Страх, Антош, твоя главная слабость.

      Антон, как можно тихо, приоткрыл дверь из своей комнаты — никого. Аккуратно шагнув из комнаты, он закрыл за собой дверь и медленно побрел по темному коридору. На самом деле он боялся темноты, но страх быть раскрытым был сильнее, он просто не мог позволить слугам найти его нож, они сразу же доложат об этом Сергею, если не сразу графу.       Наконец юноша достиг библиотеки, в помещении едва ли хватало света, чтобы рассмотреть книжные полки и очертания мебели. Единственным источником видимости был лунный свет из-за толстых штор. Он бегло осмотрел комнату. Никого. «Так, нужно действовать быстро», — подумал парень и проскользнул до кресла. Антон сдвинул подушку и вздохнул с облегчением: никто не успел заметить нож.              — Что ты ищешь, Антон? — низкий голос раздался на всю комнату, полностью застав парня врасплох.              Черт.              Парень быстро выпрямился, кровь ушла в пятки. Он судорожно начал оглядываться, ища источник голоса. Когда наконец он заметил фигуру, расположившуюся на диване в дальней части комнаты, куда едва мог доходить свет. Вампир сидел расслабленно, одна его рука лежала на спинке дивана, нога была закинута на другую, но даже в такой безобидной позе читалась скрытая угроза. «Нет, нет, нет, этого не может быть, что он тут делает посреди ночи? почему он сидел так тихо? Может начать убегать», — подумал юноша и оглянулся на выход, а затем снова на мужчину, но тут же опустил глаза в пол, не в силах продолжать смотреть на вампира. Паника начала медленно охватывать его разум, нужно что-то ответить, что-то придумать. «Думай, думай, думай». Антон не придумал ничего лучшего, кроме того, как сказать:              — Я… я не мог уснуть… и… решил взять одну из книг… — у парня пересохло в горле, — «Тупо, как же тупо…».                          — Доставай.              Парень замешкался, — что…? — он осмелился посмотреть на Арсения, с глазами полными непонимания.              — То, что ты там прячешь, сейчас же, — последние слова были сказаны с плохо скрываемой злостью, что начинала усиливаться с каждой секундой, как граф прожигал мальчишку взглядом.              Если он достанет нож, это будет его смертный приговор, но выбора нет… Антон сглотнул, возвращая глаза на холодное оружие. Трясущейся рукой он медленно поднимает нож.       Граф, следя за движениями парня, удивленно хмыкает, когда обнаруживает предмет, в руке парня. «Чертов мальчишка…» — пронеслось у него в мыслях.              — Отдай мне это, — твердо потребовал мужчина и протянул руку.              Последнее, что хотелось сейчас Антону так это подходить к вампиру. Ему казалось еще немного и сердце выскочит из груди. На ватных ногах, он медленно направился к графу. Глаза уже достаточно привыкли к темноте, так, что он мог разглядеть каждую морщинку на лице вампира. Его серьезное выражения лица пугало до дрожи. Он был одет в его привычный классический костюм: черная рубашка, такого же цвета брюки и пиджак.       Парень остановился в шаге от мужчины, медленно протягивая ему нож, когда его запястье резко сжали и потянули на себя, так, что Антон чуть не потерял равновесие. Граф притянулся ближе и смотрел четко в глаза, когда сам парень всеми силами избегал такого контакта. Вампир взял из его руки нож.              — И что же ты собирался с этим делать, м? — спросил мужчина, переводя внимательный взгляд на нож, а затем снова на мальчишку.              Антон не знал, что ему на это ответить, правда не знал, тут не было никакого смысла что-то придумывать, он и так знал, что покойник. Хватка усилилась, так и намериваясь оставить синяки.              — Я… эм… — парень уже был готов заскулить от боли, а граф все также продолжал сверлить Антона взглядом.              — Отвечай, — нетерпеливо отозвался вампир. — Или я ускорю процесс… — лезвие ножа опасно блеснуло в руках Арсения.              Юноша решил, что все же не будет испытывать судьбу и ответит, как есть, пока все не стало еще хуже.              — Я… я собирался попробовать вскрыть решетки на окнах… и… в-возможно использовать как с-средство самообороны… — от болезненных ощущений в руке, у мальчишки подкосились ноги, он закусил губу, чтобы хоть как-то справится с болью. Парень также напряженно ждал реакцию вампира, но, ни удара, ни укуса. Ничего. Вместо этого юноша услышал тихий смех, что раздавался от графа. Антон поднял глаза, чтобы удостоверится, что ему не кажется, и правда, тот просто искренне… смеётся?       Арсений чуть откинулся назад, отведя взгляд куда-то в сторону, улыбка играла на его лице, даже хватка наконец ослабилась. Тут он снова посмотрел на парня.              — Наивный, глупый мальчишка, — улыбка не сползла с его лица, когда он продолжил, — ты правда думаешь, что сможешь сбежать отсюда? Или может, что сможешь, ранить меня? Убить меня? — при последнем предложении можно было заметить опасный огонек в глазах мужчины. Он решает, что следует проучить юношу, так что он положил нож в руку парня и направил его в свою грудь.              Что? Что ему делать? Что это значит?              — Ну что же, давай, убей меня, — с вызовом потребовал вампир, он снисходительно и с ухмылкой смотрел на парня, что совсем растерялся от такой ситуации.              Антон, казалось, потерял дар речи, он чувствовал холодное оружие в руках, и хватку чужой руки, что не давала возможности убрать лезвие, если только, не вонзить его в самого графа. Парень не знал, что ему делать. «Нет, конечно, нужно воспользоваться шансом, нужно убить его», — говорил ему здравый смысл.       Парень чуть надавил ножом, но не достаточно сильно, чтобы поранить плоть — вампир не шелохнулся. «Я не могу», — пронеслось в голове. Как можно вот так убить человека, когда тот пристально смотрит. Понятно, что он не много человек, но все же… «Я же не убийца», — подумал Антон и только сейчас в полной мере ощутил всю свою беспомощность, как он мог планировать защищаться, когда он в такой ситуации не может его даже ранить, это слишком. Ком подступил к горлу, руки затряслись, не убьет его сейчас, пожалеет позже, а если осмелиться и хотя бы ранит, то будет еще хуже.              — Я не могу… — парень отчаянно замотал головой, — отпустите, меня, п-пожалуйста… — юноша прерывисто дышал, глаза опустились в пол. Он также попытался отстранится, но было ощущение, что его держит статуя.              Арсений поднял брови в наигранном удивлении, — не можешь? Куда же делась твоя смелость, когда ты придумывал планы побега, когда крал нож, когда вышел из комнаты по среди ночи? Еще и пытался соврать мне, — перечислял граф и, наконец, отпустил его руку. Парень отшатнулся назад, роняя нож, когда вампир откинулся на диван, вновь принимая расслабленную позу, как будто ничего не произошло, но его глаза продолжали смотреть на мальчишку с хищным интересом.       Антон сделал еще один шаг назад, потирая запястье, что болезненно отзывалось. Точно останутся синяки… И что делать дальше? Парень судорожно кидал взгляды на выход из библиотеки.              — Страх, Антош, твоя главная слабость. Когда ты встречаешься взглядом с тем, кто сильнее тебя, ты уже понимаешь, что проиграл, — Арсений Сергеевич отвел взгляд от перепуганного мальчишки куда-то в сторону, когда продолжил, — все вы такие наивные, думаете можете преодолеть страх, начать его контролировать, но это невозможно. Это неотъемлемая часть вашей человеческой природы. Граф снова окинул взглядом парня, и поднес руку к губам в задумчивом жесте.              В комнате воцарилось напряженное молчание. Антон не знал куда себя деть, может вампир закончил на этом и просто отпустит того спать? «Нужно сматываться скорее, пока тот не придумал, что с ним сделать», — пронеслось в мыслях у парня.              — Пожалуйста, можно я пойду, такого больше не повторится, ч-честно… — мальчишка с мольбой посмотрел в глаза Арсения, и сделал шаг назад.              Мужчина ничего не ответил, лишь молча поднялся и невозмутимо направился к выходу. Парень удивился такому исходу событий, он напряженно провожал вампира взглядом. «Что? Он сейчас просто уйдет? Господи пусть он уйдет». Мужчина остановился возле двойной двери, что всегда оставалась на распашку. Антон, казалось, задержал дыхание на этом моменте, напряженно ожидая последующих действий графа. И тут, у него все сжалось, страх сковал каждую клеточку его тела. Прозвучали скрипы дверей, Арсений простым движением закрыл единственный выход из библиотеки, тем самым закрывая их в одной комнате, раздался щелчок замка.              Черт. Черт. Черт.              Антон почувствовал себя в клетке с зверем. Выхода не было. Коленки предательски затряслись.              Вампир обернулся, одновременно пряча ключ в карман брюк. Он хищно улыбнулся, замечая напротив большие зеленые глаза, в которых читалась безысходность. — О, не переживай, я не думал, что ты захочешь убежать — Арсений Сергеевич медленно начал приближаться к мальчишке, — это на случай, если ты будешь кричать, не хотелось бы будить пол особняка, сам знаешь, во сколько им приходится вставать — спокойно ответил мужчина, продолжая идти к парню, в то время как последний пятился назад. Что значит кричать? Что он хочет сделать…?              — П-пожалуйста, н-не надо, я уже в-все понял, — Антон попятился мимо зоны с двумя диванами и столиком между ними. Еще не много и он уткнётся спиной в полу-зашторенное окно, а вампир продолжал идти… Мальчишка скользнул за диван, который стоял спинкой к окну, в попытке хоть как-то оградится от настигающего его графа.              — Радует, что ты все понял, но проблема в том, что… — Арсений остановился возле дивана, который стоял ближе к нему. Он продолжал смотреть в глаза, когда его взгляд вдруг стал серьезным, — я просто не могу тебя отпустить.              Граф, неспеша, принялся снимать свой пиджак. После чего он повесил его на ручку дивана.              Антон тяжело сглотнул, — н-ну п-почему? — отчаянные нотки в голосе выдавали, что еще не много и парень забьется в истерике. Он прекрасно помнил какого это когда тебя кусают, ему никогда не было так больно.              Мужчина обошел стоящий возле него диван. «Почему он не может отвечать сразу? Чертов вампир со своими привычками…» — пронеслось в мыслях у парня. Арсений Сергеевич медленно присел на диван, и, даже не облокачиваясь, поднял руку в немом жесте, подзывая мальчишку к себе, — подойди ко мне, — произнес он с властной интонацией, в которой не было ни намека на просьбу. Это был четкий приказ, которому невозможно было ослушаться.              Антон почувствовал, как ледяной ужас снова охватывает его, лишая всякой надежды на спасение. Если он не подойдет прямо сейчас, то вампир разозлится, а уж этого парню точно не хотелось, особенно в такой ситуации. Он начал медленно обходить диван, делая неуверенные шаги в сторону мужчины. Как и ранее он остановился в шаге от графа, избегая зрительного контакта.              — Ближе, — спокойно добавил Арсений, выжидающе смотря на парня.              Последний замешкался, но, все же, сделал неуверенный шаг рядом с ногами графа. Не успел он опомниться, как сильные руки схватили его, посадив к себе на колени. Антон никак не ожидал такого действия от вампира, дыхание участилось пуще прежнего. Он почувствовал, как одна рука обвилась вокруг талии, когда другая придерживала парня за ногу. Слишком близко. Теперь он буквально был в лапах зверя, и это осознание парализовало его. Тело предательски дрожало.              — Знаешь, твой страх, Антош, делает твою кровь слаще, — тихо сказал Арсений, с легкой ухмылкой на лице, наслаждаясь дрожью мальчишки. Его голос был мягким, почти нежным. — Когда ты боишься, я чувствую это на инстинктивном уровне, в каждом ударе твоего сердца, в каждом вздохе, в каждом миллиметре твоего тела.       Мужчина слегка наклонился, приблизив губы к уху. Его дыхание обжигало кожу, вызывав волну мурашек у парня.               — Ты и представить себе не можешь, как это опьяняет. Я просто не могу позволить себе упустить это, — мягко прошептал вампир, поглаживая ногу мальчишки, отчего последний еще сильнее напрягся.              Арсений чуть отстранился и убрал руку с ноги Антона. Только в этот момент парень понял, что почти не дышал, он судорожно сделал вдох. Однако секундное спокойствие разрушилось в миг, когда теплая рука обхватила тонкое запястье. Его хватка не была сильной, но достаточно крепкой. Мужчина поднес руку юноши к своему лицу. Тонкую кожу обдало горячим дыханием. Он чувствовал, как мальчишка напрягается, но это его только позабавило. Вампир прикрыл глаза, вдыхая запах сладкой кожи. Антон попытался увести свою руку от губ мужчины, но хватка только усилилась, давая понять, что нет смысла сопротивляться. Он также попытался отстранится, но вторая рука у него на талии не давала этого сделать.              — Н-не надо… — заскулил мальчишка и поднял жалобный взгляд на графа. Тот полностью погрузился в аромат плоти, Антону даже показалось, что тот его уже не слышит.              — Ты сам это выбрал, котенок, — Арсений приоткрыл глаза, возвращая свой взгляд на лицо юноши. Его голос звучал спокойно, — я обещал тебя не трогать в обмен на соблюдения простых правил. Но ты нарушил нашу договоренность, теперь тебе придется столкнуться с последствиями.              Антон уже двадцать раз пожалел об этом. Сейчас он бы все отдал, чтобы это поскорее прекратилось, но граф всем видом показывал, что не собирается отпускать его так скоро.       Вампир прикоснулся губами к нежной коже, оставляя влажный поцелуй. Он мог чувствовать губами каждую венку, как по ним течет горячая кровь. Арсений наслаждался этим чувством, предвкушая момент, когда его клыки проникнут в плоть. Краем уха он услышал всхлип от мальчишки, который свободной рукой сжал ткань его рубашки. Его ноги немного поджались, надеясь хоть как-то защититься, сжаться, исчезнуть.              — Тшш, — Арсений мягко посмотрел на парня, и, боже, как же он прекрасен. Его ресницы склеились от наступающих слез, на щеках был румянец, а губы были припухшими от частых прикусываний. Он весь дрожал. Граф предпринял все усилия, чтобы не выпить его насухо прямо сейчас.              Антон не смог сдержать очередной всхлип, по щекам текли горячие слезы. Он до жути боялся боли, ожидать ее было даже труднее, чем ощущать. Находясь здесь, он постоянно задавался вопросом: почему он? Почему не другой какой-то человек, у которого хотя бы нет фобий. За что он? От обиды на собственную судьбу он издал еще один всхлип, чуть громче последнего.              — Ну-ну, я еще даже ничего не сделал, котенок, — Арсений мягко улыбнулся, в его бархатном голосе была даже капля сострадания. Он плавно переместил свою руку с талии, на спину, нежна поглаживая, с намереньями немного успокоить мальчишку. Его губы вновь коснулись сладкой кожи, продолжая оставлять аккуратные поцелуи на руке юноши. Конечно, обычно он не был так нежен со своими жертвами, но этот мальчишка был такой… Даже с таким богатым словарном запасом мужчина не сможет найти слово, что сможет это описать. Хотелось выпить его всего, выжать весь его страх, всю боль, наслаждаться его беспомощностью, и в тоже время хотелось утешить, успокоить, защитить. Такие противоречия вызывали кучу вопросов, но это все потом… сейчас вампир больше опирался на инстинкты, голод был сильнее нежностей.              Антон продолжал хныкать, но, как и положено, это только усиливало жажду графа. Наконец, вдоволь насладившись этим, Арсений вернул свою вторую руку со спины на талию парня, сжав её, и крепко прижимая мальчишку ближе к себе, чтобы у того не было и шанса вырваться. Вампир обнажил свои клыки прямо у руки мальчишки.              Антон почувствовал, как его прижали к груди Вампира и крепко сжали запястье, паника овладела его разумом, — нет, нет, нет, нет! — юноша громко заплакал, дергая ногами. Свободная рука сжала плечо мужчины, но это все было бесполезно. Парень почувствовал резкую, пронизывающую боль, что заставила его закричать и сильно зажмуриться. Он чувствовал, как клыки вампира вонзаются в его плоть, разрывая кожу. Каждое всасывание крови приносило новые волны боли. Антон все также дергал ногами и извивался, на инстинктивном уровне стараясь уйти от болезненных ощущений, но рука мужчины крепко держала его за запястье, когда вторая сжимала за бок. В конце концов мальчишка опустил свою голову, спрятав свое лицо в изгибе шеи мужчины, продолжая рыдать.       Вампир жадно делал глотки воистину сладкой крови, не позволяя ни одной капле упасть с руки парня. Он чувствовал каждую жилку, по которой текла кровь, каждое биение пульса. Арсений прилагал большие усилия, чтобы не оставить парню слишком опасную рану, все-таки, он ему нужен живым.              — Х-хва… х-хватит, — проскулил мальчишка, между рыданиями. Не прошло даже минуты, но для парня это казалось вечностью, он уже начал чувствовать онемение в руке. У него уже не осталось сил дергаться, тело начало медленно ослабевать.              Наконец, Граф вынул свои клыки из плоти и отстранился. Он отпустил руку мальчишки, позволив ей слабо упасть к тому на колени. На приоткрытых губах остались капли крови. Мужчина чувствовал сильный прилив энергии, но голод, вместо того чтобы притупиться, стал только сильнее. Невозможно было сдерживать желание, когда он ощущал дрожащее тело у себя на коленях, как парень рвано дышит в его ключицу, рубашка уже промокла от горячих слез. Мальчишку нельзя было отпускать так рано. Граф хотел выжать как можно больше, при этом не доводя того до смерти.              Рыдания Антона сменились тихими всхлипами. Он позволил своему телу немного обмякнуть в руках мужчины, тем самым давая себе передышку. Арсений потянулся свободной рукой до лица парня и нежно взял того за подбородок, развернув его лицо к себе. Тот несмело приоткрыл глаза, в немой просьбе отпустить его.              Рано.              Рука графа скользнула вниз по шее и остановилась на воротнике пижамы. Он оттянул ткань достаточно, чтобы получить доступ к изгибу между шеей и ключицей.       Парень понял, что это означает. Он тут же отдернулся, положив свои обе руки ему на грудь, стараясь не дать Арсению приблизиться ближе.              — Н-нет, нет, нет, нет, п-пожалуйста, — парень отчаянно замотал головой, громко всхлипывая.              — Тише, скоро все закончится, — мягко прошептал вампир, меняя положение своих рук. Рука, что долгое время удерживала парня за талию, поднялась по его спине, достигая затылка. Вторая рука, наоборот, достигла бока парня, удерживая его на месте и немного разворачивая его корпус на себя. Граф не стал медлить, он крепко взял юношу за волосы, оттягивая его голову в сторону, для лучшего доступа. Он снова вонзил клыки в нежную кожу, жадно глотая кровь, так, как будто он пьет её в первый раз.       Крик раздался на всю комнату. Антон во всю давил обеими руками мужчине в грудь, пытаясь отодвинуть его от себя, но это было бесполезно. Боль в районе ключицы была такая адская, что парень начал громко всхлипывать с новой силой, отчаянно дергая конечностями.       Время словно замедлилось. Каждое мгновение длилось вечность, а боль становилась всё более тупой и далёкой. Антон чувствовал, как силы постепенно покидают его тело. Его руки становились всё более вялыми, давление на грудь вампира ослабевало. Голова кружилась, и он с облегчением заметил, как его сознание медленно начало его покидать.              Вампир почувствовал, как тело мальчишки обмякло, тот потерял сознание. В любой другой ситуации, его бы это не остановило, но не в этот раз. Арсений понял, что если он не прекратит пить кровь прямо сейчас, то он может попросту убить парня. Так что, взяв волю в кулак, он сделал последний глоток и заставил себя отстраниться от Антона. Его глаза внимательно прошлись по телу юноши и остановились на лице, на котором застыла эмоция боли. Свободной рукой он дотронулся до щеки парня и вытер дорожки слез подушечкой большого пальца. Он обычно не утруждался уделять много внимания своим жертвам, даже тем, кем он кормился долгое время. Но мальчишка в его руках был такой хрупкий, что хотелось немного облегчить его пребывание здесь. Он спокойно поднялся с дивана, с бессознательным телом на руках, и направился к выходу из библиотеки.