Faster

Емельян и Женя лежат на кровати в обнимку и смотрят фильм. Они встречаются всего около трёх месяцев. И, всякий раз, когда Женя тянется куда-то, куда не положено, Емеля убирает её руку. Но ей хочется того самого, ради чего всегда люди встречаются, а он этого как будто не понимает. — Меля... Я уже даже в платье для тебя оделась, как ты просил! — Раздражённо заявила Женя. — Я же тебе говорил уже... Не могу я до свадьбы. Религия не позволяет. — Ложь. — Да ты достал уже со своей религией. Я уже не знаю, что сделать, чтобы тебя соблазнить, из кожи вон лезу, а тебе всё равно! — Кто сказал что мне всё равно?! — Емельян тоже не сдержался от того, чтобы ответить раздражённостью — Ты вообще знаешь, как сложно держаться, когда тут ты вся такая... — Какая? Сексуальная? — Да почему на уме у тебя один секс всегда?! — Потому что против людской природы не попрёшь, милый мой. Спокойной ночи, я мыться пошла. Тебе предлагать не буду, ответ и так знаю. — Ты всегда так торопишь события... — Последнее, что успела услышать Женя, заходя в ванную комнату. Она включила воду, набрала воды полную ванну. Вода была на грани между тёплой и горячей. Такая, чтоб только слегка обжигала кожу, оставляя мурашки по всему телу. Перед тем, как залезть в ванну, она разделась, отшвырнув ненавистное платье куда-то далеко, и взяла лезвие из шкафчика. Сидя в воде она провела лезвием по руке, нажимая только слегка. Острое. Почти не больно, но зато... Красиво? Хм, вряд ли это подходящее слово. Но есть в этом что-то, когда рана не глубокая, но кровь маленькими капельками выступает вдоль царапины. Но всё же. Это не то. Ей не этого надо. Ей нужен ответ на вопрос. Почему? На этот раз порез глубокий. Но думать ещё не мешает. Из глаз Жени текут слёзы. Казалось бы, обычные слёзы, но обжигают кожу сильней воды. Почему он не хочет её? Это из-за неё? Из-за того, что она ведёт себя "не по-женски"? Или одевается? Кровь со свежих ран капает в воду и там вырисовываются всякие узоры. Бабушка была права. Кто её как женщину будет любить, если она на женщину-то и не похожа? Женя опускает руку в воду. Попадая в царапины, вода тоже делает больно. И мысли наконец пропадают. Чуть не расплакалась перед кем-то. Какой был бы позор. Но теперь уже всё. Теперь уже больно не на душе. Только вот ванну мыть придётся и руку заматывать... Закончив с ванной, Женя одела любимую длинную толстовку и вышла из комнаты. Емельян ещё не спал. Хорошо, что волосы хотя б она намочила, а то было бы странно, если бы пошла мыться, а вернулась с сухой головой. — Непотребствами небось занималась? — Решил подколоть её Емеля, но она была не в настроении, поэтому просто промолчала, хотя в голове появилось пара язвительных фраз в ответ. Он же подумал, что та просто устала и они легли спать. В одной постели. В той же самой, в которой могли бы заниматься чем-то более интересным, чем просто сон.