Не друзья. Выстрел в сердце

Твоя спрятанная суть

метила мне прямо в грудь

и попала, не оставив

даже шанса

Это утро выдалось особенно отвратительным. Сначала сломалась кофемашина, обрызгав коричневой жижей идеально белую футболку и лишив ежедневной дозы кофеина. Потом голубые джинсы облила грязью мимо проезжавшая машина. Му Цин, придя на работу, конечно переоделся, и хлебнул кофе из автомата, но настроение стремительно рухнуло вниз и закатилось под плинтус. Дальше — больше, шеф вызвал его в кабинет и неустрашимо глядя в угрюмое лицо Му Цина, готового убивать всех и каждого, выдал: — Возьми Фэн Синя под свое руководство. — Что?! — Му Цин нахмурился, его настроение было настолько упавшим, что он не сразу понял, что от него хотят. А когда понял, взревел: — НЕТ! Только не этого придурка! — Не такой уж он и придурок, — бросился шеф на его защиту, — то есть, он вообще не придурок. Сообразительный парень и отличный стрелок. Му Цин, как ты выражаешься? — Если дело касается этого придурка, я буду выражаться, как хочу! — Он недавно прошел курс молодого бойца. Теперь его надо натаскать в полевых условиях. Я хочу, чтобы это сделал ты. — Почему я? Сейчас Тайхуа свободен. — У тебя опыта больше. К тому же, Тайхуа свободен только условно. Пока его напарник не выпишется из больницы. Кстати, о напарнике. Меня беспокоит, что ты работаешь один. — Мне не нужен напарник, — жёстко сказал Му Цин. — Все работают в парах, только ты одиночка. — Меня это устраивает. — Меня — нет. — Мне не нужен напарник, я и один справляюсь. — Так, как справился в прошлый раз? Или в позапрошлый? Му Цин промолчал. Ну да, накосячил, ну что ж теперь, до смерти припоминать? — Я напомню, тебя раненого еле вытащили! Ещё будешь спорить?! Му Цин снова промолчал и закатил глаза. — Ты возьмёшь руководство над Фэн Синем, и если вы сработаетесь, он станет твоим напарником. — Мы не сработаемся, — упрямо повторил Му Цин. — Если не сработаетесь, и Аньлэ не выйдет из лазарета, тогда я поставлю Фэн Синя Тайхуа в пару. А пока новичком займись ты. — Ладно, — нехотя буркнул Му Цин. В дверь раздался короткий стук, затем она отворилась, и в кабинет вошёл Фэн Синь. Му Цин одарил его взглядом, полным ненависти. Они не ладили с самого знакомства, а теперь ещё он должен будет его учить полевой практике, ходя с ним в рейды. Это ужасно! — Фэн Синь, Му Цин согласился стать твоим наставником. Что?! Нет! Почему, блять, он использовал именно эту формулировку? Фэн Синь недоверчиво покосился на распространяющего вокруг себя смертельные вайбы Му Цина. — В самом деле? Он же меня ненавидит. — Му Цин — опытный охотник, к тому же он недавно получил ранение и пока свободен, чтобы поучить тебя. А когда он поправится, вы вместе пойдете в рейд. Охотники уставились друг на друга тяжёлыми сверлящими навылет взглядами. — Ну ладно, — сказал Фэн Синь. Раз шеф решил так, значит пусть будет так. Му Цин вышел из кабинета шефа ещё в большем бешенстве, чем зашёл. Фэн Синь следовал за ним по пятам. — Отвали, — огрызнулся Му Цин, — какого хера ты за мной идёшь? — Я иду в свой кабинет. По какой-то несчастливой случайности, мы с тобой занимаем один. Это да. Му Цин с ноги распахнул дверь, пытаясь выразить свое состояние на чем-нибудь крепком. Чтобы не сломалось с первого раза. Дверь стукнулась об стену и отлетела обратно, чуть не прибив Фэн Синя, идущего следом. Он придержал ее рукой, крикнув сердито: — Эй, полегче, сломаешь, из зарплаты вычтут! — Похер, — рявкнул Му Цин, садясь за свой стол, — а теперь заткнись, и чтоб я тебя не слышал. — Наушники надень, — посоветовал Фэн Синь, сел за свой стол и включил ноутбук. Техникой они пользовались для составления отчётов по рейдам, изучения материалов дела или просмотра обучающих видео. Фэн Синь ещё пристрастился играть в сетевые игры. На самом деле, в офисе охотники проводили не так много времени, больше на полигоне и тренажёрном зале, где постоянно тренировались, чтобы быть в форме. Ну и в рейдах по поиску и отлову нечисти. Му Цин открыл корпоративную почту, просмотрел входящие сообщения, вздохнул и закрыл приложение. Заняться было нечем. В прошлом рейде он попал в лапы оборотней, и ему здорово подрали левую руку. Раны уже зажили, но пока ему не разрешили вернуться ни к тренировкам, ни к рейдам. Сидеть в офисе было скучно. Му Цин покрутился на стуле, поглазел в окно, снова уставился на Фэн Синя и вздрогнул, когда их глаза неожиданно встретились. Под чужим пристальным взглядом Му Цину стало неуютно. — Хочешь, я поучу тебя стрелять из пистолета? — вдруг предложил Фэн Синь. Му Цин стрелять учился, но не добился каких-то особых успехов, с мечом ему было удобнее. Подтянуть навык стрельбы, по меньшей мере, полезно. — С чего вдруг? Вообще-то, это моя обязанность тебя учить. Только вот чему? — Я бы хотел, чтобы ты научил меня биться на мечах. Но ты пока не в форме. Так что насчёт пистолетов? — Пойдем, — вздохнул Му Цин. У Му Цина к Фэн Синю были противоречивые чувства. И тянулось это с тех пор, как он впервые увидел Фэн Синя в конторе, когда тот пришел устраиваться на работу. В охотники брали мужчин с хорошей физической подготовкой, желательно с подходящей спортивной карьерой. Фэн Синь с детства занимался стрельбой из лука. С огнестрельным оружием обращался, как бог войны. Му Цин был довольно чувствительной натурой, склонной к перфекционизму, эстетству, падкой на красоту в разных проявлениях. Но при этом мог изящно обматерить и одним ударом в челюсть оправить в нокаут. Все свои чувства он скрывал под маской холодного безразличия, отточив этот навык до совершенства. Новый охотник был довольно привлекателен. Высокий, широкоплечий, с развитой мускулатурой, каштановые волосы завязаны на затылке в аккуратный пучок, загорелая кожа, медные глаза, между бровей залегла складка, взгляд сквозил решительной дерзостью. Он попросил показать дорогу к кабинету шефа, и Му Цин одарил его как можно более холодным взглядом, сделав лицо кирпичом. По правде говоря, Му Цин и сам был не дурен собой и вполне мог составить конкуренцию новичку. Роста они были одного, но Му Цин был стройнее и изящнее, кожа у него была белая с лёгким налетом румянца, волосы и глаза черные. Причем волосы он отрастил длинные до задницы и носил их, завязывая резинкой в высокий хвост. Му Цин с видом великого одолжения провел новичка в кабинет шефа, стараясь не таращиться на него слишком откровенно и матерясь про себя. Это просто преступление, быть таким привлекательным! Наверняка, ещё и натурал. Му Цин разозлился на будущего коллегу за то, что посмел найти его достаточно красивым для себя и тут же разочаровался из-за того, что эта красота никогда ему не достанется. Может, он конченный идиот? Тогда будет не так обидно. Так и началась их неприязнь. Му Цин старательно прятал свои эмоции под маской ледяного равнодушия, страдая от невозможности прикоснуться к объекту своей симпатии. Фэн Синь сначала относившийся к Му Цину хорошо и, вероятно, надеявшийся на дружбу, столкнулся с 188 см колючей проволоки, баррикадами и заминированными подходами. Му Цин не хотел с ним дружить. Категорически. Но как назло, Му Цин один занимал целый кабинет, и новенького подсадили к нему. Все остальные охотники были с напарниками, он один оставался одиноким волком. Во-первых, с ним ввиду невыносимого характера было сложно контактировать, во-вторых, все остальные были уже разобраны. Мингуан ходил в рейды с Сяо Пэем, Циин с Иньюем, а Тайхуа с Аньлэ. Так и оказалось, что специалист по лавхейту Му Цин оказался в одном помещении с недоступным для него объектом симпатии. Полный разочарования и досады, Му Цин не стеснялся срывать на нем свое дурное настроение. Фэн Синь сначала был удивлен такому поведению, пытался подружиться подлизывался, звал в бар, в клуб, на концерт (за его счёт, да!), но Му Цин упорно слал его на три буквы, на которые сам был не прочь сходить вместе с Фэн Синем. Потом и тот сам стал вести себя не лучше, огрызался, злился, посылал куда подальше. В бар Му Цин с ним не ходил, потому что боялся, что выпив, не сможет держать себя в руках и выдаст свое истинное отношение с головой. Хотя очень хотелось. Очень. Иногда в их грызне наступали относительные перемирия. Как сейчас. На полигоне Фэн Синь выставил перед ними мишени, зарядил обоймы холостыми патронами, зарядил пистолеты и отдал один Му Цину. Он начал объяснять строение огнестрельного оружия, но Му Цин отмахнулся: — Это я знаю, давай к делу. — Ладно. Сначала стойка, это боевая стойка, которую ты бы использовал, если бы готовился к рукопашной схватке. Твой вес равномерно распределён, опорная нога слегка выдвинута вперёд. Такая стойка позволяет легко маневрировать при внезапной необходимости и облегчает контроль отдачи при стрельбе. Пока Фэн Синь это говорил, он показывал на себе. Му Цин повторил за ним, и Фэн Синь откорректировал его стойку, тронув за колено, отчего у Му Цина стремительно пробежали мурашки по коже. Какие горячие у него пальцы… Мысли Му Цина моментально свернули не туда, в деталях представляя, как горячая ладонь Фэн Синя скользит по его голой ноге по колену и выше. Он сглотнул, с силой выдергивая себя из несбыточных фантазий. Он уже знал, что Фэн Синь был стопроцентным натуралом, встречавшимся с довольно красивой девушкой, Му Цин сам их видел, они держались за руки и выглядели вполне довольными. Му Цин тогда напился с досады и наутро был злой ещё и от похмелья. Фэн Синь не замечал его душевных терзаний, продолжив обучение: — Второе — это хват. Правильное положение рук не только для первого выстрела, но и для последующих. Твоя сильная рука должна крепко держать пистолет, но без лишнего напряжения. Из-за взаимодействия мышц и сухожилий руки чрезмерное сжатие может негативно сказаться на подвижности пальца на курке спуска. Какая рука у тебя сильная, правая? Му Цин кивнул. Фэн Синь расположил его пальцы на рукояти правильным образом, продолжая объяснять: — Рука должна быть высоко посажена к основанию рукоятки. Теперь вторая рука с противоположной стороны должна обхватить кисть первой руки и зафиксировать её на месте. Большой палец с противоположной стороны должен быть расположен ниже и вдоль затвора. Направляй большой палец второй руки также вдоль затвора. Обе руки должны плотно охватывать пистолет. Это поможет тебе лучше справляться с отдачей при стрельбе. Фэн Синь облапал обе кисти Му Цина своими сильными пальцами. Кожа в местах его прикосновений горела. Му Цин распалялся от медленно, но неотвратимо накатывающего возбуждения. — Теперь мы будем прицеливаться. Прицелы бывают металлические и лазерные с красной точкой. Здесь у нас металлический. Я пользуюсь лазерным. Чтобы эффективно использовать такие прицелы, необходимо выполнить их правильную настройку. Это достигается совмещением мушки и выемки целика. Верхушка мушки должна находиться по центру и на одном уровне с верхней частью целика. Если же ты используешь оптический прицел с красной точкой, задача становится ещё проще. Глядя через оптический прицел, просто наведи его на цель, в которую ты хочешь попасть. При правильной настройке это делается без труда. Ещё один важный элемент прицеливания — это визуальное восприятие, то есть то, что мы видим. Если мы используем фиксированные металлические прицелы, то нужно фокусировать взгляд на мушке, при этом целик и сама цель могут казаться немного размытыми. Это позволяет нам лучше контролировать объект, который находится посередине между нами и целью — мушку. При использовании красной точки всё работает иначе. С помощью оптического прицела ты можешь сосредоточиться на реальной цели, а не на точке. Если ты смотришь через оптику, то видишь точку на цели и делаешь выстрелы. На первый взгляд это может показаться странным для тех, кто привык использовать металлические прицелы, но на самом деле этот метод очень быстрый и точный. Му Цин нехотя признал, что Фэн Синь объясняет обстоятельно и доходчиво. Если б ещё не трогал, вообще было бы замечательно. Или наоборот, не просто потрогал, а… Фэн Синь тем временем встал позади него, прижавшись почти вплотную, от чего дыхание Му Цина окончательно сбилось, а пульс понёсся вскачь. Фэн Синь обхватил его кисти, сжатые на рукояти, поднял прямо и направил прямо на мишень. Ссука, — мысленно простонал Му Цин. В штанах стало тесно. Хорошо ещё, что он переоделся и сменил узкие джинсы на свободные треники, в них стояк был не так заметен. Его руки, зажатые чужими горячими ладонями, слегка дрожали. Фэн Синь обжигал дыханием его ухо. Мурашки табунами бегали по телу. В коленях появилась противная слабость. Му Цину захотелось откинуть голову на плечо Фэн Синя, обнажив шею, чтобы тот прикоснулся к ней губами и… — Ещё один важный момент в нашей подготовке — это правильное управление спусковым крючком. Твоя первая фаланга указательного пальца должна находиться у основания спускового крючка. Если ты нажмёшь на него слишком сильно, это может привести к смещению пистолета и неудачному выстрелу. Поэтому нужно плавно и равномерно нажимать на спусковой крючок без резких движений. Не стоит нажимать на него слишком сильно или резко. Это похоже на то, как ты нажимаешь на спусковую кнопку фотоаппарата — плавное и стабильное движение даст наилучшие результаты. Фэн Синь нежно, но уверенно надавил на его палец на спусковом крючке. — Вот так. Грохнул выстрел, пистолет дёрнуло отдачей. От неожиданности Му Цин разжал пальцы, но Фэн Синь по-прежнему держал свои руки прижатыми к его. Му Цин выругался и, вернув себе самообладание, оттолкнул его: — Хватит меня зажимать! Фэн Синь улыбнулся и отпустил его, сделаа шаг назад. Его близость страшно действовала Му Цину на нервы. Вплоть до того, что хотелось впиться в эти четко очерченные губы кусачим поцелуем и завалить прямо на пол тира, а потом… Фэн Синь протянул ему пистолет и встретился глазами с застывшим взглядом Му Цина, который немигающие уставился на его рот. — Все в порядке? У тебя странный вид. Му Цин закатил глаза. — Все отлично, — фыркнул он. — Ну хорошо. Если что-то непонятно, я объясню ещё раз. — Все понятно, — дёрнул головой Му Цин. — Ладно. Смотри дальше. После нажатия на спусковой крючок следует его сброс. Это происходит, когда стрелок перестаёт давить на крючок, и механизм возвращается в исходное положение. В какой-то момент ударно-спусковой механизм производит сброс, и оружие готово к следующему выстрелу. Лучше всего стараться плавно и естественно ослаблять давление на спусковой крючок. Тогда он будет сбрасываться во время отдачи одновременно с перемещением затвора. Важно научиться отпускать и готовить спусковой крючок во время отдачи. Тогда, когда пистолет успокоится, ты будешь готов к следующему выстрелу. Он посмотрел на Му Цина и перевел взгляд на мишень. — Ну что, попробуешь сам? Что? Му Цин понял, что в его голове царит пустота, вызванная напряжением и одновременно эйфорией того, что этот человек так близко к нему. Му Цин все ещё чувствовал жар его тела своей спиной, ноздри обжигал приятный приглушённый аромат дезодоранта, смешанного с запахом тела. Му Цину нравилось, как пахнет Фэн Синь. Хотелось изваляться в этом запахе, пометить себя им. Твою мать. Хватит, а? — Попробуй пострелять. Может, я лучше сам застрелюсь? Это просто невыносимо. А потом мне его фехтовать учить? Так же? Поправить исходную стойку, положить ладонь поверх руки на рукояти меча, направляя удар в нужную сторону. Я же с ума сойду… — Давай! Чего молчишь? Вставай напротив мишени. Перед тем, как стрелять, тебе нужно будет сделать глубокий вдох и задержать дыхание. После этого нажимай на спусковой крючок. Делай это медленно — одним плавным и контролируемым движением пальца. Му Цин принял нужную стойку, вытянул руки, прицелился. Вспотевшие от напряжения ладони скользили по рукояти. — Прицелься правым глазом, раз ты правша. Во время прицеливания держи мушку и задний целик пистолета на одной линии. Когда ты целишься, мушка должна находиться ровно по центру между двумя краями прорези целика. Цель должна выглядеть немного размытой. Ты должен в состоянии видеть ее, но она должна находиться на заднем фоне и быть менее четкой, чем мушка и целик. Более конкретно — концентрируйся на мушке. Она поможет тебе определить относительное положение пистолета к цели. Ты можешь целиться прямо в центр мишени. Для этого тебе нужно соответственно навести верхнюю часть мушки на центр. Линия верхней части мушки также должна совпадать с горизонтальной линией центра мишени. Можешь целиться прямо под яблочко, положение пробоины на 6 часов. При фактической стрельбе целься так, чтобы верхняя часть мушки чуть заходила за нижнюю часть черного поля яблочка. Или ты можешь прицелиться еще чуть ниже яблочка ниже на 6 часов. При фактической стрельбе мушка должна быть направлена примерно на середину белой части поля мишени ниже яблочка. Получается? — Угу. — Сконцентрируйся. Тебе потребуется терпение и концентрация. Если ты неаккуратно прицелишься, то наверняка промахнешься. Перед стрельбой убедись, что мушка правильно установлена в прорези целика. Не спеши и будь спокоен. Если ты будешь волноваться и начнешь пытаться сильно нажать на курок, то ты можешь потерять цель и промахнуться. Стреляй, когда будешь готов. Фэн Синь передал ему наушники, надел себе и отошёл на несколько шагов. Му Цин надел свои, снова принял стойку, сделал пару глубоких вдохов. Он издевается, что ли? Как можно быть спокойным, когда он так близко? Деваться некуда, он вытянул руки, обхватив ствол так, как ему показали, поймал центр мишени на верхнюю часть мушки и мягко надавил на спусковой крючок верхней фалангой указательного пальца. Его руку дёрнуло отдачей, прогремел выстрел. — Отлично! — крикнул Фэн Синь и показал большой палец, — давай ещё. Му Цин пальнул ещё несколько раз. Они сняли наушники, Фэн Синь приблизил мишень, чтобы ближе рассмотреть, куда Му Цин попал. Один раз Му Цин попал прямо в центр, потом выше, ниже и сбоку. Фэн Синь принялся комментировать его косяки: — Ошибки случаются при угловом смещении. Оно происходит, если мушка неправильно установлена в прорези целика. Имеет ли данная ошибка место быть, можно определить по пулевым попаданиям в мишень. Если пуля легла ниже центра мишени, то при прицеливании верхняя часть мушки находилась ниже верхних краев прорези целика. Если пуля попала выше центра мишени, то верхняя часть мушки находилась выше верхних краев прорези целика. Если пуля легла справа от центра, то мушка была ближе к правой стороне прорези целика. Если пуля легла слева от центра мишени, то мушка была расположена ближе к левой стороне прорези целика. Ещё может быть параллельное смещение. Такая ошибка происходит, когда мушка и целик установлены правильно, но руку подбрасывает при отдаче. Если правильно держать пистолет, вероятность ошибок минимальна. Как правило, при параллельном смещении выстрел выходит более точным, чем при угловом. Все будет зависеть, куда отдача направляет твою руку — вверх или вниз. Соответственно, старайся целиться чуть выше центра мишени или чуть ниже. Фэн Синь тыкал пальцем в мишень, показывая нужные дырки от пуль. Му Цин стоял с каменным лицом. — Дальше. Ошибки при держании пистолета. Помимо параллельного и углового смещения возможны и другие ошибки. Их можно определить по отверстиям от пуль в мишени. Если пуля попадает в мишень ближе к твоей преобладающей стороне, то ты, скорее всего, слишком сильно сжимаешь пистолет большим пальцем или нажимаете слишком сильно на курок. Соответственно, если пуля легла в другую сторону от центра мишени, то ты слишком слабо давишь на курок. Если ты правша и пуля попала в нижний правый угол, то ты, скорее всего, слишком сильно сжимаешь пистолет при нажатии на курок. Если ты попал в левый нижний угол, то, вероятно, ты сильно дергаешь за курок. Если ты правша и пуля попала в правый верхний угол, вероятно, ты ожидал отдачу при выстреле. Если пуля попала в левый верхний угол, скорее всего, и в этом случае ты ожидал отдачу или не «следовал за выстрелом». К концу его монолога, Му Цину уже хотелось пристрелить его самого. Как можно быть таким душнилой?! — Первый опыт ведения огня из боевого пистолета может быть не всегда успешным, — наставительно произнес Фэн Синь, — это связано со сложностями в освоении нового вида деятельности за столь короткий промежуток времени. Также у тебя еще не сформировалась мышечная память для выполнения всех действий, которые у опытных стрелков отработаны до автоматизма. Он взял второй пистолет, зарядил его холостыми и, держа в одной руке, играючи всадил всю обойму в соседнюю мишень. Приблизив ее, они увидели, что все пули вошли точно в центр. Фэн Синь самодовольно ухмыльнулся. Вот сволочь! разозлился Му Цин, ещё выпендривается передо мной! Он поменял мишень, отодвинул ее подальше, перезарядил свой пистолет, надел наушники, и принялся тренироваться, пока не устал. Фэн Синь постреляв немного рядом с ним, стал смотреть, как он это делает, продолжая корректировать то стойку, то хват, то ещё что-нибудь. Он постоянно находил, к чему придраться. Му Цина это страшно бесило, но он понимал, что тот пытается ускоренными методами из новичка сделать опытного стрелка. После тренировки Му Цин стремительно помчался домой, одинокие сотрудники жили в общежитии на территории комплекса бюро по борьбе с паранормальными явлениями и решительно направился в душ, чтобы сбросить накопившееся напряжение. Всю следующую неделю Му Цин ходил на стрельбище и палил по мишенькам, пока не начал попадать в центр. Причем присутствие главного раздражителя Фэн Синя было только на пользу, Му Цин учился игнорировать свою нервозность при нем. В конце концов, он добился того, что его руки не дрожали, не потели и отправляли пулю в центр с небольшими погрешностями. Он был доволен своим результатом, Фэн Синь также его хвалил, оставалось только проверить навыки в действии. Спустя неделю Му Цин столкнулся в городе с Фэн Синем. Он решил прогуляться накануне очередного рабочего дня и купить себе средства для волос, потому что старые почти закончились. Он сделал вид, что не заметил Фэн Синя и шмыгнул в дверь какого-то магазинчика, но тот уже его увидел и истошно завопил: — Му Цин! — и двинулся через толпу, прокладывая себе дорогу как бульдозер. Му Цин закатил глаза, повернулся к нему и приготовился хамить. — Что ты здесь делаешь? — спросил Фэн Синь. — Не твое дело, — ответил Му Цин. — Почему ты такой грубый, не можешь ответить нормально? — Не хочу. Что ты мне сделаешь? Отвали. Му Цин обошел его, стараясь не зацепить плечом, в магазине было довольно тесно, и вышел на улицу. Фэн Синь последовал за ним. — Смотри, тут есть тир! Пойдем постреляем? — Не хочу. — Пойдем! Чего ты, продуть боишься? — Тебе — не боюсь. Мы в разных весовых категориях. — Ну пойдем! Как Му Цин не отнекивался, Фэн Синь все-таки сумел затащить его в тир. Работник провел им краткий инструктаж, который они и так уже знали, и протянул винтовку. — Я же умею стрелять только из пистолета, — сказал Му Цин. — И что? Принцип стрельбы не слишком отличается. Бери. Му Цин закатил глаза, но винтовку взял. Правила в тире были простые, в 10 метрах от стрелка находятся банки. За время стрельбы необходимо сбить все, и тогда, получаешь самую большую игрушку, здесь это был лохматый медведь, отлично претендующий на роль комнатного пылесборника. — Ты придурок, зачем мне игрушка, я, что, маленький? — недовольно сказал Му Цин. Фэн Синь засмеялся. На одну попытку давался 21 выстрел. Целей на одну меньше, то есть можно один раз промахнуться. Главная хитрость заключалась в том, что по банкам нужно непросто попасть, а именно их сбить. Фэн Синь начал первым, решив снова перед Му Цином выпендриться. Он влегкую выбил все банки и, осклабившись, передал винтовку Му Цину. Тот внимательно смотрел на Фэн Синя, пока тот стрелял и понял, как держать винтовку. Одну руку положил на цевье, второй обхватил ложе. Локти поставил на столешницу. Приклад прижал к плечу. Прицелился, совместив целик и мушку, утопил спусковой крючок. Пуля щёлкнула о банку, сбив её. Фэн Синь ухмылялся, стоя рядом. Му Цину захотелось треснуть его прикладом по голове. — Погоди, ты не правильно держишь, — внезапно сказал он и принялся поправлять руки Му Цина на винтовке, вновь облапывая своими пальцами. Чёрт, почему его руки всегда такие горячие, у него внутри, что, встроенный обогреватель? У самого Му Цина конечности постоянно были холодные. Му Цин бросал в него злобные взгляды. Наконец, Фэн Синь оказался доволен результатом и сказал: — Продолжай. Му Цин продолжил. Он выбил из двадцати банок половину, и всё из-за того, что этот козёл снял куртку, оставшись в футболке, которая была ему мала на пару размеров и обтянула всю его рельефную мускулатуру. Му Цин нервно потел и промахивался. Весь его самоконтроль в присутствии Фэн Синя летел к чертям. Закончив стрелять, он положил винтовку, взял свой пакет с шампунями и направился к выходу. — Эй, ты куда? — Да пошел ты, — ровным тоном ответил Му Цин и ускорил шаг. Фэн Синь догнал его уже на улице. Одетый в свою куртку, он держал одну руку за спиной. — Ты, что, обиделся? — удивлённо спросил он. Му Цин невозмутимо (хотя внутри все клокотало от праведного гнева) посмотрел на него. Челка небрежно свисала на лицо, придавая ушлый вид. Полюбовавшись на недоступную, но постоянно дразнящую его красоту, Му Цин холодно ответил: — На дураков не обижаются, — и повернулся, чтобы продолжить свой путь на остановку, с которой он на автобусе мог доехать до дома. — Стой! — Фэн Синь схватил его за запястье, Му Цин ловко сменил диспозицию и заломил ему его руку за спину. Фэн Синь охнул: — Да ты чего, совсем крыша поехала? — Прекрати. Меня. Трогать! — ответил Му Цин и выпустил его. — Ладно, извини, больше не буду. На, это тебе, — Фэн Синь протянул ему большого антрацитового цвета плюшевого кота. — Что это? — Му Цин холодно посмотрел на предложенное. — Это твой приз. Наш. Ну, в общем, — Фэн Синь замялся и почесал затылок. Му Цин даже залюбовался его глупым видом, — я для тебя выиграл. Прости. Я не хотел, чтобы ты обиделся. — Проехали, — сказал Му Цин и взял кота. Ему было приятно, несмотря на позорную ситуацию, в которой он оказался в тире. А ведь это первый подарок от Фэн Синя! — ладно, возьму в качестве компенсации за то, что мне приходится тебя терпеть. — Хорошо! — обрадовался Фэн Синь, — а пойдем в кафе! В бар ты не хочешь, но может хочешь кофе? — Молочный коктейль хочу, — смилостивился Му Цин и пихнул свой пакет Фэн Синю в руку, — неси. А сам обхватил кота одной рукой и повел Фэн Синя в кафе, в котором делали зачётные молочные коктейли. *** Вскоре после разрешения врача выйти в рейд, они вместе отправились на задание. Жители одной горной деревеньки жаловались на то, что какая-то диковинная тварь таскает овец. Мужика, который пошел на тварюшку с ружьём, она подрала когтями, не похожими ни на чьи когти животного. Мужик оказался жив, хоть и сильно ранен и рассказал, что тварь была покрыта черной шерстью, передвигалась на четырех лапах и была похожа на покалеченную пантеру. У нее горели красным глаза, когда она бросилась на мужчину, и то, что он выстрелил в нее из дробовика, ничуть не уменьшило ее энтузиазма. Скорее всего, она бы сожрала человека, но на крики и выстрелы прибежали ещё трое мужиков из деревни, искавших своих овец рядом, тварь сбежала, а пострадавшего быстро доставили в ближайшую больницу. — Зенки — во! Клычья — во! Когти как вилы! — экспрессивно рассказывал мужик. Му Цин закатил глаза, поражаясь информативности монолога. — Я чуть не обделался со страху! Охотно верится. Они отправились на поиски твари утром, когда селяне выгнали овец на пастбище. Пастух погнал их немного дальше в горы, ему помогала крупная мохнатая собака. — Хей, Фея! Гони их! — кричал пастух собаке, которая загоняла овец, чтоб не разбредались. Му Цин сорвал травинку, пожевал сладкий сочный стебелёк. Вокруг раскинулась пасторальная картинка. Высоченный купол голубого неба как опрокинутая чаша, ослепительно сияющее солнце на этой синеве, слепящее и поджаривающее. Холмы, поросшие зеленью и яркими цветами. — Как красиво, — сказал Фэн Синь, бредущий рядом, он вытер пот со лба, ему явно было жарче, чем Му Цину, в силу разности их конституций, — когда бы мы ещё такое увидели. Му Цин согласно угукнул. — Ещё и не такое увидишь, — пообещал он, — если останешься. — Почему если? Мне нравится быть охотником. — Опасное это дело. Охотники бывают двух видов: быстрые и мертвые. Чуть замешкаешься и капец тебе. — Как ты в прошлый раз? — фыркнул Фэн Синь. — Никто не застрахован от ошибок, — ровно ответил Му Цин. Ему уже не было досадно, когда вспоминали о его провале. Главное, что он выжил. В качестве предупреждения о том, чем может обернуться ошибка на рейде, на его бицепсе остались глубокие шрамы. — А ещё ты увидишь помимо красивых пейзажей, мрачные кладбища, гнилые болота, глубокие пещеры, узкие катакомбы. И везде, везде, везде будут совершенно разнообразные твари, которых придется убивать, пока они не убили тебя. Сносить головы, отрубать части тел, выпускать кишки и прочее. При этом каждый раз рискуя своей жизнью, и только твоя хорошая реакция и мастерство владения оружием могут тебе помочь. Ну и молитва. Фэн Синь молчал. — Ну и ладно, — сказал он, — зато мы спасаем людей от чудовищ. — Самые страшные чудовища прячутся среди людей, — процитировал Му Цин фразу из какого-то фильма. — Какой ты пессимист. Ну не все же люди чудовища. — Я реалист. Всякое повидал. И людей, похожих на чудовища, и чудовищ, похожих на людей. — Какой богатый опыт, — ехидно сказал Фэн Синь, - так что там с этой тварью, она нападала и днём? Обычно нечисть активна ночью. — Не вся нечисть боится солнца. И не все опасные твари являются нечистью. Фэн Синь поправил кобуру на бедрах и спросил: — Почему ты не взял пистолет? Ты же научился стрелять. — Мне привычнее меч. — Давно ты фехтуешь? — С детства, сначала ходил в кружок для детей, потом в секцию для подростков, затем был клуб исторического фехтования. Солнце зависло высоко в зените, пастух нашел раскидистые деревья, дающие густую тень, и все трое расположились под ними, собираясь перекусить. Пастух бодро уплетал сыр с хлебом, прихлебывая простоквашу из горшочка, а охотники уныло жевали сухпаек, запивая водой из фляжек. Внезапно вдалеке испуганно заблеяла овца. — Фея! — крикнул пастух и свистнул. Охотники засунули недоеденный провиант в карманы и бросились в сторону шума. Сбившись в кучу, овцы испуганно блеяли, собака отчаянно лаяла. Одна овца лежала на боку, с выпученными от страха глазами, по белой шерсти расползалась красная кровь, твари нигде не было видно. Но Му Цину показалось это странным. — Выстрели рядом с овцой! — крикнул он Фэн Синю. — Зачем? — Затем, твою мать! Стреляй! Фэн Синь послушно выстрелил рядом со спиной овцы. Раздался душераздирающий мявк, из пустоты выплеснулась черная жидкость, прям на шерсть испуганной до полусмерти овцы. В то же мгновение он увидели, как из пустоты проявилось покрытое черной гладкой шерстью тело твари, похожее на пантеру. Кожа обтягивала кости, глаза горели безумным блеском. Огромная кошка выпустила овцу и бросилась бежать. — За ней! — скомандовал Му Цин. Тварь довольно быстро удалялась от них и потерялась, забежав в скалы. — Блядь, куда она делась? — Му Цин осматривался, пытаясь разглядеть следы сбежавшей твари. — Смотри, это может быть кровь? — спросил Фэн Синь, показывая на черные капли непонятной жидкости на камнях. — У некоторой нечисти кровь черная, — кивнул Му Цин. Они побежали дальше между скал, ориентируясь на пятна. Последнее пятно нашлось у входа в пещеру с высоким сводом. Му Цин помедлил. Он не любил подобные места, страдая хоть и не сильной, но клаустрофобией. Но ему часто доводилось ловить нечисть в пещерах, и свой страх каждый раз приходилось преодолевать. Му Цин сделал пару глубоких вдохов-выдохов, успокаивая дыхание и насыщая кровь кислородом. Я не один, все будет хорошо. Я не один. — Ты чего? — спросил Фэн Синь недоуменно, — ты в порядке? — Боязнь замкнутых пространств, — нехотя ответил Му Цин. — Да ладно? — Фэн Синь не поверил, — а я высоты боюсь. — Пошли, — сказал Му Цин резко. Он вытащил из рюкзака налобный фонарик, нацепил на голову, поправил волосы и первым вступил в темноту пещеры. Пятна продолжали вести их дальше в глубину. Лаз оказался довольно широким, они оба могли пройти, стоя рядом друг с другом. Потолок тоже был высокий. Му Цин словил лёгкую панику, но пока было терпимо. Откуда-то из темноты раздалось шипение. Они обернулись, и на них с воем вылетела черная тень. Му Цин споткнулся и упал, фонарик слетел с его головы и приземлился где-то в стороне, осветив пространство пещеры при полете, Фэн Синь выстрелил. Отчаянный визг твари смешался с не менее отчаянным криком Фэн Синя. Му Цин вскочил, подбегая к сцепившимся противникам. Тварь сидела на Фэн Сине, впиваясь клыками ему в плечо. Фэн Синь судорожно пытался ее скинуть, выронив пистолет, он держал тварь обеими руками, не давая ей вгрызться в себя слишком глубоко. Му Цин подхватил пистолет и выстрелил твари прямо в череп. Там что-то противно хрустнуло, из пасти вытекла черная жидкость, пачкая куртку Фэн Синя. Тварь обмякла, и Фэн Синь сбросил ее на пол. — Ты как? — спросил Му Цин, подбирая фонарик, чтобы осветить поле боя. Фэн Синь сидел взлохмаченный, его пучок развалился после возни на земле, с ошалевшим видом, плечо куртки было разорвано и обляпано черной кровью. Рядом валялась мертвая тварь с оскаленной пастью. Её красные глаза застыли. Му Цин, закрыв напарника спиной, водил пистолетом, ожидая ещё кого-нибудь. Обычно нечисть селится стаями. Но вокруг царила тишина. Му Цин сунул пистолет себе в карман и присел рядом с Фэн Синем, светя на него фонариком. — Дай посмотрю, что там, — грубо сказал он. — Смотри. Му Цин стянул рукав куртки с его плеча, слушая сдавленные стоны боли. Рана была нехорошая. Четыре клыка оставили четкие следы на коже и вошли в плоть. Из ран сочилась кровь. Му Цин вздохнул, скинул с спины рюкзак и достал перевязочные средства. Ему пришлось аккуратно вырезать кусок футболки вокруг раны, чтобы открыть к ней доступ. Залив рану антисептиком и заклеив пластырем, он сунул Фэн Синю обезболивающую таблетку. Он впервые видел голое плечо Фэн Синя, и хотя ситуация совсем не располагала, он испытал удовольствие, прикасаясь нему. Кожа Фэн Синя была горячая, гладкая и чертовски приятная. Хотелось прижаться к ней губами… Да блядь, разозлился на себя Му Цин, нашел о чем думать. И когда. Соберись, тряпка. Он снова натянул рукав куртки на руку Фэн Синя, тем не менее, позволив себе задержаться чуть дольше, чем следовало на коже его руки, покрытой золотистыми волосками. Что б тебя, подумал Му Цин, его пульс во время всех этих манипуляций участился, пальцы подрагивали. Он резко поднялся. — Ты можешь встать? — спросил он грубо, — голова не кружится? — Помоги мне, — Фэн Синь протянул ему руку, и Му Цин подхватил ее, помогая встать. Фэн Синь пошатнулся и опёрся на Му Цина, обхватив его за плечи. Несанкционированные обнимашки спровоцировали волну дрожи. Что будет, уныло подумал Му Цин, если я завалю его прямо здесь? Трахну, а потом убью и оставлю труп здесь, сказав всем, что его задрал призрачный барс? Нет, это плохая идея. Это очень плохая идея. Мне плохо. Мне в голову лезут странные фантазии. Надо лечиться. — Кажется, мне не очень хорошо, — выдавил Фэн Синь, обжигая кожу Му Цина своим дыханием. Мне тоже, подумал тот, и без всяких кажется. — Посидишь ещё? — Му Цин избегал смотреть ему в лицо, которое было сейчас нестерпимо близко. — Угу. Му Цин усадил его спиной к стене. Возможно слюна твари была ядовитой? По всем признакам, это был призрачный барс. Они давно охотникам не встречались, и Му Цин не так много о них знал. Но слюна и кровь нечисти часто оказывалась ядовитой. Му Цин осмотрел труп твари, потом скользнул лучом света вокруг, натыкаясь в углу на кучку белых овечьих костей, поверх которых лежали три небольшие черные тушки. Му Цин присмотрелся, сообразив, что скорее всего это детёныши призрачного барса. Судя по тому, что они не шевелились и не подавали других признаков жизни, все трое были давно и безнадежно мертвы. В пещере был ещё один узкий лаз, зияющий темнотой. Оттуда вполне могло что-то вылезти. Му Цин посветил туда фонариком, но ничего не увидел. Однако, вернувшись к напарнику, он старался не выпускать его из виду. Фэн Синь дрожал, на висках выступила испарина. Хреново дело. Рана не настолько серьезная, чтобы так отреагировать. Му Цин вытащил из рюкзака ещё и флакончик с антидотом, предотвращающим действие многих ядов, и заставил Фэн Синя выпить. Похоже, какое-то время придется провести здесь. Му Цин достал телефон, с досадой обнаружив, что сети нет. Он все равно записал голосовое ещё одному охотнику, Мингуану, и секретарю шефа Линвэнь, чтобы их забрали и скинул последнюю геоточку. Му Цин, ориентируясь на часы, в телефоне, заметил, что прошло пару часов. Они сидел рядом с Фэн Синем и разлагающимся трупом бестии. Потом вспомнил, что у него есть адский огонь — жидкость, сжигающая тела нечисти без остатка. Достал бутылочку и вылил на труп, который моментально вспыхнул алым огнем и обратился в пепел. — Му Цин… — Я здесь. Как ты? Глаза его лихорадочно блестели. Он вспотел и сотрясался всем телом в дрожи. Губы побелели. Дыхание было частым и поверхностным. — Я не понимаю, что со мной. Я весь горю и одновременно мне холодно. Выглядел он очень жалко. Му Цин повинуясь какому-то непонятному порыву потянулся к нему и привлек к себе. Усадил боком, чтобы Фэн Синь опёрся на него здоровым плечом. Сейчас он хотел просто облегчить чужие страдания, не думая о себе. Фэн Синь обнял его за талию, пристроив голову на плечо. — Все будет хорошо, — твердо сказал Му Цин, — мы выберемся. Фэн Синь что-то промычал в ответ, крепче стискивая талию Му Цина. Почему один из них должен оказаться в опасности, чтобы можно было позволить себе прикосновение? Как глупо. — Поговори со мной, — попросил Фэн Синь. — Что тебе сказать? — Все равно. Хочу слышать твой голос. В тишине невыносимо. Му Цин не знал, что ему рассказать. Он спел ему пару непристойных песенок про охотников, потом колыбельную, которую помнил с детства. Потом начал травить тематические анекдоты. Так прошло ещё пару часов, Му Цин сверялся по телефону. Фэн Синь провалился в забытье, иногда вздрагивал. Му Цин обнимал его с полным на это правом, гладил по рукам, по ногам, по лицу, по распущенным волосам, зарываясь в них пальцами и проводя по всей длине. Хоть сейчас у него есть возможность прикоснуться, и он не собирался себе в этом отказывать, несмотря на абсурдность ситуации. Слишком долго он этого хотел. Конечно, он желал невозможно большего. Но получить хоть что-то для него тоже было отличным вариантом. Спустя время Фэн Синь перестал дрожать, его дыхание стало равномерным. Похоже, антидот сработал. Му Цин с сожалением аккуратно сгрузил его с себя рядом, прислонив к стене. Эти манипуляции не прошли незамеченными, Фэн Синь очнулся. — Му Цин? Что случилось? — он провел ладонью по влажному лбу, смахивая капельки пота. — Тварь была ядовитая и отравила тебя. К счастью, антидот нашей лаборатории помог. — Хорошо, — Фэн Синь размял шею. — Плечо болит? — Д...да. — Главное, чтобы ты мог идти. Надо отсюда выбираться. Му Цин помог Фэн Синю подняться, тот ещё дрожал, но стоял уверенно. Самому Му Цину тоже стало легче, он тайно утолил свой тактильный голод, и теперь любое случайное касание уже не приводило его в глухое отчаяние. Они уже собрались выйти из пещеры в коридор, как их внимание привлек тихий писк и шорох. — Что это? Му Цин посветил фонариком в лаз, откуда и доносился писк. Скоро оттуда выполз маленький тощий котенок. — Похоже, мы уничтожили мать, а это ее отродье. Пошли, сам сдохнет. Там в куче ещё трое дохлых. — Постой. — Что ещё? — недовольно спросил Му Цин Фэн Синь освободился от его поддержки и присел на колени, разглядывая неожиданного гостя. Тот был совсем маленький и ещё слепой. Он протянул руку и взял котенка. — Брось ты его, — сказал Му Цин. Фэн Синь усадил детёныша себе на ладонь и погладил по шерстке. Тот запищал, лизнул палец крошечным черным языком. Фэн Синь решительно застегнул куртку и сунул барсика себе за пазуху. — Ты ебнулся? — обалдел Му Цин, — зачем ты берешь эту дрянь с собой? Это же нечисть! — Детёныш ещё никому не причинил вреда, а мы убили его мать. — Когда нечисть вредит людям, мы её убиваем! Это наша работа! — Эта кошка просто хотела есть и накормить своего детёныша. Это её природа. — Ты больной! — вынес вердикт Му Цин, — сам будешь объясняться с шефом, почему принес домой тварь, которую должен был уничтожить. — Хорошо. Я возьму ответственность на себя. Му Цин закатил глаза, и первым вышел из пещеры. Фэн Синь последовал за ним. Они прошли уже половину пути обратно, как внезапно раздался грохот, скальный массив содрогнулся и сбоку посыпались булыжники разного калибра. Напарники метнулись в небольшую нишу, вход в которую засыпало камнями. Придя в себя и сообразив, что никто не пострадал, даже пищащий котенок, они обнаружили что потеряли фонарик, и в пещере царила кромешная темнота. Фэн Синь ощупал размер катастрофы, сунул котенка в руки Му Цину и принялся разгребать завал. Камни высыпались из-под его рук, он вытаскивал один, на его место заваливался другой, и казалось это бесполезное занятие. Им отсюда не выбраться. Фэн Синь, занявшись завалом, не сразу заметил, что Му Цин ему не помогает, а сидит тихо, и остановился. В наступившей тишине сдавленные всхлипы были хорошо слышны. — Му Цин? — позвал его Фэн Синь, — ты где? Глаза привыкли к темноте и он различил тёмный силуэт, Му Цин сидел на земле сгорбившись. Фэн Синь присел рядом, коснулся его. — Ты чего? В полной темноте и замкнутости окружающего их пространства Му Цина охватила паническая атака. Он почувствовал, как грудь сдавило тисками, и он не может сделать ни вздоха. Из глаз неконтролируемо потекли слезы. Он всхлипнул, вцепившись в пискнувший комочек шерсти. — Му Цин? Эй. Что с тобой? Му Цина трясло. Фэн Синь, нащупав его, прижал к себе. Котенок снова пискнул, Му Цин опустил его на землю, чтобы не раздавить и намертво вцепился в Фэн Синя, ткнувшись лицом в его плечо. Это было раненое плечо, Фэн Синь зашипел от боли, но отстраниться Му Цину не дал, вжав в себя в ответ. — Все будет хорошо, — прошептал Фэн Синь, — мы выберемся. — Мы умрем, — всхлипнув, простонал Му Цин, — мы умрем тут. Фэн Синь, Фэн Синь. Выпустите меня отсюда! — вырвавшись из чужих рук, он бросился к каменной преграде и принялся откатывать камни. Но сверху посыпались ещё. — Му Цин, стой! — Фэн Синь бросился к нему, оттащил и снова прижал к себе, потом встряхнул и сказал, — дыши, слышишь? Дыши! Никто не умрет. Му Цин вяло отбивался. — Дыши вместе со мной, слышишь? Давай! Вдооох, выыыдох. Вдооох, выыыдох. Дыши! Прижатый к его широкой груди и слушая мерное биение сердца, Му Цин сквозь панически скачущие мысли вслушался в его дыхание и с усилием попробовал подстроить свое под его. Это далось ему нелегко, он все время срывался на судорожные рыдания, цепляясь за куртку Фэн Синя, как за последнее спасение. Дыхание Фэн Синя щекотало ему шею. — Вдооох, выыыдох. Спустя какое-то время Му Цину удалось сонастроиться с Фэн Синем. Чужое равномерное дыхание и подстроенное под него свое слегка успокоили его. Паника отступила вместе с истерикой. Му Цину было ужасно стыдно за свою выходку. Окончательно успокоившись, он отстранился, вытер лицо ладонью. — Я в порядке. — Хорошо. Фэн Синь по писку нашел детёныша и сунул Му Цину в руки. Чувствуя себя разбитым после всплеска эмоций, Му Цин покорно взял зверя и машинально провел ладонью по спине. Тот неожиданно замурчал, тычась холодным мокрым носом Му Цину в ладонь. Глаза снова защипало. Блядь, устало подумал Му Цин, привалившись спиной к стене. Фэн Синь, оставив его, снова принялся разгребать завал. Камни продолжали сыпаться, Фэн Синь отгребал их подальше в пещеру. Измученный Му Цин умудрился задремать, проснулся, когда Фэн Синь коснулся его плеча. — Я разобрал завал, — сказал он, — пойдем. Они выбрались из пещеры, как раз когда вертолет со стрекотом шел на посадку. Из вертолета выскочили Мингуан и Сяо Пэй, бросились к ним. — Вы как? Ранены? — Фэн Синю надо в лазарет, я нормально. Рана Фэн Синя быстро зажила, оставив на память четыре круглых белесых шрама на золотистой коже. *** — Я согласен, — сказал Му Цин шефу, — ставьте мне его в напарники. — Ты уверен? Мне всё-таки кажется, что с Лян Цанцю он сработается лучше. Вы же постоянно ругаетесь. Боюсь, это скажется на вашей эффективности. Му Цин закатил глаза: — Ладно, я был не прав. Ему вполне можно доверить спину. Мы сработаемся. Так будет лучше, мы же оба за юг отвечаем. — Ну не знаю, — шеф задумчиво покрутился на стуле, а Му Цин скорчил недовольное лицо, — ладно, если ты настаиваешь. С сегодняшнего Фэн Синь официально твой напарник в рейдах на юге. С чем вас и поздравляю. — Обойдусь без фейерверка, — хмуро буркнул Му Цин. В кабинет без стука вошёл Фэн Синь. — Ты как раз вовремя, — сказал шеф, — как оказалось, Му Цин жаждет видеть тебя в своих напарниках. — Да ладно? — Фэн Синь подозрительно покосился на Му Цина, который закатил глаза. Почему шеф всегда так двусмысленно формулирует фразы? — Жаждешь ведь, да? — спросил шеф у Му Цина. — Ага, — буркнул тот, всем своим видом демонстрируя обратное. Однако это было правдой. Возможно. Но разве ж он в том признается? — М, ну ладно, — сказал Фэн Синь. — Пошли уже, — сказал Му Цин, — научу тебя фехтовать. Фэн Синь довольно улыбнулся. *** Черная мохнатая скотинка вымахала довольно быстро до размеров в полтора раза превышающих пантеру. Пока Барсик был маленький, Фэн Синь взял на себя всю заботу о нем, кормил с пипетки, сажал в лоток, брал с собой в постель. Когда Барсик подрос, и квартиры Фэн Синя ему стало мало, шеф, привыкший во всем искать выгоду, поставил призрачного котика штатной единицей, охраняющей территорию базы. Днём кошак дрых в вольере, по ночам призрачной тенью носился по территории. Ко всем сотрудникам он относился лояльно, особенно уважал тех, кто приносил ему вкусняшки, но единственный, кого барс трепетно любил, это был Фэн Синь, вырастивший его с сопляческого возраста. Едва завидев свою маму, кот мчался к Фэн Синю, падал перед ним на спину, подставляя пузо под почесывание. Признаться, Му Цин ему даже завидовал. Хотел бы и он так свободно выпрашивать ласку у Фэн Синя. Этот богический стрелок стрелял по мишеням, а попал ему в самое сердце, да так там и остался.