***
Джисон не был заучкой. Джисон не был душнилой. Он не был ни отличником, ни мегамозгом, но обстоятельства вынудили его стать таким. Хан Джисон всегда любил свободу. Ему нравилось легко и глубоко дышать, наслаждаться отсутствием железных оков и полноценно чувствовать настоящую жизнь. Он хотел путешествовать, устраивать вечеринки на всю школу, совершать безумные действия в пределах закона и после ещё долго вспоминать об этом, но у всего существуют свои рамки, верно? Старшая школа надавила на него с опасной силой, а заветная мечта только стала спусковым крючком этому, и Хану пришлось выбросить из головы свои желания и утонуть в учёбе, хотя плавать он умеет отлично, но внутренний голос продолжал твердить ему о том, что это не то, что ему нужно на самом деле. Джисон знал, понимал и осознавал, что ему нужно на самом деле, но он также не мог бросить всё и жить так, как ему хочется, ведь тогда его мечты разрушатся, а надежды на будущее перестанут быть чем-то существенным, и для Хана это главный страх — потерять цели на жизнь. Именно поэтому он снова схватил ручку, поднял голову с твёрдого стола и, размяв шею, принялся вчитываться в задание перед ним, с которым сидел уже приличное количество времени. Джисон устал. Ему хочется спать, спать и спать, но он опять засиделся допоздна с учёбой, а рано утром ему нужно вставать и идти на уроки в школу, а после к очередному репетитору. Никакого разнообразия. Лишь учёба, муторная, отнимающая множество сил, времени и желания жить, но Хан дал обещание. Он дал обещание самому себе, в первую очередь, что не опустит руки и сдаст этот чёртов экзамен, а Хёнджину он пообещал, что они обязательно поступят в Сеульский Государственный Университет Искусств вместе, чего бы им это не стоило, и оторвутся уже там, в студенческие годы. Джисона примут, а Хёнджина примут в лучший художественный университет Сеула вместе с ним, и они обязательно проведут свои лучшие годы так, как им хочется, наплевав на все навешанные на них ярлыки и стереотипы о том, что пай-мальчики, которые думают только об учёбе, не могут быть заводилами и полноценно наслаждаться жизнью. Они могут, да ещё как. И они докажут это всем, кто в них не верил.***
Джисон и Хёнджин определённо могут похвастаться своим умением раскладывать всё по местам. В другой вселенной. — Хёнджин, прибери свои резинки для волос! Почему они на моей тумбе? — А ты вообще разложил свои вещи на моей кровати! Зачем мне твои футболки? — У меня пока нет места, чтобы их убрать, я прибираюсь. — Я тоже! Комната на двух человек рассчитана на разумное количество вещей, чтобы всё спокойно уместилось в довольно широкий белый гардеробный шкаф, занимающий место вдоль стены перед одной из кроватей справа от входа. Тумбы такого же цвета рядом с каждой кроватью тоже могли помочь в распределении вещей по местам, только вот Хёнджин и Джисон и этого не рассчитали. Два больших тяжёлых чемодана оказались на пороге комнаты мужского общежития быстрее их владельцев, ведь перетаскивать их через порожек после себя оказалось проблематично. Часть вещей быстро появилась на полках в шкафу с раздвижными дверцами, каждый захватил свою половину в соответствии с расположением кроватей, а вот что делать с остальной кучей одежды — не ясно. — И зачем мы взяли столько вещей... — заметил Джисон с тяжёлым вздохом, оглядывая одежду, что стопками лежала на полу рядом с парнями, ведь место в шкафу, очевидно, уже давно закончилось. — Между прочим, мой гардероб — одна из главных составляющих в моей жизни, — Хёнджин не изменяет своим принципам, запихивая очередной бомбер на верхнюю полку, где находились уже несколько похожих, но в других цветовых гаммах и фасонах. — Справимся, надо всего лишь то утрамбовать всё это, — указывая на стопки одежды и шкаф, которому ещё много чего придётся пережить, Хёнджин попытался разрядить обстановку, только вот выпавшая светло-голубая джинсовая куртка Джисона с заполненной полки заставила парней замолчать на несколько долгих секунд и здраво оценить ситуацию. Шансов у них и правда немного. — Ладно, я тебе поверю, — других слов в этой ситуации Джисон не мог найти, поэтому лишь наклонился и поднял упавшую джинсовку, запихивая её обратно. — Кстати, что насчёт полотенец и постельного белья? Я пропустил это мимо ушей, если нам вообще об этом говорили. — Их раздают на четвёртом этаже в зоне отдыха, вроде как. — Вот ты знаешь, ты и иди. А я останусь здесь, драться со шкафом, — выгодная позиция, Джисон останется в комнате и спокойно (спокойно?) будет разбирать вещи, а Хёнджину дай бог добраться до четвёртого этажа, найти зону отдыха, а затем принести два комплекта постельного белья и два комплекта полотенец. — Ты настоящий друг, Хан Джисон, — Хван закатил глаза, бросая на пол лонгслив и попытки положить его на одну из полок, оставляя это Джисону. Только он не уверен, что Хан будет раскладывать и его вещи, ведь ему бы сначала свои по местам отправить, а занятие это не быстрое. Выйдя в коридор, Хёнджин направился в сторону лестницы, на которой уже успел запнуться и чуть не упасть при входе. Благо, его спасло желание не уронить чемодан и доставить его в комнату целым и невредимым (вместе с собой), и Хёнджин всё же смог удержать равновесие. По пути встретив некоторых его одногруппников (он не уверен, ведь точно ещё не знает, кто будет учиться с ними в одной группе), Хван поднялся на четвёртый этаж, отсчитывая при этом их количество. Так, это второй, третий, четвёртый… А, четвёртый этаж последний. Места, чтобы разгуляться и не найти нужную комнату особо не было, поэтому Хёнджин с лёгкостью прошёл в зону отдыха, что находилась прямо от лестницы напротив прачечной, а справа и слева были два коридора с комнатами, как у них на этаже. В зоне отдыха, где стояли два небольших диванчика нежно-фисташкового цвета, одно кресло рядом такого же цвета и прямоугольный журнальный столик из светлого металла перед ними, а неподалёку, левее напротив окна, находились два мини-холодильника для хранения скоропортящихся продуктов и не только, собралась небольшая очередь из желающих получить постельное бельё и полотенца, а на диване расположились их кураторы, которые встречали их группу при заезде. Они раздавали нужные вещи, перед этим записывая имена и комнаты первокурсников. Хёнджин успел послушно встать в очередь, пока она не начала увеличиваться, и думал лишь о том, чтобы по его возвращении в комнату всё внутри осталось целым. Кто ж знает этого Хан Джисона. — Хван Хёнджин и Хан Джисон, двести двадцать шестая комната, — очередь наконец сократилась, и на Хвана взглянули два парня, которые сами перешли на четвёртый курс, но вызвались курировать их группу первокурсников. Тот, кто сидел правее, записал их с Джисоном имена в какой-то список, а тот, кто сидел левее — вручил Хёнджину два обещанных комплекта постельного белья и два комплекта полотенец. Имена Хёнджин не запомнил. — Через полчаса здесь будет проходить собрание, все из вашей группы должны быть, приходите, узнаете много полезного, — Хёнджин кивнул на приглашение, собираясь отсчитать полчаса как только дойдёт до комнаты. Теперь он больше переживает за собственную сохранность, неся в руках итого четыре комплекта нужных вещей, которые надёжно закрывали ему весь обзор. Да чтоб он ещё хоть раз послушал этого Хан Джисона…***
Всё было разложено по полочкам, и у Хана аж камень с души упал, ведь им удалось достать из чемоданов абсолютно все вещи и найти для них место. Теперь вся комната выглядела очень аккуратно, как и должно быть. — Когда там, говоришь, собрание? — Джисон, лениво переворачиваясь на правый бок на кровати, приподнялся и подложил руку под голову, прогоняя усталость. Им пришлось встать спозаранку, чтобы успеть к заселению, и Хан даже подумать не мог, что это утомит его настолько. — Через минут пять, — взглянув на время на телефоне, Хёнджин отложил его обратно, рывком принимая сидячее положение. — Пошли уже, иначе я сейчас усну, — Джисон слез с кровати, снимая телефон с зарядки над тумбой, которую он уже успел заставить тремя кремами для рук с разными ароматами и тремя белыми наушниками: проводными, кейсовыми и полноразмерными. Базовый набор Хан Джисона. — Я тебе усну, у нас ещё куча планов! — Хёнджин не разделял джисонову усталость, хотя проснуться ему пришлось ещё раньше Хана, и он ни капли не пожалел о содеянном — его утренняя рутина всегда занимает много времени, а за опоздание его наверняка бы прихлопнули. — Я не пойду с тобой искать цветы для твоих фотографий, — сказал как отрезал Джисон. Идея Хвана устроить своеобразную фотосессию с зеленью университета как память о первом дне не показалась Джисону достойной его внимания. — Почему?! — Раз уж на то пошло, ты можешь купить их в магазине. Но не с клумб же срывать! — И куда я потом эти цветы? — Мне подари. — Ага, тебе может ещё сказку на ночь почитать? — Давай. — О Господи, — когда-нибудь Хёнджин смирится с тем, что Хан бывает слишком уж непреклонным, но не сейчас. Небольшая баталия закончилась так же быстро, как и началась, и парни направились из комнаты прямо в зону отдыха под руководством Хёнджина. Около десяти человек уже собрались в уютном помещении, где ещё полчаса назад лежала большая куча постельного белья, а теперь от неё не осталось ни следа. — А вот если ты пойдёшь со мной искать цветы... — садясь на мягкий диван напротив прохода, Хёнджин попытался заставить Хана перейти на его сторону. — Нет, — Джисон присел рядом, расплываясь лужей по дивану и окидывая взглядом всех собравшихся. Их кураторы и несколько парней. — Ну если… — Нет. — Джисон! — Да что? Ты же со мной не пошёл тогда искать попутчика, чтобы он подвёз нас до ближайшего магазина, почему я должен? — До магазина было пять минут пешком! — Хёнджин вспоминает эту нелепую историю с улыбкой на лице. Тогда они гостили у Хана дома, и тот не смог справиться со своей ленью сходить в магазин, зато махать мимопроезжающим машинам на улице и слёзно просить подвести их сил у него было предостаточно. В магазин они так и не сходили. — Хёнджин, сам иди ищи свои цветы, я не настроен сегодня заниматься активностями. А вот завтра пойдём исследовать местность. — Ага, пойду я с тобой ещё куда-то, – надулся Хёнджин, скрещивая руки на груди и показушно отворачиваясь от Джисона. — Дорогой, ну не дуйся, — Хан сноровисто прилип к Хвану, строя ему глазки и таким образом изображая слишком приторно-сладкую женатую парочку. Это было одно из любимых занятий Джисона, и неважно в каком состоянии Хёнджин — это в любом случае всегда заканчивалось истошным «Хан Джисон, отвали от меня!» — Не начинай, — Хёнджин перехватил руку Джисона, которая намеревалась щёлкнуть его по носу, а Хан состроил щенячье выражение лица, заставив Хвана усмехнуться просто от тупости своего положения. В это время в зону отдыха подошли остальные парни из их группы, и долгожданное собрание началось. — Всем привет ещё раз! Я Чой Джунхва, если вдруг кто не запомнил, а это Чхве Хёнсу! — Джунхва, блондин с мило вьющимися волосами и смешной брошью на толстовке, которую уже успел рассмотреть Джисон, казался дружелюбным и улыбчивым человеком. — Мы – ваши кураторы на этот учебный год, и мы будем сопровождать вас в самых различных делах, связанных с университетом. Надеюсь, мы поладим, — Хёнсу с тёмно-каштановыми волосами и серьёзным выражением лица был полной противоположностью Джунхва, и они, сидя рядом, выглядели прямо как инь и ян. Хёнсу и Джунхва расположились на полу чуть правее стола вместе с некоторыми первокурсниками, найдя это крайне удобным. — Сами мы учимся на четвёртом курсе, поэтому и с домашкой помогать можем, если что. — Мы конечно не промах, но сильно на нас не рассчитывайте. Однажды вместо проекта Хёнсу принёс на сдачу... — история Хёнсу с непонятно какого учебного года так и осталась в тайне, ведь Чхве закрыл рот Джунхва ладонью, заставляя замолчать. — Это всё прекрасно, но сначала важная информация, а потом уже нелепые истории, — Хёнсу убрал руку, и Чой тихо цокнул на это, а кто-то из первокурсников хихикнул. — В общем, учёба начнётся с первого марта, у вас есть ещё несколько дней отдыха. Я, кстати, завидую... — выдал Джунхва непринуждённо, и Джисон допустил в мыслях, что быть куратором и одновременно учиться на четвёртом курсе наверняка будет тяжело. — Мы создадим группу в КакаоТолк и будем кидать туда всю важную информацию. Расписание скоро выложат, и мы пришлём вам, а пока отдыхайте. — Наша комната самая дальняя на четвёртом этаже в левом коридоре, если что — заходите, — закончил Хёнсу. — Приятные ребята, — подметил Хёнджин, когда они с Ханом спускались на второй этаж после окончания собрания, пока кто-то остался с Хёнсу и Джунхва, чтобы задать им несколько вопросов или просто пообщаться. — Согласен. Я думал, что у нас в кураторах будет учитель, а не старшекурсники, но так даже лучше. — Именно.***
— Хан, мать твою, Джисон! — раздался крик, и Джисон поклялся, что Хёнджина слышали все, кто находился и не находился поблизости. А Хан всего лишь наступил Хёнджину на ногу. Ну и что, что на нём были новые белые кроссовки, которые Хван так старательно отмывал перед выходом, непонятно где успев их запачкать. — Ой... — Хан рассчитал, сколько примерно минут жизни у него ещё есть, и прежде чем увидеть надвигающегося на него Хёнджина, взглянул на свои чёрные кеды. Хорошо, что он надел именно их, если Хван их оттопчет — потеря будет не такая страшная. — Я тебя убью, — Джисон рванул с места, дабы избежать большой вредной проблемы по имени Хван Хёнджин, да и разбежаться было где — огромный кампус теперь их университета был полностью доступен, и через какие-то секунды парни выбежали к одному из малых учебных корпусов правее главного корпуса. Хан, изредка оборачиваясь на Хёнджина, что всё так же не отставал, уже начинал истерично посмеиваться, да и Хван не лучше. И ничего не предвещало беды, только вот тележка с огромными стопками листовок появилась за углом буквально из неоткуда, заставляя Джисона резко замедлиться, остановиться в паре сантиметров и облегчённо выдохнуть. — Хван, мать твою, Хёнджин! — но Хёнджин преграды сначала не заметил, врезавшись в Джисона, и в итоге железная тележка валялась на асфальте, листовки разлетелись по тротуару, а Хан мог лежать на земле рядом с тележкой, если бы не Хван, от которого хоть какая-то польза. Зато Джисон уцелел. — Ой… — В заднице гной! Хёнджин, ты совсем?! Хёнджин, кажется, только сейчас осознал свою ошибку. И в ту же секунду звонко рассмеялся от абсурдности, заставляя Джисона смерить его недовольным взглядом. Листовки разлетелись вокруг и теперь лежали на асфальте, а от стопок не осталось ничего. Если они сейчас же не начнут их собирать, кто-то, кто за эти бумаги отвечал, надаёт им по одному месту, а плохо заявлять о себе в первые же дни не очень хотелось. — Быстрее, придурок ты неуклюжий, — Джисон присел на корточки и начал собирать листовки по стопкам, а Хёнджин пошёл за теми, что разлетелись в разные стороны. И только сейчас Хан решил рассмотреть одну из бумаг, ведомый интересом. — Тут намечается какой-то музыкальный батл первокурсников, — объявление было достаточно ярко украшено, в глаза сразу бросались время и место проведения. — Музыкальный батл? — Хёнджин успел только подняться на ноги, как с другой стороны послышалось грубое «Эй, вы!», а в голове мгновенно возник худший расклад событий. — Упс, — Джисон поднялся с корточек и увидел мужчину средних лет, который, видимо, и был тем, кому принадлежат эти листовки. Попасться в руки мужчине не в духе не хотелось, и Хёнджин и Джисон быстро сбежали с места преступления. Хоть за ними была погоня, очередные догонялки долго не продлились. Им, к счастью, удалось оторваться, спрятавшись за один из магазинов, находившийся выше учебных корпусов. — Сегодня в восемь вечера, — Хван, оказывается, умудрился забрать одну из листовок, чтобы подробнее почитать про музыкальное мероприятие. — Пойдём? — предложил Джисон, будто ничего и не произошло. Вполне очевидный ответ был написан у Хёнджина на лице.***
Музыку, как представлял себе Хан, с улицы слышно не было. Два варианта — либо там какая-то вечеринка для ботаников, на что Джисон не рассчитывал, либо у здания шумоподавляющие стены. Происходило всё в музыкальном клубе, поэтому Хан и Хёнджин надеются на стоящее времяпровождение, что подтверждает фиолетовый свет, исходящий из дверей уже внутри здания со стеклянными вставками. Должно быть, вот оно. — Вроде сюда, — листовка, точь-в-точь как те, которые сегодня видели Хан с Хёнджином, висела на двери, и Джисон распахнул её, входя внутрь. Представления Хана слегка отличались от того, что они увидели, но так даже лучше. Внутри это было похоже на клуб: фиолетовое освещение, толпа людей, и небольшой пустой круг в центре толпы, через которую Хёнджину и Джисону удалось протолкаться и встать в первые ряды. В центре два парня играли на гитаре по очереди — в этом и заключался батл. Комментировал события ведущий, парень не сильно старше Хана, стоя в круге с микрофоном в руках, но подальше от гитаристов, чтобы не мешать. Играли оба парня хорошо, Джисон даже успел восхититься навыками и плавностью их рук, и толпа думала так же — люди аплодировали и кричали после каждого выступления. Интересно, они поддерживают так всех? — Это было хорошо, давайте поаплодируем парням! — помещение наполнилось аплодисментами, и Хан и Хёнджин тоже хлопали, переглядываясь между собой. — А теперь время посоревноваться в вокале! Все желающие, выходите в центр по-очереди. Пока стойки с микрофонами выносили в центр, один парень сразу вышел в круг, и Джисон не смог его узнать — это значит, что, скорее всего, он не из их группы. А вот второго парня узнал даже Хёнджин — они видели его на вчерашнем собрании, но лично не разговаривали. Не сказать, что он охотно вышел в центр, его буквально вытолкали его друзья (приятели, знакомые — Хан понятия не имеет), но обратно парень не пошёл, смирившись с выпавшим шансом. Прошло достаточно времени, пока фонограммы песен, которые парни собирались исполнить, были скачаны, микрофоны — настроены, и очередное выступление наконец началось. Первый парень справился неплохо, песня отлично подходила под его голос, и Хёнджин и Джисон внимательно слушали вплоть до момента, как песня закончилась, и пришла очередь второго, знакомого парня. Песня, которую он выбрал, отличалась своей яркостью, сильным звучанием и воодушевляющим текстом , а исполнение их одногруппника поразило, кажется, всех присутствующих. Голос буквально ангельский, все ноты дотянуты идеально, и Хану захотелось спросить у него, где и как он научился так петь, потому что удивляться было чему. — Оба справились хорошо, но я думаю, что победа очевидна! Поздравляем, второй участник Ким Сынмин! — парень так удивился победе, будто даже не догадывается о своём таланте, и Хёнджин посмотрел на Джисона именно с этим вопросом в глазах, на что тот пожал плечами. — Давай тоже выйдем? — предложил Хан, вспомнив их обещание друг другу после поступления — участвовать везде, где только можно, чтобы оставить свой след в истории университета. Ну или хотя бы приятные воспоминания о молодости, чтобы попробовать как можно больше и не жалеть о том, что что-то они могли упустить. — А давай, — парни выбежали в центр, и теперь они стояли за микрофонными стойками под гул и взгляды людей вокруг. Джисон тут единственный, кто отнёсся к этому с подходящей серьёзностью, потому что Хёнджин был на грани того, чтобы рассмеяться в голос, просто потому что. Он не считал, что умел петь достаточно хорошо, но почему бы не попробовать? Песни были выбраны и скачаны на чьё-то устройство, подключённое к колонке, и Джисон начал первым. Он занимался пением с детства, поэтому не удивительно, что всё звучало очень гармонично, без каких-либо пороков, и Хёнджин, по правде говоря, очень гордился Ханом. Сам Хван занимался вокалом только любительски, но достаточное количество времени, так что и он был не промах — похуже Джисона, конечно, но если он узнает о том, что Хван так думает, то будет его пытать до тех пор, пока Хёнджин не признает, что они оба хороши. Битва не на жизнь, а на смерть закончилась на последней ноте Хёнджина, и зал снова взорвался аплодисментами, пока Хан и Хван переглядывались и хихикали мимо микрофона, а ведущий подводил итоги этого раунда. Было весело. После этого настрой Джисона и Хёнджина подхватили ещё некоторые, и батл, где все должны были соревноваться друг с другом, превратился в дружескую тусовку, в которой для того, чтобы выйти в центр, не требовалось вообще ничего, кроме желания.***
За окном уже давно стемнело, но Джисон шастал по общежитию как дома, понятия не имея, во сколько начинается отбой. Вот когда его поймает кто-то из кураторов, тогда и поговорим. Хан был на этаже совершенно один, всё-таки подозревая, что отбой уже начался, но раз уж он пошёл в комнату отдыха, он дойдёт. Ведь две бутылки газировки, которые нужно пить холодными, не должны пропадать зря. Джисон шёл поставить их в холодильник на ночь, а завтра он и Хёнджин их заберут, чтобы выпить холодными и вкусными. — Твою мать! — но вместо предполагаемой темноты в зоне отдыха он увидел человека, сидящего на корточках в свете холодильника, который от страха чуть не выронил банку из рук. Прокричал это, как ни странно, Джисон, испугавшийся не меньше. — Какого чёрта ты сидишь здесь, как призрак? — А какого чёрта ты подкрадываешься, как вор? — парень поднялся на ноги, и сейчас Хан может узнать его. Кажется, он тоже был на вчерашнем собрании, так что они хоть и косвенно, но уже знакомы. — Подожди, это пиво? — парень тут же спрятал руку с банкой пива за спину, на всякий случай. Будто Джисон выглядит как тот, кто может за это отчитать. — Не боишься, что тебя увидят кураторы? Алкоголь в общежитии запрещён. — Нет, и оно безалкогольное, — парень, видимо, понял, что человек свой и перестал прятать банку, открывая её с характерным шипением. — И поэтому ты сидел тут, как мышь. Я понял, — Хан застал его врасплох, но всем, мягко говоря, всё равно. — Это для безопасности, — парень сделал глоток, пока Хан прошёл мимо него и поставил две бутылки газировки на свободную полку небольшого холодильника. На каждой бутылке был заранее приклеенный кусок бумаги с именем одного из владельцев, чтобы все уж точно знали, кто любит персиковую газировку. — Ты Джисон или Хёнджин? — Джисон. — Я Минхо. — Обещаю хранить молчание, если поделишься пивом, — Минхо протянул Хану банку, из которой сделал уже несколько глотков. Наивный. — Не так. Целую банку. — Ц-ц, бери, — Джисон взял такую же банку с полки и закрыл холодильник, довольный своей сообразительностью. Возможно, он поделится с Хёнджином, если тот будет хорошо себя вести. — Я труп, спасибо за пиво и спокойной ночи, Минхо! — Хан скрылся на лестнице, не дожидаясь ответа.