Взбитые сливки

Куромаку не любит сладкое. Вару тоже не питает к десертам особого интереса, но ему до чёртиков нравится дразнить Куромаку. А ещё трефовый не любит, когда Вару ведёт себя слишком самодовольно. Или просто притворяется, что не любит, иначе бы не сидел сейчас на полу между ног валета, который, в свою очередь, вальяжно устроился на диване. Пиковый встряхивает баночку со взбитыми сливками. Он большим пальцем открывает крышку, особо не парясь насчёт того, что она падает вниз и катится по полу в другой конец кухни. Вару с самой наглой ухмылкой смотрит на хмурого Куромаку и оставляет на кончике своего члена белую шапочку сладкой пены. Валет подаётся вперёд, зарывается пальцами в пепельные и до жути послушные волосы Куромаку. Он притягивает короля ближе, многозначительно приподнимая бёдра, пачкая кончик носа трефа в сливках. — Куромаку, не заставляй меня ждать, — от голоса Вару тело пробирает то ли холод, то ли раздражение. Куромаку морщится, но ничего не говорит в ответ. Знает, что любая его фраза будет обыграна в сторону наглого валета. — Мне нужно повторить, сладкий? Я не люблю непослушных мальчиков, ты знаешь, — пиковый с особым намёком выделяет обращение к Куромаку, вытирая с его носа белую каплю. Он облизывает палец, обводя его языком, а затем резко хватает короля за волосы и тянет его ещё ближе. Куромаку тихо шипит от глухой боли. Он вцепляется пальцами в бёдра Вару и жмурится, чувствуя нечто тёплое на губах. — Оближи. — Вару снова дёргает Куромаку за волосы. Выражение его лица становится серьёзнее, и он смотрит на трефового сверху-вниз, надменно поднимая бровь. Король приоткрывает один глаз и смотрит вверх на валета, но тут же опускает глаза, встречая взглядом член Вару, касающийся его губ. Куромаку тяжело сглатывает и, пересилив себя, слегка открывает рот и высовывает язык. Он слизывает с головки небольшое количество пенки и сглатывает, облизываясь. — Вот так. Молодец. — Вару снова улыбается лишь уголками губ. В этот раз он распределяет сливки по всей длине члена и невольно размазывает их по щеке Куромаку. Треф, явно недовольный этим, вытирает лицо ладонью и вздыхает. Он наблюдает за тем, как медленно тающая пена стекает по внутренней стороне бедра прямо на диван. И кто это будет убирать? — Ну? — Вару говорит это так неожиданно и звонко, что Куромаку вздрагивает и крепче сжимает мягкую кожу валета в руках. Он закрывает глаза, надеясь не смотреть на этот тихий ужас. Но Вару тут же дёргает его за прядь волос на затылке и Куромаку приходится открыть глаза. Он подхватывает губами стекающую каплю сливок, поднимается по длине члена, собирая на язык больше и больше воздушной пены. Треф прижимается к кончику и сглатывает приторную субстанцию. — Ещё. — Приказывает валет, и Куромаку не может не повиноваться. Он проводит языком от основания до головки, дразнит уретру, заставляя Вару громко выдохнуть и двинуть бёдрами навстречу. Куромаку обхватывает губами головку и медленно вбирает в рот половину, пока рука Вару не давит на его голову и ему не приходится уткнуться носом в лобок. Король почти давится от ощущения члена Вару в горле. Он отстраняется и жадно хватает ртом воздух, смаргивая слёзы на уголках глаз. — Что такое? Слишком грубо, м? — Пиковый с наигранной жалостью глядит на Куромаку, потирающего губы тыльной стороной ладони. Он проводит кончиками пальцев по щеке короля и льнёт к нему, оставляя мимолётным поцелуй на подбородке. — Прости, я не хотел. Куромаку просто не может злиться на него, когда он ведёт себя так. Вроде такой лживый и вредный, но в то же время действительно искренний. Его глаза выдают все его эмоции. Куромаку ужасно любит, когда Вару снимает очки для него, словно доверяет собственную душу. Но душа самого трефа сейчас разрывается между ненавистью и безграничной любовью. — Будь быстрее в этот раз, — и Вару снова сжимает копну волос Куро, тянет на себя и трётся членом о его влажные губы. Куромаку выдыхает и снова берёт в рот. Он послушно опускает голову быстрее, чем ранее, обводит языком длину и слышит приглушённый стон сверху. Трефовый начинает двигать головой, постепенно наращивая темп. Ладонь Вару на его голове то сжимается в кулак, то снова разжимается, подталкивая короля, чтобы тот двигался ещё быстрее. В моменте валет оттягивает Куромаку от своего члена и, тяжело дыша, сразу же притягивает его обратно. Он прижимается горячей длиной к щеке Куро и двигает тазом, потирая член об уже влажную и блестящую от эякулята кожу. — Чёрт... Куромаку... — Вару хрипло стонет, рассматривает редкие длинные ресницы и приоткрытые губы, сведённые к переносице светлые брови и такое возбуждающее выражение лица. Пиковый кончает, пачкая в сперме лицо Куромаку. Тот лишь цокает языком и тянется к салфеткам на столе. Но его останавливает рука Вару, с силой сжимающая его запястье. Он поднимает Куромаку на ноги и кладёт его на диван, нависая сверху. — Я ещё не закончил с тобой, сладкий... —