от Урараки ни на секунду, так девушки ковыляют в обнимку. Изуку ведёт Кацуки под руку и вместе они выглядят как два неудачника. Кейго и Даби просто спокойно идут рядом, а Бубайгавара, ковыляя позади всех, танцует странные танцы под ныне играющую музыку. М-да уж, весёлая компашка. — Куда мы идём? — спрашивает Мидория, будто ему не всё равно. *** — Эй, Шига, открывай блять! Заебал в свою катку играть! Блин, наверное он сейчас отвлекается от игры из-за нас! — восклицает Джин, не переставая барабанить по железной двери огромного двухэтажного дома. Все молча ждут. Спустя пару минут дверь распахивается прямо перед их лицами и пред ними оказывается бомжеватый парень с сальными голубыми волосами. Глаза его выглядят так, словно этот человек не видел света всю свою ебучую жизнь. — Вы кто, блять, все такие? — спрашивает он скрипучим, но не особо удивлённым голосом. Его тело украшает розовая пижама с единорогами. Из-за его спины выглядывает ещё один парень с такими же сальными, но уже сиреневыми волосами. В пижаме крокодила. В руках у него геймпад от PS3. — Ну чё там, нас игра ждёт, алё, — недовольно говорит парень, но в ту же секунду оглядывает пришедших гостей и замолкает. — Что с вами, блять, случилось? — Это долгая история, — в один голос вздыхают Изуку с Даби. Шигараки быстро раздаёт пижамы всем пришедшим и уходит со Спиннером на чердак, дальше играть в приставку. Компания переглядывается, а Изуку не может не спросить: — Чей это дом вообще? — А, это дом бати Шигараки, — отмахивается Кейго. Изуку уже знает, что это тот голубоволосый бомж. — Он просто у него наркобарон, так что купил ему такую хату для проживания. — ...А вы что тут все делаете? — Мы? — удивлённо спрашивает Даби. — Живём с ним, конечно же! Зачем добру пропадать, столько места! Изуку старается не думать о том, почему этот самый Шигараки сидит в чердаке собственного дома. Ну, каждому своё, верно…? В любом случае, когда они переодеваются в предоставленные пижамы, компания поднимается к Спиннеру с Томурой. Сначала оба возмущаются и чуть-ли не выгоняют их, но затем вся компания устраивает импровизированный турнир по Мортал Комбат, пока все не вырубаются прямо на чердаке в цветных одеялах. И Изуку, что сейчас наблюдает за тем, как Кацуки засыпает у него на плече, понимает простую мысль: всё-таки, иногда в гей клубы ходить полезно.