А что ещё нужно для счастья?

Глухая ночь. Тревожная, гробовая тишина. В тёмную комнату без какого-либо иного освещения через чёрные, плотные шторы с трудом пробивается яркий свет луны. Глаза ещё давно привыкли к темноте. Джефф обречённо смотрит на себя в зеркало, вглядываясь словно не в свой силуэт, а куда-то в пустоту. В воздухе чувствствуется напряжение. Опять паника без причины. Тревожно. Сложно дышать. Вудс тяжело глотает воздух, взволнованно оглядываясь по сторонам. Он один в комнате. Никого, кроме него, тут нет. – Давай вдоль. Алан вздрагивает, вновь оглядывая быстрым взглядом комнату. Никого. Чей это голос? Он был так искажён и противен, что хотелось закрыть уши и громко закричать не то от страха, не то от очередного припадка безумия. – Давай вдоль. Скорее. В уголках глаз подростка выступили горячие слёзы. Он закрыл уши обеими руками, в отчаянии упав на колени. – Что мешает тебе просто умереть? Парень схватился за волосы, истерично закричав: – Заткнитесь! Просто заткнитесь! Нет, это были не издёвки Слендермена. Последний не общался с Джеффом практически ни при каких обстоятельствах. Это были голоса в голове, которые так часто напоминали о себе в последнее время. – Возьми в руки нож. – Перережь им вены. Смелее. – Умри в конце концов! Ты этого заслуживаешь. Голоса становились все громче и громче. Сердце стало биться сильнее. Чувство тревоги медленно убивало Вудса. Он стал истошно орать и рвать на себе волосы, надеясь своим голосом заглушить голоса в голове. Безуспешно. Чем громче подросток, тем громче ненавистные ему голоса. В соседней комнате ситуация была не лучше. Тоби измученно сидел на кровати, пытаясь включить музыку в наушниках как можно громче, чтобы хоть как-то приглушить чужие душераздирающие крики и наконец уснуть. А вот Джек уснуть уже и не пытался. Он задумчиво курил на балконе, глядя куда-то вдаль и думая о чём-то своём. Роджерс встал с кровати, снял наушники и быстрым шагом направился к Найрасу, ощущая дикую усталость и раздражение. – Я не могу. Я устал от того, что каждую ночь происходит одно и то же. Я понимаю ещё днём, но ночью это уже перебор. Джек перевел взгляд на раздражённого партнёра, ехидно усмехнувшись. – Ну, а от меня ты что хочешь? Мне пойти и убить его, пока он беззащитен и абсолютно ничего не сможет сделать? – Нет, конечно... – чуть смутился Тоби, неловко опустив глаза. – У тебя ведь есть какие-то таблетки, от которых ему становится легче... – Вот как. – Джек снова безразлично уставился вдаль, вновь прикладывая сигарету к губам и вдыхая никотиновую смерть. Роджерс ждал от партнёра каких-то дальнейших действий, но последний ничего не предпринимал. – Джек... Мы будем сегодня спать? Или так и продолжим слушать эти крики? – Ты, видимо, забыл, что в позапрошлый раз я отдал ему последнюю таблетку и попросил тебя сходить в аптеку за новыми. – с неким равнодушием проговорил Найрас, безо всяких зазрений совести выкинув сигарету в окно. – Но... – Ой, ты мне до конца моего существования это будешь припоминать?! – с ещё бо́льшим раздражением воскликнул Тоби, не желая слушать напоминание о случае, когда вместо длительного спокойствия в виде похода в аптеку за таблетками, он предпочёл быструю страсть в виде уединения в комнате. – Сейчас аптека закрыта. Можно разве что выбить дверь и попробовать искать эти таблетки самостоятельно, но, боюсь, сработает сигнализация, а в скором времени подъедут полицейские, и... Разговор прервал очередной громкий крик, наполненный болью и отчаянием. – Ладно, ты меня уговорил. – теперь и Джек чувствовал сильное раздражение. – Конечно, тех таблеток у меня больше нет.. Найрас открыл большой старый шкаф ключём, достав оттуда небольшую ампулу и шприц с тонкой иглой. – .. но зато есть неплохой аналог. Джек наскоро заправляет шприц, быстрым шагом направляясь в соседнюю комнату. Роджерс молча следует за ним, надеясь, что скоро наступит долгожданная тишина. Подросток с покрасневшим от слёз лицом испуганно забился в угол и всё также пронзительно кричал, стараясь перебить голоса в голове и взывая о помощи. Найрас тихо что-то прошептал Джеффу, после чего, не дожидаясь ответа, слегка отодвинул края бинтов, скрывавших бесконечные порезы на запястьях, и вколол содержимое шприца. Вудс протяжно заскулил от боли, после чего уже через минуту потерял сознание. – А что ты ему вколол? – с интересом спрашивает Тоби, осторожно дотрагиваясь до чужого тела. – Что-то наподобие наркоза. – ответил Найрас и, взяв подростка на руки, осторожно положил его на диван. – Полежит без сознания полчаса и всё. Проспится немного и полегчает. – А сразу нельзя это было сделать? – Я взвешивал все «за» и «против». Одно дело давать ему таблетки, другое - колоть наркоз. Второй вариант вреднее для здоровья, и использовать его часто нельзя. – выбросив медицинские инструменты в мусорку, сказал Джек. – На сегодня всё, можно идти спать. Но завтра я настоятельно тебя попрошу сходить в аптеку и купить таблетки, если ты, конечно, не хочешь потом ночью опять это слушать. Роджерс хотел было что-то ответить, но от усталости только кивнул головой в знак согласия и вместе с партнёром отправился в другую комнату, оставив подростка одного в комнате. Полчаса пролетают незаметно. И вот, действие наркоза подходит к концу. Алан слабо открывает глаза, неспешным взглядом осматривая комнату. В голове тишина. Голоса исчезли. “ Наверное, Джек переборщил с таблетками, раз я отрубился... Что-то я плохо помню о том, что произошло... ” – приложив руку к голове, подумал Вудс. За окном пошёл дождь. Тяжёлые дождевые капли стремительно падали на листья деревьев, крышу дома, траву и странного парня в капюшоне, сидевшего на ветке дерева напротив дома. Подросток зажмурился, а потом резко открыл глаза. Нет, это была не галлюцинация. На дереве правда кто-то сидел. Джефф прищурился, чтобы рассмотреть того, кто сидел на дереве, но из-за дождя было плохо видно. Парень на дереве показался Вудсу до боли знакомым. Подросток ощутил сильное, неудержимое желание приблизиться к незнакомцу и поговорить с ним, но из-за наркоза координация движений была гараздо хуже обычного. Приходилось периодически опираться на различные предметы, поручни и делать передышку чтобы выйти из дома. Однако на дерево было залезть куда легче, чем передвигаться по дому. Даже намокшая одежда не помешала. К тому времени Алан практически полностью отошёл от наркоза. Забравшись на ветку, на которой сидел странный парень, Вудс, не долго думая, аккуратно стянул с незнакомца капюшон, увидев брата. – Лью? Ты.. почему сидишь под дождём? – робко спросил Джефф, внимательно рассматривая старшего. – Как давно тебя мучают галлюцинации, Джеффри? – легко коснувшись чужой ладони, Смертоносный ответил вопросом на вопрос. – Я... – младший немного смутился от касаний старшего, резко позабыв все слова, которые только существовали на свете и вспомнив не сразу. – Давно. Давно... Очень.. давно... – Джек и Тоби помогают тебе, да? – чуть отведя взгляд, неловко заметил Лью. – Это так мило с их стороны, учитывая то, что, как я понял, здесь каждый за себя... – Да знаешь... Ты верно подметил, каждый сам за себя. Однако можно и договориться о взаимной помощи... Я получаю таблетки, а взамен отдаю Джеку то, что ему нужно. Тоби просто не мешает... Сказать, что он помогает, нельзя. – Джефф был сильно удивлён тому, что брат с ним впервые заговорил. Зная, что Лью не выносит разговоров о каннибализме и убийствах, младший предпочёл скрыть факт того, что отдает Найрасу органы своих жертв взамен на таблетки. Дождь всё не прекращался. Даже наоборот усиливался. – Я слышал, ты стал встречаться с Беном... – неожиданно спросил старший. – Но вы расстались, как я понял. Ты сказал ему, что.. Младший сильно покраснел, осознав, что эта новость дошла и до брата. – Да... Я сказал ему, что он красив и умён, как мой старший брат... – закрыв лицо от стыда руками, признался Джефф. – Он меня послал, сказав,.. – ..Идти встречаться с братом? – тепло улыбнулся Лью, с какой-то особой нежностью посмотрев на младшего. – А ты что ответил? Джефф какое-то время молчал, не находя в себе сил сказать то, что уже когда-то сказал. – Ответил, что буду. Старший хихикнул, слегка толкнув брата в плечо. Он не злился на него, как тот ошибочно думал, нет. Здесь были иные эмоции. – Ты всё ещё не можешь отпустить меня, да? – с какой-то особенно болезненной тоской в голосе Лью задал вопрос, заранее зная ответ. – Я тоже. Тоже не могу тебя отпустить. Мы с тобой находимся в этом месте уже очень давно. Я потерял счёт времени и только недавно узнал, что прошёл уже год. Целый год! Я не смог найти себе никого, кому мог бы доверить себя и свои мысли, свои переживания. Зато ты, вижу, нажил себе больше врагов, чем союзников. Сколько тебя помню, ты всегда был громкой личностью... Никогда не умел промолчать, где надо, или вести себя тише, когда взрослые уже начинали повышать на тебя голос. – А ты всё ещё любишь меня? – дрожащим голосом вдруг спросил Джефф, чувствуя слабую надежду на лучшее. – Даже после всего, что я сделал? – Люблю. – еле слышно прошептал Смертоносный, взяв чужую ладонь в свои руки. – Я долго думал над произошедшем и своими чувствами. Я долго ненавидел, пытался тебя забыть... Но потом понял, что лучше будет простить. Как бы это нелепо и слабо не звучало. Младший почувствовал комок в горле и желание неприлично зарыдать во весь голос, как никогда в жизни. – Я видел, как ты мучился из-за галлюцинаций, недосыпа и самого себя. Мне каждый раз было больно слышать твои крики... Я хотел придти и помочь, но боялся остаться навсегда. Наверное, это было слишком эгоистично с моей стороны... Прости меня тоже, если сможешь. – убрав липкие пряди мокрых от дождя волос с чужого лица, признался Лью. – Мы оба эгоисты... – прикрыв мокрые глаза одной рукой, тихо сказал младший. – Как я попал сюда, так ни разу ни о ком другом здесь я и не подумал. Да что говорить о нас, если здесь все эгоисты. Здесь это норма, но отчего-то сейчас я чувствую себя виноватым... – Всё хорошо, Джеффри. Ты не должен чувствовать вину за то, что пытаешься выжить. Вот если бы ты чувствовал вину за то, что отнимаешь у других людей их жизни... – Ну хватит, хватит. Я и так стал реже убивать. – смахнув с лица слёзы от переизбытка эмоций, отмахнулся Джефф. – Может... Если ты не против... Ну... Снова начнём встречаться? Как тогда, шесть лет назад... Помню, в один из вечеров мать поймала нас за «игрой в доктора»... – Боже мой, как ты это вообще вспомнил! – старший покраснел, замахав руками. – Нет, не напоминай мне об этом! Смертоносный немного помолчал, а потом ответил: – Думаю, можно попробовать... Я не вижу смысла больше бегать от тебя. Только мы искренне нужны друг другу без всякой выгоды и сделок... К тому же, мы.. – Лью, всё ещё не до конца принимая свои запретные чувства к брату, вновь покраснел и на секунду замолчал, после чего вновь продолжил свою мысль. – ..любим друг друга... А что ещё нужно для счастья? – Да... Любим... – вполголоса ответил младший, кротко поцеловав старшего в губы. А дождь всё лил и лил, не прекращая ни на минуту. Где-то вдалеке мелькала молния и гремел гром. Теперь всё будет хорошо. Братья мирно сидели на ветке дерева, прижавшись друг к другу. Оба намокли из-за тяжёлых дождевых каплей, но никто из них не предложил уйти. Им просто хотелось побыть друг с другом наедине и насладиться этим. Они так давно не общались друг с другом, но теперь они опять вместе. А что ещё нужно для счастья?